Глава 4
27 мая 2024 г., 15:06
Девушка сделала глубокий вдох и резко обернулась. Голос, очень знакомый и до жути пугающий, она ненавидела его. В квартире всё ещё было темно, настолько темно, что даже разглядеть силуэт было проблематично.
— Денис?
Она ненавидела его за то, что он просто существует, дышит. За то, что из-за него в их семье начались бесконечные проблемы, которые, похоже, уже никогда не закончатся. Ненавидела его раньше, до скрежета зубов. Сейчас же была готова придушить. Злость, которая постепенно переходила в гнев, за считанные секунды заставляла вспыхнуть, как сухие ветки в костре, щемила в груди, не обещая ничего хорошего ни ей, ни молодому парню лет 25 с ёжиком белоснежных волос и чёрными пронзительными глазами. Правда, она никогда не видела настолько тёмных глаз. Что ж, это тот случай, когда цвет глаз и нутро полностью совпадают. Денис, как всегда, выглядел идеально. Будто бы не он устроил весь этот хаос. Будто бы не он притащился к ним в дом посреди ночи, пытаясь всё разнести к хренам. Белая футболка, синие джинсы, высокие массивные ботинки. На них, к слову, не было ни единого пятнышка, будто их только что достали из коробки. Брюнетка не видела, она просто знала это. Слишком часто, к сожалению, им приходилось видеться.
— Ух ты, конфетка, ты меня узнала даже в темноте? Я так польщён, приятно, приятно... — мгновение и свет вспыхнул в гостиной, заставляя зажмуриться. Глаза только успели привыкнуть к темноте. Катастрофа вокруг теперь была видна ещё лучше.
Настя поняла несколько вещей сразу. Во-первых, здесь произошло что-то очень нехорошее. Во-вторых, лекции завтра опять придётся пропустить, потому что убирать всё это придётся ещё как минимум три часа, если не больше. А время уже близилось к рассвету.
— Какого хрена ты здесь забыл? Если ты не знал, люди по ночам спят! А если приходишь в гости, нужно приходить с тортиком, цветами или, на крайний случай, просто приходить и ничего не ломать! — да, злость уже начинала прорываться наружу. Наверное, пару лет назад она бы сказала, что даже жутко боится этого мальчишку. Именно так Настя назвала его мысленно, несмотря на все попытки Дениса казаться злым, воинственным. Она всегда воспринимала его как мальчишку, который очень сильно любит себя показывать. Кстати, никогда ему не удавалось показать себя с хорошей стороны. Хотя, может ли у этого человека быть хорошая сторона? Нет, точно нет.
— Конфетка, всё до банального просто. Твой папуля пару недель назад взял у меня, скажем так, небольшую сумму. И как думаешь, что произошло? — он изящно переступил осколки, при этом даже не отводя взгляда от девушки. С интересом разглядел обстановку, как будто до этого ему не представилась такая возможность, а сейчас парню было искренне интересно, где он находится.
— Называй вещи своими именами. Ты подтолкнул его на то, чтобы он взял у тебя денег, чтобы содрать с него в четыре раза больше! Потому что ты, скотина такая, знал, что взять ему их неоткуда, и отдать он их, скорее всего, не сможет. Вывод: ты виноват сам! Так, какого хрена ты притащился сюда? — она сделала шаг вперёд, снова чувствуя осколки под ногами.
— Мелочь, ты забываешься! Это всего лишь каких-то сто семьдесят тысяч, с его способностями вернуть их мне не составило бы никакого труда. Просто он решил, что Денис — добрый, наивный мальчик, который смиренно будет ждать. Но у меня тоже есть планы, дела, и эти деньги мне очень нужны. Понимаешь, конфетка? — он перестал разглядывать кавардак в квартире и резко сделал несколько шагов в сторону брюнетки.
Взгляд серьезный настолько, насколько у него может быть, но даже это не напугало ни секунду. Скорее раздражало. Раздражало до такой степени, что зачесались кулаки. Хотелось разбить его физиономию и закончить этот диалог. Просто принять ванну, попить чай, как и планировала, и лечь в кровать. А ещё больше злило понимание, что этого ей теперь точно не видать. Настя подошла вплотную и пристально посмотрела ему в глаза.
— И что ты хочешь от меня? Чтобы я продала почку? У меня нет таких денег, и ты это знаешь, и всё равно сюда пришел. Тогда остаётся открытым вопрос, что ты тут делаешь, — она выделила голосом буквально каждое слово. Рука молодого человека силой схватила за горло, мышцы на руках напряглись. Не то, чтобы Денис был качком. Он был достаточно хилым по меркам Насти, но всё же оставался мужчиной, так что превосходил её по силе.
— Хочу своих денег, и ты мне их найдешь. Иначе...
