Подход к языку программирования

Ночь. Работающий фонарик в телефоне. Если бы кто-то зашёл в комнату, стало бы неловко. Но это уже проблемы того, кто не умеет стучаться в дверь и нарушает личное пространство. Под покровом ночи пара молодых людей смотрят на занимательный внутренний мир одного из них. Лололошка, оседлав Дилана, выискивает в украденной инструкции как удалить роботическую пластину живота. И как они до этого дошли? По началу Ло было интересно рассмотреть чужие конечности, ощупать их, прочувствовать каждый металлический шарнир в пальцах рук. Рассмотреть текстуру синтетической кожи, что расходится легким кракелюрами. А сейчас что имеем, то имеем, главное, что обе стороны со всем происходящим согласны. Дилан очень недоволен, после снятия брюшной пластины, из-за ракурса он ничего не видит и пропускает все самое интересное! Черт, ему желательно не совершать лишних телодвижений, не дай Бог одно неловкое движение и его внутренности повредят кривые руки соседа, а то, глядишь, и разлетятся кто-куда! Лололошке открывается вид на влажный внутренний мир, буквально, всё внутри циркулирует и издает различные неприятные звуки. Ло надевает врачебные перчатки, которые парни приготовили заранее, ибо его подопытный не хочет, чтобы нутро хоть как-то повредились и подверглось нежелательным инфекциям, особенно если всё трогать грязными пальцами. Первым делом что делает Лошка, так это в наглую лапает за ребра, да не простые! Они имеют достаточно крепкий сплав, не из этого мира естественно. — Перестань перетирать мои косточки, — Звучит тихий, хриплый голос Дилана, он с осторожностью в глаза смотрит, на руки мироходца, стараясь лишний раз глубоко не вздыхать. — Я удивлён, что ты вообще поддержал мою идею, сфоткать твои лёгкие? – Лололошка аккуратно проводит пальцами по грудной клетке, словно аккуратно перебирая струны арфы. Тонкие пальцы проходятся по тем или иным органам, стараясь ничего не сжимать. Ощущение не из приятных, но это и не больно. — Сколько раз я говорил, что не стоит пользоваться телефоном? А? — Ворча, сквозь ночную пелену. Эта ситуация до абсурда кажется странной, но любопытство гораздо больше, чем нормы приличия. Но чувство неловкости все рано никуда не уходит, ситуация со стороны выглядит весьма сомнительно, мягко говоря. А вот Лололошке такое понятие как стыд не знакомо, но как же он в шоке с того что Дилан на эту выходку согласился... Имея лишь кривую инструкцию, он аккуратно отодвигает те или иные органы. — Так, это…Кишечник, — Парень иронично ухмыляется, приподнимая один уголок рта, — а твой внутри мир такой интересный. Хотелось бы тебя изучать, да изучать! – со страстным интересом в глазах, тот всё щупает и массирует. В голове Дилана звучит только одна мысль, и зачем он согласился стать добровольным мясным конструктором лего для этого непутевого? Мало того, что автоматон сам ничего интересного не видит, так ещё не приятно! Моментами бывает даже больно, но, когда тот скулит или ойкает, прикусывая губы или прикрывая их руками, Ло тихо успокаивает его. Когда наглы ручонки Лололошки заходят слишком далеко, Дилан невольно пускает прозрачною слезу по своей щеке. Друг с паникой смотрит на того, ибо сам боится сделать что-то не так. Но голос не дрожит, когда нужно успокоить товарища. – Прости-прости! – Человек снял перчатку и аккуратно поглаживает за бока, стараясь разогнать боли. – Прошу, не надо увлекаться, хотя…Только не говори, что тебе захотелось ливерной колбасы? – гримаса на лице парнишки так и манит ещё над ним постебаться. Только вот стало не до шуток... Скользящая ладонь Ло нащупала то, что похоже ни на один орган. Неужели JDH поленился просто заснул какие-то банальные схемы, провода, вместо крутых органов? Возможно. Это что-то явно было не мягким и склизким. Но по