Сотканные из дыма

      Девушка пребывала в смешанных чувствах. Она просто стояла и смотрела, не в силах проронить ни единого слова. Вот так вот, за какие-то считанные секунды, за несколько часов сна, который так необходим организму, всё покатилось хрен пойми куда. А всё из-за чего? Из-за одного придурка, который никак не может угомониться!       Злость и обида нарастали в груди с такой силой, что казалось, они снесут её с ног. Она окончательно вернулась на кухню, остановилась по другую сторону хлипкого деревянного стола, упёрлась в него ладонями и пристально посмотрела на собственного отца.       — Слушай, а ты не охренел? Мне это так надоело. Во-первых, это были мои деньги. Во-вторых, какого хрена ты решил, что можешь распоряжаться ими так, как тебе вздумается? Ты о чём думаешь? В твоей тупой безмозглой голове осталось хоть что-нибудь? У тебя есть хотя бы капля здравого рассудка? Куда ты дел деньги? Кому ты их отдал? Ты можешь остаться без квартиры, тебя могут нахрен убить, как и нас, а ты спокойно сидишь в 3 часа ночи и ешь борщ на кухне, находясь в прекрасном расположении духа! Да ты псих!       Она всплеснула руками, повернулась в сторону раковины, потом в сторону двери — то ли чтобы уйти, то ли чтобы найти предмет, которым можно разбить ему голову. Мужчина тут же перестал есть и резко отодвинул тарелку в сторону. Улыбка пропала с его лица. Плохой идеей было говорить ему хоть что-то. Во-первых, это не будет иметь абсолютно никакого смысла, во-вторых, только разозлит его настолько, что может произойти что-то нехорошее. А ещё одну бурю за такой короткий срок эта квартира, возможно, не выдержит.       — Я? Не повышай на меня голос! Совсем уже от рук отбилась! Надо всерьёз заняться твоим воспитанием. Ты ничего не понимаешь, я забочусь о нашем будущем, о том, чтобы у нас было много денег!       Он с силой ударил по столу. Да уж, этого человека раздраконить было проще простого. А вот утихомирить — невозможно! Пока он не угомонится сам или не выплеснет всю свою злость. Сейчас бы испугаться, но 600 000 рублей! Она и мечтать не могла, что у неё получится их получить, не имела понятия, что делать дальше. И когда уже кажется, что проблема решена, квартира, возможно, останется в целости и сохранности, да и жизнь более-менее вернётся на круги своя, эта скотина опять творит очередную хуйню! Как здесь можно оставаться равнодушной?       — Каким образом? Каким способом, блядь, ты пытаешься сделать нас богатыми? Проёбываешь деньги непонятно куда? Кому ты их отдал? Зачем? За что? Пропил, проиграл? Занял такому же кретину, как ты сам? Куда ты выгодно вложился на этот раз?       Она подступила ближе, снова вцепилась пальцами в край стола, чтобы не упасть, или чтобы действительно не запустить в него что-нибудь тяжёлое.       — Заткнись, тварь!       Мужчина резко схватил её за руку и потянул к себе с такой силой, что стол сдвинулся, а тарелка опасно накренилась, намереваясь выплеснуть всё своё содержимое наружу. Громкий неприятный лязг ножа по плитке резанул по ушам.       — Денис потратит все эти деньги, а потом придёт к тебе ещё, и ещё! Он будет качать из тебя деньги, используя меня как предлог! Его партнёр оказался гораздо разговорчивей. Алекс обещал выкупить нашу квартиру у банка сразу же, как только его бизнес пойдёт в гору. Я просто ему немного помог! Ты не умеешь ждать, не можешь смотреть наперёд! Ты ещё слишком молодая и тупая для этого! А я живу уже почти 50 лет и знаю явно побольше, чем ты! Так что, даже не смей сомневаться в моих решениях или спорить со мной! Я всегда хочу для своей семьи только самого лучшего!       Мужчина резко оттолкнул её в сторону, подвинул к себе тарелку и опустился обратно на стул, как ни в чём не бывало. Настя выдохнула, сделала несколько глубоких вдохов с надеждой успокоиться и быстрым уверенным шагом направилась в свою комнату. По пути увидела маму, чей любопытный нос поспешно спрятался за дверью, бесшумно её закрывая. Ещё бы, конечно же, они разбудили её своим шумом.       На улице уже светло, ложиться спать не было ни настроения, ни желания. Злость заставляла закипать кровь, от чего спать не хотелось совсем. Девушка приняла прохладный душ, переоделась, окончательно взбодрившись, и, когда часы только-только показали 6 утра, покинула квартиру и вышла на совсем пустую улицу. Город только начинал просыпаться. Никаких толп людей, школьников с рюкзаками, громких детей на детской площадке, жутких огромных голубых электробусов и потока машин. Лишь свежий утренний воздух, запах влажной травы, громко кричащие птицы. Вот оно — спокойное по московским меркам утро. Может, этот город никогда и не спит, но точно дремлет. Понемногу, но дремлет.       В метро тоже оказалось совсем пусто. Лишь через час, когда девушка добралась до необходимого места, народ начал заполнять улицы и подземные переходы. Возле большого красивого стеклянного здания с гостеприимно распахнутыми автоматическими дверями, она оказалась ближе к 8 утра. Без проблем прошла, нажала кнопку на лифте и ещё через две минуты уверенно стучала в массивную тяжёлую дверь. Её открыла симпатичная девушка с ярко-рыжими волосами, которые она, кажется, как раз расчёсывала. Приёмная отделана в скучных белых тонах — белые стены, такой же белый пол, и только стол из тёмного дерева и ярко-рыжая девушка выделялись на фоне всего этого однообразия. Вышеупомянутая особа недовольно поджала губы.       — Мы работаем с 9 часов. Денис Алексеевич ещё не приехал. А вы, собственно говоря, кто? — голос у девушки приятный, мелодичный, она даже пыталась вести себя вежливо.       Настя в ответ лишь раздражённо покачала головой, обошла незначительное препятствие и направилась прямо к двери в кабинет. Девушка, стуча каблуками по белому ламинату, с возмущением направилась следом. И всё ещё оставалась игнорируемой. Брюнетка уверенно нажала на ручку, даже не потрудившись постучать, вошла и застыла.       Солнце высоко висело на небе, проникало в большой светлый кабинет через панорамные окна, освещая своими лучами буквально каждый его угол. Оно рисовало узоры на бежевом столе, отражалось от многочисленных мелких статуэток из бронзы и золота, аккуратно и заботливо расставленных на небольших полочках, прибитых всё к такой же белой стене. Несколько маленьких горшочков с цветами всё на тех же полках, ваза с живыми цветами посреди стола. Кажется, подсолнухи. Пахло кофе и чем-то хвойным. Приятно. Здесь было явно повеселее, чем в приёмной.       