— Иначе ты просто свалишь отсюда! — она резко дернулась назад, хотя это причинило боль, но вырваться всё-таки получилось. Она перехватила запястье и резко толкнула его назад. — Ещё раз тебе повторяю, у меня нет денег. И ради тебя разрываться на части и искать их я не собираюсь! Ты имеешь дело с моим отцом, так разбирайся с ним! Можешь его убить, отобрать почку у него, заставить работать на стройке, да всё, что хочешь! Пусть сам отрабатывает деньги, которые непонятно, где проебал! А к нам с матерью не лезь и в дом в этот больше не приходи! Ни она, ни я не будем опускать глаза и смотреть, как ты рушишь нашу жизнь! — да, немного страшно было. Да, она понимала, что, скорее всего, сделать ничего она не сможет.
Всё прямо как в банальных мелодрамах: симпатичный красавчик прессует невинную девушку за долги её отца. Она в него влюбится, выйдет замуж, родит несколько детей, а он непременно изменится. Ага, нет! С этим только на кладбище, и то с лопатой, чтобы ускорить процесс.
— Ладно, ладно, конфетка, ты же знаешь, я никогда ничего не требую! Я просто вежливо прошу. Хорошо, тогда... — он просто развернулся на пятках и пошёл в сторону ванной комнаты, открыл дверь. Звуки воды все ещё не прекращались. Он включил свет, и девушка поспешила следом за ним. Вот здесь тревога достигла пика.
Она была готова увидеть там буквально всё. В голове перемешались самые жуткие мысли, какие только могли. Свет вспыхнул. Она остановилась за плечом с затаенным дыханием, окинула взглядом небольшую ванную комнату, выложенную белой плиткой. Кран открыт, с него потоками льется вода, кажется, холодная. Ванна не закрыта пробкой, к счастью, так что вода не переливалась через край. На полу, опираясь головой на тумбу под раковиной, сидел пожилой мужчина. По крайней мере, он так выглядел. Назвать её отца сильно старым язык не повернулся бы. Ему нет даже 50.
Но образ жизни даёт свои плоды. Несколько седых прядей, осунувшееся лицо, карие глаза, которые сейчас были закрыты. С волос капала вода прямо на белоснежную офисную рубашку, которая когда-то была новой. Сейчас она была грязной, запачканной непонятными бурыми пятнами, измятой, а несколько пуговиц были вырваны. Она оттолкнула Дениса в сторону, тут же забегая в ванну. Она ненавидела своего отца. Несмотря на то, что он выглядел жалко, каждый раз она внутри рвала себя на части, разрываясь между желанием пожалеть и пониманием, что ему не нужна эта жалость. И она, кажется, не может повлиять ни на что. Она упала на колени — её штаны тут же намокли — и постучала мужчину по щекам в попытке понять, спит он или всё же без сознания. Реакции никакой. В панике она протянула руку, проверяя пульс. Сердце билось медленно, едва слышно, так, что практически невозможно было нащупать пульс. Она повернула голову.
— Что ты ему дал? — почему-то она была уверена, что без этого придурка здесь не обошлось.
— Фу, ты меня обижаешь. Я не имею никакого отношения к наркотикам. И никогда не имел. Ты прекрасно это знаешь. Спроси у него, где он набрался и чего? Если, конечно, сможешь разбудить. Я вот пытался, даже заботливо полил водичкой. Но, как видишь, не особо помогло, — блондин недовольно поморщился. Как же ему надоело здесь торчать и тратить своё драгоценное время.
— Ты идиот! Мой отец не наркоман! И ты тоже это знаешь! — она раздражённо поднялась, хлопая себя по карманам в поисках телефона. Снова опустила взгляд. Мужчина по-прежнему не двигался.
— Правда? Ну, это как посмотреть. Зависимости бывают разными, — глубокомысленно произнёс парень, отступая назад. Сука, как же он её бесит. И почему он всё ещё здесь?
— Пошёл вон из моего дома! — она снова выделила голосом каждое слово, переводя взгляд на тело отца, пока слушала гудки в телефоне. — Денег у меня нет, разбираться будешь с ним, когда очнётся, — она просто прошла мимо.
Ей этот парень казался беспомощным, несмотря на все его попытки каждый раз показать власть. Воспринимала его не более, чем сломанной мебелью, которую никто никак не выбросит. Ну или дощатым полом, который не хватает денег или времени заменить, и он противно скрипит посреди ночи, выдавая твои намерения бесшумно подобраться к холодильнику. Бесит! Определённо, очень сильно бесит.