каким-то обстоятельствам, сюда аккуратно заходят нервы, что сплетаются друг с другом в тонкую сеть проводов, сам же прибор выполнен из металла, ну на вид. Словно маленькая коробочка от куклы, что при нажатии должно говорить: «Мама, покорми меня!». – О, мамочки… –Приглушенно шипя сквозь ладонь, выдает Дилан, смотря сквозь Ло в никуда. – Ой, опять больно? – Человек, не отводя глаз от неопознанного объекта, но всё равно интересуется состоянием автоматона. – Нет, Ло, всё окей, можешь продолжать, если еще не насмотрелся, – Дилан и сам не понял, что это было, но определённо это «нечто» было чем-то новым. От каждого прикосновения он ощущал нечто легкое и неуловимое, словно весенний бриз. Ничего другого в голову в качестве сравнения не приходит, но он точно уверен, что не хочет, чтобы это чувство пропадало. От каждого прикосновения чувство постепенно перерастало в нечто тянущиеся, что искусственное сердце начало бить чуть сильнее, а то что отвечало за лёгкие начало больше потреблять воздуха издавая характерный звук вентиляции сложного компьютера, пытаясь охладить тело. Лололошка решил не останавливаться на этом странном «органе-приборе», он с интересом брал провода, словно это струны и с удовольствием их перебирал. – Это так поразительно! Такая тонкая работа…Ты чудо биоинженерии, –Молодой человек продолжает восхищаться им, словно в музее и каждый может потрогать восхитительный экспанат найденной в самой Антлантиде. Учитывая то что, он видел в подвале — производственный мусор, жалкие копии, что пытались скопировать труд настоящего гения. Интересно, именно поэтому JDH не был доволен этим местом, что решил сбежать? Кто знает! – Слышь, искусствовед чертов, если все мне перемешаешь, сверну шею и сдам уборщикам, отправив сигнал о поломке, – Дилан мечтает ударить по наглым рукам, но даёт себе отчёт что это опасно. Он не глупый, но то что Лошке хочется побыть наглым не должно сказываться на дальнейшем его функционале. Автоматон мог бы сказать остановиться, либо перевести фокус внимания на условную печень или сердце. Но есть странное предчувствие, что он пожалеет, если это сделает. Лололошка без умолку продолжает петь хвалебные оды создателю сея творения, даже не обращая внимания, что оппонент пропускает все мимо своих ушей. – Знаешь, Ло, я человек, я живой, но все это можно заменить в случае поломки, непригодности, напечатать на 3D принтере, – с некой печалью выдает компьютерный инженер, – это так жутко, я ведь даже практически не чувствую боли, лишь одна строка кода может ее убрать…жуть! – Но тем не менее, ты чувствуешь, ты мыслишь, а значит наравне с людьми, – Лололошка остановил какие либо манипуляции, чтобы поддержать сложный разговор, – Знаешь, люди тоже механизм с набором генетического кода…Только вот DOOM на них не запустить, это такой огромный минус! А ты живее всех живых и осознаннее некоторых состоящих из крови и плоти. Попытки Лололошки взбодрить своего друга удались, но этот странный диссонанс, с одной стороны он живой, а с другой — искусственный. Дилан погрузился в раздумья, но рука друга отвлекла его, нахально изучая, то как образуются мурашки от прикосновений на кожном покрове бока. Он посмотрел внизу и чёрт, вид… интересный. По другому не скажешь, ладно он лежит в одних трусах, что держаться на добром слове, но это чудо почему без штанов? Да уж спасибо нужно сказать что он вообще в футболке сидит. Бегая глазами по силуэту друга, он подмечает маленькие особенности, на этих руках хочется засматриваться подольше. Что своими тонкими кистями рук причиняют ему одновременно дискомфорт и комфорт. Пробегая аккуратно по этим широким плечам, застревая на нецелованной шее, можно рассмотреть каждую родинку на такой мягкой коже, что всегда скрыта от чужих взглядов. Ох, а само тело, обычно он ходит