the language of love: behind closed doors

И угораздило же Феликса так вляпаться. Сколько раз они тусили в клубах, сколько всякого было — включая слитые в интернет фотки. Но ещё ни разу не доходило до суда. Радует только одно — судят хотя бы не его. Но быть жертвой тоже такое себе удовольствие. На часах девять утра — Феликс не выспался. Вчерашний допрос в полиции прошёл весьма успешно, как сказал менеджер. И абсолютно бесполезно, как показалось самому Феликсу. Юн Дана не успела признаться в сталкерстве — сорвалась на истерику раньше. А пока её держали трое полицейских, появился её адвокат и сказал, что Дана больше не будет отвечать на вопросы полиции. Это просто катастрофическая ситуация. Джи-Вай-Пи решили, что стоит уже преподать урок обезумевшим фанатам-сасэнам, которые из года в год преследуют айдолов. Феликс не был целью Даны, но был Джисон, который умудрился погрязнуть в этом болоте по самые уши. Феликс лишь попал под горячую руку, а Дана через него увидела способ отомстить возлюбленной Джисона — Чон Сетбёль — сфотографировав её и Феликса вместе в клубе. А потом ещё и слила их совместные фотографии с поездки на озеро, где они все вместе отдыхали несколькими неделями ранее. По сути, Феликс не виноват — это Нари виновата, решив, что будет просто замечательно пригласить неизвестную девушку с ними в поездку. «Она ведь коллега Бёль, я и подумать не могла…» — только и оправдывалась Нари, когда правда вскрылась наружу. Минхо рвал и метал, когда узнал, что Нари спуталась с сасэнкой. Но они поругаются, поцелуются и помирятся, а Феликс теперь вынужден сидеть тут, сверлить взглядом циферблат над стеклянными дверями переговорной и ждать встречи со своим адвокатом. Ещё и менеджер опаздывает — как будто Феликсу больше всех это нужно. Ладно, ему действительно это нужно — репутация группы под угрозой. В сети мусолят слух, что рядом с Феликсом замечена участница группы Фифс Элемент, а фанаты негодуют, делясь на два лагеря — кто-то поддерживает, а кто-то проклинает. А Феликсу просто хочется, чтобы всё это поскорее закончилось. Чтобы он уже смог спокойно выйти на улицу, не боясь, что на него нападёт свора саранчи с фотоаппаратами. — Да, — Феликс нехотя отвечает на телефонный звонок, потому что не брать трубку от Криса практически то же самое, что засветиться на снимках с девушкой — смертельно опасно. — Ты где? — голос Криса бодрый, несмотря на ранний час. — Сижу жду, а тут никого, — скучающе произносит Феликс, ещё раз бросая взгляд на часы. — Я же не перепутал? В девять? Почему он оказался пунктуальным? Где остальные? Компания так скрупулёзно решила копаться в этом деле, прочищая кишки всех причастных, а её сотрудники плюют на расписание. Это не Феликс облажался — это в компании бардак. — Сиди жди, — строго произносит Крис, и по звукам в трубке Феликс понимает, что тот в машине. — Если опаздывают, значит, есть на то причины. — Может, у меня тоже были причины опоздать? — усмехается Ликс, вальяжно разваливаясь на стуле и закидывая ноги на стол. Всё равно он тут один. Так что в этом такого, если никто не увидит? — Тебе ещё хватает наглости качать права? — Нет, просто я даже кофе не успел выпить, — закатывает глаза Феликс, чуствуя, что ещё немного — и он точно тут уснёт. — Иди возьми кофе и не ной, — отрезает Крис и добавляет: — Я скоро приеду и поговорим. Есть что обсудить. Лёд в его голосе не сулит ничего хорошего. И Феликс не успевает даже попрощаться, как Крис самостоятельно сбрасывает звонок. Чёрт, если так дальше дело пойдёт, то можно заработать нервное расстройство. Феликсу будто специально все чего-то недоговаривают — это бесит. Может, они так проявляют заботу? Но его это только ещё больше нервирует. В очередной раз глянув на часы, он резко поднимается с места, выходя в коридор — никого. Где-то из глубины этажа доносятся звуки работающего факса, но никто не спешит в переговорную. Поэтому Феликс с чистой совестью закрывает за собой дверь и идёт в сторону кофейного автомата возле лифта. Сегодня всё будто против него. А хочется, как обычно, залететь в студию, потрепать Джисона по кудрям, откинуть пару шуточек и приступить к записи. Или пофлиртовать с новенькой бариста на первом этаже