— Я не пришёл выпрашивать деньги, я не идиот и особо ни на что не надеялся. Я лишь предупредил. Ты знаешь, что эта квартира находится в ипотеке в моём банке. Если бы не я, вам бы её вообще не дали. Это я напоминаю для тех, кто считает меня самым большим злодеем во вселенной. Но мне надоели постоянные долги твоего папаши. Не может возвращать — нехрен брать. Не может отработать — слишком стар. Сдохни и не сотрясай зря воздух. Всё просто. В общем, я настолько добрый, что даже дам тебе пять дней. Может быть, он успеет даже очнуться за это время, в чём я сильно сомневаюсь. Не будет денег, поедешь жить на Киевский вокзал. И ты, и твоя мамаша. На этом я с вашего позволения откланяюсь.
Он шутливо поклонился даже не поморщившись. Снова переступил осколки, поднял голову, посмотрел на отсутствующие лампочки в потолке в коридоре, подошёл к двери и открыл её. И сделал показательно глубокий вдох.
— Проветри, здесь воняет хуже, чем в каком-нибудь притоне. Завязывала бы курить, — вышел хлопнул дверью.
Трясущимися руками Настя набрала номер подруги.
— Ты где? Мама с тобой? Вы в порядке? Вы далеко от дома? — голос дрожал, видимо она всё-таки чуть не заплакала. Даже не заметила.
— Мы в порядке, твоя мама изъявила желание прогуляться перед сном, а, когда мы возвращались назад, увидели этого придурка. Поэтому не стали заходить. Ты в норме? Дома, я так понимаю? Что там такое? — в голосе подруге слышалась искренняя тревога.
— Ничего необычного, всё, как всегда. Эта сволочь уже свалила. У тебя есть с собой деньги? У меня просто только наличные, не успела бросить на карту. Здесь неподалёку есть отель и гостиница, там номер стоит не так дорого, около двух тысяч. Сними, пожалуйста. Лучше вам сейчас домой не возвращаться. Я сейчас здесь всё уберу, дождусь скорую, потому положу деньги на карту и сразу же тебе всё скину, — голос начинал дрожать сильнее.
Так, с каких это пор мы паникуем? Правильно, ни с каких! Поэтому взяла себя в руки и угомонилась! Отругала сама себя мысленно девушка.
— Угомонись, я тебя поняла. Мы как раз туда направляемся, до этого попили кофе в Шоколаднице, всё хорошо. Как разберёшься там, не оставайся дома, приезжай. Я не буду спать, — столько тревоги.
Кажется, Таня переживала больше, чем она. И от приятного чувства, что за неё беспокоятся, защемило сердце на мгновение. Не так много людей, кто по-настоящему тревожится о ней, так что забота этой девушки было чем-то неоценимым.
— Ладно, спасибо, дорогая, я пойду. Скажи маме, что всё хорошо, — не дожидаясь ответа, она бросила трубку. Потом всё-таки обхватила горячее лицо руками, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. Эмоциональное напряжение достигло пиковой точки.
В ванной всё ещё лилась вода. Чёрт, а? Она забыла закрыть кран. Никаких шорохов и звуков. Тишина, полнейшая тишина. Стены давили, удушливый запах табака тоже. Поднявшись, со злостью скрутила волосы в хвост и прошла на кухню. Нужно попить воды и успокоиться. Заварной чайник, красивый, стеклянный, с деревянной крышечкой и мелкими золотистыми узорами по краям носика, был разбит вдребезги. Чай некрасивыми кляксами растекся на полу. Радует, что это всё-таки был чай, а не кто-то попытался здесь совершить убийство. Брюнетка бы ничему не удивилась. То, насколько часто в этой квартире происходит какая-нибудь хрень, то, насколько ей наплевать на жизнь собственного отца, и насколько она стала бесстрашной, это всё так ненормально. Но уже настолько привычно, что кажется, будто так было всю жизнь.
Схватила веник, совок и огромный чёрный мусорный пакет, и отправилась в гостиную, застывая посреди комнаты. Совершенно не хотелось это убирать, совершенно не хотелось здесь находиться. И вообще, пусть с этим разберётся кто-нибудь другой, ну, пожалуйста. Хоть раз, вот раз, хоть один разочек, можно она не будет принимать участие в этом дурдоме, чёрт побери? Вселенная продолжала молчать на мольбы девушки, так что она снова достала телефон из кармана, 20%.
Прошло всего лишь каких-то несчастных 10 минут. Непонятный порыв, пальцы бегут по экрану, уже набирая сообщение. Вот, хотя бы какая-то реакция — сердце определённо забилось быстрее. Не могла она здесь быть одна, не могла чувствовать, насколько в этих стенах пусто, как этот удушливый запах виноградного чая и сигарет забивается в лёгкие, мешает дышать. Даже открытое несколько секунд назад окно никак не помогало. Вообще, прохладный воздух, кажется, отказывался добровольно проникать в стены этой квартиры.
Настя:
Привет... Не отвлекаю?
