Искра и пепел

      Они входят в квартиру Вэя и тут же сталкиваются губами, закрывают дверь на замок, не отрываясь от поцелуев. Виннер не глядя бросает свой телефон на диван рядом, оказавшийся таким лишним в его руке. Он подхвадывает парня за бедра и прижимает спиной к ближайшей стене, вжимаясь пахом между его ног. Вэй стонет и хватается за его плечи, когда чужие губы начинают исследовать его шею. О, он определенно не собирается сегодня отпускать этого мужчину от себя, пока тот не выжмет из него все соки. — Где у тебя спальня? — шепот обжигает влажную от поцелуев кожу, и энигма рвано выдыхает, запрокинув голову назад. — Отпусти, и я проведу тебя, — Вэй опускает взгляд и встречается им с темными, налитыми похотью глазами альфы. Тот медленно ослабляет хватку на бедрах, опуская свою ценную ношу на пол. Энигма медлит еще секунду, прежде чем схватить его за руку и утянуть за собой в одну из комнат за светлыми дверями. Дойдя до кровати, он сразу же толкает Виннера на нее и забирается сверху, седлая чужие бедра. Мужчина хватает его за ягодицы, оглаживает талию, поднимается руками к груди и начинает вынимать пуговицы из петелек, желая как можно скорее получить доступ к коже. Вэй терзает его губы грубоватыми жадными поцелуями. Обычно в их паре альфа больше склонен к таким ярким проявлениям чувств, но сегодня энигма тоже оказывается под сильным влиянием неумолимого влечения. Все, что ему нужно сейчас – поскорее избавиться от одежды и наконец ощутить Виннера в себе.       Конечно же, по всем законам подлости, им вновь должны помешать. Вэй даже не успевает толком раздеться, когда в дверь начинают настойчиво звонить. Только один человек может так бесцеремонно и без каких-либо предупреждений вламываться в его личное пространство. — Черт, тебе лучше спрятаться или просто сидеть здесь тихо. — Мы не можем сделать вид, что тебя нет дома? — Виннер обводит руками его бедра и снова целует шею. — М-м, нет… Скорее всего это Бэйб, и он не успокоится, пока не увидится со мной. Сто процентов пришел жаловаться на своего Чарли, — чужие губы на его шее словно уговаривают его остаться вот так подольше, но энигма все-таки отталкивает от себя альфу и соскальзывает с его колен, принимаясь застегивать рубашку. — Кажется, я никогда не ненавидел его сильнее, — произносит Виннер. Красивый мужчина перед ним только смеется. — Я постараюсь спровадить его побыстрее, но ничего не могу обещать. Он все-таки мой лучший друг… — после этого Вэй дует губы и закатывает глаза, и это заставляет сидящего на кровати гонщика улыбнуться, — Надеюсь, в тебе достаточно ума, чтобы не пытаться объявить о своем присутствии, — взгляд парня становится строгим, и Виннера забавляет то, как скоро происходят эти его перемены в настроении. Вэй мог бы стать отличным актером, если бы захотел. Хотя… Он и так им был, а его сценой стала реальная жизнь, где он успешно играл сразу несколько ролей. — Я буду тише воды, — обещает ему мужчина. Энигма лишь одаривает его легкой улыбкой, прежде чем еще раз оглядеть себя в зеркале и поспешить к двери. Наверно, Бэйб уже рвет и мечет от затянувшегося ожидания.       Вэй распахивает перед ним входную дверь, и тот сразу же оглядывает лучшего друга с ног до головы, оценивая его внешний вид. — Прости, я был в наушниках и не слышал звонок, — оправдывается энигма. — Ты выглядишь так, будто я выдернул тебя из кровати. И ты там совсем не спал, — внезапная проницательность особого альфы раздражает парня, но тот не подает виду. — О чем ты? — Брось, Вэй, ты действительно наконец завел себе кого-то? И где прячется этот счастливчик? Эй, выходи! — Бэйб проскальзывает внутрь квартиры мимо ее владельца, оглядывая гостиную на наличие каких-то выбивающихся из нормы деталей. — Бэйб, что за вздор! Ты приехал, чтобы поискать в моей квартире вымышленного любовника? Я же