в кафетерии — раньше ему это доставляло удовольствие. А теперь, все будто сторонятся его, словно Феликс болен чумой и может заразить их своими бациллами невезения. Зёрна в кофемашине гремят, создавая вокруг Ликса барьер от внешнего мира. Как ни странно, но этот гул действительно успокаивает, очищая мысли и разум. Феликс будто погружается в транс, пялясь на двери лифта, как загипротизированный, до тех пор, пока они не открываются. Ярко-жёлтая вспышка рябит в глазах, будто взорвалась сырная бомба. И Феликсу приходится приложить усилие, чтобы понять, что на него сейчас надвигается вполне себе симпатичная девушка, но одетая в безвкусную шубу. Если бы они сталкивались раньше, то Феликс бы её точно запомнил — слишком уж яркая. И он с интересом пялится на неё, даже не стыдясь оказаться замеченным — пусть лучше она его заметит. Но незнакомка даже взгляда не поднимает, полностью концентрируя внимание на прочтении смски. Как-то обидно становится. Феликсу что, тоже нужно влезть в костюм цыплёнка, чтобы его заметили? Кофейный автомат издаёт противный писк, но Ликс даже будто забывает, что ждал до этого свой напиток. Подпирает плечом стену, разворачиваясь в сторону удаляющейся по коридору девушки, и приятно удивляется, когда она оборачивается на него, наконец-то отлипая от своего мобильника: — Ты что, пялишься на меня? — она вскидывает брови, словно скорее констатирует очевидный факт, чем задаёт вопрос. — Ага, — усмехается Ликс. А что такого? Она, судя по всему, знает себе цену. А так как с ним в последнее время вообще первым никто не начинает диалог, то как же Феликс может упустить такую приятную возможность? — Трындец, — она медленно — словно изучающе — проводит взглядом по телу Феликса, будто очерчивая его мелом — так на месте преступления делают с трупами. И больше ничего не говоря, отворачивается, цокая острыми шпильками вглубь коридора. Может, из отдела пиара? Он как раз находится на этом же этаже, а Феликс туда никогда прежде не заглядывал. Значит, стоит это исправить, если прежде его не закопают в сырой грунт судебного разбирательства. — Неужели я прокажённый? — говорит ей вслед Феликс, пока она ещё не отошла слишком далеко и ему не пришлось бы кричать. Но она ничего не отвечает, полностью игнорируя его негодование — это обижает. — Я не могу пофлиртовать с красивой девушкой? — снова спрашивает он, но опять облом. — Цыпа, ты что, обиделась? — и кажется, это работает. Девушка останавливается на углу, прежде чем завернуть за него, и смотрит на Феликса абсолютно непроницаемым взглядом, будто действительно проклинает их встречу. Но что он такого сделал? Тут не надо быть гением, чтобы догадаться, что она надела этот жёлтый помпон, чтобы привлечь к себе внимание — если бы желала смешаться с толпой, то нацепила бы бежевый плащ и растворилась среди скучной массы. — Не закапывай себя ещё глубже, Ли Феликс, — произносит она и исчезает с поля его зрения. Ответ достаточно равнодушный, но, чёрт, похоже, что красотка знает его имя. Это, конечно, не совсем удивительно — он ведь айдол, а она, по-видимому, работает в Джи-Вай-Пи. Но всё равно приятно знать, что он не пустое место. Скорее всего, их пути ещё пересекутся — юридический отдел тоже на этом же этаже, а Феликс тут теперь будет частым гостем. Судебный процесс обещает затянуться на несколько недель, если не месяцев. И всё это время Ликс будет под присмотром адвоката, которого ему приставили — но ещё не познакомили — и личного менеджера, который до сих пор так и не появился. — Ты чего людей заставляешь ждать? — сзади раздаётся знакомый голос, и Феликс оборачивается на только что открывшиеся двери второго лифта. — А сам-то? — усмехается Ликс, глядя на своего менеджера Ан Чонгу. — Меня срочно вызвали на совещание — по твою душу, между прочим, — без единой усмешки произносит он. И прежде чем Феликс успевает вспомнить, что там в автомате остывает его сваренный кофе, Чонгу подходит к кофемашине и самостоятельно забирает напиток. — Эй, сделай себе сам! — Феликс отстраняется от стены и уже хочет забрать стакан обратно, но Чонгу отводит руку в сторону, выставляя указательный палец. — Нет, красавчик, иди давай, — кивает он в направлении