«Так, наверное, надо остановиться. Чего ты вообще делаешь? Зачем ты набираешь это СМС? Чужому человеку до тебя нет никакого дела». Застыла, стёрла, снова написала то же самое, продолжая печатать. В жизни столько дерьма, почему она ещё должна задумываться о том, какое она пишет СМС. В крайнем случае, её просто проигнорируют. Интересно, а от этого будет ещё хуже?Привет, я не отвлекаю? Не спишь? Прекрасный незнакомец, ты, кажется, говорил, что знаешь Егора Крида?
Она отложила телефон в сторону, просто начала методично собирать осколки и мелкий мусор, закидывая в пакет. Надеется на ответ? Нет, скорее она просто выплёскивала эмоции, просто писала, чтобы не чувствовать себя настолько одинокой и опустошённой. А ответит ли он? Скорее нет, чем да. И... И громкий звук СМС разрезал густую, наполненную сигаретным маревом тишину квартиры. Она так быстро схватила телефон, что чуть не рассыпала собранные осколки обратно. Егор: Ух ты, здравствуйте, леди. Ты уже соскучилась? А, стоп, точно, я понял, всё ради знакомства, да? Все вы такие, девушки. Да, знаком. Он мой очень хороший друг. Что-то передать? Девушка немного улыбнулась. Он принял её игру и охотно отвечал. По крайней мере, хотелось верить в это. Какой мусор, какой беспорядок, тут голове гораздо интересней, чем унылая жёсткая реальность.Настя:
Нет, что ты, как ты мог такое подумать? Я просто спросила. Если бы ты сказал «нет» и это был лишь способ подкатить, я бы всё равно продолжила писать. Ты мне понравился. Интересный собеседник, к тому же красивый. Что передать? Передай, чтобы не ходил по ночам с мокрой головой, а то простудится.
Она улыбнулась. Этот мужчина ассоциировался с чем-то светлым, с чем-то приятным, с отсутствием проблем и кошмаров последних нескольких лет. Виделись пару раз, по чистой случайности, но он казался таким родным и привычным. Тоже странно. Это слово вообще так часто фигурирует. Странно то, странно это. Уже и толком не понять, что действительно странно, а что она считает таковым. Но звук уведомления... Егор: Оу, ок, я передал. Так ты написала, чтобы сказать да? — Нет, это не значит абсолютно ничего, — пробормотала она себе под нос.Настя, Голосовое сообщение:
На такие предложения так быстро, всего за час, не соглашаются. Ты серьёзный человек, чтобы работать с тобой нужно совершенно свободное время, у меня же есть учёба. Я не могу её бросить. А, учитывая твою способность кататься по всему миру по несколько раз на неделе, даже не знаю. Наверное, такой график не для меня.
Сообщение было моментально прослушано. Веник и мусор окончательно забыты. Слёзы высохли, прохладный ветер постепенно выносил из комнаты душный воздух, где-то вдалеке слышались звуки сирен. Оставалось надеяться, что никто не вызвал полицию. А если и вызвали, то они не придут к ним домой. Атмосфера не из лёгких, что сказать. Егор, Голосовое сообщение: Понимаю, леди. Университет? И кто же ты у нас? Дай угадаю, психолог? Нет, журналист? Его голос был мягким, он говорил совсем негромко, как-то расслабленно. И в этом было что-то успокаивающее. Она тихонько засмеялась. Чего это она, посреди практически разрушенной квартиры, с горами мусора, засмеялась? Ну, вот что это такое?Настя, Голосовое сообщение:
Странно, откуда ты всё это взял? Я думала, ты назовёшь что-нибудь связанное с творчеством. Раз так понравилось, как я танцую.
Егор, Голосовое сообщение: Не знаю, мне кажется, ты каждый раз танцуешь как в последний. Хотя, я могу ошибаться. Хз. Наблюдаю за тобой и у меня складывается впечатление, что ты давно этого не делала. Девушки, которые каждый день занимаются любимым делом, превращая это в хобби или работу... Не знаю, они не такие. Его тон всё ещё задумчивый. Вздохнула. Всё настолько очевидно? Или он просто хорошо умеет подмечать детали? Учитывая, сколько людей каждый день окружали Егора, это было неудивительно. Но...Настя, Голосовое сообщение:
Вот ты вообще сейчас не угадал. Я медик.