не вламываюсь к вам двоим, — энигма старается аккуратно сместить фокус с его личной жизни на личную жизнь его друга. — Ты совсем пропал! Мы не виделись до гонки уже несколько дней, а после ты сразу смылся, мы даже не успели пригласить тебя с нами в бар. Поэтому я приехал. — О, тебе наскучил твой новый бойфренд, и ты решил приехать и посмеяться над моим одиночеством? — Вэй строит из себя обиженного. У него отлично получается играть оскорбленную невинность. — Чарли не надоел мне! Почему ты выставляешь все в таком свете? — Потому что ты не отлипаешь от него с тех самых пор, как вы встретились, и бежишь ко мне только тогда, когда у вас происходит очередная глупая ссора, — у энигмы появилось настроение тоже немного поскандалить. В конце концов, он имел на это полное право. Все его претензии были правдивыми, и, более того, Бэйб прервал его практически на самом интересном месте. Сегодня он не планировал вообще вылезать из кровати до самого вечера, но судьба распорядилась иначе. — Наши ссоры не глупые! — кажется, особый альфа совсем не умеет слушать, раз из всего сказанного уловил лишь то, как Вэй назвал их с Чарли ругань глупой. Энигма закатывает глаза и вымученно стонет. — Ладно, они не глупые. Но если бы ты не был таким категоричным, то половины из них можно было бы избежать, — он пытается частично сгладить возникшую перепалку, стараясь впридачу донести до Бэйба простую истину. — Ты вообще на моей стороне или нет? — тот отлично справляется с тем, чтобы снова сместить весь фокус на себя. Вэй чувствует растущее внутри негодование, которое вот-вот выльется через край. Но кто-то из них должен оставаться в здравом рассудке. — Я всегда на твоей стороне и всегда желаю тебе добра, и поэтому говорю, что тебе стоит быть чуть более сдержанным и стараться хотя бы выслушать его сторону. Для вашего же общего блага. Вы обязательно миритесь потом, но сколько же уходит лишних нервных клеток на выяснение того, что не так уж все было плохо изначально? Мне не особо нравится Чарли, но раз уж ты выбрал его, то он, наверно, достоин того, чтобы быть услышанным? Я не собираюсь больше влезать в ваши отношения, и будь добр, не втягивай меня в них самостоятельно. Я могу жалеть тебя и называть Чарли придурком, но что от этого изменится? Раз ты решил начать серьезные отношения, то веди себя хотя бы немного взрослее.       По лицу особого альфы видно, что в его голове что-то щелкает. Возможно, он как обычно пропустил половину слов мимо ушей, но Вэй надеется, что до него дошла основная суть. Иначе зачем он вообще старается донести своему упрямому другу все эти ценные советы? — Кажется… Наверно ты прав, Вэй, — невероятно! Просто восторг. Он признал это впервые за долгое время. Похоже, энигме и раньше стоило говорить с ним в более грубой и отстраненной форме, а не пытаться мягко вложить крупицы мудрости в пылающий разум альфы. — Рад, что ты меня услышал, — высокий парень кладет руку на плечо своему другу и заглядывает ему в глаза, — А теперь иди к своему щеночку и хорошо проведи с ним вечер.       Завороженный чужим гипнотическим тоном Бэйб только кивает, а затем смаргивает наваждение, чтобы уже в более спокойной манере сказать: — Хорошо, я поеду. Но ты обязан в пятницу появиться в баре! Я действительно скучаю по тебе, и другие из команды тоже. — Я приду, Бэйб. Сейчас много работы в салоне, мне почти некогда нормально отдыхать, не говоря уже о развлечениях вне дома, — Вэй безбожно врет, но с собственной точки зрения имеет на это полное право. Он не может сказать об истинных причинах своего отсутствия, и потому остается лишь скрывать правду. — Ладно. Иди к своему тайному любовнику, я явно прервал вас на чем-то интересном, — с ухмылкой произносит особый альфа. Черт, снова он показывает свою догадливость! — Ты просто невыносим, — качает головой Вэй, провожая