Недопустимые желания

Зайдя внутрь, первым делом Хатору направилась в душ, одолжив одежду у парня. После омывания, девушка поняла, что её нижнее бельё полностью промокло, и ему необходимо высыхать. Это означало, что ей придётся надеть купальник. Со смятением в сердце она уже собиралась достать его из сумки, но внезапно вспомнила, что сумка осталась в комнате Хананой. Обмотавшись полотенцем, она открыла дверь. — Хананой-кун, не мог бы ты принести мою сумку? Парень, схватив сумку, подошёл к двери ванны. Девушка аккуратно высунула руку и забрала её. Хананой, осознав, что на ней нет одежды, поспешил уйти — не хотелось обострять неловкость. Переодевшись и выйдя из ванной, она спросила, где можно повесить вещи для сушки. Сердце парня екнуло: она вновь в его одежде. Мысленно упрекая себя, парень взял вещи девушки, развешивая их, когда вдруг его взгляд упал на нечто белое. Он извлек из-под промокшего платья женский лифчик, и в этот миг сердце Хананоя словно замерло. — Саки-кун, я тут вспомнила, можно мне самой развесить вещи, а ты пока в душ сходишь? Мгновенно убрав лифчик обратно, не подавая виду, и ринулся в ванную. (Это ведь то, о чем я думал. Погодите, если это сейчас сушится, то что на Хотару? Неужели она без нижнего белья? Как себя контролировать!? Нужно успокоиться, не хочу ее испугать после всего, что произошло. А может, она разрешит? Нет, нет, нет, ни в коем случае!) Мысли в его голове не утихали. Собираясь выйти из ванной, он размышлял о своем поступке. В это время Хотару уже развесила вещи для сушки и позвонила маме, сообщив, что переночует у парня. Хананой, сидя на диване, наблюдал, как она пытается выбрать фильм. (Не может быть, чтобы она была без него.) Посмотрев на ее грудь, скрытую под большой футболкой, он вспомнил, что если они промокли, то ее нижнее белье тоже намокло. Резко ударив себя, он упал на диван. Услышав звук, девушка подбежала к нему. — Хан… Саки-кун, что случилось? Зачем ты себя бьёшь? Наклонившись к нему, она не подозревала, как он истощён. Повалив её на себя, он плотно прижал к себе, запустив руки под футболку. Чуть шепча, произнес: — Я не могу остановиться, позволь мне, пожалуйста, хоть немного твоего тела. Если что, просто выруби меня, я не смогу больше быть спокойным. Ошарашенная, красная Хотару не знала, что делать, но, увидев его болезненное лицо, поняла, что он бредит. Измерив температуру, она подсознательно осознала: он буквально горел. — Саки-кун, можешь продолжить своё блуждание рук, но лишь в пределах дозволенного. И, пожалуйста, переляг на свою кровать. Послушавшись, он встал с дивана и направился в комнату. Плюхнувшись на кровать, думал про себя: «Что же я делаю?» Хотару, между тем, собрала всё необходимое для его лечения. Парень валялся на постели, не в силах рационально мыслить и что-либо предпринять. Вновь он оказался один, никому не нужный. «Что я делаю не так? Почему я должен быть один? Я жажду быть любимым… Хотару, где же ты? Не покидай меня, пожалуйста…» — Хотару… Хотару… Хотару… Его шёпот искал её, он жаждал её присутствия. Девушка поднесла холодный компресс к его лбу, дав понять, что рядом. Достав таблетки, она пыталась заставить его проглотить их, но он словно не замечал её. Тогда Хотару бережно повернула его лицо к себе. — А теперь открой рот. Он послушно выполнил её просьбу, запив таблетки водой. Вскоре она измерила его температуру: 37,4. Всё не так уж плохо. Облегчённо выдохнув, Хотору гладила его по щеке, утешая. Весь вечер она заботилась о нём, и только под утро смогла немного вздремнуть, положив голову на край кровати. Он проснулся в значительно лучшем состоянии. Где же Хотару? Оглядевшись, заметил на себе влажный компресс. Он увидел её, мирно спящую, и, тихо подскочив, аккуратно уложил её вместо себя. Ему не давало покоя чувство вины за то, что она заботилась о нём и не спала. В голове всплыл момент, когда его руки оказались под футболкой Хотару. «Ааа, что же я натворил? Это было недопустимо!» Он выбежал в ванную, облив голову холодной водой. Что же мне делать? Я уже причинил ей столько вреда. На звуки в ванне проснулась Хотару и заглянула в открытую дверь. — Хананой-кун, что ты делаешь? Ты ведь не до конца выздоровел! Обернувшись к ней, он чуть ли не в слезах начал извиняться за свои поступки и мысли. Девушка, взяв полотенце, вывела его из ванны, усевшись на диван и похлопав рядом с собой. Он, не произнеся ни слова, сел рядом. Она бережно вытирала его мокрые волосы. Неловкое молчание окутало комнату, и лишь спустя несколько минут Хотару нарушила тишину. — Признаюсь, я была сильно шокирована твоими действиями, но не виню тебя — не переживай. — Но я поступил ужасно, без твоего разрешения, прости, я не смог себя контролировать. — Ты не сделал ничего страшного, просто немного распустил руки. Я должна понимать твои чувства и желания. Хананой, не понимая, почему она так легко об этом говорит, обнял её, не желая отпускать ни на секунду. В тот момент он благодарил судьбу за то, что связала их жизни. Отстранившись, он тихо спросил, можно ли взглянуть на те места, где произошло прикосновение; необходимо убедиться, что ничего не случилось. Смущённая его словами, девушка не собиралась отступать и всё же начала снимать футболку. В этот момент в мозгу парня прокатилась волна осознания, вызванная вчерашними событиями с вещами. Останавливать уже было поздно: девушка почти освободила своё тело от ткани. Хананой резко отвернулся, желая не видеть этого, его сердце бешено колотилось, а лицо залилось краской. Снявшая футболку Хотару недоумевала, что происходит — ведь он видел её в купальнике. — Саки-кун, что-то случилось? Почему ты отвернулся? Осознание накрыло её мгновенно: вскочив с дивана, она начала объяснять, что на ней есть верх, и что он неправильно всё понял. Парень презирал все свои догадки и предположения, мысленно упрекая себя за ошибки. В конце концов, он осмелился взглянуть на девушку и, к своему облегчению, увидел действительно купальник. Наконец, Хананой-кун успокоился, приняв решение больше никогда не строить догадок. В это время Хотру предстала перед ним. — Суки-кун, давай оставим эту ситуацию позади, ведь ничего ужасного не произошло, — произнесла девушка, украшенная нежной улыбкой. Подняв взгляд к ней, он вновь скрывает его за растрепанными волосами. — Хорошо, но если подобное повторится, смело можешь меня ударить или сделать что угодно, я приму любое наказание, — произнес Хананой с легкой улыбкой, внимая ее словам. — И, кстати, Хотру… можешь надеть уже футболку, а то… Парень не успел закончить фразу, как девушка, осознав его намек, стремительно схватила лежащую футболку с дивана и, с горящими щеками, быстро ретировалась в другую комнату.