Она затаила дыхание. А что ты на это скажешь? Парень удивлённо поднял взгляд, наблюдая за удаляющимся городом в лобовом стекле автомобиля. Медик? Она врач? Ей это, почему-то, совершенно не подходило. Ну, вот, опять, совершенно не то, что он ожидал услышать. Удивила, определённо. Это заставило улыбнуться. И вообще, тот факт, что она написала, спустя всего лишь какой-то час, вызвала приятные эмоции. Вызвал большую волну удовлетворения внутри. И всё это ещё больше подогрело интерес. Как эта девчонка проворачивает подобное? Может быть, она всё-таки врет? Определенно же психолог. Ну, или психиатр. Егор, Голосовое сообщение: Ты врач? Ух ты, сказала бы ты это пару часов назад, и я бы точно влюбился. Девушка-доктор, что может быть лучше? Он постучал пальцами по корпусу телефона. Перевернул. Осмотрел кучу мелких трещин. На телефоне, почти новом, тонкая паутинка разбежалась по крышке. Вот как, сука, это работает? Снова придётся покупать новый по приезде в Москву.Настя, Голосовое сообщение:
Сама в шоке. Почти пять лет прошло, а я всё ещё не верю. Но это интересно.
Диалог ни о чём? То, что нужно после секундной истерики. Он вздохнул, наблюдая, как машина приближается к терминалу аэропорта, нажал кнопку. Грустно, что этот диалог придётся прервать. Он был спокойным, ни к чему не обязывающим, не несущим в себе абсолютно ничего, но такой приятный. Егор, Голосовое сообщение: Интересно, у меня понемногу начинает складываться в голове картина. Девушка-медик, абсолютно не следящая за своим здоровьем, шатающаяся под дождём по ночам, танцующая на холодном тротуаре без обуви, с любовью прыгающая под колеса дорогих автомобилей. Интересненько. Она снова засмеялась, на этот раз чуть громче. Закинула остатки мусора в пакет. Даже не заметила, как убрала с пола всё. Осталось его помыть. Всё даже не настолько плохо. Мужчина в ванной по-прежнему сидел без движения. Брюнетка всё-таки периодически бросала туда взгляд. Внутри даже ничего не ёкнуло. Скорая помощь, как обычно, задерживалась. Да, при таких условиях, когда-нибудь они имеют все шансы забрать его труп. Но, стоп. Снова взгляд в телефон.Настя, Голосовое сообщение:
Эй, ты забыл ещё одну маленькую, но важную деталь. Я люблю ночные крыши.
Она тихо засмеялась снова. Скорее, это было уже нервное. Егор, Голосовое сообщение: Ночные крыши? Вот это тебе подходит уже больше. Слушай... Он прервался и задумался на мгновение, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Егор, Голосовое сообщение: Любишь гулять по ночам? Знаешь... Если хочешь, покажу одно интересное место. Только если пообещаешь никому о нём не рассказывать. Мм? Он протянул руку, убирая непослушные волосы назад. Ветер всё-таки успел растрепать их. Надо было взять с собой шапку или кепку. Так торопился, что даже не подумал. В голове всплыли воспоминания — комната, зеркало, красивая девушка в отражении, её пальцы осторожно касаются его волос, так, словно он хрупкий и может рассыпаться. Мурашки, эти мурашки.Настя, Голосовое сообщение:
Показать что-то интересное? Когда?
Стоп, в смысле, надо говорить «нет». А почему надо говорить «нет»? Правильно, непонятно. Так что, всё-таки вопрос был правильным — когда? Егор, Голосовое сообщение: Сейчас уехал, в Москве буду через три дня. Это, кажется, будет вторник. Так может, во вторник? Место встречи скину по СМС, идёт? Егор достал паспорт. Маша, идущая рядом, что-то хотела сказать, но он поднял руку, заставив девушку помолчать. Ответ был важен, правда важен. Поэтому просто протянул ей паспорт, взглядом указывая на стойку регистрации.Настя, Голосовое сообщение:
Во вторник, ладно, договорились. Но учти, если место окажется неинтересным, я просто уйду.
Сказала она самым серьёзным тоном. В ответ услышала лишь выдох. Егор, Голосовое сообщение: Так, леди, хватит морочить мне голову. Он улыбнулся. Как-то часто он улыбается в последнее время, учитывая огромное количество проблем и эмоциональные качели. Наверное, это хорошо.Настя, Голосовое сообщение:
Давай сначала дождёмся вторника, ок?
Звучало так, как будто в этот день должно действительно случиться что-то необычное. Может, и так. Ему хотелось просто посидеть с ней на крыше и понаблюдать за ночным городом, без всей толпы и нелепых обстоятельств. В идеале, если и погода будет замечательная. И просто вот так, поговорить ни о чём. Возможно, выпить пару чашек горячего чая, поесть ароматных запечённых яблок с корицей. Так давно он не позволял себе чего-то сладкого, но, кажется, в эту атмосферу идеально впишутся яблоки и корица. Да и девушке определённо понравится это место, если она такая же ценительница ночи, спокойствия и одиночества, как он. Не то, чтобы он любил одиночество. Человеку нужен рядом человек. Но бывают моменты, когда надоедает всё настолько, что остаться наедине с самим собой является самым настоящим благом.Настя, Голосовое сообщение:
Ладно, тогда удачи, я пойду...
