Цветы под доспехами

Закрытые окна, тёмное помещение, трон посреди просторной комнаты, судя по всему в этой комнате пик принимает солдатов, и даёт приказы, но сегодня в комнате был только император. От стен отбивается эхо кашля, кашель будто разрывает короля изнутри, будто что-то пытается вырваться наружу, разрывая грудь, и горло хозяина, который уже давиться этим кашлем, не имея возможности даже вдохнуть. Цветок, и ещё один, и ещё, и ещё, прекрасные растения прорывались через гладкую ткань, прорываясь они не видели ничего, темнота. И вот, под твёрдыми, непробиваемыми доспехами цветёт сад, сад кроваво-красных растений. Кто же виновник болезни? Куромаку. Новые лепестки прорезались наружу, упираясь в железную преграду, громкий кашель вновь разносится по комнате, изо рта короля капает что-то, слюна в перемешку с лепестками, и с таким привычным прикусом крови. Уже этот вкус как родной, и днём и ночью он со мной У ног уже валялись мокрые лепестки, а по лицу была размазана кровь, во рту ещё держались несколько цветков, которых пик сплёвывает. Перчатками протирая слезы, он вспоминает объект обожания. -идеально причесанные волосы, очки без малейшего развода, идеально выглажена одежда, ровная осанка, острый нос, серебряные прекрасные глаза, которые недружелюбно направлены на меня, подозревает, не доверяет, сторониться. Одно моё неправильное движение, и он уже сжимает в своей руке что-то острое, будто готовясь защищаться, будто я нападу, будто хочу навредить. И я единственный такой, к кому он относится так, даже чертов Феликс! Сколько раз он из-за неуклюжести ударял, падал, царапал куромаку. Даже вару, он мог целенаправленно толкнуть, ударить куромаку, но только ко мне такое отношение, только я, за что? Я ни разу не навредил ему, ни разу не сделал больно. В груди закололо ещё сильнее, дышать стало тяжело, над бровью мучительно заныло, кровь, и зацвёл новый пышный цветок. Воспоминания — куромаку искал что-то в сумке, я подошёл к нему, он как и обычно выровнялся, и отступил на шаг от меня, как обычно. Грубый, и холодный голос проткнул меня, его «пиковый король вам что-то нужно?» Звучало настолько грубо, я уже привык, но я спросил что он ищет, он тем же тоном ответил что воду, я уже понял что воды в сумке не было, я предложил ему свою бутылку воды, может это хоть как-то нас сблизит? Он хоть немного поменяет обо мне своё мнение? Хоть немного. Отказ. Я уже развернулся собираясь уйти с поражением, как тут услышал, как Феликс предложил моему возлюбленному воду, тот не раздумывая согласился, надпивши сладкую воду, тот слегка поморщился и поблагодарил червового. Щека начала болеть, прорежется новый цветок? Кто бы сомневался, из восьмого начало доносится шипение, больно, очень больно -я думал заплачу прямо там, выкрикну ему «почему ты так меня ненавидишь???» Но нет, я терпеливо проглотил ту боль, и обиду, и сёл на своё место. С глаз начали падать горошины воды, крупные капли скатываются по щекам и носу, падая на пол — за что ты так со мной, милый мой куромаку. Император резко согнувшись сблёвывает пышные бутоны кровавых цветов. — если бы ты знал о том что я чувствую? Ты бы сменил обо мне своё мнение? Ты бы принял меня таким каким я есть? Ты бы позволил мне прикоснуться к тебе? Ты бы почувствовал жалость ко мне? Ты, ты, ты «Прошу обращаться ко мне на вы, мы с вами не в дружеских отношениях» -даже не в дружеских, я даже не заслужил на то чтобы обращаться к тебе на ты. В глазах начало потихоньку темнеть, в голове правителя самого сильного государства, прокручивались воспоминания, и слова возлюбленного. От роя гнетущих мыслей восьмого вывел стук, золотые глаза открылись, тем самым сверкнул в сторону двери, он собрался с силами, и чётко, как только мог, сказал — войдите В помещения зашёл солдат, пик кажется его где-то ещё видел — что нужно? — у вас сегодня должны кончиться таблетки, я принёс новые, я их положу здесь? Вот где, этот солдатик заходил к пику чтобы спросить о таблетках неделю назад. Лишь доверенные личности знали о состоянии короля, было напрочь запрещено хоть как-то разглашать информацию о неизвестной болезни правителя — вот ваше обезболивающие, анализы по поводу странной болезни ещё не пришли. Можно спросить? — спрашивай — как вы себя чувствуете? Довольно банальный вопрос, даже чем то забавный, и так было ясно как правитель себя чувствует — не лучше, это всё что ты хотел сказать? — да — свободен Паренёк отдал честь, и быстрым шагом удалился из помещения, оставил пика самого со своими мыслями, мыслями о куромаку. В голове прокручивались воспоминания о втором клоне, вновь и вновь, ужасная пытка. Восьмой уже начал буквально задыхаться, воздуха будто было слишком мало. Несмотря на это, тот попытался встать, нужно взять и выпить лекарство. Каждый шаг отдавал болью, голова, она будто сейчас взорвётся, таблетки были очень близко, но для болеющего были очень далеко. По комнате разнёсся рвущий горло кашель. А после удар чего-то тяжёлого об пол. Всё же не дошёл