Пляжный эпизод

      Наступал вечер, солнце рыжело, а длинные тени постепенно захватывали всё больше остывающей земли. Мим с Джокером отряхивали руки от песка, оценивая свой большой-большой замок, с тремя башнями, окошками, шпилями-палочками, рвом, мостом из досточки, украшающими фасад ракушками и камушками, листочками-флажками. Джокер создал маленьких деревянных человечков и поставил их в одну из башен — так крепость казалось живее. Работа проделана кропотливая, каждая деталька создавалась командно и с огромным терпением. Инструменты перемазаны и брошены неподалёку. Скоро воздух и солнце подсушат влажный песок, и замок перестанет держать свою форму, но до того времени они уже уберутся с пляжа. Джокер проследит, чтобы Мим не увидел, как обвалится первая башня.       Парни прошли к воде — отмывать от песка руки, ноги и лица. Рик потянулся в своём шезлонге, надел очки на голову и вышел к ребятам. — Ого, — он оценил проделанную работу, — Красиво.       Джокер отряхнул концы волос и умылся, но прилипшая грязь всё не убиралась. — Спасибо.       Вода под ними помутнела от оседающих крупиц. Песок противно скрипнул на зубах, лез в глаза, и Джокер нырнул с головой, чтобы получше прочистить голову. Всю кожу обступил холод, волосы расплылись густой тучей. Под водой он прочесал их руками, вобрал и выплюнул солёной воды, и вынырнул, чтоб наполнить грудь воздухом. Мим похлопал его по плечу и указал на левый берег.       К ним, покачиваясь по волнам, на надувном круге плыл Родеф, похрапывая из-под панамки. Чарли плыл за ним, легонько подталкивал его ближе к берегу, чтобы не разбудить. Он не отдалялся от него, и всё направлял аккуратно, как морской котик — мячик в дельфинарии.       Рик зашёл в воду, чтобы разглядеть эту картину поближе: — Наша соня приплыла обратно.       Чарли снял трубку и маску и раздражённо цокнул. — Он уткнулся в прибрежные камни и качался на одном месте. А если бы его там об булыжники и прибило?       Мим бережно приподнял панамку над лицом Родефа, тот прищурился от света, но приветливо улыбнулся знакомому лицу. — А что? — вкрадчиво спросил Рик, — Волнуешься за него?

Подловил.

— Ещё чего, — буркнул Чарли.       Он снял ласты и вышел на берег.       Джокер ухватился за круг и притянул Родефа ближе к себе. — Хорошо спалось?       Он кивнул и Джокер, обрадованный его появлением, радостно приобнял его. — Пойдём, замок покажем.       Родеф выбрался из круга и друзья, ведя под руку, притащили его к песчаному замку. Тот стоял ровно, гордо расправив башни, своим фасадом смотрел на море. Родеф покачал головой, обошёл по сторонам с видом именитого искусствоведа и одобрительно покачал головой, разглядывая мелкие детальки на хрупкой крепости. — Мим тут предлагал, — неловко начал Джо, — Можно тебя в песочек закопать?       Знак согласия — и Мим довольный бежит за лопатой.       Рик встал рядом, наблюдая за ребятами. — Их теперь из песочницы за уши не вытащишь.       Джокер глубоко вздохнул, подставив лицо под порывистый бриз. Спокойствие и лёгкая усталость уже давали о себе знать. Совсем скоро всё закончится, нужно с наслаждением впитывать последнее тепло лучей и лёгкость всеобщей беззаботности. — Я так рад, — его голос был непривычно низок и тих, — Я так устал, но так рад…       В тоне не было привычной звонкости, но Рик уловил нечто более важное — искренность. — Мы можем закончить, если… — Нет-нет. Я дам знать, когда нужно будет прекратить.       Джо одарил его признательной улыбкой, и тишина, возникшая между ними, наполнились пониманием.       У берега, в компании морской пены, сидел Чарли, и всё смотрел вперёд, невольно залюбовавшись видом. Красный уловил его одинокий силуэт и, попросив Рика пока побыть с Мимом и Родефом, прошагал к нему.

