Глава 10. Сожженный.
12 июня 2024 г., 13:15
Кажется, это было год назад, когда Амрита предложила Деви с Камалом выбраться на небольшой пикник. Тогда Деви усердно готовилась к тому, чтобы принять в будущем статус главы семьи стать полноценной Госпожой Шарма. Это был один из самых сложных периодов в жизни девушки. Она была постоянно измотана. Сон, работа с Камалом, снова сон и снова работа. И так по кругу, поэтому эта вылазка стала для неё глотком свежего воздуха, но даже на ней она не могла полностью расслабиться, как того желало ее сердце.
— Деви, хватит сидеть без лица. Все думаешь и думаешь о чем-то. — произнесла Амрита улыбаясь, откусывая немного клубники. — Отдыхай.
Ясный сентябрьский день. Они расстелили большое покрывало на траве и расставили несколько корзинок с разными блюдами в центре, а сами сели по краям. Амрита увидела, как этим занимаются английские дамы и ей тоже захотелось попробовать, хоть она и продолжала не переносить англичан на дух, но что-то перенять на один раз, почему бы и нет? Подальше от суеты Калькутты, правил и устоев, побыть хотя бы день самими собой.
— Просто... Не знаю... — Деви поджала под себя ноги, тяжело выдыхая.
— Все думаешь о том, что не справишься? — заботливо поинтересовался Камал, присаживаясь на плед между девушек.
— Да. Боюсь, что они вызовут моего дядю, Анила, если увидят малейший промах.
— В этом ты не права. Они его позовут сразу же, как увидят, что ты справляешься. — он ухмыльнулся, делая глоток вина. — Те, кто против тебя хотят показать, что во главе рода может стоять только мужчина, никто другой. И когда все это увидят и убедятся по истечению испытательного срока, тогда его и позовут.
Камал озвучил жестокую правду, реальность, которая ей предстояла впереди, даже если справится, то испытания не закончатся. В этом мире ей всегда придется доказывать то, что она действительно заслуживает свое место.
— Тогда какой мне смысл стараться? — отрешенно произнесла девушка, опечаленно рассматривая узоры на пледе, рядом с собой.
— Действительно, Деви, брось это дело. Мы не Басу и нам не привыкать, чтобы мужчины распоряжались нашими жизнями. — Амрита пожала плечами, произнося ранящие Деви слова спокойно, даже беззаботно. Она издевалась над ней?
— Амрита! — произнес Камал, строго взглянув на сестру, давая понять, что она не помогает, а только ухудшает состояние подруги.
— А что? В чем я не права? Деви, ты так долго и упорно готовилась эти два года, чтобы сдаться при малейшей вести, что твой дядя все заберет? Это ли не истинный показатель слабости?
— Амрита! — еще более строго прорычал Камал.
— Нет, Камал, она права. Я не сдамся так легко и просто. Даже, если Анил и захочет забрать то, что сотворил Кайрас, а после мы с тобой, то только через мой труп. Неплохая манипуляция, Амри. — Деви ухмыльнулась, переведя на девушку свой взор.
Увидев растерянный взгляд Камала, они засмеялись.
— Не понимаешь ты женских хитростей, братец. — Амрита победно вскинула голову, скрестив руки на груди.
— Стоило бы поучиться, иначе любая претендентка на имя Госпожа Рай легко обведет тебя вокруг пальца, а ты и не заметишь. — улыбнулась Деви.
— Какие вы у меня злые и бессердечные, и в кого вы такие? — он положил руки на плечи девушек, притягивая их к себе и засмеялся. — Даже если Анил прибудет и заберет все, то поверь, все сразу же захотят вернуть тебя.
Эти слова стали предсказанием, которое сбылось после того, как девушка умерла. Анил после её смерти занял место главы, а дюжина сразу же об этом пожалела.
Деви положила голову на плечо к Камалу и прикрыла глаза, счастливо улыбаясь.
— Я так рада, что вы есть у меня.
— Мы же почти как семья. — произнёс мужчина, поддерживая настрой девушки.
— Мы и есть семья. — поправила его Амрита, протянув руку к Деви и обняв её.
К сожалению, всему хорошему рано или поздно приходит конец.
Наши дни. Резиденция семьи Рай.
Пожирающая тишина резиденции нагнетала и так накаленную обстановку. Деви и Кристиан реагировали на каждый шорох, готовясь в любую секунду отразить удар, но никого не было. Ни одного намека на то, что здесь была кровопролитная бойня, только бездыханные тела стражников и капли крови повсюду. Пройдя несколько десятков комнат и коридоров, они вышли к залу, где обычно проводили торжественные мероприятия. По праздникам здесь веселились люди, расслаблялись, забывали о тяжелых буднях, конечно, с годами это место стало малопосещаемым, но стены все ещё помнили, как здесь объявляли о браках, отмечали рождения наследников и наслаждались спокойной жизнью. Деви помнила, как здесь висела большая люстра из тысячи камней хрусталя. Когда через них проходил свет, помещение озарялось и наполнялось каким-то магическим свечением. Как минимум, ей так казалось в детстве. Тогда все выглядело более ярким и необычным, а мир казался добрее. Эту люстру подарили семейству Рай тогда ещё живые родители Кайраса и Деви в честь рождения Амриты. Каждый раз, когда она сюда приезжала, после их смерти, в более взрослом возрасте, заходила и рассматривала её, так она вспоминала о родителях. Сложно показывать себя сильным духом и телом, когда ты разбит изнутри, но если во время улыбнуться, то кто-то да и поверит в эту откровенную ложь.
Отворив тяжелые двери, которые вели в приемный зал, девушка хотела забежать туда, но резко остановилась у спуска небольшой лестницы в четыре ступени. У неё перехватило дыхание. Та самая весточка родителей валялась где-то в углу, по всему помещению были разбросаны тысячи осколков хрусталя, словно это были осколки некогда целостных воспоминаний беззаботного прошлого, а с потолка свисал труп человека, лицом к своим гостям, словно приветствуя их.
— Камал. — прошептал Кристиан, сглатывая комок в горле. Случилось то, чего он так боялся. Он бегом направился к основанию веревки, которая держала его подвешенным. Она была привязана к креплению для люстры. Не хотел ее разрезать мечом, лучше было развязать и аккуратно опустить тело Рая на пол.
— Камал. — так же прошептала девушка. Кханда со звонким звуком упала на каменный пол. Что-то в ней разбилось. Она оцепенела, открыв рот от шока. Это не может быть правдой.
На шею Рая убийца повесил деревянную табличку, которая свисала до середины его живота.
— “Убивать Шарма и тех, кто им дорог - входит в приятную привычку”. — было написано на бенгали кровью. Его кровью. Кровью Камала.
У девушки словно закупорились легкие, кислород перестал поступать в них. Вновь этот поглощающий мысли и чувства свист в ушах. Она пыталась сделать глоток воздуха, но получалось надрывно, неравномерно. В её глазах был самый настоящий и неподдельный страх. Хотелось закричать, что-то сказать, но вырывались несвязные хрипы, обрывки слов.
Все вокруг затихло, словно весь мир опустел, она слышала только редкий стук своего сердца, который напоминал ей о том, что она еще жива. Глаза медленно стали наполняться слезами. Надо что-то сделать. Бежать. Найти убийцу. Но девушка стояла, как вкопанная, почти не моргая, смотря на Камала.
В животе мужчины зияла глубокая рана, девушка неосознанно схватилась одной рукой за свой живот, где было такое же ранение несколько месяцев назад. Страх продолжал окутывать и поглощать здравый рассудок.
— Нет, нет, нет. — она стала отходить назад спиной, не отрывая взгляда от бывшего наставника. — Камал, нет, прошу. Нет… Не сейчас.
Деви задыхалась. Она так ошибалась, когда подумала, что смерть английских стражей его рук дело. Но его повесили, словно украшение в центре помещения, как доказательство того, что они всегда будут на шаг впереди и тем самым приказывая Деви остановить свои поиски. Иначе следующей будет она и они доберутся до нее. Обязательно. В этом она может не сомневаться.