На большом массивном стуле во главе стола, конечно же, сидел парень — привычный Денис. Ни в галстуке, ни в рубашке, ни в каком-то костюме — обычная белая футболка и джинсы. И только выражение лица давало понять, что он здесь не просто так компьютер настраивает. Как только заметил девушку, сразу же отвлёкся от своих занятий и отодвинулся на стуле назад, как будто стараясь лучше её разглядеть. Заинтересованно склонил голову набок.       — Какие люди, какая неожиданная встреча. Моя неделя началась неплохо. Ты принесла мне деньги, красавица? Сама? Лично? Какая честь!       Он расплылся в довольной улыбке. Девушка не была настроена улыбаться. Она замялась на входе на несколько секунд, но потом всё-таки прошла вглубь кабинета и уселась на самый ближайший к Денису стул. Положила руки на стол и несколько мгновений просто молча на него смотрела. То ли собиралась мыслями, то ли пыталась отдышаться — оказывается, всё это время она не просто шла, а бежала сюда. Как будто торопилась и боялась опоздать.       — Я бы принесла деньги, если бы мой отец их не забрал, — глупое оправдание, с которого явно не следовало начинать диалог. Она вздохнула, окончательно набирая полные лёгкие воздуха, и устремила свой взгляд на парня, который помрачнел. Его лицо изменилось буквально за считанные секунды.       — И какого фига ты тогда пришла? Чтобы я тебе посочувствовал?       Он наклонился вперёд, оглядел её внешний вид. Или, может, пытался вглядеться в лицо — девушка не поняла. Взгляд был беглый, но заинтересованный.       На ней сегодня не было ничего необычного, никакого макияжа, на который не было ни времени, ни настроения. Самый обычный чёрный сарафан длиной практически до самого пола — вот и всё. Один из тех редких дней за последнее время, когда на улице действительно было тепло с самого раннего утра. После проливных дождей это приносило в жизнь даже какое-то облегчение, что ли. Так что надеть что-то лёгкое, летнее после тяжёлых толстовок и джинс было приятно.       — Нет, я пришла поговорить. Думаю, ты не настолько занят в 8 утра, чтобы не иметь возможности уделить мне каких-то 10 минут, — она повела оголёнными плечами. Ей стало как-то неуютно.       — Разве ты не знаешь, что моё время — это деньги? А у тебя их нет, — на губах блондина появилась саркастическая улыбка.       — Да мне вот кажется, что может произойти так, что у тебя их тоже скоро не будет, — она выпрямила спину, откинула распущенные волосы назад и с силой впечатала ладони в поверхность деревянного стола, чтобы придать себе уверенности.       — Что это ты имеешь в виду? Ты пришла меня обокрасть? Убить? Шантажировать? Ух ты, вот это что-то новенькое.       — Не неси фигню. Я узнала, что мой отец сегодня занял... Точнее, не так. Прости, что это я. Мой отец сегодня просто так, безвозмездно, в поддержку развивающегося бизнеса, подкинул какому-то неизвестному Алексу почти 600 000 рублей. Знаешь такого? Он ему там золотые горы обещал и всё такое. Вы, вроде, партнёры? Или как это у вас называется? — она откинулась на спинку стула.       Денис схватил со стола ручку принялся крутить её между пальцами, а потом резко положил на стол, как будто пытался прихлопнуть надоедливую муху. Наклонился вперёд ещё ближе.       — Алекс? Они знакомы? — он поджал губы.       — Ты у меня спрашиваешь? Это вы тут уже почти одна большая дружная семья. В общем, у меня есть к тебе предложение, — она чуть улыбнулась.       Её пальцы, которые по-прежнему лежали на поверхности стола, ощутимо подрагивали. Как и всё внутри. Может быть, внешне он не вызывал страха, скорее, потому что девушка привыкла к нему за такое долгое время, так сказать, тесного общения. Но вот возможности этого человека, его связи, знакомства и деньги пугали до дрожи в коленках и потери сознания. Особенно в таких вот ситуациях. Не то, чтобы они происходили часто, но за последние три года пару раз приходилось переживать за свою жизнь. Угрожать Денис, конечно, не умел, получалось у него это фигово, а вот люди, которые на него работают за определённую сумму, делают это очень даже неплохо и убедительно. Так, что тебе кажется, будто жизнь вот-вот закончится, так толком и не начавшись       — Интересно, что ты можешь предложить мне? — Он даже засмеялся. И напряжение в помещении как-то сразу стало ощутимо меньше.       — Я тут размышляла после своего разговора с отцом и пришла к неутешительному для тебя выводу. Этот самый загадочный Алекс, скорее всего, пытается тебя подсидеть. Возможно, получить твой бизнес, возможно, твои деньги — это я уж не знаю. Я в этом не сильна. Но вот то, что он проворачивает какие-то дела за твоей спиной, по-моему, очевидно даже такой несмышлёной глупышке, как я. Или кем ты меня там считаешь? — сегодняшняя злость и ранний подъём явно сыграли с девушкой в плохую игру. Она вела себя, пожалуй, слишком резко, но собственные эмоции никак не поддавались контролю. Нервы натянуты как струна, внутри всё дрожит от страха, переживаний, злости — всё это смешивается с бешеным желанием закончить всю эту вакханалию как можно быстрее. А если ничего не делать, то эти проблемы не закончатся никогда! Так что опустить взгляд в пол и отсидеться в кладовке явно не получится.       — Допустим. И что? Это для меня не то, чтобы новость, и я всё ещё не понимаю, чем ты можешь мне помочь, мелочь? — он поднялся со своего места и начал мерить шагами просторный кабинет, остановился возле панорамного окна. Приоткрыл его, впуская прохладный воздух и посмотрел вниз на парковку, где с каждой минутой становилось всё больше автомобилей. Лениво так, как будто здесь совсем не вёлся диалог, который мог бы решить судьбу его бизнеса и больших денег. Создавалось такое впечатление, будто парень находится на безумно скучной лекции в университете и с нетерпением ждёт, когда она закончится. И это порядком раздражало.       — Ну знаешь, я тут вспомнила, что пару дней назад мой любимый дорогой папочка заботливо предлагал мне переспать с тобой, чтобы решить все его долговые проблемы, — она поморщилась.       — Дай угадаю, и ты решила, что сейчас это твой единственный идеальный выход? Спешу тебя разочаровать, у меня есть Юля, и она со своими обязанностями справляется великолепно. Так что в твоих услугах я не нуждаюсь, — он хлопнул в ладоши и перевёл взгляд на дверь, за которой находилась приёмная. Девушка немного прыснула со смеху. Какой стереотип: начальник спит со своей секретаршей. Фу. Да, сегодняшнее её настроение теперь пугало даже её. Так и с ума сойти недолго.       — Ты не понял. Тебе я себя не предлагаю. Я не шалава, так, на всякий случай. А вот включить идиотку — это всегда пожалуйста. Знаешь, мы, девушки, можем иногда быть убедительными, если хотим и если нам это нужно. А тебе нужна информация. Может быть, что-нибудь, до чего твои загребущие руки не в состоянии дотянуться. А я всё же, наверное, красивая девушка? Ведь красивая, да? — она неуверенно поджала губы и даже как-то съёжилась на этом стуле.       С самооценкой у брюнетки всегда были проблемы, так что собственноручно назвать себя красивой она никак не могла, но многочисленные комплименты от одногруппников, совершенно незнакомых молодых людей в кафе или клубах, да даже в тех же социальных сетях явно давали понять, что она может нравиться людям. Хоть и сама себя не считала какой-то необычной. Но известный факт — чужие люди всегда видят нас по-другому.       — Охренеть, пришла сюда, непонятно зачем, с какими-то странными, мутными, сомнительными предложениями, ещё и комплименты выпрашивает. Ну не наглая ли девчонка? Вся в своего отца. Давай уже быстрее выкладывай суть, и я буду работать, — Денис раздражённо вернулся на своё место, сел за стол, придвинулся к нему и открыл ноутбук. Потом захлопнул его со злостью. Кажется, этот разговор его действительно утомлял.       — Да не нужны мне твои комплименты. Ладно, короче, давай так: ты прощаешь мне долг и не трогаешь мою квартиру, а я взамен поговорю с отцом. Думаю, он не будет против познакомить меня со своим другом. В конце концов, притвориться наивной дурочкой, как я и сказала, труда не составляет для девушки, если очень нужно. Познакомлюсь, пообщаюсь с Алексом... Я надеюсь, ему не 70? — она даже обхватила себя руками и поморщилась. Денис в ответ просто засмеялся и покачал головой. Поставил локти на стол, опустил подбородок на ладони и заинтересованно посмотрел.       — Вот видишь, тогда всё неплохо. Узнаю для тебя информацию, может быть, помогу собрать какой-нибудь компромат — аудиозаписи, видео, фото, ну или что там тебе надо, чтобы открутить ему голову. Или как вы там решаете свои проблемы среди вас, миллионеров, — она утомлённо провела рукой по волосам. Этот разговор определённо давался нелегко. Очень нелегко. Но, если это сработает, можно сказать, отделается малой кровью. По глазам видно, что он заинтересовался. Значит, она всё-таки умудрилась попасть. Вот так, спонтанные мысли иногда бывают полезными.       — Хм, а ты и правда девочка не промах. Мне нравится. Мне кое-что действительно нужно. Я сомневаюсь, что ты сможешь это достать. Алекс, конечно, бабник ещё тот и девок меняет как перчатки. Я его знаю уже лет 10, так что в этом уверен. И что, если ты не сможешь его заинтересовать? В таком случае мне накинуть 100% сверху суммы за потраченное время, — он снова схватил ручку и, кажется, невольно начал грызть колпачок. Это выглядело непривычно. Обычно он пытался действительно быть серьёзным, так что девушке это показалось даже забавным. В этой обстановке, сидя в 8 утра в кабинете основателя одной из самых крупных сетей банков Москвы, пытается уломать его на непонятную сделку и наблюдает, как тот грызет пластиковую ручку за 40 рублей. Вот так вот бывает.       — А я понравлюсь. Можешь не сомневаться, — сама она, конечно, очень сомневалась, но отступать было некуда. Сама сюда пришла, сама предложила. Как говорится, заварила кашу — сама расхлёбывай.       Да и страшно подумать, что Егор дал ей денег. Огромную, нет, гигантскую сумму денег, которую ей уже не взять нигде. А время тик-так, осталось от силы пару дней. Она за это время не придумает ничего. Так что этот идиотский план может реально помочь. От мысли, что придётся улыбаться и проводить время с совершенно незнакомым человеком, ещё и хрен знает, каким он окажется, ей становилось ещё хуже. Может, и настолько мудаком, что зубы будет сводить, а выбора не будет, потому что на кону будет будущее её семьи. Спокойная жизнь, крыша над головой. И всё это перевешивало на чаше весов. Но менее противно от этого не было. Настолько мерзко, что даже тошнота подступила к горлу.       — Ладно. Хорошо, мне нравится с каким настроем ты сегодня пришла. Боевой дух, мне нравится это! Давай так, если ты сможешь за этот месяц каким-то невообразимым образом затащить этого придурка в постель и при этом оказаться в его доме — что практически невозможно, он никогда не водит шлюх в собственный дом, своего рода принцип, уж прости, не в обиду тебе. И принести мне кое-какую папку из его сейфа — я прощу тебе всё. Ты не будешь должна мне денег, и я не стану выгонять вас из квартиры. Платить за неё, конечно же, придётся, прости красавица, я не настолько щедрый. Эти документы того не стоят, но я думаю, тебе этого хватит, правда, — он довольно улыбнулся и в предвкушении потёр руки. Девушка аж подпрыгнула на стуле. Облегчение прокатилось волнами по венам и тут же схлынуло. Она встряхнула головой.       — Поверишь мне на слово? — она подалась вперёд.       — Если я захочу, ты никуда не денешься. Не обманывайся моей добротой. Хотя ты это и так знаешь. В общем, с сегодняшнего дня у тебя ровно 30 дней, чтобы попытаться решить свои проблемы. Всё ещё, заметь, я добрый. Ни одна неделя, ни два дня, а целых 30 дней. За это время можно много чего успеть сделать. Если сможешь оказаться в его доме раньше, то бонусом, так уж быть, — он поднял палец вверх, призывая внимательнее его слушать. Потом откинулся на спинку стула и покрутился несколько мгновений в полной тишине, закрыв глаза. Открыл их и лениво повернул голову в её сторону, — я даже пару месяцев проплачу за твою квартиру. Но это в том случае, если ты управишься меньше, чем за 14 дней. Во что я слабо верю. Папка мне нужна очень, я позже скину всю информацию, встретимся, поговорим. За чашечкой кофе. Сегодня у меня, к сожалению, правда нет на это времени. Но твоё предложение меня заинтересовало, это решит не все, но некоторые мои проблемы. Так что мы с тобой оба останемся в плюсе. А теперь можешь считать, что мы договорились. Дверь там. Мне надо работать! И отцу я больше ни копейки не дам, как бы он не просил и не умолял. Иначе ты никогда с этим не разберёшься, девочка, — он сочувственно покачал головой и указал изящным пальцем прямо на входную дверь.       