Местная сумасшедшая

      Я стояла около своей яблони, которую посадила, когда только попала сюда. Тогда она была похожа на маленький тоненький прутик, торчащий из земли, но сейчас это было красивое дерево, на котором всегда росли вкуснейшие яблоки. Я сорвала одно и с удовольствием укусила: плоды были очень сладкими и сочным — я даже закрыла глаза от удовольствия и покачала головой.       Вдруг откуда-то за садом послышался крик, а потом резко умолк. Я с ужасом побежала на этот крик, копаясь в памяти, что же сейчас должно произойти.       Я подбежала к беседке и резко спрятались за деревом, когда увидела около неё Фенцио, проводящего какой-то ритуал. Лора. Я вспомнила убийство Лоры, и невольно вздрогнула. Мы особо не общались, но её смерть вызвала во мне море эмоций: мне было жаль девушку. Бессмысленное лишение жизни было несправедливым и неправильным.       Я коротко выглянула из-за дерева и заметила приближающуюся Вики. Фенцио уже не было видно около беседки. Вики подошла чуть ближе и, увидев ноги Лоры в крови, остановилась. Думаю, она не сразу поняла, что произошло, и только через несколько мгновений закричала. Я хотела выйти из своего укрытия и успокоить девушку, но сдержала себя. Было бы слишком подозрительным оказаться в такой напряжённый момент рядом с местом преступления, особенно мне, которую не могу прочитать бессмертные.       Я вздохнула и закусила губу, сильнее прильнув к дереву. Я хотела слиться с ним, раствориться, но это было невозможно. — Ступай в комнату! — раздался голос Фенцио. Девушка послушно вышла из сада.       Я стала метаться: выйти и сказать ему все, что думаю, или же продолжать не вмешиваться. Я упёрлась макушкой в ствол дерева и глубоко выдохнула. Я знала, что так будет, но мне было безумно больно от всего этого: Энди будет винить себя, Вики будет трясти от этой ситуации, школа ещё долго будет шёпотом говорить об этом. Мне стало тошно оттого, что в попытке не привязываться к бессмертным, я только больше сближалась с ними.       Собрав остатки здравого смысла, я тихо пошла прочь от беседки.       На следующее утро всю школу собрали в холле: прилетел серафим Кроули, чтобы успокоить учеников и разобраться в ситуации. Морщинистый старик с крыльями стоял на втором этаже помещения и нудно говорил об осторожности и безопасности пребывания в заведении. Несколько раз зевнув, я вышла из холла и направилась в библиотеку.       Скользя рукой по переплетам старых книг, я пыталась найти то, что может мне помочь. За одиннадцать лет мне не удалось прочитать даже одну сотую процента этой библиотеки, но иногда находила действительно стоющую информацию. Например, в одной книге было четко написано, что есть параллельные миры, куда древние ангелы ходили за советами к своим собратьям, которых создал не Шепфа. Также было сказано, что те миры были разрушены. Всё это преподносилось как страшилка на ночь для маленьких детей, но я тогда сильно зацепилась за ту книгу и пошла по цепочке примечаний в ней. Вот и сейчас эта цепочка привела меня к книге «Время и путь» от одного из первых серафимов.       Кое-как найдя нужную мне книгу, я взяла её в руки и покрутила. Раньше у серафимом не было имён, узнала об этом совсем не давно, вот и на переплёте этой книги красовалось только название на древне ангельском: «Время и путь».       Усевшись поудобнее за столом, я открыла книгу и подготовила листочки для заметок. — Так-так, — прошептала я себе под нос и начала изучать все ещё не привычные для себя закорючки. — Время… Бла-бла-бла. — Текст был замудренным и тяжело воспринимался, будто специально были использованы сложные для понимания слова и термины, а это всего лишь жизнеописание.       Ведь, судя по прочитанным книгам ранее, древние ангелы и демоны всегда писали очень просто, чтобы потомки могли их легко понимать. Автор явно не хотел заинтересовать читать его творение.       