Его тело резко упало на пол полный осколков, когда Кристиан разрубил мечом веревку. Девушка вздрогнула, стала дышать быстро и резко. Деви сорвалась к нему и опустилась на колени, став тормошить его за плечи. Она не могла поверить в то, что это происходит наяву, и это не очередной ее кошмар. Этого не может быть, она не может потерять его.
— Очнись! Прошу очнись! Камал! — приступ паники накатывал с еще большей волной, снося на пути желание девушки успокоиться. По ее щекам текли слезы, которым не было ни конца, ни края. Где эта смелость, почему она так боится и дрожит?
Дивия откинула голову назад, прикрывая рот рукой, которая была испачкана кровью Камала и безысходно закричала, смотря на потолок глазами полными слез, пытаясь найти ответ. За что? Почему ей приходится через все это проходить из раза в раз? Почему она должна терять всех, кто ей так дорог?
Ее стало подташнивать, а в глазах темнеть, словно в них бегали миллионы черных мошек, которых с каждой секундой становилось все больше. Голова кружилась, она стала падать на спину, но в последний момент к ней подбежал Кристиан и опустился на одно колено, подставляя руку, чтобы удержать её от падения.
— Деви... Деви, прошу. Тише, смотри на меня. — мужчина поднес ладонь к её щеке, направляя лицо на себя. — Смотри на меня. Я с тобой.
Он был растерян, не знал, что делать из-за того, насколько оказался слаб и неподготовлен. Ожидал попытку побега Камала, но слишком поздно догадался о том, что его захотят убить, как ненужного свидетеля. Стоило остаться, отправить за Деви стражника и что? Кристиан смог бы защитить Рая? Нет, он был бы еще одним трупом. Он пообещал Деви, что она поговорит с ним, поклялся себе сделать всё, чтобы история не повторилась, но все становилось только хуже. Де Клер был разочарован в себе, ненавидел себя за то, что никак не может сейчас ей помочь. Как помочь тому, кто вновь теряет того, кем сильно дорожил? Когда наступит белая полоса в их жизни, где каждый из них сможет быть счастливым?
Три года назад. Резиденция семьи Шарма.
Камал и Деви, изучали отчеты целый день и девушка не выдержав, заснула под вечер. Рай не стал её будить, видел, как она изматывает себя каждый день с начала подготовки и лишать её небольшого отдыха не смел. Сама себе она его не позволит.
Девушка сидела на подушках, положив голову на руки, которые лежали на столе.
— Прости меня, ты не должна была через это проходить. — прошептал Камал, смотря на девушку с жалостью.
— Нет, нет, нет! Кайрас! — она вздрогнула и проснулась задыхаясь. Сердце бешено колотилось, она осматривалась по сторонам, ещё не понимая, что есть сон, что реальность, все смешалось.
— Деви, тише, все хорошо, посмотри на меня. — Камал поднес руку к её щеке. — Это сон. Не бойся, я с тобой.
Наши дни. Резиденция семьи Рай.
Девушка потеряно посмотрела на Кристиана, повернувшись к нему, обхватила его руками, прижимая к себе. Она заплакала еще сильнее, словно он был щитом от тех опасностей, что ждали её впереди. Кристиан нежно поглаживал её по голове, прикрыв глаза.
— Тише, тише, все нормально. — шептал он. — Я с тобой. Не бойся.
— Нет, ничего не нормально, ничего не нормально. — она замотала головой, обессилено шепча и уткнувшись носом в его шею. — Кристиан, пожалуйста, прошу. Я не хочу. Не могу больше. — она просила его что-то сделать, сама не понимая что. Словно он мог оживить его. Сделать хоть что-нибудь, когда она сама так бессильна. Просила о том, чтобы он помог ей, когда сама не знала, как себе помочь.
Волна боли, снова окатила её с бóльшим размахом и она стала плакать ещё сильнее, утопая в его объятиях, будто пытаясь спастись в них от этого ужаса, что верно преследовал ее последние годы. Она стала тонуть во тьме, которая её окружала. Она больше не видела свет, вокруг только тьма.
— Моя луноликая. — прошептал он на английском. Его сердце разрывалось. Он никогда не видел её в таком разбитом состоянии. Наивно думал, что она, как и он, давно лишилась возможности что-то чувствовать и показывать свою боль другим.
Он называл её луноликой, ведь впервые встретил и рассматривал ее лицо под лучами лунного света, даже её глаза напоминали ему о луне, были такого же цвета. Каждый раз, как он поднимал голову и смотрел на луну, невольно вспоминал о Деви.
Мужчина не отпускал девушку ни на секунду, словно стоило бы ему расслабить хватку, как кто-то заберет её у него. И он снова потеряет ее на долгие месяцы или годы. Это будет его наказанием за то, насколько оказался слаб.
— Я хочу убить того, кто сделал это. — ненавистно шепча произнесла она.
Кристиан пытался разделить боль девушки, понять и не осуждать. Предатель он или нет - он был с ней с самого рождения, оберегал и направлял. Конечно, она хотела так же понять причину его желания предать дюжину. Понять, был ли Камал с ней настоящим все эти годы или умело играл роль, сколько она себя помнила? Что его заставило предать тех, кто был ему опорой и поддержкой?
— Обещаю, ты получишь его голову. — Кристиан взглянул на мертвое тело Рая. В его глазах промелькнул недобрый огонек ненависти и злости. Он убьет любого, кто заставил Деви пролить хоть одну слезинку.
Камал был последней весточкой брата для нее. Ей нужен был этот разговор, чтобы понять, что он плохой, что не тот, кем она его считала. Ей нужно было возненавидеть его всей душой и всем сердцем, но она вновь проходит через эту боль потери. Он был последней частью ее беззаботного прошлого.
— Он не заслужил такой смерти, не важно, что он сделал. Кристиан, никто не заслуживает. — прошептала она, прикрыв глаза.
— Знаю.
Молчаливые всхлипы были слышны ещё несколько десятков минут, а после совсем стихли, она заснула на его плече. Он не смел встать с места первые несколько минут, только потом аккуратно взял её на руки и отнес на один из дальних диванов. Относить в другую комнату не стал, он должен был следить и за Камалом, и за Деви. Табличку, которая была на теле мужчины, он спрятал под одной из соф. Её не стоит никому видеть.
Через несколько минут, после того, как он присел на софу к Деви и рассматривал ее лицо, в помещение вбежало его специальное подкрепление. Они хотели поприветствовать Лорда, но он поднес указательный палец к губам, приказывая молчать.
— Тихо. — прошептал он, вставая с софы. Его сосредоточенный взгляд зацепился за офицера, он держался за плечо из которого сочилась кровь через пальцы. Пулевое ранение. Видимо, он остался единственным выжившим и позвал на помощь.
Одной части стражи он отдал приказ, отвезти трупы в здание министерства, другой прошерстить округу, одному передать Рэйтану Вайшу два письма, которые он только что написал: одно, где вызвал Дорана на тайную встречу, а второе Раму, в котором он сообщил о гибели Камала. В зале с ним остался только раненый молодой человек и несколько стражей у выхода из помещения.
— Что здесь случилось? — спросил Лорд, стоя у одной из колонн, рядом с выходом из зала приемов, закуривая сигарету и не отрывая глаз от Деви.
— Люди в черных мантиях и масках индийских богов окружили здание, их было около пятнадцати. Я их заметил еще на подходе, поскольку дежурил на балконах верхних этажей, мало кого успел предупредить. Они будто знали все проходы и готовились к нашему прибытию. — голос юноши дрожал. — Или хорошо и давно знали этот дом.
Он явно намекал на причастность кого-то из дюжины. В таких делах важна хладнокровность и беспристрастность, поэтому настрой генерал-губернатора изменился в худшую для майора сторону.
— Но сбежать с небольшой раной в плече, которая не задевает никаких жизненно важных органов успел. Интересно. Что-то не сходится, не находишь? — Кристиан перевел на него свой холодный и равнодушный взгляд, слегка прищурившись. Он не дурак. Все мертвы, а один выжил. Такое бывает только в военных романах.