своего друга в дверях. — Брось, ты прекрасно справляешься со мной уже десять лет, — Бэйб снова одаривает его своей ослепительной улыбкой, а затем уходит. Энигма вздыхает с облегчением, запирает за ним дверь и направляется в спальню. Виннер по-хозяйски устроился на его кровати, взяв из настенного шкафа один из хранившихся там романов. Точно, его телефон остался где-то в гостиной, и он не мог ничем больше развлечь себя в его отсутствие. До Вэя только сейчас доходит, почему Бэйб был так уверен, что он не один. — Ты закончил вытирать нос своему дружку? — в язвительной манере интересуется альфа, откладывая книгу в сторону. — Я так устал от его этой вечной драмы… — энигма изящно седлает чужие бедра и утыкается лбом в широкое плечо. Виннер тут же обвивает руками его тело, прижимая ближе. — Я помогу тебе ненадолго забыть об этом идиоте, — ладони скользят под одежду, туда, где они остановились до неожиданного визита Бэйба. Вэй улыбается и поднимает голову, чтобы найти чужие губы. Ему подходит такое предложение. Длинные пальцы снова медленно расстегивают пуговицы на его рубашке, чтобы потом стянуть лишний элемент одежды со стройного тела. Энигма тоже стягивает верх с Виннера, чтобы прижаться к его горячей коже. Прошло не больше пары часов с тех пор, как они поддались своим желаниям в раздевалке после гонки, но он уже успел соскучиться по этому жару. Альфа тем временем расстегивает его брюки и собственные, а потом скользит пальцами под пояс брюк Вэя, чтобы огладить его ствол по твердеющей длине. Тот стонет ему в рот и толкается навстречу, потираясь о широкую ладонь. Все мысли улетучиваются из головы мгновенно. Вэй забывает о Бэйбе, забывает о Чарли, забывает обо всех неотложных делах и даже о том, где он сейчас находится. Все, вокруг чего сейчас крутится его внимание – его собственное возбуждение и этот горячий альфа, что находится рядом. Кажется, приближающийся гон делает его особенно чувствительным. Энигмы переносят этот период не так ярко, как обычные альфы, но желание явно возрастает вместе с меняющимся уровнем гормонов в крови. Хорошо, что Виннер прекрасно понимает его желания и может доставить необходимое удовольствие без лишних просьб.       Совсем скоро они оказываются абсолютно обнаженными в объятьях друг друга. Одежда разбросана по постели и по полу вокруг нее. Вэй томно стонет от умелых движений растягивающих его пальцев, нетерпеливо ерзая на простынях и насаживаясь на них. Те пошло хлюпают от обилия смазки, заводя обоих еще сильнее. Виннер крепче сжимает его бедро свободной рукой, удерживая парня на месте. Внизу уже все горит от предвкушения, но этот дискомфорт совершенно блекнет по сравнению с той прекрасной картиной, что он наблюдает перед собой. Вэй прекрасен. Безумно красив. Так сладко наблюдать за тем, как он кусает и облизывает свои пухлые губы, как он выгибается при особенно резких толчках, как он сжимает тонкими пальцами простыни, как он касается своих затвердевших сосков и шире разводит подрагивающие колени. Голова идет кругом от осознания того, что сейчас все это принадлежит ему. Что это он заставляет энигму стонать и просить о большем. Тот уже не выдерживает этой сладостной пытки, поднимается с подушек и хватает за запястье растягивающую его руку альфы. — Я готов, достаточно. Просто возьми и трахни меня уже… — Вэй берет заранее подготовленный презерватив, лежащий у изголовья, и протягивает мужчине блестящую упаковку. Тот раскрывает ее, раскатывает по своей длине и нависает над парнем, чтобы жадно припасть к его губам. Но энигма действительно больше не может ждать.       