— Всё хорошо?

      Чарли похлопал по песку рядом с ним, и Джо присел на корточки.

— Ага, хочу тебя о кое-чём попросить…

      Рик не слышал их разговор, но обеспокоенно поглядывал на них. Мим тем временем выкопал углубление, куда удобно лёг Родеф, и начал виться вокруг него, закапывая с разных сторон, избегая головы. Рик надел на него панамку, очки и отошёл в сторонку.       Чарли и Джокер поднялись и вместе направились вдоль берега, огибая остров по периметру. Через пару минут их силуэты скрылись за высокими кустами.

Стоит ли за них переживать?

…

Не выяснив причин, Рик всё-таки невольно переживает.

      Де Карли неуютно поёжился и отошёл в сторону шезлонгов. Прилёг обратно, в нервном ожидании появления двух силуэтов на пляже. Солнце необычно быстро начало клониться к закату — кажется, силы продлевать день иссекались. И вот рыжий круг крался к горизонту, по небу разлились тёплые жёлтые, рыжие, алые краски. Шум птиц и насекомых затих, клон в баре заснул, и место постепенно впадало в сонливость.       Наконец-то на пляж вышел Джо, смахивая на ходу жёлтые цветы гибискуса с головы. Он был чему-то необычайно обрадован, бежал вприпрыжку, но, встретившись взглядом с Риком, взял себя в руки и пошёл серьёзней и быстрее. Минуя торчащую из песка голову Родефа, он подошёл к шезлонгу Рика и умиротворённым тоном голоса спросил: — Могу прилечь?       Рик подвинулся на край и лёг боком, чтобы дать место соседу. Джо расположился рядом, тоже на боку, лицом к собеседнику и облегчённо выдохнул. Здесь, в тени дерева, виден весь пляж, удобно наблюдать за ребятами в песке и за водными просторами. Он устало улыбнулся, и ветер, приятно остужающий, пригладил успокаивающе по волосам. Впервые за весь день в душе наступила ясность и умиротворение одновременно. Джо щурился от приятной прохлады, от чего длинные зелёные ресницы часто подрагивали. Глаза, всё горящие лазурной синевой смотрели без задора, но с привычным творческим огоньком. — Как ты? — почти шёпотом спросил Рик.       И Джо ответил так же тихо: — Хорошо…       Рику редко удавалось оказаться так близко к лицу Джо, и каждый подобный раз он терялся и глупел. Он с трепетом разглядывал мягкие черты лица, острый кончик уха, и немного расстраивался, когда ветер ерошил чёлку и прятал сияющие сапфиром радужки. Словно прочитав его мысли, Джо заправляет волосы за ушко, и Рик очаровывается им окончательно и бесповоротно…

Полностью.

Да так, что кровь приливает к щекам, а сердце вовсе замирает.

— О чём вы с Чарли говорили?       Джо легко обидеть — у него совсем нет иммунитета к выходкам Батлера. — Он просил никому не говорить, — Джо придвинулся ближе, чтобы их перешёптывания не могли выйти за пределы их маленького мирка, — Ты знаешь его давно. Может, сам всё поймёшь…       Рик ощущал кончиком носа его дыхание. В груди всё сжалось от трепета, и в лёгких уже не оставалось воздуха. — Он тебя не задел? — Нет-нет, — он сконфужено хихикнул, — Спасибо, что помогаешь и беспокоишься. — Всегда пожалуйста, — всё держался на одном дыхании.

Красивый.

Какой же он красивый.

Розовый гибискус венком оплёл макушку.