— Мне всего лишь повезло. — его голос задрожал еще сильнее.
— Врешь. — спокойно и размеренно произнёс лорд. — Говори правду или я тебя повешу на главной площади вместе с нападавшими, когда найду их, а до этого времени будешь гнить в камере без еды и с одним стаканом воды в день. Хочешь такой участи? — он вскинул брови, показывая всем своим видом, что это не просто угрозы, он действительно так может поступить.
— Я испугался и сбежал, когда увидел их. Сам ранил себя, чтобы вы ничего не заподозрили, но я сразу направился за подмогой, честно! Понимал, что вы скоро прибудете и будете в опасности.
Никто не знал, что Кристиан задержится в резиденции семьи Шарма. Слишком долго он бежал за подмогой, учитывая то, что в каждом районе был патруль из английских офицеров, найти их не составляет большой трудности. Это займёт максимум полчаса, но они пришли через примерно два.
— В это больше верится, но я все же тебя отправлю к Барону Баксли на дополнительный допрос. Дальше, если твоя версия окажется правдивой, то лишишься своего звания и вернешься в Англию, с позором или нет, я подумаю. Отправил бы тебя под трибунал, но проступок не настолько сильный, хотя в военное время пошел бы.
Он подозвал к себе одного из стражников, который контролировал один из входов в помещение.
— Отправь его к Барону. Скажи, что этот майор дезертировал во время нападения на важного свидетеля по делу о сражении в день Дурги-Пуджи.
Это дело он мог доверить только старому приятелю, ведь он умел допрашивать людей. Что-то внутри подсказывало Кристиану о том, что все не так легко и просто, и с этим делом придется попотеть.
Когда он остался один, подошел к софе на которой спала Деви, его взгляд перешел от нее к Камалу. Он быстро, тяжело и недовольно выдохнул.
Все же, они оба были правы, есть ещё один предатель. Камал заплатил слишком высокую цену за свое молчание. Его устранили, как более ненужную пешку, которая, видимо, многое знала и могла раскрыть имя предателя. Он об этом догадался, когда они еще были на улице, надо было оказаться более подготовленным.
Нападавшие ждали, пока Лорд покинет резиденцию. Как они узнали о том, что он его оставит? Что Камал вообще прибудет в Калькутту? Доран и Рам? Нет, они не знали точного времени и куда де Клер отправит Рая, хотя могли следить ещё с въезда в город, но слежки не было замечено. У Рама меньше причин убивать Камала, он предпочел бы оставить его в живых и раскрыть его, как предателя, тогда бы Басу потеряли авторитет в глазах союзников, а вот Доран... У него были весомые причины поквитаться с Раем, но какой смысл, если Кристиан уже пообещал ему полную свободу действий, после того, как он с ним поговорит? Не настолько же Басу ослеплен ненавистью к Раю и недоверием к де Клеру, чтобы поступить так опрометчиво? Но нападавшие... Доран, конечно же, имеет не последнее место в обществе, но пойти за ним против генерал-губернатора не каждый осмелится. Да и какой ему смысл угрожать Дивии? Нет, он искал предателя, так же, как и Кристиан, или это было постановкой Видии, чтобы скрыть истинные намерения на Дургу-Пуджу? Он был в Клифаграми при первом восстании в горной резиденции, железное алиби и его Кристиан проверял.
Он отправил Деви в закрытой карете с некоторыми членами особого подкрепления в свое поместье, им он мог доверить девушку, пока встречается сначала с Дораном, потом с Видией и Раджем. Как главы дюжины и хранители Бенгалии, они должны были узнать первыми, но увидеть реакцию Дорана он должен был в первую очередь. Нужно было его исключить или внести в список подозреваемых сразу.
Кристиан ожидал Дорана недолго, около получаса. Встретил его у входа в резиденцию, он прибыл весьма быстро. Первым делом Лорд де Клер оценил его внешний вид, ведь малейшая зацепка могла указать на его причастность к убийству или оправдать: низ брюк был испачкан в грязи, грудь вздымалась от сбившегося дыхания, он спешил. На щеке красовался недавно поставленная порез, словно от кинжала. Неглубокий, но весьма заметный.
— Зачем ты меня вызвал в такую рань, неужели ты уже поговорил с Камалом? И передаешь его мне? — направляясь в приемный зал, поинтересовался Доран.
За мужчинами шел ощутимый шлейф напряжения. Казалось, что каждый из них уже был готов напасть друг на друга.
— Боюсь, что не смогу выполнить данное тебе обещание. — сжав челюсть, произнёс англичанин. — Сам сейчас все увидишь.
Стражники открыли перед мужчинами дверь в зал, где в центре лежал Камал, накрытый белой тканью. Кристиан решил пока не рассказывать о ситуации в подробностях и о причастности Дивии, не желал подвергать ее лишней опасности, да и Доран не внушал больше никакого доверия.
Басу молча подошёл к бездыханному телу своего бывшего друга и опустился на одно колено, открывая своему взору побледневшее лицо мужчины, внимательно всматриваясь в него и получая ответы на свои вопросы, которым не суждено было быть кем-то услышанными. В его глазах промелькнула незаметная для других искра сожаления. Несмотря на свою внешнюю жестокость, холод, которые он показывал другим, ему было больно видеть Камала таким. Они были вместе всю жизнь. Несмотря то, как поступил Рай, эти воспоминания не исчезли. Он палач, без лишней эмоции и с наслаждением может забрать жизнь любого, кто угрожал его семье, но почему внутри стало так холодно, когда он увидел бывшего друга без прежней улыбки на губах, мертвое лицо, не единой эмоции.
Звук хрусталя, царапающего пол под чьим-то весом и звук того, когда достают меч из ножен, он узнал сразу же, ведь был до боли ему знаком. Кристиан приставил свой меч к его спине. Басу усмехнулся, закрыв лицо бывшего друга тканью. Встав на ноги и медленно повернувшись к лорду всем телом и отошел назад на несколько небольших шагов.
— Подозреваешь меня, де Клер? Неплохо, но глупо. Я же бесчестный, а от таких кроме обмана нечего и ждать. Серьезно! Остерегаться надо людей честных. Ты даже не заметишь, когда они сделают какую-нибудь... Глупость! — он достал кханду, что всегда весела на его боку легким и ловким движением за секунду, направляя ее к груди Графа де Клера. Сколько крови повидало это оружие, де Клер будет не первым и не последним, если Доран все же решит убить его.
— Подумай на кого ты направил меч, Басу. Я генерал-губернатор. Второе лицо в этой стране.
— Сколько вас уже было и полегло здесь. — он усмехнулся, закатывая глаза. — В прошлый раз избежал наказания и в этот смогу.
— Слишком самонадеянно. Я не настолько милосерден, как другие. В отличие от них, я не меняю свои решения.
— Если останешься в живых. — угрожающе уточнил он.
— Доран! — крикнула Видия. Видимо, они с Раджем только что зашли. — Убери меч!
Она сейчас могла потерять брата и союзника в лице Лорда - это была бы величайшая ошибка в ее сражении. Она хоть и ненавидела его, как и всех остальных в ком текла английская кровь захватчиков ее родины. Думала головой, а не сердцем.
Доран послушно опустил меч, стиснув зубы. Его с детства учили слушаться женщин семьи Басу, не мог по-другому.
— Стража, в темницу министерства его! — строго отчеканил Кристиан, приближающейся охране, которая зашла за Видией и Раджем.
Когда уводили Дорана, закрепив наручники на кистях его рук за спиной, женщина переживающие на него смотрела, вспоминая события двадцатилетней давности, её сердце разрывалось. История повторяется.
Кристиан наклонился, чтобы сбросить с тела Камала ткань, словно вуаль.
— Камал! — громко и испуганно произнёс Радж и направился быстрым шагом в сторону Рая.
Видия словно сейчас очнулась и обратила внимание на тело лежащее на полу. Она прикрыла рот рукой, в глазах был страх. Страшное не было позади, оно только стало набирать обороты. Она медленно, с опаской подошла к Кристиану, который стоял недалеко от неё и наблюдал за Раджем.