Настя не стала медлить ни секунды, тут же подорвалась со своего места, поправила сарафан и пошла к выходу. За дверью она чуть не столкнулась нос к носу с любопытной девушкой, которая явно пыталась подслушать. Сейчас она усердно тёрла голову, потому что получила по лбу. Ну, может быть, хоть мозги на место встанут. Настя вообще сомневалась в их наличии. Нет, девушка казалась милой и доброй, по крайней мере, судя по натянутой улыбке на губах. Но всем секретарям положено вести себя вежливо. А с кем спать — личный выбор каждой. Все девушки выживают как могут: работают, выходят замуж или ищут себе богатых и красивых мальчиков, чтобы ни в чём себе не отказывать. И винить их за это, наверное, тоже не стоит.       Банк она покинула быстро, время было около девяти. Настя оставила подруге пару СМС с маминого старого телефона, который захватила с собой для связи с Таней. Одна галочка свидетельствовала о том, что та ещё не проснулась.       — Конечно, встретимся в 10 возле метро, — пробормотала она себе под нос.       В итоге, со спокойной душой доехала до университета с намерением всё-таки посетить хотя бы ближайшие три пары.       Зашла за кофе в ближайшую к университету кофейню, взяла самый большой холодный латте, чтобы освежиться. После 10 утра жара действительно набирала обороты, уже было прям душно.       Настя села на лавочку, посмотрела на часы. К первой паре она, конечно же, опоздала, и до её окончания оставалось 15 минут. Не хотелось заходить в аудиторию сейчас. А толку? Записать ничего не успеет, а вот послушать гневные тирады в свой адрес — всегда пожалуйста. К тому же, от преподавателя по макроэкономике, он это любил как никто другой.       Сделала несколько глотков прохладного напитка, потом подумала о сломанном телефоне, который сама же, по собственной глупости, разнесла в хлам от злости и непонятного порыва. Так хотелось написать Егору. Наверное, он пожелал ей доброго утра. Возможности проверить не было — старый телефон не поддерживал Telegram. При воспоминании о парне по коже тут же побежали приятные мурашки.       Кофе в стакане, кажется, нагрелся и уже не был таким холодным. В нём растаял абсолютно весь лёд. Снова бросила взгляд на часы и по аккуратной тропинке быстро дошла до торгового центра, который только-только открылся. Небольшой уютный центр с множеством цветочных клумб. Сейчас здесь почти не было людей. Все либо на работе, либо на учёбе; жизнь кипит в таких местах в основном по выходным или поздним вечером.       Перекатываясь с ноги на ногу, не могла решить — уйти или остаться. И так в жизни всё ужасно, непонятно, что будет дальше, и оставлять себя сейчас без адекватного телефона было абсолютно глупо. Лишних денег на него нет, но девушка всё-таки выбрала себе телефон и, схватив драгоценную сейчас вещь, направилась к кассе.       Порадоваться бы новой покупке, что-то приятное для себя. Девочки любят украшения, новые гаджеты, косметику и всё такое. Но сейчас как-то радости не было. Теперь, в следующем месяце ко всем проблемам ипотеки, практики, которая окончательно наступает на пятки, и всего этого, ещё и платить за телефон. Да, по меркам всех остальных собственных долгов, платить нужно немного, но всё равно ещё одна маленькая дыра в кармане и семейном бюджете.       Как и ожидалось, гневную тираду девушка в свой адрес всё-таки послушала. Сначала от преподавателя по математике, потом от пожилой преподавательницы анатомии, которая и так любила много разговаривать, а уж когда злилась на опоздавших на её лекцию студентов, её было буквально не остановить.

***

      Теперь девушка уже следовала за толпой радостных студентов, которые спешили покинуть шумные университетские стены. Она вышла на улицу, снова взяла себе кофе, на этот раз тёплый латте с карамелью. Обычно это Тане нравился такой кофе, но сегодня Насте и самой захотелось. Взяла большой круассан с клубникой, села на ту же лавочку и, не задумываясь, зашла в Telegram. Тут же набрала номер, слушая гудки. Сердце в груди привычно замерло, а потом начало биться быстро и часто. Она хрустнула кусочком большого круассана, почувствовала приятную сладкую начинку на губах, облизнулась, и через секунду услышала знакомый сонный голос. Он приятно прокатился в воздухе, заглушив весь шум автомобилей, смех и крики студентов. Всё это ушло куда-то на второй план. Разве так бывает? Оказывается, бывает. И это пугает.       — Ммм, потеряшка, привет. Я думал, ты мне больше не напишешь и не позвонишь, — в голосе Егора слышалась улыбка. Он точно спал. Стало неловко. Неужели она его разбудила? Она поспешно проглотила сладость, сделала глоток кофе и только тогда ответила.       — Привет, Йогурт. Нет, у меня просто телефон сломался, а так я очень хотела тебе написать, если честно, — сама не поняла, когда её голос стал таким робким. Она стесняется? Она реально его стесняется? Или как это ещё назвать?       — Оу, пипец... Хреново. Сейчас всё ок? Скажи мне, ты решила свои проблемы? — его голос стал серьёзным. От сонливости, кажется, не осталось и следа.       — Да, решила. Спасибо. И... Я хотела... Слушай. Хотя, это... Ладно, — она растерянно заморгала и сделала ещё один большой глоток кофе. Стаканчик в руках начал подрагивать, так что девушка поспешно поставила его на лавочку. — Слушай, ты, кажется, звал меня с собой в Дубай? — она легко улыбнулась, снова откусила маленький кусочек и откинулась на спинку скамейки. Мимо пронеслась толпа студентов на ярко-жёлтых самокатах.       — О-о-па, было дело. Ты решила всё-таки согласиться? — голос на той стороне трубки оживился.       — Ну, если это всё ещё актуально, я очень давно не была на море. Сейчас, когда мои проблемы решены, думаю, что почему бы и нет? Если я правда тебе не помешаю... — она улыбнулась, перевела взгляд на стаканчик, который медленно, осторожно накренился и опрокинулся прямо на ту самую лавочку, застревая между слишком широко расположенными деревяшками. Тонкие струйки недопитого кофе потекли на мелкую плитку тротуара. И даже это никак не испортило настроение. Она просто выбросила пустой бумажный стакан в мусорку, полностью сосредоточившись на голосе. Этот голос приносил столько спокойствия и умиротворения.       — Конечно, нет. Что ж, тогда... Мои планы поменялись, и я уезжаю завтра. Ты успеешь собраться? И мне нужен твой паспорт, нужно купить билет, — он улыбался, это было слышно. И это вновь заставляло её сердце трепетать от восторга. Как же приятно было это слышать. Она так быстро привыкла к тому, что может всегда позвонить и написать ему, привыкла к тому, что его голос вызывает самые приятные и тёплые чувства в груди.       — Собраться за один день? Егор, ты разве не знал, что девочек нужно предупреждать о том, что они едут в отпуск, за год? А как же новый купальник, красивые платья, средства для загара, от загара, косметика, которая не потечёт в жару, красивые туфельки, педикюр, чтобы не стыдно было ходить по белому песочку на пляже, маникюр, чтобы фоткать красивые коктейли на фоне пальмы, — она вдохновлённо перечисляла и услышала тяжёлый вздох на том конце провода.       — Ааа, стоп, не-не-не-не-не, остановись! Пожалуйста, ты серьёзно? Мне придётся доплачивать за двойной багаж? Прости, но, если что, твоя косметика полетит экономом, — он тихо засмеялся. Девушка дожевала свой круассан и огляделась. Сейчас бы чего-нибудь попить, хотя бы воды. Кофе ведь предательски разлился.       — Не переживай, мой багаж поместится в ручную кладь. Тебе повезло, что ты пригласил с собой девушку, которой не нужен целый год, чтобы собраться, — она улыбнулась.       — Я умею делать правильный выбор, — он прочистил горло и, судя по шороху, перевернулся на другой бок. Сейчас, наверное, такой милый, сонный, с взъерошенными волосами. Она настолько живо представила эту картинку, что показалось, будто бы сама оказалась в просторной комнате, аккуратно сидит на углу широкой кровати.       — Да ну тебя. Выбор он делает. Ну, тогда, я увижу тебя завтра? — она поднялась со своего места, не спеша идти в сторону метро.       — Увидимся завтра. Скинь мне свои документы, в 4:30 утра я буду возле твоего подъезда, — сказал Егор, и она снова улыбнулась.       — Так, договорились. Ладно, у меня ещё есть дела сегодня. Если что, пиши. И прости, если я тебя разбудила.       — Да ладно, всё окей. Я рад, что ты позвонила. Удачи, — на том конце провода послышались короткие гудки. Девушка убрала телефон и с окончательно поднятым настроением отправилась дальше в сторону метро.       Через час она стояла с открытым ртом и смотрела на большой просторный танцевальный зал. Такой, какой видела только на картинках в Pinterest. Пол из насыщенного коричневого ламината, повсюду разбросаны тяжёлые чёрные маты. Вдоль всего потолка тянулась тонкая лента подсветки, которая то и дело меняла цвет с голубого на фиолетовый, а потом на белый. Несколько пилонов в центре — блестящие, металлические, словно новенькие, будто ими никто никогда не пользовался. Огромные зеркала — точнее стены, выложенные зеркалами — простирались от пола до потолка на всех четырёх стенах.       И самое удивительное — окно. Потолок имел огромный квадратный люк, за стеклом мелькали облака и голубое небо, редкие солнечные лучи проникали в комнату, сияли то тут, то там, отражаясь от стеклянных и зеркальных поверхностей. Множество мелких лампочек украшали потолочные плинтусы, а может, даже были встроены прямо в них. Вьющиеся виноградные лозы ярко-зелёного цвета выглядели как настоящие.       Небольшой белоснежный столик на одной круглой ножке скромно притаился в углу. На нём — парочка пультов, вазочка с мелкими конфетами и другая ваза побольше, с несколькими тюльпанами. Рядом стояла аккуратная подставка с подожжёнными ароматическими палочками. От них исходил еле уловимый дымок, который плавно, тонкими потоками, гулял по комнате, распространяя умопомрачительный запах свежей мяты, мелиссы и цветущей вишни. Всё вместе это создавало удивительную, неповторимую атмосферу.       Настя стояла в восхищении, пока её не хлопнула по плечу Таня, так резко, что девушка подпрыгнула. Таня была при полном параде. Она пришла сюда раньше, успела по достоинству оценить всю красоту этого места. Девушка была одета в обычные джинсы и чёрное боди. Джинсы валялись где-то на одном из матов, а сама Таня, взмахнув изящными кудряшками, подошла к одному из идеально выглядящих пилонов и с лёгкостью забралась на самый верх за считаные секунды.       Повисла вниз головой, обхватив тот ногами, сложила руки и заинтересованно посмотрела на подругу. Так посмотрела, как будто говорила — раз пришла, то либо занимайся, либо не мешай профессионалам. Перевернулась и плавно, аккуратно спустилась вниз, облокотившись на пилон. Посмотрела на своё отражение в зеркале, оценивающе и придирчиво, как будто искала недостатки.       — И тебе привет, вишенка. Я смотрю, ты тут уже освоилась. И тебе явно очень нравится, — Настя довольно улыбнулась, откинув в сторону всё ненужное. Положила телефон на джинсы подруги, стянула обувь и прошла по полу.       — Сама ты вишенка. Здесь очень круто. Ты посмотри на этот дизайн, на эту подсветку. Здесь ночью, наверное, очень красиво. Какой здесь звук? Ты слышала? Здесь колонки прямо в стене? Я даже не могу определить, где! Я только что такие треки слушала. Ты себе представить не можешь. Да, здесь заниматься — настоящее удовольствие, — Таня снова забралась на пилон и обхватила его руками так, как будто боялась, что его вот-вот кто-нибудь заберёт. Или он, как минимум, провалится под пол.       Спрыгнув, Таня прошла в дальний угол комнаты, залезла под тот самый небольшой белый столик и достала оттуда пару чёрных лакированных стрипов. Большая, высокая, массивная подошва, огромный каблук, несколько ремешков. Надела на ноги и продефилировала так, как будто бы и не было на ней никаких каблуков. А они только легко стучали по полу, пока девушка, идеально выпрямив спину, подходила все ближе, а потом снова повисла на этом орудии пыток, никак иначе не назвать.       