Концерт на двоих

На пастель падал лишь тусклый лунный свет, но его хватало, чтобы разглядеть блестящий корпус гитары и скопления натянутых острых струн. Икс сидел расслабленно, уложив шею на подушку, рассматривая хладнокровно, но с неподдельным интересом руки Рона и каждое их движение. Голову обволакивал шум вечной жизни, преимущественно машинной, доносящееся с улицы, тело - приятный холодок из приоткрытого окна. — Что сыграть? - ухмыльнулся Олни, в тишине растворяя свой волшебный голос. — Импровизируй. - послышался безразличный ответ. — Я же знаю, что ты хочешь что-то определенное. И я догадываюсь, что именно... - улыбка не сходила с лица Рона, и была крайне заразительна. Тонкие, изгибающиеся эффектно пальцы снова растягивались на аккордах, меняя плавно своё положение. Волнистые каштановые пряди упали на лицо, но из-под них Олни все же заметил особый взгляд Икс. Можно было даже не играть, а лишь делать вид, для музыкантов начинала играть другая музыка. Но Рон все же провёл пару раз по струнам, засматриваясь на мурашки, появляющиеся на чужих ногах. — Я все вижу. - сладко произнёс он наконец. Икс замялся, поддержав зрительный контакт. Его пальцы сжимали собственное бедро. Как приятно Олни было наблюдать за чужими мучениями, они и в нем разжигали особый костёр. — Не понимаю о чём ты. Играть будешь? — Ты возбуждён... думаешь, мне это не ясно? - гитару положили рядом с собой на пастель, Рон присел к парню ближе, облокотившись на чужие колени и похотливым взглядом изучая мягкую кожу. Икс незамедлительно убрал свою руку с бедра. Напряжённой и душной становилась атмосфера в этой маленькой комнате. Нет, это ему было до предела жарко. Он с тяжестью вздохнул, не находя ответ. — И что теперь?.. Рон, не раздражай меня. Гитарист медленно прошёлся глазами по ляжкам, мысленно забираясь под лишние ткани, по чёрной футболке поднялся до шеи, цепляясь за ключицы, обнажённую кожу, сладко выделяющийся кадык и мягкие розовые локоны. Он не может опровергать тот факт, что сам испытывал страшное влечение. — Ты позволишь мне до тебя дотронуться? Мне мало просто смотреть. - он усмехнулся. — Я уже говорил, что никому нельзя меня трогать. Сердцебиение выдавало музыканта, а Олни, желающий распознать во всём ложь, на такие вещи в первую очередь обращал свое внимание. — Врёшь. - он нежно провёл ладонью по коже внутренней части бедра, заполучив в знак согласия замедленное дыхание. — Возможно... Несколько дней назад парни на словах выразили друг другу свои чувства. Тогда Икс отказался от отношений, соврал, что их не хотел, и даже поцелуй он выставил как непристойность, которую отвергнул. Сейчас же все без слов было понятно - он загнал себя в тупик, выдал тайные желания. И секрет гитариста был ему понятен: он не был расстроен тогда по одной простой причине - он с самого начала знал правду, предвидел будущие, а может намеренно подстроил эту ситуацию. Рон достаточное время разгонял по телу Икс приятную дрожь от касаний, и в один момент оно стало ему подчиняться. Стоило лишь намекнуть кротким движением, парень расставил ноги, подпуская гитариста ближе. — Икс... Может мы ещё и не целовались, но я на полном серьёзе весь на взводе от одного твоего вида. - руки забрались под футболку, пальцы, что недавно пытались прижиться на аккордах, с большим успехом сжимали талию музыканта. В то время как сам Олни был зажат между его ног. Так близко они ещё не были, но Рон был эгоистом, ведь хотел подобраться ещё ближе. Прикрыв глаза, Икс наслаждался этим голосом, этими прикосновениями, а настойчивые, болезненные движение на его талии заставляли медленно подаваться вперёд. — Хочешь меня? — Несомненно... Они зеркально улыбнулись, и, потянувшись друг к другу, слились в поцелуе, ничуть не сомневаюсь в том, что он должен быть глубоким и долгим. Руки Рона настолько сильно сжали кожу на торсе музыканта, что заставили его с мычанием изогнуться, и как цепочка химический реакций оказалась между ними протянута, эта выходка, им самим порожденная, побудила Олни ещё сильнее разгореться, поднявшись до уровня груди и мягко лаская уже её. Но и это действие продлилось недолго. Отрываясь от поцелуя, одна рука облокотилась на пастель, а