— Когда это произошло? Что случилось? — спросила львица.
— По моим подсчетам два часа назад, я его обнаружил повешенным под потолком. Все мои люди оказались перебиты.
— А что в этой резиденции делали ваши люди? — недоверчиво поинтересовался Дубей.
— А Доран? — перебила его Видия. Брат ей был важнее предателя дюжины. Неудивительно, кровные узы сильнее любого статуса и дела в этой стране.
— Доран является главным подозреваемым на данный момент. — холодно и незаинтересованно ответил он.
— Почему? — вступился за Басу Дубей.
Кристиан где-то внутри поразился этому вопросу, он думал, что отношения с обеих сторон вошли в стадию «безвозвратно плохо», но теперь кажется, что это только со стороны Видии.
Он перевел на женщину взгляд, который ясно дал понять, что он всё знает, знает о том, что скрывала от всех имя предателя.
— Думаю, что пора узнать всей дюжине об имени предателя. В ночь Дурги-Пуджи, ответственным за нападение был Камал Рай. Видимо, он знал слишком много, и не меньше мог рассказать мне.
В голове Дубея все сложилось. Необоснованное отсутствие Камала... Молчаливость Амриты. Неужели она тоже была причастна?
— И все же, почему Доран? — спросил Радж.
— Потому что у него было больше всего мотивов и свое мнение о Рае он высказывал весьма ясно. Также должен уточнить, что как я узнал, ваша невеста была здесь ни при чем. Не знала ни про нападение, ни про то, что Камал прибудет домой когда-либо еще. И я думаю, что будет правильнее сообщить ей об утрате именно вам, Господин Дубей.
— “Почему он подозревает только Дорана, а не Рама? Почему защищает эту глупую девченку Амриту?” — Видия с подозрением наблюдала за разговором двух мужчин. В ее голове вспыхнула еще одна свеча - как символ ещё одной причины для войны с Дубеем. Неужели де Клер на его стороне и просить его об амнистии Дорана бесполезно?
Покидая помещение, де Клер блуждал по закоулкам своих мыслей. Он выполнил свою часть сделки с Амритой. Обезопасил её положение в глазах Раджа, насколько смог. Тем, кто три месяца назад подтвердил подозрения Кристиана о предательстве Камала была Амрита. Он не питал к ней каких-либо чувств, относился всегда равнодушно, но сейчас, ему было печально, когда представлял в своих мыслях реакцию девушки на весть о смерти последнего близкого человека. Хоть и обещал ей сообщать о любых важных вещах, которые произойдут с ее братом пока будет в ссылке, не мог рассказать об этом. Слишком тяжелая ноша, даже для него, это должен был сделать близкий для её сердца человек, Радж или Деви. Золотой союз сам разберется с тем, что рассказывать другим членам дюжины о предательстве Камала. Он не станет вмешиваться в их дела по такому вопросу.
***
Поместье Лорда де Клера полнилось шепотом сплетен и слухов между слугами. Причиной послужило его решение переместить девушку до момента пробуждения в свое поместье, конечно же это не могло пройти без лишних глаз и ушей. В их время было чем-то неправильным, если незамужняя девушка занимает спальню в доме холостого мужчины, особенно генерал-губернатора. Надолго ли и при каких обстоятельствах? Кристиан был сильно вымотан из-за событий последних дней, поэтому ему было не до этого. Слухи и сплетни будут всегда, даже если ты решишь оторвать всем их длинные языки. Дорога до Кукрахати, где он скрывал Камала, обратно до Калькутты и убийство Рая. Проблема на проблеме, когда это все закончится? Ему хотелось снять это напряжение и расслабиться. В его руках вновь оказался металлический портсигар, когда он стоял на небольшом балконе гостевой комнаты, где спала Дивия. Курить в закрытом помещении при девушке - это неприлично и запах мог её разбудить, ему же этого не хотелось. Он занял небольшое кресло на балконе, прикрыв глаза. Его пожирало чувство вины изнутри, думал, что предусмотрел все. Сам сопровождал Рая, взял с собой двадцать лучших солдат и оставил предателя с ними, когда поехал к Дивии, но он просчитался. Кровь на теле уже запеклась и виднелись небольшие трупные пятна. Нападавшие уже были у резиденции, как Кристиан уехал за Дивией. Но он был прав, когда предположил, что Камал может дать ему ответы на многие вопросы. Аристократ услышал болезненные стоны со стороны спальни. Деви ворочалась и задыхалась, отходя ото сна. Он тут же подорвался с места и подошел к ней, закрыв дверь на балкон и заняв место в кресле у окна, рядом с кроватью. Девушка начала просыпаться. — Кристиан? — она сонно осмотрелась по сторонам и протараторила слабым голосом. — Где я? Что случилось? Сколько я спала? — Не долго. — он взглянул на настенные часы и добавил, возвращая свой взгляд к девушке. — около восьми часов. Сейчас ты в моем поместье, я приказал тебя отвезти сюда для твоей же безопасности. — А... Камал? — ее голос задрожал, а взгляд снова стал испуганным. Кристиан поджал губы и отвел взгляд в сторону, не осмеливаясь напоминать об ещё одной потери в её жизни. Девушка сама все поняла и вспомнила. Сжалась в комочек, укрываясь одеялом до головы и снова заплакала. — Почему все так? — она смотрела в окно сквозь слезы. — Кто это сделал? — Я ещё не знаю. Это такой период, который надо пережить. — он не знал, что нужно и можно говорить в такой ситуации. Она замотала головой. — Нет, нет. Я так больше не могу... — Деви... — полушепотом произнёс Кристиан. Он встал с кресла и опустился на одно колено, протягивая руку к краю одеяла, чтобы немного его отодвинуть и увидеть её лицо. — Нет, я устала переживать… выживать. Я просто хочу жить. — разбито произнесла девушка слабым голосом. Слезы Деви наносили раны на сердце мужчины, но и давали мотивацию скорее решить проблему с предателем, чтобы желание индианки наконец исполнилось. — Я найду того, кто это сделал! — решительно произнёс он. Девушка молчала, укрывшись с головой одеялом. Она не верила ему. Нет, она не верила больше никому. Она теперь одна, все вокруг враги. Или тогда ей так только казалось? Прошло несколько минут прежде, чем она успокоилась. — Кто знает? — прошептала она, не высовывая голову. Даже в такие моменты она могла взять себя в руки, хоть и ненадолго, но узнать подробности, которые были необходимы для её небольшого расследования. — Видия, Радж, Рам. Наверное, Господин Дубей уже рассказал о произошедшем Амрите. — он тяжело выдохнул, добавляя в этот список последнее имя. — и Доран. Я думаю, что ты должна это узнать это из моих уст. Главным подозреваемым является Доран, я заточил его в темницу, пока идет расследование. Он почувствовал, как девушка напряглась и присел на край кровати, вновь протягивая руку к одеялу, чтобы взглянуть на неё. — Деви, я знаю о твоем недоверии к англичанам, но поверь, ты можешь мне довериться. Рассчитывать не только на союз, который поможет избавиться от нескончаемых сражений и предательства, но и на мою поддержку. Не закрывайся от меня. — полушепотом произнёс он. Насколько было правильным решением с его стороны быть настолько откровенным с девушкой? До невозможности неправильное и рискованное, но он устал скрывать что-то внутри себя и подолгу подбирать правильные слова, которые будут ранить не только других, но и самого. Его сладкие сердцу речи внушали доверие девушке. Если после убийства Кайраса в ней преобладала энергия и жажда мести, которая после сменилась желанием работать, упорным трудом, то сейчас она была разбита. Ей хотелось наконец кому-то излить хотя бы часть того, что лежит у неё на душе. Она нуждалась в ком-то, кто будет рядом, когда ей плохо. И этим человеком оказался Кристиан. Не специально, случайно, он был рядом, когда девушка больше всего нуждалась в чьей-то поддержке. Шарма приподнялась на локтях и оперлась спиной об изголовье кровати, пододвинувшись к нему бедрами и сложив пальцы рук в замок перед собой. — Камал