all you have is your fire

...У меня сломался модуль сна, я не вижу их уже которую ночь и совсем не сплю. Просто хожу по вагонам экспресса и смотрю в огромные окна на кучные скопления метеоритов, далеких звезд и хорошо прячущиеся тени, которые постоянно наблюдают издалека. Мой пистолет всегда рядом, я неосознанно касаюсь его рукой. Хоть кажется, что мы совсем не двигаемся, но на деле поезд едет все дальше и дальше... ...Оказывается, я очень громко топаю, когда хожу по экспрессу, мне об этом сказал Келус, поэтому сегодня я буду сидеть на месте в своей комнате. Без света. Я взял плеер у Марч, потому что свою музыку я заслушал до дыр, а радио в этой части вселенной ловит с помехами. Сегодня промелькнула мимо голубая планета, мы долго плыли мимо нее, так что я успел представить, что там живут русалки, а из-за малой плотности воды под ней — огромные заросли деревьев, потому части планеты слегка зеленоватые... ...Мне кажется, если мы встретим еще хоть одно межзвездное облако, то у меня закончится внутренняя память. Все же что-то от прошлой жизни у меня осталось, и это желание запечатлеть невообразимую красоту. Датчики сами ее ловят, остается лишь пару раз моргнуть, и звездные колыбели остаются навсегда со мной... ...Кажется, у меня вчера включился режим энергосбережения и я надолго погрузился в свои мысли, а когда посмотрел снова в окно, планеты уже не было рядом. Дань Хэн предложил почитать что-то из его библиотеки, но там все слишком замудренное, я пролистал пару страниц. Просто 'замечательно'. Сегодня буду рассматривать альбомы с фотографиями, Пом-пом предложила порешать судоку, оставлю это на завтра. Ведь завтра я все равно не усну... Спустя неделю Бутхилл почти привык к своему ночному бдению в одиночестве, только каждый раз продолжал записывать свои мысли, боясь что-то упустить или забыть. Все же это тело, как и человеческое, часто ломалось, что-то стирало само или еще... И это 'еще' Бутхилл забыл, хотя и не был удивлен, наверное, что-то важное, но понять бы что. Снова ночь и знакомое удобное место в комнате у окна. Он пристроился на подушках, чтобы продолжить рассматривать космос, который был так прекрасен без людей. На эту ночь у него было запланировано много мелких дел, чтобы не заскучать. В комнату проник свет из коридора, и ковбой по привычке резко положил руку на кобуру, оборачиваясь. — Пом-пом показала, где твоя комната. — Доспехи тоже гремели, подумал Бутхилл опуская руку, Келус опять будет ворчать утром. Дверь автоматически закрылась, но комната все еще словно была освещена алым. — Ты что тут забыл? — Получал твои письма, но не смог сразу догнать экспресс, — улыбнулся Аргенти. — Да твою ж милашку. — Теперь стало понятно, что ускользнуло из памяти: куда он сохранял свои заметки. — Я составлю тебе сегодня компанию, — с энтузиазмом произнес рыцарь, подходя ближе. — Мы не поместимся вдвоем на подоконнике. — Тогда я сяду на кровать, ты не против? Бутхилл не был против, ведь все равно не использовал ее уже долгое время, он наблюдал за рыцарем, думая, как он будет на нее ложиться. Аргенти снял верхнюю часть доспеха, оставаясь в белой рубашке и бордовом корсете, изящно расшитом золотом. Около часа, а то и двух, рыцарь рассказывал о своих недавних приключениях и о том, как добирался до него, ковбой не стал спрашивать 'почему и зачем', было просто приятно, что Аргенти пришел. Давно не было такого светлого чувства внутри. Очень давно. Вот только рыцарь, хоть и хотел просидеть вместе всю ночь, все же через три часа начал зевать и клевать носом. Еще бы, на поиски ушло почти три дня без сна. Кому тут еще нужно помогать, усмехнулся Бутхилл, а когда вновь посмотрел на Аргенти, то тот уже мирно спал. «Слабак. Напали бы сейчас на экспресс, а ты даже не в броне». Он встал с подоконника и подошел ближе к серебряной пластине на полу, которую Аргенти снял с себя, и присел, чтобы рассмотреть узоры. Рыцарь все так же спал, не шелохнувшись. Алые волосы в темноте горели приятным теплым пламенем, образовывая вокруг его головы ореол. Оно чувствовалось даже сквозь железо. Бутхилл обошел кровать, чтобы сесть с другой стороны. Отчего-то не хотелось тревожить его сон, а потому ковбой аккуратно взобрался на кровать и лег рядом. Длинные кудрявые волосы Аргенти заняли и его часть постели, но он вновь не был против этого вторжения. Голова впервые за неделю коснулась подушки, а внутренняя камера автоматически запечатлела увиденную картинку. За эту ночь Бутхилл сосчитал все виднеющиеся алые кудри и не отправил ни одного сообщения.