Учитель математики

Я не был удивлён, когда Пакертон уволили, ведь именно этого мы и добивались. Мне ещё долго снились кошмары с этим, особенно, где я становился жертвой. Впрочем, это не так важно. У нас не было уроков алгебры где-то месяц точно, чаще всего они заменялись литературой и историей, которую я так любил. И вот, наконец-то, в нашей школе появился новый учитель математики, который начнёт преподавать уже сегодня. —Как думаете, это будет очередная старая бабка или молоденькая? — я на это закатил глаза, меня уже подзаебали такие шутки Ларри. —Хватит, Ларри, все равно ничего не изменится. — Джонсон цокнул, а ребята согласно кивнули. Нам помешал звонок, который оповещал о начале урока. Мы неспеша поплелись в кабинет. Да, мы давно отвыкли от уроков, где наши мозги расплавятся, Ларри уж точно. Когда все дети сели на свои места, в класс вошёл молодой блондин с учебником в руках. Девушки сразу защебетали, обсуждая, какой он красивый. Я точно услышал, как цокнули Эшли и Ларри. Я внимательно слушал учителя, не обращая внимания на друзей, которые меня звали. Все мое внимание было приковано к столь красивому учителю. Чтож, теперь я понимаю девочек. Из-за этого я не заметил, как прозвенел звонок и мне пришлось покинуть кабинет. Все мои мысли были посвящены учителю математики, которого зовут Мистер Фелпс. Он был просто замечательным, шутил на уроках и быстро нашёл общий язык с детьми. Иногда мы встречались взглядами. Мы быстро выучили все, что упустили за тот месяц. Многие из нашего класса стали лучше учиться по алгебре, что очень радовало учителя. Все, кроме меня. Странно, но мои оценки упали и я плохо работал на уроке, хотя всегда понимал этот предмет. —Сал, ты знаешь почему я вызвал тебя? — я неуверенно подошёл к учительскому столу, смотря на свою тетрадь. —Эм...да..— я правда не понимал как я мог скатиться по учёбе, я всегда хорошо учился вне зависимости от учителя или школы. —Чтож, тогда ты должен знать, что твои оценки упали. — я стыдливо опустил голову и кивнул. Мне было ужасно стыдно, ведь я подводил учителя, поэтому пытаясь спрятать лицо я рассматривал свои кеды. —Сал, я не говорю, что ты плохой или идиот, — он вздохнул. — Я предлагаю тебе свою помощь. — я посмотрел на него и он нежно улыбнулся, так что моё сердце растаяло и я согласился на дополнительные. Уроки проходили у него дома, и я часто уходил куда-то в себя, засматривался на него и тупо улыбаясь. Я знал, что такой как я не может понравиться хоть кому-то. Но каждый его взгляд был для меня глотком воздуха. После третьего занятия у него я завел дневник. Как маленькая девчонка, да-да. Итак

Запись первая.

В нашей школе новый учитель математики! Я был очень рад, когда уроки алгебры вернули. Интересно, у него есть жена? Я не видел кольца у него на пальце. Я скатился по учёбе, и он сказал, что мне нужны дополнительные, с тех пор я хожу к нему домой, чтобы подтянуть знания.

Это правда помогло и я стал лучше учиться, но ходить к нему домой не перестал. Это стало неотъемлемой частью моей жизни. Только теперь мы не занимались математикой. Он заигрывал со мной, флиртовал, а я ,как идиот, влюблялся в него все больше. Я перестал общаться с друзьями, этот мужчина действовал на меня как наркотик. Я говорил только о нем. Ребята не понимали меня, из-за чего мы после перестали общаться и все моё внимание было приковано к Трэвису. Мы быстро влюбились в друг друга, я не обращал внимания на его возраст, я слушал лишь сердце. Мы много ходили гулять вместе, ходили в кино и в рестораны. Все было просто замечательно!

Запись вторая.

Трэвис просто замечательный, он будто из романтичекого сериала. Я ужасно люблю его. Я уже чувствую, как девочки с завистью смотрят на нас.

Я не рассказал об этом отцу и не собираюсь. Ему не обязательно знать, с кем я встречаюсь. Я люблю его, но все же...

Так прошло пару месяцев, я был очень счастлив в наших отношениях и он тоже. В наших отношениях была только любовь. Все было так романтично, что я верил что он любил меня. Трэвис каждую прогулку дарил мне подарки, цветы. Я чувствовал себя просто чудесно, это — то, чего я всегда хотел и Трэвис мне это дал. Как я уже говорил, прошло пару месяцев с начала наших отношений и он снова, как обычно, пригласил меня к себе в гости на романтический ужин. В этом не было чего-то подозрительного и я, конечно, согласился. Мы мило поужинали, обсуждая бытовуху. Это выглядело так, как будто мы женаты уже много лет и любовь настолько запудрила мне мозги, что мне это нравилось. Я не помню, что он мне сказал, что смог затащить в постель. Но я сразу же пожалел. Это было ужасно больно, мне казалось будто мои органы перемешиваются воедино. Мне было адски больно, я умолял его остановиться, я плакал, кричал, но он не слышал. Он выглядел безумцем. Мне было ужасно тошно от себя и от процесса. Я покинул квартиру сразу, как только он ушёл в туалет. Меня тошнило от себя и от осознания, что только что произошло. Я чувствовал, как кровь стекает по моим ногам и впитывается в ткань джинсов. Я не появлялся в школе несколько недель, притворяясь больным. Пока я не осмелился признаться ребятам, которые сказали, что мне нужно сообщить об этом в полицию, а затем добиться его увольнения. Мне было ужасно стыдно и противно и я все оттягивал этот момент, пока Эшли силой не повела меня в полицейский участок. Но сначала я кое-как рассказал отцу, и затем мы поехали в участок. Трэвис писал мне, звонил и угрожал, что снова сделает мне больно. Мои кошмары и истерики участились, я ужасно боялся ходить в школу. Я боялся увидеть его. Так было ровно то того момента, как меня вызвали в школу и мне пришлось прийти. —Сал Фишер, вы подтверждаете то, что Мистер Фелпс совершил преступление? — он посмотрел на меня серьёзно, показывая моё заявление, а я смотрел сквозь него. Мне казалось, будто он меня здесь же и задушит. —Да…— мой голос хрипел, мне было ужасно страшно. Слезы почти потекли из моих глаз, как я все таки смог убежать. Я слышал, как меня звала Эшли, но мне было плевать. Я не хотел больше вспоминать об этом, я не хотел видеть эту школу, я не хотел видеть Трэвиса, потому что знал, что он найдёт меня. Я бежал, несмотря на то, что я задыхался и хотел остановиться. Мои ноги болели, но я бежал, что есть силы. Я бежал пока не оказался на мосту. Я, будто загипнотизированный, смотрел на воду. Мне было ужасно холодно, слезы текли ручьём. Я шептал извинения перед папой и мамой. Я не хотел, чтобы папа остался один, но мне было тяжело смирится с тем, что произошло. Перед моими глазами пронеслась вся моя жизнь, от детства до этого момента. Я будто пролистал галерею. Я посмотрел в глаза своего отражения и откинул протез куда-то в сторону. Мне было холодно и тепло одновременно. Мне хотелось обратно на сушу, домой, но я продолжал тонуть. Река забрала меня в свои объятия, похожие на мамины. Сал Фишер заснул навсегда.

Конец третьей записи.