вторая поползла намного ниже. — Помнишь, я предлагал тебе автограф? — Хорошее время ты нашёл для шуток. - с придыханием отвечал Икс на чужой возбуждающий тон. — Заранее прости меня, если сделаю больно. — Мне не нравится твоя улыбка, что ты... Мф, Рон!.. Икс почувствовал резкое касание меж бёдер, что произошло не только быстро, но и крайне приятно. Движения руки партнёра не собирались останавливься на одном сжатии, он водил пальцами по самой чувствительный зоне с особой настойчивостью. В то время губы гитариста на чужой шее оставляли мокрый автограф, и от боли голос становился всё более нежно-умоляющим. — Ах... Рон, ты... Зачем?.. - Икс старался сосредоточиться на одном ощущении, но не мог; пары укусов в шею Олни оказалось мало. В то же время внизу парня охватывал холодок, он не сразу понял, что слишком быстро лишается нижнего белья. — Мф... Рон, ты слишком настойчив... Руки гитариста добрались до обнажённого полового органа, несколько секунд касания его были предельно робкими, но не сильно много времени понадобилось ему, чтобы разогнаться. — Мне так нравится, когда ты произносишь моё имя... - с наслаждением прошептал он Икс на ухо. — Х-ах... Не останавливайся... — Поверь мне, я только начал. Последовали поцелуи, такие же долгие и настойчивые с обеих сторон. Олни не мог справиться с настигнувшим его жаром, а потому снял с себя футболку. Впиваясь в губы партнера, Икс руками хватался за чужие плечи. Он стёк ладонями по напряжённому торсу ниже, и откровенно намекая, принялся растягивать чужую ширинку. — Ты уверен? Снова зрительный контакт. Как паршиво было заплывшими глазами так безбожно смотреть на него. Икс не мог свыкнуться с мыслью, что его видят в таком состоянии, хотя сам оторвать от гитариста взгляда не мог. — К чему вопросы? Ты только что без моего предупреждения поиздевался над моей шеей. Тебя не коробило, что это опасно. — Я просто хочу послушать твой расслабленный голос... - он улыбнулся в своей манере, поцеловал кротко, будто в последний раз Икс в красные, искусанные губы. - Скажи мне, как ты хочешь этого. Икс закинул руки на шею партнёра, запястья элегантно повисли в воздухе, лунный свет обволакивал запястья, нежно поглаживая шрам в виде перечёркнутого круга - дъвальская печать, что всё отняла у них, кроме неразрушимой любви. — Рон, я хочу тебя... С тобой я готов на всё. Слишком пошло и неэтично вдаваться в подробности происходящего, но спустя пару минут тихие стоны обоих стали особой музыкой наполнять комнату. Глаза обоих были закрыты по обоюдному договору, хотя, быть честным, у Икс не хватило бы сил открыть их, ведь ласка и приязнь движений внутри него его растворяла, а Рон растворялся в нём, в его горячем, мягком теле. — М-м... Ах... Рон, только аккуратнее... - в стон музыкант вплетал предупреждения, чувствуя, как партнёр начинает увеличивать темп. — Тщ-щ... Я не сделаю больно, обещаю. — Да что ты... такое говоришь!.. Мха!.. Олни желал проникнуть глубже, стоны Икс становились громче и ярче. Рону до предела нравились движения его тела, он их чувствовал, но не мог все так оставить. Гитарист молча порушил обещание, открыв глаза, и наслаждаясь с улыбкой этим видом изгибающегося от переменчивого темпа и глубины тела... Это лучше любой музыки, никакими нотами невозможно описать не ощущение, не звук, не движения. Олни казалось сейчас, что именно Икс - его настоящая музыка, которую он создаёт, над которой он был властен. Но кто кого пленил?.. Над этим стоило ещё задуматься. — Рон... М-м-м... Только не останавливайся, не смей, твою мать... Ах! С громким стоном, похожим больше на настоящий крик наслаждения, Икс прогнулся в спине, а пальцами сжимал руки партнёра. Это было непередаваемое удовольствие, а точнее, его окончание, наступившее синхронно. Парни громко, устало дышали. Икс расслабленно разложился на пастели, одна из рук его с кровати красиво свисала, Олни подметил это. — Икс... — Чего ещё?.. — А ведь все начиналось с гитары. Рон не мог не разбавить атмосферу шуткой, таким был его нрав. Икс глубоко вздохнул, он никак не мог прийти в чувство, перевести дух, в плане чувствительности тела он был намного восприимчевее. — Я люблю тебя. И это точно не патологическая ложь.