Отпустила кнопку, собираясь положить телефон, но потом набрала сообщение.Настя:
Эй, Егор...
Отправила, но тут же, в эту же секунду, сообщение прилетело от него. Егор: Насть Они оба, синхронно, засмеялись. Жаль только, что не слышали смех друг друга. Даже мыслят одинаково моментами. Интересно. Егор: Ну, ладно, уступлю девушке. Что ты хотела сказать? Пальцы пробежались по клавиатуре, почему-то записывать голосовое сообщение сейчас казалось неуместным. Или всё-таки чем-то неловким. Девушка вздохнула.Настя:
Просто хотела сказать... Спасибо, что ответил, Егор.
Ей нравилось его имя. Нравилось перекатывать его на языке. Эта буква Р передавала силу, уверенность — всего этого ей самой так не хватало. Он закатил глаза. Нет, это было даже неожиданно, но так банально, и всё равно мило. Мило же, да? Егор: Ой, блин, не неси хрень. Всегда пожалуйста, потеряшка. А я просто хотел сказать — спокойной ночи. Ты ведь спать? Егор наблюдал, как в его сторону идёт менеджер и ещё пара человек из команды, вместе с концертным директором, и сверкают глазами, но было как-то пофиг. Тут важные разговоры. И его не волнует, что вы все не выспались и устали, и хотите оказаться в самолёте, поспать хотя бы пару-тройку часов. Он бы тоже не отказался отдохнуть, но...Настя:
Хватит называть меня потеряшкой — это, во-первых. А, во-вторых, закончу кое-какие дела и спать. Тебе удачи.
Она набрала сообщение и трусливо погасила экран телефона, не дожидаясь ответа. Для верности даже положила его на столик и прикрыла тонким ноутбуком, наплевав на то, что со смартфоном может что-нибудь случиться. Главной целью сейчас было положить на него что-нибудь весёленькое. Хватит разговаривать. И вообще писать ему не надо было. А теперь что? Он хочет показать ей что-то интересное, какое-то место, и она ведь не отказалась, потому что как, чёрт побери, от подобного предложения в здравом уме можно отказаться? Дело не в том, кто он. Плевать вообще. Дело в том, как она чувствует себя при общении с ним. В тот момент, когда получала СМС. Первые несколько сообщений, а это уже казалось таким привычным, обыденным, комфортным, так что... «Ладно, гулять? Хорошо, пойдём погуляем. В конце концов, что тут такого? Всего лишь ночной город. Мы оба любим ночь, тишину и уединение. Что может быть лучше, чем человек, который разделяет твои интересы? Правильно, ничего. Значит, нужно это ценить. И вообще, где там скорая помощь?» Она прошла в ванну, снова похлопала мужчину по щекам, проверила пульс. Определённо живой; либо крепко дрыхнет, либо приложился головой. Снова ни капли сочувствия, жалости. Просто закрыла воду, которая всё это время продолжала бежать. А потом удивляешься, откуда такой счёт за коммунальные услуги. Схватила ведро, тряпку, хлорку, и принялась драить все поверхности, которые оказались недостаточно чистыми, совсем грязными или хотя бы просто пыльными. Но это ушло минут 30, брюнетка знатно вспотела, так как работала тряпкой с таким усердием, как будто здесь не убирались последние года полтора. Но это помогло отвлечься, не думать про всякую хрень, и, когда в дверь постучали, ей показалось, что прошло от силы минут пять. Но нет, на улице уже виднелся рассвет, робкие солнечные лучи окрасили небо в лёгкие бледно-розовые оттенки. Несколько врачей в голубой форме привычно прошли в квартиру. Кажется, она уже знает их действия наизусть, и не потому, что она будущий врач, а потому что видела это так часто. Привели в сознание мужчину, который вяло пытался сопротивляться, кажется, до конца не осознавая, где он и что с ним происходит. В итоге, схватили под руки, закинув на носилки, выволокли из квартиры и потащили в ближайшую больницу. Сразу стало легче дышать. И спокойнее. Сам притащится домой через пару дней, даже не придётся узнавать, как он там. Ну, на крайний случай, если сдохнет, её номер телефона у них есть, точно. Плохо так думать? Плохо, наверное. Наверное, плохо так думать в отношении кого-нибудь другого, но не этого человека. Иногда Настю пугало, насколько она может быть холодным, расчётливым человеком. Но не она выбирала быть такой. Хотя, может, и она, потому что так всё-таки проще. Немножко, но проще. Легче жить и делать вид, что ничего не происходит. Пытаться строить свою жизнь дальше и не задумываться о том, что она катится вниз по наклонной каждым с днём всё дальше. Итак, тело в бессознательном состоянии из квартиры было устранено, беспорядок ликвидирован, несколько мусорных пакетов плотно завязаны и оставлены возле двери. Прохладный ветер унёс