      Сладкий аромат заполнил пространство и щекотнул нос. Джо едва ли мог это контролировать — все чувства тут же находили выход во внешнем виде.       Он снял один из цветов и бережно вложил Рику за ухо — так, забавы ради. Тот лежал смирно, давая ему поправить нежные лепестки. Рик перехватил его руку и мгновенно растерялся, просто держал у своего лица и заливался краской под внимательным взглядом синих глаз. — Прости, — выпалил он, отстранившись.

И безумно милый.

      Джо обнял ладонями смущённое личико и притянул к себе. Поддавшись мимолётному порыву он поцеловал аккуратно, мягко, совсем не задумываясь, кружа голову сухим прикосновением. От груди к животу по телу разлился кипяток, и кончики пальцев подрагивали, нервно подёргивались от волнения. Сердце резко замерло, а затем бешено заколотилось, норовя вырваться из грудной клетки. Пульс эхом отдавался в ушах, заглушая шум волн и стрекот редких насекомых. На губах отпечатался солёный привкус моря.

Так приятно, чувственно, просто волшебно.

Цветы гибискуса налились алым.

      Поцелуй произошёл всего на миг, но этого хватило, чтобы образовавшая энергия пронзила остров, хорошенько встряхнула устоявшиеся настройки. Пальмы в миг заплодоносили, крик чаек усилился, солнце замигало, как лампочка от перенапряжения, а вода…       Крик Чарли был слышен с другой стороны острова…

— Красный, почему море зацвело?!

      Вместо чистой синевы, вода приобрела тёмно-зелёный оттенок из-за склизких спутавшихся пучков водорослей.       Джо перепугано прикрыл нижнюю часть лица, понимая, на сколько всё-таки окружение зависимо от его состояния. Рик замер, онемел, продолжая переживать момент. Мим с Родефом, вроде как, ничего такого не заметили, лежали на песке, увидели зелень в море только после того, как Чарли прокричал. Всё как-то сумбурно покачнулось, и Джо совсем растерялся. — Ой, — он приподнялся и резко сел на шезлонг, — Я-я, не подумал, что так получится.       И начал впопыхах в очередной раз срывать с себя цветы, стыдливо пряча взгляд в пол.       Рик наконец-то оттаял, приподнялся и успокаивающе похлопал по плечу: — Всё нормально, не суетись так.       Суеты в движениях Джо стало только больше. — Но ведь… Я… Мне надо исправить море!       Он вынул скипетр и по одному его взмаху пропала растительность в волнах, затихли птицы и исчезли плоды. Даже гибискус отверг свои цветы и бутоны, спрятав красоту острова. — Джо… — настороженно произнёс Рик, — Не пугайся.       Красный пристыжено сминал волосы. — Прости, снова всё порчу. — Ничего ты не портишь, — серьёзно произнёс Рик, но сразу же замялся, — Вот, проблему ты быстро решил и… Кхм, ты мне нравишься, так что… Ничего страшного не произошло.       Джо сомнительно нахмурился, всё цепляясь за проделанные косяки. Радует только то, что скачки напряжения не привели к общей поломке пространства и никто не подвергся опасности. А Рик по-прежнему был рядом и старался смягчать углы. — Солнце уже садится. Может, собрать всех на костёр? — перевёл тему Де Карли.       Джо кратко кивнул, смахивая с себя неприятные воспоминая из минувшей испорченной свадьбе. Сил более чем хватает для поддержания измерения. Солнце сядет — и станет гораздо легче, меньше станет утекать сил.

