Я думаю о нём

Сугуру. Все мысли Сатору всегда только о нём. Опасное задание? Сугуру ждёт, обязательно нужно выжить. Обед? Сугуру всегда забывает о еде, нужно его накормить. Яркий солнечный день? Сугуру не любит такие, солнце слишком режет глаза. Сон? Сугуру. Всё и всегда говорит о Сугуру. Годжо уверен что он сходит с ума, Сёко же говорит что это просто влюбленность. Но разве от влюбленности выворачивает наизнанку рёбра? От влюбленности вечная головная боль и бессоница? Нет, Сатору уверен, он не в порядке. Особенно рядом с Гето. Рядом с ним ещё хуже, рядом с ним его полностью изнутри ломает. Поэтому он предпочел просто избегать своего лучшего друга. Брать больше миссий, реже появляться в общаге, всё что угодно, лишь бы не рядом с ним. Даже начал встречаться с девушкой. Только ничего из этого не помогало, мыслей становилось всё больше. больше. Больше! БОЛЬШЕ! Это точно безумие. Сумасшествие. От этого нужно просто отвлечься. Как раз та девушка... Как её зовут? не важно. Она позвала Сатору к себе. Отличная возможность сбежать от этого пиздеца. Годжо и побежал, побежал прямо к ней. Только на пол пути подумал, что наверное некрасиво приходить в гости с пустыми руками. Зашёл в ближайшую кафешку. Взял клубнику в шоколаде. Сугуру она нравится. Стоп. Не думать о Сугуру. Дошёл до её дома, попили чай. Сугуру больше любит кофе. Ушли в её комнату, сели смотреть какой-то не интересный фильм. Сугуру назвал бы его бессмысленным. Целуются, разделись, занялись сексом. А везде только он. Он, прокляни его, ебучий Сугуру Гето. В мыслях, в отражении большого зеркала напротив кровати. Да чёрт возьми, эта девушка буквально его женская копия. Нет. Сатору больше так не может. Он обязан разобраться с этим. Он наспех принимает душ, сулютует девушке прощание и мгновенно скрывается. Добегает до общаги. Не думая заходит в его комнату. Сугуру лежит на кровати, кажется пытаясь спать. Блять как же он красив. Годжо раздражается ещё больше, особенно когда брюнет начинает отпускать какие-то шуточки, его хотелось заткнуть, эта мысль и сподвигла пройти вглубь комнаты, ближе к темным и длинным волосам, ближе к лисьим глазам, ближе к столь манящим губам, но всё же он пытался перебороть свои желания, поэтому сказал совершенно другое: – Завались Гето, – не выдержав потока собственных мыслей рявкнул он в ответ на очередную колкость – И сотри с лица эту ехидную рожу. Видеть её не могу. – Неужели всё прошло на столько плохо? – всё с тобой же издевкой и наигранным удивлением продолжал Сугуру. И Сатору сдался. Схватив чужие щеки пальцами накрыл его губы своими, крепко зажмурившись, ожидая что тот сейчас оттолкнет его, ударит, сделает всё что угодно, но только не то что он действительно сделал. Гето ответил, и ответил взаимностью. Это всё какое-то безумие. Где-то в глубине души Сатору молился на такой исход, но его голова не могла принять этого, а он слушал только свою голову, поэтому и отстранился. Вытер рукавом рубашки свои губы, чтобы стереть причиняющую боль сладость поцелуя. – Блять, это всё из-за тебя! – взгляд от карих омутов было не отвести. Это слишком сложно. Ещё сложнее осознавать, что Сатору действительно влюбился, и что от поцелуя ему правда стало легче, ведь его тоже можно назвать своеобразным признанием, разве нет? Не важно. Плевать. Похую. Сатору больше не хочет ничего этого. Не хочет видеть, слышать, чувствовать, ощущать и даже думать. Он этого больше и не делает. Не слушает слов, которые говорит Сугуру, не видит его обеспокоенных глаз, не чувствует проходящих от поцелуя мурашек, не ощущает как сильно бьётся собственно сердце, не думает о чем и как говорить. – Да! Да, блять, у меня не встал! – отсылаясь на первые издёвки Сугуру начал кричать маг, – И не вставал, пока я не вспомнил тебя! пока не представил на её месте тебя! –говорить о том, что брюнет и так был в его мыслях, и вспоминать о нем даже не приходилось, Годжо не стал– А ведь вы даже внешне похожи, так что представлять было не трудно, Гето! – парень выплёвывал эти слова, думая что вот вот захлебнется ими, но не собирался останавливаться – У меня вообще ни на кого кроме тебя не встаёт. Я думал, я думал, что у меня просто утренние стояки, но нет. У меня стояки просто потому что вижу тебя! Вообще все мои стояки, блять, только из-за тебя! – конечно все эти слова были лишь полуправдой, фальшивой попыткой сердца признаться в своих чувстах, искаженной неверящим в происходящее мозгом. Сугуру что-то говорил, блондин не разбирал слов, но ему хватило лишь нежного "Сатору", чтобы немного успокоиться. Хотя этого было слишком мало, чтобы оставаться здесь после всего произошедщего. – Я больше видеть тебя не хочу, Гето. – только и смог просипеть Годжо после недавнего крика, намереваясь тут же сбежать. Его остановили. Остановила теплая ладонь, быстро но осторожно схватившая за запястье. Она не позволяла идти, а дотошный голос в голове не позволял повернуться обратно к парню. – Сатору, давай ты успокоишься? – медленным и немного дрожащим голосом пытался донести он, – Давай мы утром всё это обсудим? только не уходи, Сатору. – практически шептал брюнет, надеясь что друг улышит его. И Годжо услышал. Перестал тянуть его руку к выходу, даже повернулся к нему обратно лицом, тяжело выдыхая. – Гето, отпусти. – уже без крика и раздражения, молясь, что брюнет поймет, отчеканил маг. – пожалуйста, Сатору – всё так же тихо, смотря прямо в глаза, практически умолял Сугуру – Останься со мной. И мы обязательно поговорим обо всем этом завтра. Заглянув в глаза своего друга голубоглазый остался совершенно обессиленным, больше не смог заткнуть голос своего сердца, буквально орущий о его необъятной любви к лучшему другу. Годжо сдался, наконец расслабляя напряженные мышцы. Минута для Сатору, смотрящего в карие, кажущиеся в полумраке черными, глаза мага показалась вечностью, но прерывать её не хотелось, до того момента, пока он не понял в каком странном положении они оба сейчас находятся. – Двигайся – решаясь хоть как-то исправить положение, спокойным голосом сказал парень. – Ты ведь, вроде, любишь спать у стенки? – едва заметно приподнимая уголки губ ответил Гето. – Ладно, значит перелезу через тебя, – закатывая глаза и скидывая обувь пробормотал Годжо, запрыгивая на кровать и укладываясь на спину между стеной и брюнетом, для удобства подкладывая под голову руки. Боковым зрением заметив как темноволосый на него смотрит, – Ну и чего ты пялишься, Сугуру? – Ничего – улыбнувшись ответил он, цепляя пальцами очки Годжо и снимая их тут же откладывая в сторону. Затем утыкаясь носом куда-то в ребро парня, параллельно закидывая на него свою ногу и укладывая руку поближе к груди блондина –Сатору, я тоже тебя – последнюю часть фразы он сказал на столько тихо, что разобрать её не вышло. В итоге они оба быстро заснули, осторожно обнимая друг друга, и наконец отгоняя все сводящие с ума мысли.