удушливые ароматы. Теперь, наверное, можно даже жить. Вопрос в том, сколько дней можно жить спокойно? И что произойдёт дальше. Но смысла гадать никакого не было, узнать это нет никакой возможности, а ждать подвох каждую секунду, значит сойти с ума буквально через сутки. Кареглазая брюнетка снова остановилась в гостиной, которая уже окончательно была залита утренним солнцем. За окном приветственно пели птицы в попытке разбудить весь город и заставить ленивых людишек отправиться по делам. А ей жутко хотелось спать. Прилечь и забыться сном хотя бы на несколько секунд, а лучше — минут или часов. И забыть обо всём сумасшествии. И почему всё не может быть гладко хотя бы пару дней подряд? В квартире теперь точно порядок. Можно, в принципе, Таню и маму возвращать домой, но сейчас на это не было ни физических, ни моральных сил. Ещё хотелось всё-таки зарыться носом в подушку, обнять любимый плед и от души порыдать. От жалости к себе, от несправедливости мира и всего подобного. «Я сильная и независимая, да как бы не так, я просто девушка, которая не понимает, за что всё это свалилось?» — пронеслось у неё в голове, пока уже заходила в комнату родительницы, чтобы убрать небольшой беспорядок там. Благо этой комнаты предыдущий кавардак никак не коснулся. Иначе на уборку ушло бы гораздо больше времени. Лежать в ванной Настя всё-таки передумала. Теперь ассоциации не те. Приняла горячий душ, сделала себе чай. Не такой ароматный, какой был бы из заварника. Самый обычный, из пакетика. У него даже практически не было вкуса. Но любимый заварник был разбит, теперь нужно было купить новый. Из-за этого придурка она лишена даже таких мелких радостей, как просто попить чай в одиночестве. Когда чай был окончательно допит, окна закрыты, она просто без сил упала на кровать. Вот так уже поплакать сил не оставалось. Просто спать и надеяться, что не приснится какой-нибудь очередной кошмар.***
— Отдай сюда! Сука, не беси меня! Егор остановился возле большой каменной столешницы в центре просторной гостиной огромной светлой виллы и раздражённо смотрел на друга, который, кажется, вообще не испытывал никаких мук совести. — Дима! У меня нет времени! Масленников, в свою очередь, завёл свою руку назад, отступая и делая шаг в сторону. — Обойдёшься пока, пусть будет у меня, — Дима помахал телефоном. — Бро, я не собачка, бегать не буду! Верни мою мобилу. Это важно, — Егор злился. Совсем немного. Скорее на то, что действительно мог бы забить хрен и оставить этот телефон у друга, пока ему не надоест играть в эти игры. Но третий день подряд он не мог нарушать своеобразный ритуал, который сам придумал. Это казалось кощунством. А этот темноволосый гад сейчас грозил всё испортить. И это злило, да. Да и яркое солнце, и дубайская жара, от которой даже не спасал работающий на полную мощность кондиционер, добивали нервную систему. — Слушай, никогда не замечал за тобой привычки торчать в телефоне 25/8! Может, и не надо начинать? Мы хотели по городу покататься, помнишь? Вечером стрим, скоро притащатся девчонки, прилетит чайка, — на этих словах Дима засмеялся. Егор вздохнул. — Стас уже здесь, это, во-первых. Ты прощёлкал его появление. А мне ещё говоришь, что я торчу в телефоне! Во-вторых, я отправлю одно сообщение, и потом можешь забрать эту херню себе хоть на весь день, — глупый, совершенно нерациональный спор. Ну, а что. Он просто подошёл, резко схватил друга за руку и дёрнул собственный смартфон. В конце концов, даже если упадёт, ему всё равно уже пиздец, и нужно будет завтра утром купить новый перед возвращением домой. Посмотрел на экран, восемь утра. И какого хрена он поднялся в такую рань? И как вообще смог? Обычно привык спать до обеда, так как всю ночь бодрствует. Ну или, хотя бы, до десяти. Ну не в восемь же? Поднял взгляд на Диму. Когда ночуешь на одной территории с ним, выспаться становится проблемой. — Вот придёт Тендерли, и скажешь ей всё, что ты там хочешь настрочить в свои пошлые эсэмэски, — Дима сел на высокий барный стул и взял белый пульт от кондиционера, разглядывая его в попытке добавить мощности. Егора передёрнуло. Сначала он решил набрать сообщение, а потом всё-таки высказать этому придурку всё, что он о нём думает. С чувством, толком, с расстановкой. Егор: Доброе утро, леди. Какие планы? Отложил телефон в сторону, подошёл и облокотился локтями на высокую столешницу, внимательно посмотрел. — Вот ты можешь мне объяснить, куда? — он помахал пальцами перед лицом друга, как будто до него так лучше дойдёт. — Вот какого