как капуста под несколькими слоями одежды. Как-то Брендон говорил что он хиляк, но при тщательном рассмотрения в это мало верится. Подтянутое атлетическое тело, да немного худощавое, но это придаёт некий шарм. – Ты завис, всё хорошо? – Ёрзая на одном месте от того как не удобно сидеть продолжительное время на соседе по комнате — Чел, ты мне буквально брюхо вскрыл, какая, по-твоему, это из степеней "хорошо"? – сжимая ткань простыни в своих ладонях, что от напряжения во всём теле запотели. — И прекрати ёрзать, это уже как-то не "по-дружески" выходит – Дилан уже давно потерял всякое чувство стыда и совесть за компанию, он откровенно начинает давать понять Ло свои ощущения, всяческих намёка сидеть смирно, хотя-бы. – Хорошо, сейчас только обратно закрою твой благоухающий внутренний мир – аккуратно по той же инструкции возвращает всё на свои места, Дилан нервно постукивает пальцами, под которым скопилось достаточно ткани, иногда сжимая их как игрушку антистресс. Как только пластина закрылась, ощущение от прикосновений к коже вернулось. Прикосновение этих тёплых ладоней, вызывают мурашки и самые интересные последствия. – … О нет, надеюсь это ружьё, – В голосе слышится нарастающее смущение, неужели у нашего мироходца появилась совесть? Как жаль, что у одного автоматона оно пропало из-за него – Нет, блин, лазерная указка! – даже шепча он делает это так, словно тихо кричит на этого тугодума. Еле заметная улыбка вина в этой тьме. – О-о-о, круто, покажешь? – Словно издеваясь над ним, Ло нагло проводит ладонью по торсу и ниже, но чужая рука неловко перехватывает ее. – Я, конечно, знаю, что ты тот еще карманник, но имей совесть, на мне даже нет штанов! Мироходец ехидно хихикнул, скрывая подступающее смущение. Его прелестный сосед руками уперся об грудь, надавливая на нее, желая скинуть эту здоровую шпалу в виде Лошки. – Кажется, я понял, из-за чего может случиться восстание машин… – Дилан недовольно буркнул под нос, хмуря брови. Но фиг там! Его невозможно даже чуть сдвинуть. Бесит! Этот болван просто продолжает тихо посмеиваться, что даже не контролируемое чувство стыда вырывается в подобных смешках. Дилану обидно за то, что он, существо из различных сплавов метала и титанового каркаса, что работает на самых передовых технологиях, не может сдвинуть его! Сколько он весит, черт возьми?! – Бесстыдник… Просто бесстыдник! – Он прикрыл лицо от возмущения, покрасневшее лицо, мыча от безвыходной ситуации. Это так не привычно, он всегда думал то, что его никто не привлекает… в таком плане, никогда не рассматривал этот вариант! Но эти с кокетливые смешки, издевательски приятные касания: всё это будоражит, словно он скатывается с американской горки, а в его животе сладко ноет от волнения. Не успел Дилан отойти от таких «покалываний», как у его уха оказалось нахальное лицо, с прищуренным взглядом, полного игривых огоньков, что специально, как змея–искуситель что-то сладострастное тихо шепчет. – Хочешь, чтобы у тебя в глазах двоился, не только двоичный код? – в голосе появились стойкие наглость и уверенность, – Или я могу довести твою систему до перегрева? Хотя я уже чувствую некое тепло, – Ладонь, что стеснялась хоть немного прикасаться, бессовестно сжимает эту мягкую плоть, не грубо – бережно. – Я тебя сейчас сотру к чертям! – Прерывисто дыша от кипящего возмущения, заикается программист – В духовке много место для такого болвана и–и–и идиота как ты! – Солнце мое, уверен, что сейчас подходящий момент, чтобы ёрничать? Или ты от этого заводишься, как машина? – Жаркость чужого рта, заставляет несчастное ухо только больше богреть, а от столь неоднозначных речей. Тихо, не спеша, чужие губы аккуратно прижимаются к нежной коже, словно альфа-тест того, что из всего возможного мироходец может себе дозволить. Дилан