Из наших мирных дней.

      Шиничиро идиот каких свет не видывал, Вакаса прочно в этом уверен. Тот сидит в его крохотной старой квартирке и улыбается так ярко-ярко, светит своим избитым ебалом Вакасе, обрабатывающему его многочисленные кровоподтëки и синяки на лице. Сано определëнно придурок, нисколько не стеснëнный тем, что полчаса назад его, командира Чëрных Драконов, впятером чуть не забили члены враждебной банды, сейчас сидит и несëт всякую околесицу. Вот уж точно "умные мысли преследовали его, но он оказался быстрее".       — На кой чëрт называться гопником, когда у самого боевые навыки на уровне твоей сестры? — Вакаса ворчит, в который раз смачивая новый шарик ваты спиртом и поднося тот к скуле Сано. Специально давит чуть-чуть посильнее, дабы вызвать болезненное шипение. Он хмурит брови, разглядывая чужие увечия, и от этого и без того всегда то ли уставшее от бренности бытия, то ли просто скучающее лицо Имауши кажется ещë более заëбанным. В дополнение картины он беспрестанно причитает.       — Эй-эй, Вака-чан, не слишком ли ты груб к своему командиру? — и Шиничиро в ответ тянет какую-то нелепую, совершенно аляпистую издëвку и даже не обращает внимания на недовольство друга. Зато ловит тонкое запястье Вакасы, обхватывая его. — Но ты же в итоге оказался рядом.       И правда. На линии челюсти Белого Леопарда чëрной синевой расцветает синяк от прилетевшего ботинка по лицу, стоило ему только отвлечься на командира, дела которого в драках были плачевны перманентно. Да, Вакаса оказался рядом. Молча раскидал тех, кем был занят, рванув прямо через толпу к Шиничиро и чуть не оказавшись сбитым телом, которое так удачно швырнул Бенкей. Но, в целом, и правда оказался рядом. Командир им всем нужен был живой, а тащить потом эту тушу в больницу было не с руки, так что стоило прикрывать его задницу прямо в разгаре драк, собирая иногда на себя лишние удары по невнимательности.       — Да такого главу и задарма не надо.       Вакаса бессовестно врëт. За любым другим он бы не пошëл — не признал бы старшим по званию.       — Ну Вака-чан, ты же всë ещë следуешь за мной.       Имауши молчит, устало заглядывая в чëрный омут глаз напротив — немое признание. Потому что, пожалуй, Шиничиро единственный, за кем он готов следовать. Каким бы слабаком Сано не был в драках, но к нему тянулись люди — и Белый Леопард, силу которого проверять на себе мало кто захочет даже из гопников, был в их числе. Не просто тянулся — шëл рядом, вровень, служа поддержкой, выплавленной из стали годами, проведëнными вместе.       Вакаса давит тихий вздох, когда убирает изо рта палочку от леденца. Иногда так хочется простого — чтобы Шиничиро заткнулся на несколько минут, дал поблажку его нервам. Но тот сидит с выжидающим видом, косясь на зажатую в пальцах ватку со спиртом, и вести себя примерно даже ни разу не планирует. Имауши убирает несчастную вату и целует разбитые губы, вновь вызывая тихое шипение. Ничего, потерпит засранец, в следующий раз хотя бы вперëд остальных под раздачу пиздюлей лезть не будет.       — Да потому что тебя одного оставить нельзя - отпиздят за ближайшим поворотом.       — Вау, Вака что, беспокоится обо мне? — Шиничиро тянет насмешливо, тем временем выцепляя из кармана джинс помятую пачку сигарет, достаëт одну и двигает к себе пепельницу. Вакаса исчезает из поля зрения, гремя ящиком с медикаментами где-то в стороне шкафа.       — Только попробуй закурить прямо в квартире и в следующий раз останешься на попечении Такеоми.