***

      По ночной синеве рассыпались звезды, редкие тучки прятали их от глаз с земли. Море темнело, доносились всплески усилившихся волн. Ветер дул надрывисто, прохладно, покачивая верхушки пальм, раздувая пламя костра. Луны не было — чтобы магию не отнимала. Вокруг на брёвнышках расселись ребята. Джокер раздавал всем шпажки, а Мим вскрыл упаковку зефира с ванильным запахом. Огонь согревал от холодных ветров, освещал ярким светом умиротворённые лица. Мим положил голову на плечо Родефа, пока зефир на шпажке плавился до тягучей массы. Рик придерживал цветок за ухом, чтобы порывы ветра не унесли его в глубь черноты.       Под покровом темноты, Чарли возвращался на пляж, пряча фанерный планшет в под мышку. Отчаянно вздохнув, он взглянул на него, дёрнул щекой от разочарования и кинул его в воду. Все цвета тут же растворились в солёной воде.       Он обернулся на ребят, и, неуютно поёжившись от свежего бриза, направился к ним. Подходя ближе, напряжение в горле росло, оказавшись вплотную, стало вовсе неловко. Нос уловил запах дерева, лицо бережно согрел огонь. — Ох, — голос Джокера звучал на удивление низко, от чего Чарли засомневался ещё сильнее, — Присаживайся.       Он бросил взгляд на Де Карли, но тот был занят тем, что подрумянивал зефир над пламенем.

Неужели не упрекнёт?

      Батлер сел между Джокером и Мимом, ему сразу протянули шпажку и упаковку сладостей. Рик бросил на него мимолётный взгляд и невольно зацепился за плохо стёртые акварельные следы на его костяшках.

Хах, вот оно что.

      Де Карли похвально улыбнулся, но виду не подал.       Батлеру быстро наскучили звуки природы и он поспешил развеять общую вялость. — Должен признать, всё прошло гораздо лучше, чем в прошлый раз.       Джокер польщённо улыбнулся. — Я старался. Рик мне очень помог.       Чарли набил рот зефирками, не дождавшись, пока они растают на огне. — Ф слевуюхий рах, — дикция ухудшилась из-за зефира, — Я помохаю. — С чего это вдруг? — осадил его Риккардо.       Батлер прожевал и проглотил. — А что такого? — Ребята, — тоненьким голоском протянул Джокер, — Можем меняться. По очереди, хорошо? — По рукам, — Батлер легко принял эти условия.       Рик не хотел бы оставлять этих двоих наедине. Чарли — человек прямолинейный и вспыльчивый. И кто знает, не скажет ли он что-то такое, что ранит Джо? Остаётся надеяться, что они всё-таки смогут хорошо поладить. — Тебе ещё не надоело быть нашей тамадой? — вопрос с подковыркой, но Джо видит в этом проявление беспокойства, так не свойственное Батлеру.

Сросил то же, что и в начале.

И Джокер призадумался на секунду.

— Да, — сдержанно хихикнул он, — Я устал. Скоро будем тушить костёр.       Лицо Чарли исказило недоумение, да так артистично, что Мим прыснул сосмеху. Что происходит? Почему Джокер такой тихий? Почему так легко признаёт свою слабость?       Батлер наклонился к Де Карли и громко шепнул: — Рик, слушай, а это точно Красный, а не один из его стрёмных клонов?       На сей раз от комичности положения усмехнулся уже Родеф. — Точно, — уверено ответил Риккардо и съел со своей шпажки последний зефир. — Ладно, он бесит меня чуть меньше обычного… — Спасибо? — Джокер не уверен, что должен чувствовать на эту похвалу.

Рик напрасно переживал.

Эти двое всё же найдут общий язык.

      Пора. Родеф засыпает костёр песком и огонь, задыхаясь, утихает. Темнота тут же заполнила пространство, и единственным источником света оставались лишь звёзды. Джо открыл портал, и Чарли уверено шагнул в него. Мим оглянулся на последок и последовал за ним, Родеф отряхнулся и поспешил вслед. Красный приостановил Рика, ухватив за плечо.       Он не был уверен, как правильно обсуждать, и что должен сказать. Рик обернулся к нему и Джо обнял его крепко-крепко, морщась от ощущения мягких карих волос на щеке. Самое приятное сердцу — его прижали в ответ. — Я тогда так перепугался за вас, что и двух слов сказать не смог, — горло сдавило от неловкости, — Ты мне тоже очень нравишься.

И сердце вновь пропустило мощный удар.

На песок под ногами упали розовые лепестки.