мне был как брат. Он так напоминал мне Кайраса, хоть и оказался тем, кто виновен в смерти десятка, сотен людей. Я будто до последнего отказывалась в это верить. — на некоторых словах ее голос доходил почти до писка, но она каждый раз делала глубокий вдох и продолжала. — Я представляла его казнь и думала, что почувствую удовлетворение, внутреннее чувство справедливости, но... Сейчас полное опустошение. — она облизнула губы, по щеке скатилась слеза. — Позволь? — прошептал он, доставая из внутреннего кармана фрака белоснежный платок с его инициалами, вышитыми синими нитями. Он аккуратно коснулся платком её лица и убрал эту слезу, затем положив его в руки девушки. Он не смел её касаться. — Ты знал, что его убьют, когда мы бежали в зал, я права? — она подняла на него слабый взгляд. — Вернее, подозревал. Камал понимал, что если сбежит, то ничего не сможет спасти его от смерти и позора. — Кристиан смотрел ей в глаза, пытаясь найти в них хоть какую-то эмоцию помимо боли и скорби. — Ты сказал, что подозреваешь именно Дорана. Почему? Они пообещали быть честными друг с другом, а де Клер предпочитал держать слово. Опустив голову на доли секунды, ответил, вновь вернув взгляд к девушке. Вспоминать о событиях Дурги-Пуджи давалось ему с трудом, но произносить это вслух ещё тяжелее. Словно внутренний барьер, который он поставил тогда, чтобы не сойти с ума. На душе появился груз. — Когда я и Рам провели ритуал, в зал зашел Доран. Вы с Рамом были без сознания и он помог донести вас через тайные проходы в Калигхат, где уже ждал нас господин Вайш. Так образовался наш своеобразный "союз". В ночь перед тем, как я отправился за Камалом, я с ними встретился и сообщил о своих намерениях вернуть его в Калькутту. Он был ослеплен желанием смерти Камала. Он предавал союз и раньше, когда рассказал Видие о том, что Камал оказался предателем. Мы тогда заключили договор о том, чтобы это все оставалось в секрете до того, как ты приедешь. — И получается, ты все время знал, что я не умерла? Что я была в горной резиденции? — рассуждала девушка. Она была поражена и это отражала её мимика на лице. Он горько усмехнулся, отводя взгляд, вновь окунаясь в эти чувства, которые испытывал три месяца. — Нет. Я знал лишь о шансе, что такое может произойти. Так же, благодаря тебе, я теперь знаю, где ты находилась все эти месяцы. Это все держалось в тайне, знал только Господин Вайш. Он и рассказал мне о причине твоей смерти. Дивия заметно напрягалась, кажется, даже ее лицо побледнело. — Ты знаешь, что... — Что Парвати Банерджи умерла, потому что её провозгласили моей невестой? Что тогда должна была умереть ты, а не она? Да. — Кристиан встал с кровати и подошел к окну, слегка приоткрывая штору, чтобы рассмотреть происходящее на улице. — Я знаю, что твоя смерть была связана с нашей помолвкой. — Я правильно понимаю, что мы больше не... — она боялась произнести следующее вслух. Эту ношу взял на себя Кристиан, понимая, что если произнесет следующее, то обратного пути не будет. На этом их история любви, которая не успела еще толком начаться, моментально подойдет к концу. — Да, будет правильнее расторгнуть помолвку. — холодно произнес он, скрывая все эмоции в себе. Девушка смотрела на него немного растерянным, непонимающим взглядом. — Деви, поверь, видеть то, как на твоих руках умирает человек, который стал тебе... Весьма дорог... это очень больно, не могу себе позволить рисковать твоей жизнью. — ему не хотелось продолжать этот разговор, надо было скорее сменить тему, он и так был слишком откровенен с девушкой. — Отныне моя стража будет дежурить у твоей резиденции. Этот вопрос не обсуждается. Ни ты, ни я не остановимся, пока не найдем истинного предателя, поэтому стоит быть более осторожными. — Ты хочешь остаться только союзниками? — спокойно и весьма равнодушно произнесла Госпожа Шарма, не желая дать лорду ни одного намека на то, как ранили ее слова. — Хорошими друзьями, если возможно. — Уверен, что получится? Они оба одновременно слабо усмехнулись, он хотел уже покинуть девушку, оставив ее наедине с мыслями, но она его остановила. — Кристиан! Доран и Камал были лучшими друзьями долгое время и росли вместе. Он был для него родным человеком. Я уверена, чтобы он не говорил, не смог бы убить его. — Деви, Доран жаждал найти предателя. Друг или нет - его это не волновало, в первую очередь долг. Он хотел убить его. Был бы я на его месте, желал бы того же самого. Кристиан так рассуждал, потому что сам никогда не сталкивался с подобным. Единственное на кого не поднялась бы рука - это родители или те, кто их заменил в свое время. — Час назад приезжал Архат и передал через Диану тебе письмо. Оно на туалетном столике. После этих слов, Кристиан покинул девушку и направился в свой кабинет. Она так не желала этого брака, ослепленная своей ненавистью к англичанам. Согласилась, чтобы узнать имя предателя, а после исполнить свое предназначение. Убить Кристиана. Так хотела дюжина до ее перерождения. Но со временем её мнение поменялось, не обо всех англичанах, конечно, только о лорде, но сейчас он отверг ее. Как он смел просить о доверии, а через несколько минут заявлять о желании расторжения помолвки? Доверять можно только тому, кого сильно любишь, а любить того, кому больше всех доверяешь. Она почти напрямую сказала о своих чувствах к нему, а в ответ на это он пожелал расторгнуть любые отношения, кроме деловых. Быть друзьями. Почему это звучало из его уст, как какой-то утешающий приз. Она не должна была позволять себе никакую слабость. Любая эмоция равна погибели в её мире. Холодный разум и потухшее сердце. Ничего больше. В письме, что принёс Архат было приглашение на срочное собрание дюжины в полном составе. Деви сразу поняла, что Басу и Дубей расскажут о смерти Камала, но главный вопрос был в другом. Расскажут ли о том, что он и был предателем дюжины? Бедная Амрита, если она туда придет, то ей придется выслушивать ненужные или фальшивые соболезнования, что ужаснее - косые взгляды, если правда о ее брате вскроется. Когда такое случилось у Деви, за нее заступился Камал, принимая всех гостей в резиденции от ее имени. А ее оставил наедине со своим горем, понимая, что ей будет лучше побыть одной, чем выслушивать этот спектакль второсортных актеров. Предатели были еще среди своих, хотя дюжина перестала быть чем-то своим. Деви раньше закрывала глаза на все недостатки этой системы из-за долга и наследия по крови, но перерождение дало ей возможность посмотреть на все со стороны. Увидеть в каждом члене дюжине врага, препятствие к её счастью и свободе души. Ей придется также играть роль, как и другим. Только её роль была не в лицемерии и наигранном сожалении, а в том, чтобы не дать им ни одного намека на то, что она что-то знала. Что у неё договор с генерал-губернатором. Девушка незамедлительно покинула поместье Лорда де Клера, забрав Деймоса из конюшни Кристиана. Прощаться не стала, если спросит о причине такого грубого нарушения правил этикета, то пошлет его ко всем асурам в мыслях, но ответит, что сильно спешила. Девушке нужно было заехать в свое поместье и переодеться, окровавленная форма для верховой езды вызовет вопросы. Время ещё оставалось, поэтому она успела принять душ и переодеться в синюю чоли и того же цвета легкие, широкие брюки, которую она затянула тугой веревкой на своей талии. Поверх она хотела надеть белое сари, как знак траура, но когда все узнают, будет слишком очевидно об осведомленности юной госпожи, поэтому она накинула его полупрозрачную версию того же цвета. Так будет лучше. Девушка отказалась от каких-либо браслетов, цепочек и других украшений. Желание красиво одеваться, ради встречи с дюжиной давно потеряло свой смысл. Она