Вэй переворачивает их, заводит руку за спину и направляет в себя твердый горячий ствол. Он самостоятельно насаживается на него, кусая губы от ощущения жара внизу, а потом звонко стонет, когда Виннер толкается ему навстречу, вгоняя до основания. Энигма ерзает на чужих бедрах, подыскивая самую удобную позицию, а затем упирается ладонями в сильную грудь и начинает двигаться, сладко постанывая от наслаждения. Альфа под ним выглядит крайне довольным. Он сжимает упругие бедра, мнет ягодицы, направляет плавные движения парня, с упоением насаживающегося на его длину. Вэй великолепен. То, как он двигается, как он поправляет лезущую в глаза длинную челку, кусает собственные покрасневшие губы и выгибается, стараясь найти самый приятный угол – все это приводит мужчину в восторг. Парень так умело объезжает его сверху, принося удовольствие им обоим. Виннер тоже двигается ему навстречу, и каждый толчок создает легкий звук шлепка кожи о кожу. Он скользит взглядом вниз от раскрытых в стоне губ к розовым твердым соскам, плоскому животу и широко разведенным бедрам, где видно, как длина его члена исчезает в плену тугих стенок. Прекрасное зрелище.       Вэй же упивается невероятным ощущением заполненности, ловит кайф от прошивающих позвоночник импульсов, когда член внутри грубо проезжается по простате. Он то движется плавно, позволяя хорошо рассмотреть себя, приласкать взглядом каждый участок безупречного торса, то срывается на быстрый темп в погоне за удовольствием, вынуждая мужчину под ним впиваться резцами в собственные губы и издавать глухие низкие стоны. Виннер отлично подстраивается под его ритм, вскидывая сильные бедра навстречу его собственным. Энигма чувствует, что совсем скоро будет готов достичь верхней грани своего наслаждения. Движения становятся более хаотичными и рваными, стоны непроизвольно выходят громче. Альфа прекрасно чувствует настроение своего партнера и тянет руку к его возбуждению, чтобы обхватить ствол и начать двигать ею в схожем быстром темпе. Вэй жмурится, когда кончает на чужой живот, продолжая двигаться на члене, но уже в замедленном темпе. Виннер догоняет его секундами позднее, находя освобождение внутри туго сжавшихся вокруг него стенок. Энигма тяжело дышит, поднимаясь с чужих бедер и стекая на постель рядом. Все тело кажется тяжелым и неповоротливым после пережитого оргазма. Он восстанавливает дыхание и удобнее устраивается на постели, ощущая приятную прохладу от соприкосновения разгоряченной кожи с простынями. Сейчас хочется просто молча насладиться этой прохладой и наконец отпущенным напряжением.       Виннер лежит рядом, стягивая с себя презерватив и возвращая его в упаковку, чтобы потом избавиться от него. Руки и торс мужчины перепачканы разными жидкостями, уже начинающими подсыхать на коже. Нужно поскорее смыть все это, пока не появилось неприятное ощущение стягивающей липкости. — Я схожу в душ. Ты присоединишься ко мне или…? — М-м, дай мне немного времени, — говорит Вэй, лениво потягиваясь, — Та дверь близко ко входу в спальню ведет в ванную. — Хорошо, — альфа целует чужое плечо и поднимается с постели, чтобы направиться в указанную ему ванную комнату. Вэй тем временем еще раз потягивается, а затем оглядывается вокруг в поисках своих штанов, чтобы выудить из кармана оставленный там телефон. Когда он слышит из смежной комнаты шум воды, он набирает знакомый номер, надеясь на быстрый ответ его владельца. Уже на втором гудке, к счастью, ему отвечают. — Пи’Вэй? Что-то случилось? — Привет, Чарли. Как помиришься с Бэйбом и будешь один – позвони мне. Нужно обсудить некоторые детали плана. Но не раньше завтрашнего утра. Я не один. — Понял. Хорошего вечера. — Ты тоже повеселись, — энигма улыбается и кладет трубку. Временная усталость быстро спала, и к нему вернулся прежний игривый настрой. Он откладывает телефон и тоже направляется в душ с намерением превратить совместные водные процедуры во второй раунд в постели, а потом и в третий. На одном разе Вэй останавливаться не собирается, и почему-то уверен, что Виннер поддержит его намерения.