хрена ты меня раздражаешь! Ты прекрасно знаешь, что у меня с ней ничего нет. Мне хватает фанатских предположений и кучи видео в TikTok, так что, давай хотя бы ты тут... — он поморщился, чтобы не выдать из себя кучу неприличных слов. Дима всё-таки перестал бороться с кондиционером, взял стакан с апельсиновым соком и практически залпом опрокинул его. Прохладный, сладкий, определённо стало чуть легче. — Ты хотел сказать, ничего нет или должно было быть, но что-то пошло не так? — он снова протянул руку и схватил телефон друга обратно, на этот раз уже пряча его в свой карман. Егор на это теперь уже никак не отреагировал. Хотя, по его позе было видно, что парень напряжён. И сам разговор, и то, куда он заходит, определённо ему не нравится. — Дима! А, Дима! — пальцы начали стучать по поверхности столешницы. — Я просто рассуждаю, нельзя? Просто, мне это что-то напоминает. Сообщение целыми днями, потом разговоры по 5 часов по телефону, потом она внезапно переедет к тебе, а через пару-тройку месяцев ты будешь колотить грушу, ненавидеть всех сук и писать об этом треки. Ну или как там это работает? — это, конечно, все было не всерьёз. Скорее, Масленников реально интересовался тем, что происходит в жизни у друга. Они и так виделись не настолько часто, так что узнать хоть какие-то крошки информации, просто для собственного спокойствия, зная, какой пиздец может происходить периодически в жизни Егора, он заботливо пытался. Хоть и на большинство вещей, конечно же, повлиять никак не мог. — Успокойся, это просто было сообщение по работе. Прикинь, мне ещё нужно работать, если ты не в курсе? Кстати, и тебе советую. Помогает отвлечься от всякой херни в башке, — Егор прошёл по комнате, упал на диван, закидывая ноги на спинку, чтобы не видеть довольную физиономию Димы. Или чтобы кровь отлила от мозгов, и ненужные мысли снова перестали лезть в башку. Амина это, Амина то. Да сколько можно? Да, ему придётся сегодня с ней поговорить, провести вместе время, потому что он обещал. Личная жизнь и работа никак не должны быть связаны, и подвести своих девочек, которые ждут его, он не может. Да и не в первый раз ему вести себя нейтрально, так что в конце концов действительно ничего плохого и ужасного не произошло. Они просто слишком разные, как и со всеми остальными девушками, с которыми у него когда-либо были отношения. Он просто опять возлагал слишком много надежд. Но то, что он там на что-то надеется, это исключительно только его проблемы. Это пора бы уяснить уже очень давно, но вера в людей, такая штука, избавиться от неё крайне сложно. Особенно с девушками, которые так профессионально способны втираться в доверие, доказывать свою преданность, верность, утверждать в глаза о большой и неземной любви, как в лучших фильмах или сериалах, а потом поступать как конченная сука. И ты сидишь и думаешь, за что? Он не идеален, тут вопросов нет. Всегда и всем об этом говорит. Все мы не идеальны и именно в этом заключается наша индивидуальность. Но у всего должен быть предел, да? Видимо, нет. И вот, казалось бы, Егор просит так много? Можно всего лишь человека, с которым будет комфортно, который не будет врать, изворачиваться, пытаться получить выгоду из всего, пока на это есть возможность. Девушку, которая хотя бы просто не будет притворяться. Сорри, но не так, чтобы я в это поверил, и нарисовал несуществующую картину, в которую она, в свою очередь, никогда и не верила. Пронеслось в голове. Да, видимо, если свиснуть вниз головой с дивана, это не помогает отвлечься от мыслей. Надо занести этот факт в заметки. Сел, вытянул ноги, взъерошил волосы. Как же сложно с женщинами. С ним, наверное, тоже сложно, но Егор был готов обсуждать все свои проблемы и минусы. Ведь важно просто разговаривать, нет? Всегда можно договориться, если очень захотеть. Главное, чтобы было на это желание. Почему так сложно обсудить каждую ссору, предотвратить скандал ещё на стадии его зарождения? Не только послушать, но и услышать. Тогда столько проблем в отношениях, кажется, будут решены, и, возможно, та самая любовь и то самое счастье окажутся не мифом. Ладно, философские мысли — это хорошо. Но в них тоже должна быть мера. Поднялся с места, перевёл взгляд на Диму. Тот крутился на высоком стуле, громко что-то обсуждая со Стасом, который уже успел прийти в гостиную, пока парень был погружен своими мыслями. Телефон бы раздобыть. Да, раздобыть. Он уже превращается в маньяка.
Примечания:
девочкииии разгоняемся потихоньку.)) спасибо всем кто читает вы лучшие❤️