поехала к Калигхат с Архатом, он её защитит, если будет какая-либо опасность. Когда девушка ехала по улице, то нередко видела радостные взгляды и разговоры, когда горожане видели Госпожу Шарму в здравии, в такие моменты она натягивала улыбку и старалась сделать ее настолько искренней, настолько могла. Таким, как они не важно, что внутри - главное оболочка. Это не было оскорблением в их сторону, они верят и любят Госпожу Шарму, а не настоящую Дивию. Жестокая реальность, обыденность. Это считалось чем-то нормальным, нет, это было нормальным, ведь таков был ее мир. Она уже заходила в частный зал храма, когда заметила сбоку мужской силуэт, заходящий в небольшую комнату. Рам. Им надо было поговорить, он мог дать ей ответы на то, что с ней происходит. Что именно тогда произошло в ночь Дурги-Пуджи и почему он потерял сознание. Когда она скользнула в комнату, тихо прикрывая за собой дверь, увидела диван у окна, обтянутый светлым бархатом, и только что севшего Дубея-младшего. — Знал, что не скроюсь от тебя сегодня. — прошептал он, приоткрывая глаза. — Неужели были намерения? — она ухмыльнулась, вскинув брови. — Наверное... — его голос был словно не его, слабым, да и возникало ощущение, что он глубоко в своих мыслях. Деви ни раз пыталась встретиться с молодым человеком, чтобы он мог ей помочь в обучении способностям, но он всегда либо не отвечал на письма, либо отказывался, даже от простых дружеских посиделок. — Не думаешь, что нам давно стоило поговорить? — Наверное... — ещё один односложный ответ. Возможно, если бы она не видела его потухший взгляд, то подумала, что разговор ему вовсе не интересен. Сейчас складывалось впечатление, что он не знал, что ответить и что говорить, ведь сам не понимал, что происходит. — Рам, я знаю о вашем с Кристианом ритуале. — набравшись смелости, произнесла девушка. Рам широко распахнул глаза в каком-то испуге, а девушка продолжила. — Знаю, что ты сделал что-то, чтобы воскресить меня. Сделал что-то, из-за чего тогда потерял сознание. Губы молодого человека стали тонкой ниткой. Неужели не стоило разглашать ему о том, что ей рассказал Кристиан? Но как она могла иначе, ведь ключом к сундуку с ответами был именно Рам. — Каждый вопрос или просьба богине имеет свою цену в виде подношений. Золото, камни, цветы, но прося воскресить человека ты приносишь в жертву самое ценное, что у тебя есть - свою жизнь. Девушка непонимающе смотрела на молодого человека. Он был перед ней живой и здоровый, что он тогда отдал богине? — Но ты жив. — неуверенно произнесла девушка. — Но есть вероятность того, что лишил весь будущий род Дубей возможности быть ведающими. — на его лице появилась улыбка, которая буквально кричала «Посмотри, какой я наивный глупец. Решил тягаться с волей богини». У девушки не было слов, только ступор. Поблагодарить Рама за то, какую жертву он принёс? Зачем это ему? Силы это не вернет. Наверное, он ненавидит ее или желает обернуть время вспять и не спасать девушку. — Деви, пожалуйста, не смотри так на меня. — произнёс Рам, качая головой. — Я сделал так, как хотел, как чувствовал, как считал нужным. Твоей вины в этом нет. Я знал, что есть шанс потерять связь с богиней. Я знал на что иду. Было вопросом времени, когда де Клер расскажет тебе об этом. — Что я могу сделать для тебя? — невольно поинтересовалась девушка, это вопрос шел откуда-то изнутри. Рам ухмыльнулся, молча несколько секунд. — Сделай так, чтобы об этом больше никто не знал. Рэйтан говорил, что тебе сложно дается освоение новой силы. — на этих словах девушке стало крайне стыдно, ведь Рам буквально отдал свою силу ей. Принёс такую жертву, а она не справляется. — Я тебе помогу. Она подняла на него радостный взгляд. — Такое лучше практиковать с детства, но у тебя такой возможности не было, поэтому придется потрудиться. А сейчас тебе лучше уже идти. Я выйду за тобой, чтобы не привлекать ненужного внимания. — он поднялся с дивана и стал выгонять ее движениями рукой, словно отмахиваясь. Девушка улыбнулась, благодарно смотря на молодого человека. — Спасибо тебе за то, что сделал и делаешь для меня. И прости. — Жизнь - это игра, Деви, а игре свойственно терять игроков. — он усмехнулся, но в глазах была скорбь. Все члены дюжины встали полукругом. Золотой дуэт в лице Раджа и Видии стояли по обе руки аватара Рита-Шивы лицом ко всем присутствующим. Еще входя в помещение девушка быстрым взглядом осмотрела его, не было Дорана и Амриты, помимо них, если она не ошибается, то были все. Деви встала рядом с близняшками Басу. На их лицах было плохо скрытое переживание. На плече младшей под сари скрывалась небольшая царапина, словно от меча. Свежая, будто поставили этим утром и она попыталась скрыть её под тканью. Но она все равно была заметна. — Мы собрались по причине того, что я и Радж получили сообщение о том, что рано утром англичане нашли Камала Рая повешенным в собственной резиденции. По всему частному залу раздались ошарашенные вздохи. Кто-то сразу же подумал на то, что убийцей и являлись вторженцы. Что до самой Деви, ее сердце замерло, а кислород снова перестал поступать в легкие, будто она впервые услышала эту весть. В голове стали мелькать воспоминания минувшего утра, когда она застала ту душераздирающую сцену в резиденции семьи Рай. Играть не пришлось. — Так же, нам стало известно, что события, которые произошли в одну из ночей фестиваля, были по вине того же Камала. — Радж произнес это без грамма сожаления или стыда. Так открыто говорить об этом, не заботясь о репутации своей невесты? Какой же он мерзкий. Камала больше нет, чтобы защитить честь сестры. А Амриты здесь нет, чтобы защитить память о брате. Кто-то сзади произнёс тихо, но так чтобы слышали все. — А что если и его сестра причастна? Это была последняя капля, Деви подала голос, говоря тихо, почти шепотом, но все сразу замолчали прислушиваясь к ней. — Никому же не кажется странным, что такую масштабную бойню и сговор против меня устроил один человек? То же касается и нападения на нас в горной резиденции. — Что ты хочешь сказать, Дивия? — поинтересовалась Видия. — Предатель был не один, а несколько, и они ещё среди нас. За ней голос подал Эрит Тхакур, который всегда сторонился подобного и старался не высовываться. Быть нейтральной стороной, но сейчас он решил ясно и понятно высказать свое мнение. — Я согласен с Дивией. Думать о том, что виновна только семья Рай недальновидно. — сказал он, подходя к Деви со спины и становясь рядом. — Вы хотите сказать, что виновники среди дюжины и англичане непричастны? — Радж вскинул брови и снисходительно улыбнулся, словно умиляясь этой детской наивности. — Нет, мы думаем, что предатели среди нас. Это могут быть те же англичане, которые смогли найти подход к членам дюжины и следить через них за другими. Крыса. — подала голос Сарасвати. Рам стоял у окна подальше от всех, опираясь о стену почти все время, как и в прошлый раз, но вышел к Деви, Эриту, Саре и предстал перед золотым дуэтом, стоя по другую сторону от брата. — Cарасвати права. Злость и ненависть к англичанам не дает нам увидеть правду, что в ночь Дурги-Пуджи, стали нападать на нас свои же. Кто мог убедить Дикшита и Махаджана в том, что предательница Деви, если не кто-то имеющий влияние в дюжине? — голос Рама впервые обрел эмоцию. Эта честь была отдана эмоции злости. — Что до горной резиденции, нападавшие англичане не нашли бы дорогу туда, если бы им не помог кто-то из наших людей. О местонахождении горной резиденции знают только члены дюжины. Камал и мог им сказать о местонахождении, но провести незаметно почти сотню людей через один вход? Невозможно, они заходили с разных, значит и на других были проводники. Они все пошли не только против всей