***

      Все стремительно движется к завершению. При помощи Чарли Вэй раскрывает Бэйбу правду о том, что служило основой их дружбы все эти долгие годы. Особый альфа, конечно же, записывает его во враги, ставя имя лучшего друга сразу после Тони. Энигма делает вид, что раскаивается и скорбит из-за их разрыва, но когда Бэйб отворачивается, чтобы уйти прочь, он подмигивает Чарли, главной ролью которого на ближайшие дни будет утешать своего парня и не давать ему влезть в какие-либо неприятности в порыве эмоций. Когда альфы покидают его квартиру, Вэй тут же звонит Кенте, чтобы сообщить, что очередной стратегический ход выполнен. Завтра ему предстоит изображать из себя несчастного и сломленного алкоголика перед Питом, а сегодня он может просто расслабиться в стенах любимой квартиры.       Спустя час ему звонит Виннер, чтобы крайне радостным тоном сообщить о том, что мистер Чен собирается уехать на несколько дней для встречи с иностранным партнером. Вэй улыбается, отпивая глоток холодного шампанского из своего бокала. Папочка определенно думает, что сделка будет очень выгодной. Но энигма наперед знает, что все пойдет крахом, ведь это они с Кентой подстроили все условия этой встречи, чтобы выманить Тони из города на несколько дней, которые необходимы им для завершительной подготовки всех главных действий. Будет удобнее, если тот не будет мешаться под ногами.       Через пару дней Вэй возвращается в поместье свежий и отдохнувший. Выслушивая заключительные наставления от папочки, он упорно пытается поменьше метать взгляды в сторону Виннера. Тот тоже присутствует в кабинете, как и стоящий за спиной Тони Кента. Все трое получают «крайне важные» инструкции от старшего мужчины. Энигма старается делать вид, что внимает каждому его слову, хотя на деле он уже в красках представляет то, как сказочно проведет время, что папа будет отсутствовать. Для него это станет своего рода отпуском, и он определенно хочет провести свой отпуск в компании стоящего сбоку гонщика. Нужно только пару раз встретиться с Питом, чтобы убедить его в том, что он хочет быть на стороне добра и ищет в этом поддержки от привлекательного бизнесмена, который тоже когда-то был частью семьи Чен, и навестить Бэйба с жалкими попытками извинений. Все остальное время он планирует находиться в непосредственной близости к Виннеру. Почему-то в последнее время к нему тянет все сильнее. Вэй винит разбушевавшиеся гормоны и гон, хотя истинные причины кроются совсем в ином.

***

      Кента заходит в комнату, обустроенную как зону отдыха и оснащенную кофемашинками, чайниками для воды и мини-холодильниками со снеками и маленькими порциями алкоголя. Выпить он сейчас, к сожалению, не может, но двойной эспрессо должен немного освежить его мысли. В дальнем углу на одном из удобных кресел он видит неразлучную парочку, которая с отбытием Тони из особняка стала чуть ли не по пятам ходить друг за другом. Каждый раз, когда Вэй заходит к нему рассказать о том, как движутся дела с Питом, Кен отчетливо ощущает на нем слабый шлейф альфа-феромонов, словно бы уже въевшихся в его кожу. Энигма на замечания об этом только фыркает и говорит ему заняться своей личной жизнью.       Сейчас Вэй сидит на коленях у Виннера с чашкой кофе. Тот смотрит в свой телефон, который держит в одной руке, пока вторая занята поглаживанием чужой талии. А энигма словно просто медитирует, глядя в одну точку. Кента ухмыляется этой молчаливой идиллии. Когда этим двоим стало настолько комфортно друг с другом? Все те редкие разы, что он выводил брата на диалог об отношениях с капитаном RedRacing, тот убеждал его, что они просто спят. Но что-то подсказывало Кену, что уже давно все не так «просто», как хочет думать Вэй. Сейчас они больше похожи на слипшихся между собой влюбленных, которые находятся на самой заре отношений, и потому проводить время порознь кажется просто невозможным. Виннер и Вэй действительно используют каждую возможность находиться рядом, но никто из них не думает об этом в таком ключе, как их главный сторонний наблюдатель. Им некогда об этом думать. Все время, что Вэй не находится с Виннером, он думает об осуществляемом ими плане и его подозрительно успешном свершении. Виннер же занимает голову гонками и злорадством касаемо команды-соперника. Он отчасти рад, что энигма формально больше не является ее членом.       Сейчас приятный вес чужого тела давит на его бедра, а едва ощутимые нотки феромонов приятно щекочут ноздри своей сладостью, смешиваясь с запахом свежесваренного кофе. Вэй отмирает, когда улавливает движение темной фигуры на периферии зрения. Он поворачивает голову и видит Кенту, стоящего у кофе кофемашины и ожидающего, пока темная жидкость с приятным терпким ароматом наполнит его чашку. — Кен! — энигма окликает брата, и тот оборачивается, мягко кивая ему. Эспрессо наконец наполняет чашку, и Кен аккуратно сжимает пальцами ее фарфоровую ручку, направляясь в сторону кресел, где расположились двое других мужчин. — Доброе утро, — нейтральным тоном произносит правая рука Тони, и Виннер отвечает ему тем же. Вэй внимательно оглядывает лицо брата, немного осунувшееся и явно выражающее усталость. — Ты совсем не спал сегодня? — интересуется энигма. — Мне надо поскорее закончить со всем. Та встреча… Проходит неоднозначно. Есть вероятность, что переговоры завершатся раньше сроков. — Я могу помочь тебе? — проявляет чудеса братской заботы Вэй. — Не стоит, я сам назначил себя ответственным за эти вещи. Справлюсь, — Кен холоден и собран, не глядя на бессонную ночь. — Потерпи еще немного. Потом будет моя очередь заниматься всем, — он приободряющее улыбается парню напротив, и тот тоже поднимает уголки губ в ответ.       Виннер краем уха слушает их диалог, читая новости из мира гонок. Интересно, что у этих двоих за распределение обязанностей? Ему хотелось бы позже задать этот вопрос Вэю, но велик шанс, что ответа он не получит. В конце концов, потом он узнает все сам. Или не узнает? В целом, для альфы нет принципиальной важности в том, чем занят Вэй. Главное, чтобы в перерывах тот мог находиться рядом. Вот так сидеть у него на коленях с утренним кофе после ночи, проведенной вместе. Или курить с ним на их любимом широком балконе, молча наслаждаясь вечерней прохладой. А остальное не имеет значения.