Где-то в середине книги, зевая, я начала разочаровываться в себе и своих действиях, пока мой взгляд не упал на одну фразу: «У всех миров один создатель: и у этого, и у моего» Ф. Уолтер XX в.       Я несколько раз вчитывалась в эту цитату и не могла понять, за что больше зацепился мой мозг: за «мой мир» или за «ХХ в.».       Мои глаза метались по буквам, будто пытались заставить голову думать, но она категорически отказывалась воспринимать смысл предложения. Это точно была самая стоящая подсказка за все мои одиннадцать лет поисков, но я не могла понять, что мне с этим делать.       Этот Ф. Уолтер из моего мира? Из будущего? Кто этот Ф. Уолтер? Жив ли он? Смог ли он вернуться? — О, Шепфа, за что все это?! — взмолилась я и выжидающе посмотрела на потолок библиотеки. Но ответа так и не последовало, и я, тяжело выдохнув, уткнулась носом в пыльную книгу. На глазах застыли слезы, но плакать совсем не было сил, поэтому выходили только непонятные стоны и всхлипы. У меня просто опускались руки, было такое отчаяние, что в голове все перемешалось и, казалось, был виден только один выход… — Эй, ты как? — Я почувствовала тепло на своём плече и резко встала, оборачиваясь. Испуганными глазами я смотрела на Энди, который, очевидно, слышал мои душераздирающие вопли. — Как обычно, так себе. — Я закатила глаза и указала парню место напротив себя за столом. Он послушно сел и сложил руки. — А ты как? — Я положила ладонь на его сцепленные и напряжённые руки.       Помню, как будто это было вчера, когда Энди попал сюда: он сразу был как в своей тарелке. Быстро привык к крыльям, полётам, к заданиям на Земле. Было ощущение, что забыть прошлую жизнь для него не составило труда. Но я также помню, как часто он сидел на крыше и смотрел вниз, как часто прыгал с обрывов и раскрывал крылья в самый последний момент, как он пытался запомнить свою смертную жизнь. — Знаешь, Лору убили, а всем как будто наплевать, — прошипел он это сквозь зубы и опустил голову. — А вот если бы убили ангела или демона, то такой тишины бы не было.       Мне искренне было жаль его, поэтому молча согласилась, хотя знала, что он не совсем прав. Я видела, как учителя не знают куда себя деть. Кроули на нервах прошёл весь кабинет раз четыреста, а многие ученики в ужасе приходили ко мне, опасаясь за свою жизнь. Все, на самом деле, были в ужасе от произошедшего, но Энди хотелось сейчас почувствовать холодность от окружающих, ведь отчасти он винил себя в случившемся. Хоть Энди и ничего не чувствовал к Лоре — они были достаточно близки и много времени проводили вместе. — Как ты думаешь, кто мог сделать это? — посмотрев на меня, вдруг произнёс Энди. — Из тюрьмы Ада сбежал заключённый, но есть ли смысл ему приходить сюда? — Уверена, что нет, — произнесла я, задумчиво смотря куда-то за плечо парня. Я искренне пыталась придумать что-то, чтобы точно не стать подозреваемой. Это так странно, ведь я всегда была уверена, что ребята доверяют мне, и точно знала, что обвинять меня не будут. — Мне кажется, что кто-то из местных… — Я тоже так думаю, — вздохнул Энди. — И все не просто так… Кто-то разломал статую демона в Аду. Все ангелы под подозрением… — Чушь, — прервала я Энди и устало посмотрела на него. — Кто-то хочет породить ненависть между ангелами и демонами, и, хочу сказать, этот кто-то хорошо справляется, — вдруг выпалила я, но, посмотрев на удивлённое лицо непризнанного, осеклась и замолчала. — Я уверена, что Кроули и учителя справятся и накажут виновного, — пробурчала я, успокаивая больше себя, нежели Энди, и потупила взгляд. — Да, Лана, все будет так. — Парень неловко улыбнулся и вышел из библиотеки, оставляя меня в задумчивом одиночестве.       