дюжины, но и против Золотого дуэта. Впервые за всю историю, вместо того, чтобы послушно следовать за ними, они высказали свое мнение, которое боялись озвучить многие другие. Самым страшным, что случилось в тот день помимо жестокого убийства главы семьи Рай - это было то, что Сарасвати пошла против матери, Рам против брата. Раскол начался уже не только в дюжине, не в союзе львицы и тигра, но и в семьях-хранителях Бенгалии. Собрание длилось ещё недолго. Тем для обсуждения больше не было, конечно же, все мужчины были приглашены на похороны Камала на реку Ганг, но кто пойдет провожать в последний путь того, на чьих руках смерть стольких людей? Это останется тайной до полуночи. Пока Деви направлялась в поместье Рай с Архатом, ведь Радж сказал, что Амрита сейчас там, в голове госпожи Шарма вертелись последние слова Дубея. — Ты не поедешь к ней? — поинтересовалась Деви у Раджа по окончанию собрания, когда узнала, где сейчас ее подруга. — Зачем? — он удивился ее вопросу, словно Амрита не была его будущей женой. Девушка и раньше понимала, что Радж не самый хороший человек, но последнее вызывало в ней омерзительные чувства. Не Амрита не заслуживала Дубея, как говорили за ее спиной многие, а Радж не заслуживал такого человека, как Амрита рядом с собой. Не заслуживал и Радху. Он не заслуживал ничего, только смерть за мучения двух девушек. Один из слуг дома Дубеев, которых Амрита взяла с собой для подготовки к похоронам, проводил юную Госпожу Шарма в гостевую залу, где сейчас и находилась Госпожа Рай. Когда дверь открылась, она увидела помещение в которое почти не проникал солнечный свет. Тело Камала, было накрыто чистой, белой тканью и лежало на бамбуковых носилках. Позже ее взгляд зацепился за маленькую хрупкую фигуру в белоснежном сари рядом с ним, плечи которой жалобно подрагивали. — Амри... — девушка сразу подошла к подруге и коснулась её плеча. — Я тут, дорогая. — Деви? — она подняла на неё свой испуганный взор. Глаза были красные от слез. Волосы растрепанны, а губы сухие, треснувшие. Шарма вспомнила, как каждое утро подруга прихорашивалась и заботилась о своей внешности, иногда больше, чем окружающие её люди, но не сейчас. Деви обняла её со спины, а Амрита послушно упала спиной на её грудь, прикрывая глаза и всхлипывая. — Спасибо, что пришла. Я так устала. Думала, все возненавидят меня после того, как объявят о том, что сделал Камал против дюжины. — голос девушки был хриплым, видимо, она кричала долго и громко, когда узнала о том, что случилось с её братом. — Тише, не думай о них. Пусть катятся ко всем асурам! — фыркнула Деви. В ней ещё преобладали негативные эмоции после собрания. — Радж сообщил о новости и сразу уехал по делам, потом на собрание. Сказал, что мне там лучше не появляться. — она подождала губы. Её помолвка были на грани срыва и она это прекрасно понимала. — Как там все прошло? Все меня ненавидят? Да? — она слабо улыбнулась, видимо, сейчас что-то в её голове пошатнулось и дало сбой в её психике, что не редко бывает при сильном стрессе. — Рам, Сарасвати, Эрит и я восстали против нашего дорогого и любимого Золотого дуэта. — усмехаясь произнесла Шарма. Амрита поднялась на колени и удивленно посмотрела на Деви. — Что? Как? Нельзя! Хитрая улыбка не сходила с губ Деви. — Когда они стали винить во всем Камала и говорить про тебя, никто из нас не смог смолчать. — Не нужно, будет только хуже. Она хоть и ругала ее за такой опрометчивый поступок, но в душе ей было радостно и приятно, что с Камалом или без него, у нее есть защита. — Амрита, ты сама говорила, что мы, как семья или я ошибаюсь? — Деви вскинула бровь. — Ошибаешься. — она выдержала небольшую паузу и приобняла девушку. — Мы и есть семья. Спасибо тебе, я бы не смогла. Голос Рай был совсем слабым. — Может тебе, стоит немного поспать перед похоронами? — Нет! — она отрицательно поковала головой. — Хочу побыть с ним в последний раз, пока не заберут. Деви понимающе кивнула. — Не против, если я проконтролирую подготовку к похоронам? — Буду даже благодарна. — она улыбнулась с такой надеждой в глазах. Все эти часы Амрита думала, что никто не придет и все ее забудут, как страшный сон. Она будет одна на этом жизненном испытании, но сейчас с ней была Деви, которая, как никто другой могла понять ее чувства и сделать так, чтобы девушке было чуть легче переживать этот период. Амрита нередко сталкивалась с понятием слова одиночество, особенно в последнее время, когда переехала в резиденцию Дубеев. После того, как ее брат покинул город, оставив свой дом на произвол судьбы. Предательство Камала не было для неё грязью, от которой хотелось побыстрее отмыться. Он был её братом и всегда все делал для неё. Она нередко догадывалась, что на помолвку с Раджем в положительную сторону повлиял именно он. Видел, как она вздыхала каждый раз, когда Дубей-старший проходил мимо или случайно бросал на нее взгляд. Сейчас она понимала, что этот брак был способом уберечь ее от презрения остальных членов дюжины, если узнают о том, что сделал Камал. Ведь кто посмеет косо посмотреть на жену главного брахмана в Бенгалии и что-то сказать в её сторону? Сразу головы лишится. Он все и всегда делал для неё. Как же ей теперь жить дальше? Она не справится без него. Самое печальное для женского населения Индии - это то, что им запрещено присутствовать на ритуале сожжения умершего. Так не позволяли их культура и традиции. Амрита должна не выходить из дома ближайшие тридцать дней, не готовить еду и питаться только тем, что приносят друзья и близкие, ведь эти дни после церемонии кремации считаются самыми важными, так как именно в эти дни душа находит себе новую оболочку. Деви и Амрита стояли у стены в коридоре через который слуги выносили тело Камала ногами вперед. Секунды тянулись, словно часы. Амрита сжимала Деви в объятиях, горестно плача. Она не могла на это смотреть, не смогла бы выдержать. Деви держалась, старалась быть сильной, давая возможность побыть слабой своей подруге. Ей это было нужнее, она слишком долго скрывала все эмоции в себе, натягивая улыбку. Деви хотела, чтобы хотя бы в этот момент девушка почувствовала себя свободной. Но и Шарма не смогла сдержать слез, они катились по ее щекам, но она смотрела на Камала, провожая его и благодаря за все то, что он для неё сделал. За то, что был рядом, оберегал и помогал. Как же это больно терять того, кто тебе дорог. Когда повозка с телом их брата тронулась и поехала в сторону реки, Амрита отстранилась от Деви и присела на софу, кладя руки локтями на колени и закрывая лицо ладонями. Деви продолжала смотреть в сторону выхода из дома, ни о чем не думая, словно в трансе, просто смотря куда-то вдаль под звуки плача Амриты. В эти двери через несколько минут забежал Эрит. Он думал, что девушек придется поискать, но они были у главного выхода из дома. Он подошел к ним. — Эрит? — Амрита подняла на него глаза. Она радовалась, что еще один человек пришел ее поддержать. Сам Тхакур недоверчиво посмотрел в сторону нескольких десятков слуг, которые так же провожали Господина Рая и произнёс сбавив тон голоса до минимума, чтобы сказанное слышали только девушки. — Сарасвати сказала о том, что знает, где будет проходить ритуал. Там есть крепость и вид с одной из стен, открывается на похороны, вы сможете проводить Камала и помолиться за него с мужчинами. Вас не заметят. Если ехать, то сейчас, иначе не успеем. — Где сама Сарасвати? — поинтересовалась Деви полушепотом. — Она не смогла приехать и послала меня. Скорее всего её не пустила Видия, чтобы не создавать видимость того, что им жалко семью Рай. Кто-то мог подумать, что они были с ним заодно. Все Рай для Видии предатели, но Деви думала, что на это решение так же повлияло отношение