***

      Когда Кента не находит Вэя ни в его комнате, ни на кухне, ни в его любимом месте для курения, то он понимает, что его брат определенно снова вместе с этим идиотом, которого прибрал к рукам то ли от скуки, то ли ради того, чтобы потом позлить папочку. Он направляется к комнате Виннера и входит туда без стука — раз дверь не заперта, то этим двоим нечего стесняться.       Вэй сидит на столе, а Виннер сидит на кресле между его ног. Член энигмы у него во рту, а его собственные пальцы ритмично вбиваются в чужой вход, раскрывая его для дальнейших действий. Альфа почти полностью одет, в то время как на его партнере лишь его любимый шелковый халат, полы которого распахнуты ниже талии, а сверху их удерживает завязанный на узел пояс. Вэй улыбается, когда видит Кена. — Надо поговорить, — своим привычным ледяным тоном говорит вошедший парень. — Я могу говорить, мой рот не занят, — Вэй хихикает и гладит волосы расположившегося между его ног мужчины. Тот даже не собирается останавливаться, не глядя на еще одного присутствующего. Кен тем временем безэмоционально осматривает Виннера, а затем возвращает взгляд к лицу брата. Тот выглядит довольным сложившейся ситуацией, — Что? Мне зажать ему уши бедрами? — энигма немного сводит ноги, практически лежащие на плечах высокого альфы. — Нет, это не столь конфиденциально. Он вернется уже сегодня вечером. — О, у папочки поменялись планы? — Вэй продолжает прочесывать пальцами чужие волосы, кусая губу, чтобы не застонать от попадания пальцев по чувствительной точке внутри. — Да, и не в лучшую сторону. Сделка ожидаемо сорвалась. Будет рвать и метать. Поезжай в свою квартиру или придумай для него хорошую новость про Бэйба. И постарайтесь как-нибудь сделать, чтобы от вас не несло друг другом так, что чувствуется за несколько метров. — Хорошо, м-м… — Вэй на пару секунд прикрывает веки и цепляется за волосы на чужом затылке. Кента почему-то медлит в дверях, и Виннер решает сменить позу, чтобы дать ему понять, что он может быть свободен. Он встает с кресла, вытирает рот ладонью, а потом прижимается губами к шее энигмы, прямо там, где хорошо чувствуется пьянящий запах ликера. Руки сами тянутся развязать пояс халата. Парень подставляется под его ласки, все еще глядя на брата, — Ты хочешь остаться и посмотреть? — игриво спрашивает распаленный донельзя Вэй, глядя на Кенту поверх плеча прижавшегося к нему альфы. — Нет, спасибо. Мне нужно закончить еще пару дел до приезда папы. — Удачи, Кен, — дьявольская улыбка играет на его ангельском лице. Дверь за ушедшим альфой захлопывается в тот момент, когда руки другого стягивают шелковую ткань с бледных плеч энигмы. Виннер начинает говорить, почти не отрываясь от его шеи: — С ним ты тоже спал?       Вэя крайне смешит это его любопытство, и тихий мелодичный смех наполняет комнату на несколько мгновений. — Нет, дурачок, мы с ним братья, — он треплет чужие волосы, пока альфа с нажимом оглаживает его талию. — Выглядит так, будто вы очень близки, — этот комментарий забавляет энигму еще больше. — Мы и правда очень близки, но не в этом плане. Кена просто ничем не смутишь, если тебя вводит в ступор его спокойствие.       Виннер думает о том, что каждый из этого дома со своими странностями. Он тоже не из стеснительных, но наверно не смог бы вот так спокойно, практически безэмоциональным тоном говорить со своим братом, которому в этот момент отсасывает другой парень. Взаимоотношения Кенты и Вэя изначально показались ему необычными, но в целом это не имело значения. Правая рука Тони никогда не лез в их личную жизнь так, чтобы это могло напрягать. Гонщик был уверен, что тому действительно не было дела до того, с кем, где и как спит Вэй. Только бы это не всплыло наружу перед Тони. — Ты слышал, что он сказал? Папочка будет тут уже вечером, и если ты не хочешь, чтобы он попробовал оторвать тебе или нам обоим головы, то лучше сейчас ускориться, а потом свалить побыстрее. Не хочу сегодня с ним видеться… — Поедешь в свои апартаменты? — Ты едешь со мной, — Вэй крепче обвивает его бедрами, давая понять, что не намерен отпускать так быстро. — Как скажете, ваше Высочество… — альфа стягивает с себя хлопковые брюки вместе с бельем и плавно входит внутрь чужого податливого тела. Энигма стонет и выгибается в его руках.