Следующие несколько дней я никак не могла отделаться от мыслей о Ф. Уолтере. В библиотеке у меня не получилось найти информации о нем, но откуда-то же приведена эта цитата во «Времени и пути», не просто так она появилась там. И я была убеждена в том, что я не единственная за все это время, кто как-то попал сюда, и первым был Ф. Уолтер. Это, кстати, могло объяснять снисхождение со стороны Шепфа. На его месте я бы казнила себя или заперла в камере до скончания веков, чтобы не подвергать опасности себя и своих созданий. Значит ли, что этот самозванец Уолтер смог зарекомендовать себя здесь? И как он мог сделать это без сил и знаний? Уверена, в двадцатом веке точно не было «Клуба Романтики». Или, может, ХХ в. значило что-то другое? Тогда что?        Я гуляла по округе, пиная какой-то камень, из-за чего на белой подошве кеда появилось черное пятно. Я посмотрела на него и поморщилась — очень не хотелось мыть обувь, особенно в свой выходной. А может, стоит потратить день на какие-то бытовые штуки? А может, я уже начала думать обо всем на свете, лишь бы не думать об Уолтере? Я стояла и смотрела на поднятую ногу некоторое время. Было тяжело вернуться из своей головы и выкинуть навязчивые мысли. — Ты смотри, Люци, эта дефектная снова впала в ступор, — хохотнула Ости, когда они проходили мимо меня. — Люцифер. — Стоило услышать его имя, как сразу пронеслась догадка, и, не обратив внимания на слова демоницы, я уставилась на парня. Хотя какой это уже парень — мужчина. — Надо поговорить. — Я быстро схватила Люцифера под руку и повела в сторону сада под гневный взгляд Ости. — Не ходи за мной, — только бросил ей мужчина, и его глаза сверкнули красным, когда он коротко взглянул на меня, но сопротивляться не стал и покорно пошёл со мной. От этой фразы по спине пробежали мурашки, так грубо она была сказана. Люцифер молча шёл до сада, ни разу не взглянув на меня. Я же смотрела на него и пыталась понять, что сейчас у него на уме, но в голову ничего не приходило. Я вздохнула и опустила голову, желая как можно скорее дойти до сада. — Что ты хотела? — Как только мы дошли до места, Люцефера грубо скинул мою руку и наконец посмотрел на меня. Я пыталась прочесть в его глазах, о чём он сейчас думает и почему он так зол на меня, но было тщетно. — Хотела попросить тебя принести книгу из Ада про Ф. Уолтера. Уверена, там она будет, — произнесла я это очень тихо, будто каждое слово давалась с трудом, хотя так оно и было. Я не понимала злость демона и что я сделала не так, и мне было больно от этого. — Хорошо, это все? — Опять ни один мускул не дрогнул на лице Люцифера. — Что случилось? — Я схватила его ладонь, заглянув в глаза, и только сейчас заметила заживающие синяки на лице и небольшие ссадины около губ. Он ухмыльнулся, а его глаза загорелись красным. Мне стало не по себе, я невольно отодвинулась от мужчины, пытаясь выдернуть руку, но Люцифер крепко схватил её и потянул на себя, смотря на меня сверху вниз и продолжая ухмыляться. Я не могла отвести взгляд от него — ступор и непонимание происходящего поглотили меня. — Что… Что ты дел… — я не успела договорить, как Люцифер перебил меня поцелуем. Его губы властно исследовали мои, грубо пытаясь добиться от меня взаимности. Его вторая рука сжимала поясницу, прижимая к его телу.       По всему телу прошлись мурашки, но не от желания, а от страха. Я не знала, что делать и как себя вести. Этого быть не должно, и эта ситуация точно все усугубит, но оттолкнуть демона я не могла, как и ответить на его поцелуй… — Ты разве не этого хотела? — немного отстранившись и не скрывая сарказма, сказал Люцифер и злобно посмотрел на меня. Его губы были в нескольких миллиметрах от моих, и я все ещё чувствовала их вкус. В голове все смешалось, дыхание сбилось ещё сильнее, а в глазах стояли слезы. Я ничего не понимала. — Нет… — прошептала я, все ещё не осмеливаясь посмотреть в его глаза. — А чего ты хотела, Лана? И не ври про книгу! — последнее предложение он словно прорычал. Люцифер не отодвинулся ни