Сары к Амрите. Она поступила правильно и Деви была ей за это благодарна. — На чем мы поедем? — решительно произнесла Амрита. Она согласилась на предложение Тхакура. Когда дело касалось семьи, для неё не существовало никаких правил и традиций. — Я пригнал сюда лошадей. Поедем на них. — Но я не умею. — произнесла, боясь что из-за отсутствие этого навыка все сорвется. — Поедешь со мной. Я никому не расскажу. — это было важное уточнение для Амриты, ведь она была еще в статусе невесты Дубея, да и ни одна девушка, которая не хочет, чтобы ее считали доступной, не подпустит к себе мужчину ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Через пол часа девушки из семей Рай и Шарма, чьи лица были скрыты за белыми накидками с капюшоном, стояли на одной из стен крепости. С которой когда-то их предки отбивались от нападающего войска англичан, защищая свой народ и ценности. А сейчас девушки ждали начала проведения ритуала, наблюдая за мужчинами и стараясь не высовываться. Среди присутствующих были Радж и Рам Дубей, как брахманы, Дамрас Банерджи, Мохан Просад, Иллиас Каттассери, Макул Дессай, еще несколько брахманов, которые будет помогать Раму в проведении ритуала. Не густо, но Деви опасалась худшего. Так же она переживала по поводу того, что ритуал могут проводить только брахманы, и Рам был главой, поэтому на похоронах члена дюжины был обязан присутствовать. Большая часть лежала на его плечах, но он ведь потерял связь с богиней и возможность использовать силу. Как он справится и что будет? Все были в белых облачениях, к Раму подошел только что прибывший Эрит, он сначала проводил девушек наверх,затем спустился обратно. Он шепнул ему на ухо то, о чем попросила его Амрита. Когда они направлялись к берегу реки, разговора было не избежать. В ходе него Эрит рассказал, что Рам сообщил о месте проведения Сарасвати через письмо, а тогда сам Эрит был в поместье Басу и Сара попросила его передать девушкам о том, что на рядом стоящей крепости есть место, где они все увидят и смогут попрощаться. В этом разговоре Амрита попросила передать Раму желание Камала. Рано или поздно между близкими людьми заходит разговор о смерти, и в один из них Камал попросил Амриту попросить брахмана, который будет проводить церемонию, чтобы огонь зажгли Кайрас и Доран, как его лучшие друзья, а его тело пустить вплавь на лодке, пока оно горит. Рам посмотрел в сторону девушек и уверенно кивнул, он исполнит её просьбу. Амрита расплылась в благодарной улыбке и произнесла одними губами без слов. — Спасибо. Тело Рая ещё не прибыло и было время, чтобы устроить все так, как хотел покойный, чью просьбу передала девушка. В этот момент из ворот крепости, которая охраняла это место от посторонних глаз разделяя город и реку, вышли два мужских силуэта в белых облачениях. — Доран Басу и Лорд де Клер? — Амрита испуганно посмотрела на подругу. — Неужели они его заберут, чтобы кинуть на центральной площади, чтобы все увидели предателя? — шепча тараторила девушка. Сама Деви так же боялась этого, но они пришли в белых облачениях. Они будут участвовать в ритуале. Кристиан решил сопроводить Дорана на сожжение, чтобы тот не сбежал? — Нет, видимо, они будут участвовать в похоронной церемонии. — уверенно ответила девушка, присматриваясь к Лорду де Клеру. Как он посмел здесь появиться? Англичанин, иноверец, захватчик, тот, кто и был виновен во всех бедах. Кристиан направил свой взгляд на девушек сразу же как зашел. Они были на слишком видном месте или он знал, что они тут будут? Он смотрел так несколько секунд, не отводя взгляда, а после ухмыльнулся, хоть это было и неприлично при таких обстоятельствах, но не смог сдержаться. Он был не удивлён, что Дивия нарушила все правила и сделала, как хочет, как велело её сердце. Этим она его и привлекла. Не такая, как все. Один из младших брахманов сообщил, что Камала Рая привезли. Тогда к нему подошли четыре мужчины: Радж, Эрит, Доран и Кристиан. Радж возмущенно что-то спросил у генерал-губернатора, а тот что-то ответил и Дубей-старший кивнул, они направились к повозке. К сожалению, девушки были слишком далеко, чтобы расслышать о чем они говорили и почему Радж столь спокойно принял факт того, что на ритуале сожжения будет чужой человек. Дальше все было, как в тумане, девушка помнила какими-то обрывками. Помнила, как тело Камала на носилках несли мужчины к реке на своих плечах. Радж и Доран впереди, а Эрит с Кристианом сзади. Как на лодку, расположенную на берегу опускали тело Рая. В этот момент обе девушки стояли словно статуи, не моргая и держась рядом. Они вместе, рядом, как и всегда хотел того Камал. Вокруг его тела положили дрова, накрывая их гирляндами из цветов, и поскольку, он был членом дюжины, то добавили несколько поленьев ароматного сандала. Рам подошел к голове покойного и нанес двумя пальцами правой руки ему на лоб эфирное масло сандалового дерева одной точкой. Он стал читать мантру вместе с другими брахманами, готовя все еще заточенную в теле душу к возрождению. Приглашенные читали вместе с ним. Деви и Амрита делали так же, прикрыв глаза и обращаясь к Йáме - богу смерти и справедливости. Обычно мужчина из семьи усопшего должен самолично зажечь погребальный костер, но таких не было, поэтому просьба Амриты могла быть легко исполнена. Дубей-младший передал факел Дорану, что-то шепча, видимо, сказал, что это была воля самого Камала, потому что Доран не смог скрыть удивление на своем лице. После этого, мужчина сделал семь кругов вокруг лодки, поливая его тело ароматическими маслами и в конце, что-то шепча только губами поджег брёвна у головы Камала. В этот момент Деви заметила в глазах Дорана сожаление. Амрита же не смотрела ни на кого, кроме брата. Она одела его в самую красивую и торжественную одежду, что у него была. Вспоминала, как они проводили вместе время и он прибегал к ней в спальню, когда слышала крики от её ночных кошмаров после пожара в резиденции. Он всегда был рядом, когда нужно, поэтому и она решилась быть рядом и проводить его в последний путь. Те же мужчины, что его и несли, взяли лодку и стали спускать её в реку. Когда она спокойно поплыла по реке, все вернулись на берег и стали петь негласный гимн Калькутты, который нередко использовали их родители в качестве колыбельной детям. Кристиан же отошел в сторону, закурив сигарету и провожая Рая взглядом. Лорд де Клер не имел права петь эту песню со всеми. Как никак, его народ - это захватчик, а эта песня - гимн свободы. Пока еще внутри сердца Тоскует индийская душа, И на слиянии трех рек, вперед, На Аллахабад устремлен взгляд. Еще не пропала наша надежда, Надежда, которой две тысячи лет: Быть свободным народом на нашей земле, Земле Махадевы Кали. К тебе я приду, всех смиренней, Твой Воин, твой Певец. Зажгу огонь, склоню колени И возложу венец. И пусть земля дрожит, пылая, И пусть будут прокляты враги, Твой свет, Калькутта, не угаснет, Не посмею этому случиться я. Лодка с телом отдалялась все дальше, но свет огня был виден еще долго. Своей смертью Камал Рай начал отсчет к счастливому будущему, которые ждало тех, кого он так любил. Ведь это было то, чего он так всегда желал и за что боролся, становясь в глазах многих предателем.Прощай, Камал.
Примечания:
Добрый день, дорогие читатели. Искренне надеюсь, что вам понравилась эта глава и вы поддержите ее своей реакцией.
Наверное, она была для меня одной из самых сложных, потому что в силу обстоятельств приходилось писать без перерыва несколько дней, множество раз исправляя написанное, иногда убирая и переписывая по несколько страниц. Сейчас, смотря на главу и перечитывая ее, безмерно горжусь собой. Целую руки Ламии и молюсь на нее, буквально.
Спасибо вам за прочтение, ваша miexistence.