переговорной. — Тебя там уже заждались. Не провоцируй тех, кто пытается вытащить тебя из этого дерьма. Чонгу классный — с ним можно и соджу выпить, и в приставку порубиться. Но когда дело касается работы, он становится абсолютно серьёзным, будто напрочь забывая об их многолетней совместной работе со Стрей Кидс, а в частности с Феликсом. Когда дела группы пошли в гору, то компании пришлось разделить обязанности за несколькими менеджерами, потому что одному иначе бы пришлось разорваться и отказаться от сна. Слишком плотное у всех расписание вне деятельности группы. И Ан Чонгу уже третий год личный менеджер Феликса. Так что не в первый раз вытаскивает его из неприятностей. Только прежде это были пьяные вечеринки, на которых Феликс случайно оказывался, а теперь вот скандал грандиозных масштабов. Конечно, Чонгу вряд ли нравится ругаться с Феликсом, отчитывая его как ребёнка. Но это его работа — следить за безопасностью артиста, создавать для него комфортные условия и предвидеть перспективы на несколько шагов вперёд. А в сложившейся ситуации Чонгу не видит вообще никакого просвета. Скорее лишь огромную зияющую дыру в карьере Феликса, если суд будет проигран. — Да нет там никого, — бубнит Феликс, пристально наблюдая, как Чонгу смакует его кофе, идя в сторону переговорной. — Я как болван ждал вас. А ты у меня ещё и кофе отобрал. — Хэсу написала, что уже там, — он вытаскивает мобильник из кармана, проверяя сообщения. — Хён, если бы туда кто-то пришёл, то я бы увидел, не думаешь? — закатывает глаза Феликс, не в состоянии сложить дважды два. — Я у лифта стоял, и кроме тебя никого не было. Никого, кроме шикарной брюнетки в вызывающей усмешку шубе. Но таких точно в зал суда не пускают — слишком хорошенькие. Хотя, она вполне смогла бы сойти за ту, кто убил своего старого мужа-миллиардера, чтобы заграбастать его капиталы. Да, наверное, именно такая аура витала вокруг неё, вместе с облаком духов от Кристиан Диор из сегмента тяжёлого люкса. — Может, вы разминулись? — предполагает Чонгу, делая размеренный глоток и поглядывая на Феликса, будто специально дразнит. — А может, она через окно влезла? — усмехается Ликс, сворачивая за угол. — Ты её вообще видел? — фыркает Чонгу, давясь смешком. — Скорее, это она тебя в окно вышвырнет. — Ведьма, что ли? — хмурится Феликс, представляя в суде рядом с собой тучную женщину лет пятидесяти, в очках-кошечках с толстыми стёклами и зализанными в низкий пучок волосами. Как выглядит адвокат Кан Хэсу — он понятия не имеет. Много слышал о ней от Криса — она уже не первое дело парней из Стрей Кидс улаживает, — но никогда не встречал лично. А дамочка, похоже, реально фурия. Джи-Вай-Пи бы не ввязался в эту войну, если бы не был уверен в своей победе. А совет директоров явно уверен, что адвокат Кан Хэсу справится с чем угодно. — Ты только при ней такое не выдай, — предостерегает Чонгу, понижая голос. Они уже подходят к двери переговорной, и Кан Хэсу не обязательно слышать их диалог — учитывая, что посвящён он ей самой. — А что она сделает? Превратит меня в лягушку? — шипит Феликс, и его низкий голос звучит не менее устрашающе, чем образ адвоката, созданный богатой фантазией. — Пошли, шутник, — вздыхает Чонгу, открывая дверь и пропуская Феликса вперёд. — Познакомьтесь, — он входит следом, обходя стороной застывшего в изумлении Феликса. — Хэсу, это Феликс. Феликс, это твой адвокат — Кан Хэсу. И ещё до того, как уважаемая адвокат Кан Хэсу оборачивается на него, Феликс уже готов самостоятельно выпрыгнуть в окно — она точно ведьма. Потому что иначе, кто наколдовал на соседнем от неё стуле цыплячью шубу, перекинутую через спинку? — Ну, здравствуй, Феликс, — она всё же оборачивается на него, отрываясь от изучения бумаг, которые уже разложены на столе. И, кажется, лицо Феликса перекашивает от неловкости, потому что ни одна мышца на лице Хэсу не дрогает, когда она в очередной раз смеряет его взглядом, незаинтересованно отворачиваясь. — Раньше начнём, раньше разойдёмся, — бесцветно произносит она, снова шурша листами документов. — Ликс, садись уже, — шикает на него Чонгу, отставляя в сторону кофе и принимая из рук Хэсу одну из папок. — У нас есть, что обсудить перед первым слушанием.