на сантиметр от моего лица. Со злобным выражением он пытался заглянуть мне в глаза. — В-в-вернуться домой, — заикаясь, произнесла я все тем же шёпотом и изо всех сил пыталась сдержать слезы от страха и какого-то чужого для меня стыда. — Ты дома, Лана! — процедил сквозь зубы демон и даже не думал отодвигаться от меня, пытаясь заглянуть мне в глаза. Он сильно сжал губы, а взгляд горел красным. Я замерла и закрыла глаза, пытаясь успокоиться. — Он точно все знает, — Шепфамалум начал заглушать голос Люцифера. Как же я жалела, что рассказала ему обо всем, что произошло. В какой-то момент я была в таком отчаянии, что посчитала, будто Шепфамалум может поверить мне и помочь. Я до сих пор не уверена, поверил он мне или как все остальные крутил пальцем у виска, но именно он тогда дал мне наводки на полезную литературу. Долгое время он не давил на это, и я поверила, что уже и не будет. Как же я была глупа… — Да, ты очень глупая, Лана… — Он не скрывал своего злорадства. — Давай, Лана… — В голове появился другой голос, которого ещё не было. — Объясни мне! — Голос был настойчивым и даже смог перебить Бога Тьмы. Я подняла глаза, полные слез, на Люцифера, он выжидающе смотрел на меня. — Откуда ты знала про Вики, полицейский участок и отца, который следил за мной? — В этот момент я сразу поняла источник этого голоса. — Ты нашёл мою тетрадь? — голос дрогнул, а слезы готовы были политься. В глазах Люцифера промелькнула озадаченность, но он быстро взял себя в руки и немного ослабил хватку. — Лет пять назад. Я думал, что это просто твоя писанина, но все начало сбываться с приходом этой непризнанной. Я для тебя какой-то эксперимент? — Он все также злобно смотрел на меня.       Я вспомнила тот момент, когда Люцифер закрылся от меня, когда в каждом его слове звучал какой-то вопрос, значит, именно тогда он нашёл тетрадь. Но, как я понимаю, только первую, где все обрывается примерно на встрече Вики и Федеро, следовательно, все не так плохо, как может показаться. — Тебе пора, — только это смогла из себя выдавить и попыталась высвободить руку. Люцифер не стал меня держать и посмотрел куда-то в сторону, плотно сжимая губы. — Я доверял тебе, открылся. Я был готов умереть ради тебя, защищал перед отцом! — демон сорвался на крик, это было так не похоже на него. Я лишь испуганно смотрела в его глаза и молчала. — Он считал, что ты плохо на меня влияешь, и ты знала об этом! Я прикрывал все твои выходки перед учителями, и ты знала об этом! Ты знала обо всем и молчала! Я думал, что так же не безразличен тебе… — последние слова он почти прошептал. Это было ему так несвойственно. — Тебе пора, — настойчивее повторила я. — Лучше бы ударила, — снова в моей голове пронесся голос Люцифера.       Демон вновь посмотрел на меня, было видно, насколько он зол и обижен: челюсть напряглась, а глаза горели ярко-красным. Он сжимал кулаки и, казалось, готов вот-вот наброситься на меня, сделать мне больнее.       Я смотрела на него и не могла понять, почему позволила себе сблизиться с ним, почему позволила ему что-то испытывать ко мне. Во всем, что сейчас происходит, виновата только я, и нет никакого понятия, как простить себя за это. — Ты эгоистка, которая только и пользуется всеми, а вокруг тебя так много бессмертных, которые готовы на все, которые считают тебя частью своей семьи. А все, что ты делаешь, — только ведёшь их по пути своей писанины, — не унимался Люцифер. — Жалкая смертная, которая только и ноет о том, как хочет домой, но при этом нихрена не делает, а только играется судьбами. Ты слабая и трусливая, — выплюнул демон и почти бегом покинул сад.       Эти слова, словно меч, пронзили грудь. Все тело сдавило от боли, было так сложно пошевелить хотя бы пальцем. Слезы так и застыли в глазах, не в силах выйти наружу. Я смотрела в спину мужчины и не могла отвести взгляд. Я и правда жалкая и слабая…