Настя вздохнула. Вот что-что, а к каблукам она не была готова. Ни сегодня, ни завтра, и точно не в ближайшие пару недель. Разбить себе голову, свернуть лодыжку или даже сломать руку вообще никак не улыбалось. Да, она когда-то пробовала, да, пыталась, но ничего не вышло. И пробовать и начинать заново сейчас было как-то страшновато. Хоть и понимала, что сама затеяла всё, что происходит в её жизни. Ладно, не всё, но большую часть точно затеяла сама. Повернулась, попыталась заставить свои мышцы расслабиться и не быть такими деревянными.       И правда, чего так испугалась, как будто бы это десятиметровая высота, с которой её заставляют прыгать без страховки. Снова посмотрела на Таню. Она красиво смотрелась в боди с длинным рукавом, в этих туфлях, с распущенными волосами, без единой капли макияжа. И всё равно это было очень красиво, сексуально, в какой-то степени, наверное, даже развратно. И это привлекало внимание, взгляд, заставляло смотреть на неё, наблюдать буквально за каждым движением. Это ей нравилось в подруге. Её энергетика... Она умела привлекать своими танцами. Умела заставить смотреть на себя. Умела себя преподнести зрителю так, чтобы человеку было действительно интересно. Даже не используя никаких причёсок, тонну косметики. Она ведёт себя так, как и всегда. Но выражает свои эмоции и чувства посредством танца. Казалось бы, простым, иногда может и чем-то сложным, что неспособен вытворить ни один профессиональный танцор. И всегда это выглядит умопомрачительно, даже если девушка допускает ошибки. В какой-то степени она завидовала подруге белой завистью.       — Да стараюсь я, стараюсь. Я пришла сюда 15 минут назад, что ты от меня хочешь? Это ты тут уже пару часов торчишь. Я вообще... — Настя обречённо вздохнула, спустилась на пол, подошла к зеркалу и просто принялась за разминку. Надо начинать с того, с чего она начинает всегда. Несколько лёгких упражнений, чтобы разогреть тело, подготовить мышцы, а вот потом... Она покосилась через зеркало на холодный металлический пилон.       Можно будет и с ним повоевать.       Последующие 3 часа девушки провели за занятиями танцами, физкультурой, гимнастикой, немного йогой. В общем, всем. По крайней мере, Насте так казалось. Мышцы болели, ноги окончательно стали ватными, поясница напомнила о себе уже примерно минут через 20 после её прихода в этот шикарный зал. Так что застрелиться хотелось вдвойне сильнее. Но прогресс определённо был, и это радовало. Тело, которое всё-таки не забывало все эти годы тренироваться, усердно заниматься физическими нагрузками, неплохо принимало новую нагрузку. Менее охотно, но всё ещё неплохо вспоминало старые движения. До Тани ей, конечно, далеко, так же далеко, как и до неба в том самом люке потолка, но никогда нельзя получить всё и сразу.       И голова была занята совсем не тем. То и дело в неё назойливо проникали мысли о Егоре, о предстоящем отдыхе, море, горячем песке, отсутствии проблем, которые она оставит далеко позади, бросит. Сядет в самолёт и улетит от всего этого пиздеца как можно дальше. С удивительным, интересным человеком. И кто знает, что будет.       А что будет?       Настя никогда не была за границей, не считая отдых с родителями в глубоком детстве, так что волнение и предвкушение были, так сказать, в квадрате.       Сосредоточиться на каких-то там скучных танцах и физических занятиях, было крайне сложно. И когда Таня это поняла, а поняла подруга это достаточно быстро, поскольку знали друг друга очень хорошо, она перестала докапываться. Просто отмахнулась и с наслаждением под любимую песню принялась вытворять что-то невероятное, позволяя просто за собой наблюдать. Ну, а что? Наблюдение тоже своего рода обучение. Сначала теория, а потом и практика.       Когда девушки покинули это удивительное место, бурно обсуждая предстоящий отдых, о котором Таня знала абсолютно всё, что могла, Настя почувствовала радость. Таня была той подругой, которая всегда готова искренне за тебя порадоваться, если у тебя произошло что-то хорошее. Без всякой зависти или попытки перевесить твои хорошие события чьими-то чужими или своими собственными. И это подкупало, очень нравилось. Настя любила, когда её слушают. И не просто слушают, но ещё и слышат. И сейчас поделиться с подругой о своих переживаниях и ожиданиях было безумно приятно.

***

      Дома, когда зубная щётка, паста и бутылка любимого бальзама для волос вместе с небольшим флакончиком духов были уложены, чемодан закрыт, а вещи на утро приготовлены, она приняла душ и упала на кровать.       Тяжёлые мысли всё ещё не уходили. Выглядело это странно. Она согласилась на поездку после того, как он дал ей денег. Мерзкое чувство того, что продалась, в какой-то момент стало таким невыносимым, что захотелось отказаться от этой поездки. Но девушка стиснула зубы и приказала себе не страдать хренью. Сколько можно, в конце концов? Опять всё испортить по собственной тупости? Нет уж. Всё будет так, как должно быть. Успокоилась только тогда, когда в полночь получила сообщение. Телефон приятно завибрировал под подушкой. Егор: Спокойной ночи, леди...       Она улыбнулась.

Настя:

Спокойной ночи. Ты же спать, я надеюсь?

      В ожидании нового сообщения она снова и снова проводила пальцами по экрану. Даже не думала блокировать телефон, чтобы его не пропустить. Егор: Угу, наверное, если успею. Не парься, выспись там хорошенько 🥰       Настя вздохнула. Ну, конечно. Работа, работа и ещё раз работа. Появилось желание, как только они выйдут из самолёта, отобрать его телефон и разбить об асфальт. Ну или, как минимум, отключить и спрятать в самый маленький и труднодоступный карман её старенького потрёпанного чемоданчика.       Он заслужил этот отдых, как никто и никогда. Заслужил спокойствие и хорошее настроение. Бесконечные дела и работа давят на психику не меньше, чем долбанутый психопат в семье.       Ей хотелось, чтобы он чувствовал себя хорошо, чтобы отдохнул, чтобы набрался сил, а потом опять пускай работает сколько влезет. Хотелось позаботиться. И девушка дала себе слово, что несмотря ни на что, она сделает всё, чтобы это время прошло с пользой. Он даже не представляет, насколько меняет её жизнь, насколько влияет на настроение и мироощущение. Так что хотя бы в качестве благодарности за всё, что он сделал за такой короткий срок для неё и её семьи, она должна сделать всё, чтобы ему было комфортно. Чтобы не создавать проблем, а просто отдохнуть. В конце концов, чёрт побери, это отдых! И этим всё сказано.