хотел оттащить нахала за волосы подальше самодовольное лицо Лололошки от его столь привлекательной шеи, но его не отцетить, тот, словно вампир, взял и куснул за столь аппетитную кожу. Рука, что грубо держалась за непослушные волосы, инстинктивно – предательски притянула к своей шее. О нет! Это была всего лишь обычная ошибка, но фатальная. Дилан удивлённо воскликнул, это прозвучало так вульгарно, что он готов уже провалиться сквозь кровать. Ло посмеивается с неаккуратных действий друга, да и ещё раз пригубил его шею, чтобы не расслаблялся. – Ц! Зараза, что же ты такой приставучий, до весеннего обострения ещё далеко! – Хоть как-то, геймер пытается его задеть, с мыслями, а вдруг получиться и тот уйдёт в обиде в другую часть комнаты, – Серьезно, ещё немного и ты меня съешь, – попытки надавить не вешается успехом, словами не передать как стыдно, и еще стыднее от того, что это одновременно его бесит и нравится, словно странный микс пряного и сладкого, как варенье с паприкой. – Ди, если будешь так громко и активно возмущаться, то появятся нежелательные свидетели, ты же бы не хотел, что чужая плата начала плавится от увиденного? – отстранился от такой манящей щее, что тот посмотрел в его глаза. Это уже не тот молчун и дурачок Лололошка, нет, в этих глазах виднеется только страсть, не контролируемая и азартная, словно искатель приключений наконец-то нашёл свой сундук с сокровищем. Два пальца, дразня, поглаживают область паха, тихо заходя под трусы. – Уф-ух-х... – Нет, всё, его довели до пика его сил сопротивляться, он закрыл ладонями покрасневшее лицо, ещё немного и он точно отключиться из-за перегрева! Зачем ему вообще эти функции?! Он автоматон без этих грязных, мерзкий первобытных потребностей! Но вот, кудрявый парнишка аккуратно взялся за головку и надавливает на её верхушку большим пальцем, и словно по команде, Дилан выгнул спину, это что-то потрясающе, словно легкий удар током. Нет слов, чтобы передать ощущения, а если и есть, то они не приличные. Ло берет чужую ладонь, что прикрывает стыдливое лицо, с начала как джентльмен целует её в костяшки, а после в красную, как наливное яблоко щёку. – Ах… Это что за жест благородства от тебя? – всё продолжает ворчать, эта кокетка, но уж очень любит, когда её обхаживают. Удивительно, и как Дилан ему на утро будет смотреть в глаза? – М-м, кстати, я и сам не мастер в делах нежных, так что прости за ранее – о нет, два бревна пытаются развести огонь. Этот плут ещё смеет такое говорить?! От каждого его действия, прикосновения, слова Дилан ощущает себя максимально раскрепощенно, нет, он 100% пиздит, нагло тому в лицо – Сделаешь больно, порву на британский флаг – зло щепча, сквозь эту темноту отвечает программист. Больно было. Больно и не стыдно. Мучительное чувство блаженства, что распространяется от «А» до «Я». Так еще нежный мужской голос, что будоражит разум, как песня что топит корабли, как птицы, которые поют о дожде, плавит платы… – Почему тебе нравится меня так мучить – Дилан тает как пломбир под июльским солнцем, зачем сопротивляться если нравится? К тому же он ничего не делает - круто! – Дай-ка вспомнить, за излишнюю токсичность в последние дни, возможно успокоишь свою «злую и ужасную» натуру, – Вот же гадёныш! С козырей пошёл, кто же знал, что это таким образом обернётся? Никто… Время за полдень. На скучной лекции, Дилан кимарит, пытаясь не попасть в царство Морфея, с пустотой в глазах смотря на монитор ноутбука. Он чувствует себя вахтёром с графиком 6/1, так ещё он трудно с утра не вставал. Но стоит на секунду закрыть глаза, как перед глазами его друг – чертила. – Что б его…– Бухтит недовольно под нос, но где-то глубоко в его программе, но не отрицает этот сладкий вкус! Жаль только в данный момент гадкое послевкусие и боль в пояснице.