***

      Они разыгрывают спектакль с разговором на крыше весьма талантливо. Играют, конечно, только Кен и Вэй, остальные настроены весьма серьезно, даже не подозревая, что все их грандиозные планы – лишь капля в море по сравнению с той стратегией, что разработали и выполняют двое сводных братьев. Позже, когда они встречаются в поместье вечером, Кента смеется над тем, что их троица в солнцезащитных очках была скорее похожа на каких-то мафиози, чем на тех, кто пытается остановить нелегальный бизнес. Вэй был полностью согласен с ним. Все идет, как по маслу. Пит уверен, что помогает заблудшей душе Вэя спастись от давления приемного отца. Папочка же уверен, что Вэй – его двойной агент, который в конечном итоге приведет к нему всех разбежавшихся сыновей. Ну а сам энигма уверен в своей гениальности. Следующий шаг – «похищение» Джеффа. Парень предупрежден и прекрасно осведомлен о том, что уже спустя несколько дней все закончится. А пока он может заняться своей личной жизнью, не отвлекаясь на чужие. Чарли, конечно, не перестает спрашивать его о Бэйбе, но их встречи ограничены по времени, и брат не сильно надоедает ему своими волнениями о любимом бойфренде. Если бы не Вэй и его строгий запрет на посвящение в их планы большего количества людей, чем уже есть, то тот непременно бы не сдержался и подал Бэйбу знак о том, что на самом деле жив. Но план есть план, и он требует строгого соблюдения.       Вэй тоже все свободное время занят личной жизнью. Кажется, будто он прикипел к Виннеру кожей, и теперь все часы порознь ощущаются неприятным покалыванием где-то в груди. И это лишь начало. Энигма не может насытиться им, все никак не может впитать в себя достаточно ласки, чтобы сохранить тепло чужих касаний как можно дольше. Каждая ночь вместе – словно какое-то таинство душ. Страсть чередуется с нежностью, бурный секс – с тихими разговорами в объятьях друг друга. Вэй прощается с ним без слов, и отчего-то даже грустно, что он не может рассказать Виннеру о том, что происходит сейчас и что будет дальше. Но план есть план, и запрет на посвящение посторонних лиц в их тайну распространяется на всех, а не только на двух младших.       В день аукциона Вэй уходит из комнаты Виннера, пока тот еще спит. Они провели эту ночь практически без сна, и теперь мужчина наконец отключился, отбывая в царство Морфея. Энигма едва ощутимо проводит пальцами по его лицу, запоминая все полюбившиеся черты. Невесомо целует в губы и улыбается нахмуренным во сне бровям. — Не скучай сильно без меня, — шепчет прекрасный мужчина, прежде чем покинуть комнату, не оставив следов своего присутствия, кроме смятых простыней и легчайшего аромата сливочного ликера.       Все события этого дня проносятся неумолимо быстро. Начавшийся аукцион, переполох, стрельба, и вот уже Вэй тяжелым грузом лежит в трясущихся руках Бэйба, испытывая боль под ребрами. Особый альфа плачет и просит не покидать его. Энигма медленно отключается, мир вокруг теряет краски, голос Бэйба звучит, словно сквозь толщу воды, пока совсем не стихает. Именно таков был его замысел.