***

      Будильник прозвенел посреди ночи. Было сильное желание отключить его, погрузиться с головой под одеяло и проспать ещё добрых часов десять. Но как только девушка вспомнила про причину звонившего будильника, сон как рукой сняло. Она тут же подорвалась, занялась утренними процедурами, влила в себя огромную чашку кофе, наблюдая, как на улице наступает рассвет.       Середина июня, солнце поднимается очень рано, так что в 4 утра уже было достаточно светло. Снова тишина, снова птички и этот любимый утренний запах влажной травы, который проникал в квартиру, смешивался с запахом свежезаваренного кофе. Красота. В квартире по-прежнему стояла тишина.       Как и было обещано, в 04:30 в окно она увидела знакомый зелёный автомобиль. Сердце привычно замерло. Это когда-нибудь пройдёт? Может, стоит сходить к врачу? Точно, надо записаться к кардиологу.       Она поставила пустую чашку в раковину, схватила чемодан побежала вниз, пока не растеклась лужицей. Дожили! Вытащила длинную ручку из чемодана, тот с негромким звуком покатился колёсиками по выложенному крупными камушками тротуару.       Егор уже стоял возле машины, облокотившись на открытую дверь и с интересом наблюдал за ней. В одной руке телефон, в другой — белоснежный бумажный стаканчик с чем-то. На губах расслабленная улыбка. И как тут не зависнуть и не начать его разглядывать? Никаких кепок и шапок, волосы свободно развеваются на лёгком утреннем ветру, чёрная футболка Adidas, такие же чёрные штаны, кроссовки. Всё, как всегда. На шее цепочка, на руке привычные Rolex Green Face.       Она так хорошо его знала. Нет, не так — она так хорошо помнила его привычки: надевает эти часы, кепку, когда лень укладывать причёску, и в стаканчике, готова поспорить, никакого кофе. Чай или свежевыжатый сок.       Так себя ведут сумасшедшие фанатки, да? А осталось начать слушать его песни на репите и посетить все 600 концертов в год. Она нервно засмеялась от своих мыслей. Подошла, отставила чемодан. За ней пристально продолжали наблюдать.       — Доброе утро. Ты сегодня такой красивый что-то, — она несмело сделала комплимент и в ответ получила улыбку. Егор сделал глоток, а Настя мельком заглянула в стакан. Морс? Клюквенный морс. Это тоже заставило улыбнуться.       — Эй, да ладно, но это только сегодня, — он тоже окинул её взглядом, взял ручку чемодана, неспеша подошёл к багажнику и закинул его к своему большому рюкзаку. Чемодан даже показался как-то маленьким на его фоне.       — Что у тебя там? Кирпичи? — она удивлённо подняла брови. Потом потянулась, отобрала стакан, рука немного подрагивала, и жест вышел немного несмелым. И сделала глоток. Потом тут же сморщила недовольный нос.       — Фу, кисло! Как ты это пьёшь? — тут же вручила стакан обратно.       — Там в основном оборудование: несколько камер, ноутбук, планшет. Нужно будет запустить несколько стримов, да и поработать всё же придётся. Я в первую очередь, в отличие от тебя, еду по делам. А это... — он указал взглядом на стакан и сделал ещё глоток, — согласен, гадость, но сахара с собой у меня нет.       Он допил и, прицелившись, бросил стакан прямо в сторону мусорки возле подъезда. И даже попал. Есть что-нибудь, что этот парень делает плохо? Так, это уже точно размышления шизанутой фанатки. Чёрт, настроение было до безобразия хорошим.       — Лучше бы кофе купил, — она потянулась, и сама закрыла багажник. — Поехали? Мы ведь не хотим опоздать.       Снова стало как-то немного неловко, и лицо почему-то залилось краской. Лёгкий ветер щекотал кожу и периодически взъерошивал волосы. Она поспешно принялась обходить машину с намерением сесть на пассажирское место. Но уверенная рука одним лёгким движением остановила девушку, и над ухом прозвучал негромкий голос — тихо, еле слышно, заставляя волоски на голове зашевелиться.       — Хочешь кофе? Заедем, купим кофе, — она услышала негромкий протяжный вдох, на мгновение прикрыла глаза, опустила взгляд на руку с татуировкой и часами, которая крепко удерживала её локоть и слегка поглаживала кожу.       — Угу... — она не знала, что сказать, стало ещё более неловко. Чувствовала себя шестнадцатилетней школьницей, которую вот-вот кто-то застукает за школой с мальчиком и непременно отругает.       — У тебя вкусные духи, я говорил? — голос всё ещё звучал негромко, а рука никуда не собиралась деваться.       Она сделала один глубокий вдох, другой, ощущая его аромат, который ей нравился ничуть не меньше. И она по этому скучала. Вся его квартира была пропитана им. И сейчас, оказавшись в своей, которая, может, и стала уютнее и чуть поспокойнее, но всё равно была слишком другой. Она ловко развернулась и всё-таки посмотрела в его лицо. В конце концов, стоять и краснеть некогда. Вот так она мысленно убеждала себя секунда за секундой. И да, он чертовски хорошо выглядел на фоне автомобиля.       — А ты это чего? — она несколько раз моргнула.       — А что я? — он тоже невинно склонил голову набок, при этом всё ещё не двигаясь с места. Мотор машины негромко урчал.       Тихая улица, рассвет, негромко кричащие птицы.       — Ну, я просто хотела сесть в машину, — она чуть улыбнулась, потянулась рукой и убрала назойливую прядку с его лба, которая так и норовила попасть в глаза. Вот правда, каждый раз одно и то же.       — Ну так садись. Я тебе мешаю? — взгляд такой невинный, на губах улыбка, а хватка стальная.       — Да нет... — она чуть подалась вперёд, снова вдохнула его аромат. — Наверное. Слушай, а сколько ты весишь?       Она снова провела пальцами по его пряди, и та же самая рука опустилась на плечо, обтянутое чёрной тканью футболки. На лице парня проявилось недоумение и удивление. Что, не ожидал услышать подобный вопрос? Девушке же казалось, что он вполне логичен.       — Ты знаешь, что это, как и возраст у женщин, не принято спрашивать? — он тоже чуть подался вперёд, разглядывая её.       — Я понимаю, но я просто хочу посчитать, сколько минут я потрачу на то, чтобы сдвинуть тебя с места при своём весе в 60 килограмм, учитывая, что до пассажирской дверцы автомобиля примерно полтора метра. И на сколько мы опоздаем на самолёт в таком случае. Для этого мне нужно знать, сколько ты весишь, — она улыбнулась, и на мгновение вокруг наступила тишина. Оглушающая тишина, даже птицы, кажется, перестали петь. Его улыбка застыла ярким кадром где-то в голове.       — Охренеть, я когда-нибудь смогу угадать, что у тебя в голове? — казалось, момент был разрушен, но нет. Неловкость отступила, на её место пришла лёгкость.       Девушка потянулась, наблюдая за всё ещё улыбающимся лицом Егора, одним осторожным прикосновением прижалась губами к его щеке, которая сегодня была гладко выбрита. А потом и к губам, изогнутым в улыбке. Всё внутри снова затрепетало. Нет, кардиолог здесь, наверное, уже не поможет.       — Теперь мы поедем за моим кофе или я тебе что-нибудь откушу, — проговорила она настолько угрожающе, насколько могла. Голос всё-таки немного подводил. Улыбка сошла с лица парня, он убрал руку, отступил назад, упираясь спиной в автомобиль, и просто кивнул.       — Да ладно, ладно, будет тебе кофе, — он довольно кивнул.       Настя победно сделала шаг в сторону машины, открыла дверцу, и в лицо тут же ударил прохладный воздух кондиционера. Её снова наглым образом перехватили. Резким уверенным движением обхватили за талию, как будто она не весила совсем ничего. Да, сдвинуть его с места, наверное, оказалось бы проблемой. Её развернули к себе и накрыли губы умопомрачительным поцелуем, от которого все мысли из головы вылетели, как испуганные птички с того самого дерева рядом.       Обжигающее касание стало невыносимо горячим, пальцы касались оголённых плеч. Тонкая ткань топа, особенно в том месте, где было лишь кружево, вот-вот готова была расплавиться. Всё то же ранее утро, всё та же тишина, сильное мужское тело, урчащий автомобиль, его руки, крепко сжимающие талию, которые постепенно поднимаются выше, пробегая вдоль позвоночника и касаясь практически оголённых лопаток, заставляют дрожать. Пальцы путаются в распущенных волосах, а она чувствует, как он буквально вытягивает её пряди, пропуская их сквозь пальцы, чувствует собственные прикосновения к его груди, обтянутой футболкой. Обняв его за шею, снова как будто чувствует его сердцебиение.       Губы сливаются в бешеном танце или, может быть, даже соревновании. Они жадно упивались друг другом, кусая губы до боли, снова и снова заставляя языки сплетаться, не давая воздуху проникнуть в лёгкие, от чего понемногу кружилась голова. Пытались слиться то ли с природой, то ли друг с другом. Егор всё крепче прижимал девушку к себе, а она пыталась прижаться к нему, чтобы стать как можно меньше и незаметнее. Пальцы касались холодной поверхности цепочки на шее, а потом переходили на обжигающе горячую кожу рук с крепкими мышцами. Этот контраст восхитителен.       Сколько прошло минут? Непонятно. Мысли в голову не хотели возвращаться, и даже предположение, что они всё же могут опоздать, ни капли не пугало. Девушка отстранилась первой, потому что перед глазами всё-таки начало темнеть. Протянула руку, впечатала ладонь в его грудь, чувствуя, как в ней быстро, сильно и мощно бьётся сердце, отдаваясь в её пальцы и заставляя их тоже подрагивать. Посмотрела на снова зарождающуюся улыбку, вдохнула прохладный воздух, который постепенно начинал становиться тёплым. Наверное, если бы не выходящий поток холодного воздуха из салона автомобиля, ей уже было бы жарко.       — Теперь поехали. Нужно что-то попить.       Егор медленно убрал руку, оставляя её волосы рассыпаться по плечам, спокойно обошёл машину, сел за руль, пока девушка продолжала несколько секунд всё ещё стоять и дышать, наполняя лёгкие свежим утренним воздухом. Из подъезда вышла небольшая группа детей с рюкзаками, что-то обсуждая.       — Так рано в школу? Бедолаги, — всё-таки повернулась к машине и села, наконец-то закрывая за собой дверь. Стиснула губы в попытке сдержать улыбку, просто потому что была уверена, что это улыбку иначе как глупой назвать нельзя будет.       — Я не могу врать тебе, малышка — я тебя люблю. Если кто-то на тебя бычит — я его убью. Ты хочешь ALYX, Balenci', Prada — я тебе куплю, — девушка всё-таки засмеялась, услышав это.       — Ты это чего? У меня личный концерт только для меня? — она подмигнула ему в зеркало, пристёгивая ремень.       — Ага, настроение хорошее. Отдохнём клево. Давно уже не отдыхал, — он неспеша выехал на дорогу.       — Да. Тогда давай включай эту песню, ты, конечно, неплохо начал, но... — она улыбнулась.       — Я не слушаю собственные песни. Ты разве не знаешь? — Егор бросил взгляд.       — П-ф-ф — она молча включила Bluetooth на телефоне и потянулась к приборной панели. — А мы будем. Сделай исключение сегодня для меня, — она уже открыла плейлист.       — Да, а что ещё сделать? — он спокойно положил руки на руль, набирая скорость на дороге. Машина лениво начала выезжать из дворов. Но вот-вот начнут собираться знаменитые московские утренние пробки.       — Ничего. У тебя через три дня день рождения, так что это тебе надо придумать, чего ты хочешь, — она улыбнулась.       —О-о-о, спасибо, что напомнила. Блин, 30. С ума сойти! Ничего не хочу, если честно, — он как-то грустно вздохнул. А из динамиков уже громко полилась песня. Она всё-таки включила её. В ответ парень лишь просто закатил глаза и ничего не сказал. Ещё бы.       — Ладно, в жизни бы не сказала, что тебе 30. В 30 лет всё только начинается. Вот смотри, какой ты. И раз ты намерен отдохнуть и не хочешь ничего, мы будем отдыхать. Раз уж ты позвал меня с собой. Я очень давно не была на море, а ты слишком много работаешь. Так что имею наглость сообщить, что я конфискую твой телефон. — она повернула голову в его сторону, посмотрела серьёзно.       — Э-э-э, не, в каблуки меня записывать не надо. Ты думаешь, я так просто дам тебе свой телефон? У меня дела, работа, люди ждать не будут, — Егор помотал головой, уголки губ растянулись в улыбке, но она тут же пропала.       — А я и не говорю, что ты каблук. Это мой подарок на твой день рождения, — она обворожительно улыбнулась, наблюдая, как машина останавливается возле кофейни.       — А ты в курсе, что подарки вроде как должны быть приятными? Украшения, машины, квартиры, деньги. На худой конец, минет за рулём или охуенный секс? — он улыбнулся.       — Егор!       — А?       — Телефон!       — Не-а.       — Да.       — Весёлые дни меня ждут в твоей компании, — он улыбнулся.       — В случае, если ты не будешь работать 25 на 8. Себя нужно беречь. Я пытаюсь о тебе позаботиться, дурень, — она легко толкнула его в плечо.       — Ага, спасибо, я это оценил. Но качественный секс всё-таки получше будет.       — Егор!       — Да, леди?       — Телефон!       — Ладно, леди, я подумал... Не-а.       — О-о-оф-ф…