Олимпийские игры: прятки

Когда Одиссей и его команда решили передохнуть от долгого путешествия, они обнаружили себя на берегах укромного островка — благой передышки от ужаса морей. С сияющим солнцем и нежным бризом мужчины решили воспользоваться временем на острове на всю катушку. Некоторые из команды Одиссея стали играть в прятки для оттачивания своих навыков. Смех заполонил воздух, когда они мчались меж камней и деревьев, доносилось эхо их голосов в открытом пространстве. По мере игры всё больше его товарищей присоединялись, желая почувствовать себя беззаботными детьми. Среди радостного хаоса на берегу стоял Одиссей, наблюдая за ними с весельем и нежностью. Ему очень хотелось присоединиться к игре, но вес обязанностей капитана давил на него. — Ну же, капитан! — воскликнул один из мужчин, заметив сомнения Одиссея. — Вы никогда с нами не веселились! Всего один раунд, можно? Остальные подхватили, моля Одиссея дать волю чувствам и разгуляться. После их упорного убеждения Одиссей сдался, кроткая улыбка растянулась на губах. — Ладно, ладно, — уступил он к большому счастью своей команды. — Но только на раунд. Одиссей помчался искать укрытие, крики поддержки его команды звенели в ушах. Он позволил себе забыть о заботах и ненадолго насладиться весельем. Но только он собрался позвать свою команду с собой, таинственный голос прервал его. Поражённый Одиссей обернулся лишь для того, чтобы увидеть Гермеса, сидящего на ближайшем бревне, с озорным блеском в глазах. — Веселимся, не так ли? — спросил Гермес с игривой ухмылкой, его появление удивило, внушило благоговейный трепет команде. Мужчины Одиссея уставились на бога со смесью уважения, ужаса и восхищения, неуверенные, как нужно реагировать на его внезапное появление. Тем временем Одиссей стоял со скрещенными руками на груди, он любопытно взглянул на Гермеса. — И что ты тут делаешь, Гермес? — спросил он, не способный удержать лёгкую ухмылку от божеских проделок. Гермес злорадно захихикал, обернув руку вокруг плеч Одиссея. — Ох, ты же меня знаешь, — сказал он, подмигнув. — Просто пролетал мимо и не смог не посмотреть, почему вы веселитесь. Гермес быстро пролетел над местом, где собралась команда, заложил руки за голову, оглядев их с игривой ухмылкой. — Похоже, тебе бы не помешало немного взбудоражиться, — высказался он, голос пронёсся над трепотней команды. — Так, как насчёт того, чтобы сделать игру чуточку интереснее? С помощью пари? Команда обменялась нервными взглядами, неуверенные, что делать с предложением бога. Но Одиссей — извечно отважная душа — ступил вперёд, в его глазах мелькнула искра веселья. — Ловлю на слове, Гермес, — сказал он, заслужив гордо-весёлый взгляд бога. Гермес подлетел к Одиссею поближе, лица резко сблизились, когда он задразнил: — Я знал, что ты согласишься, Одиссей. В конце концов ты привык контактировать с богами, да? — его слова были встречены закатыванием глаз от Одиссея, который не смог не усмехнуться от колкости бога. Гермес взлетел в воздух, его фигура была окружена сияющей аурой, когда он обратился к собранной команде: — Хорошо, бравые мужчины, — объявил он с забавной гримасой. — В этом раунде я буду вóдой. Если я вас найду, вам нужно вернуться в лагерь для следующего раунда. Легким движением запястья Гермес призвал кадуцей — золотой посох возник из вспышки света. Он подлетел поближе к Одиссею, острие атрибута нежно поднял подбородок капитана, чтобы они смогли встретится взглядами. — Но, если я найду тебя, Одиссей, — дразнит Гермес, улыбка его стала шире, — ты наденешь один из самых откровенных нарядов Афродиты! Следи за спиной: она будет уязвимее, чем ты привык. Несколько смешков прокатилось по команде, когда Одиссей покраснел, стрельнув в Гермеса наигранно недовольным взглядом. Одиссей скрестил руки на груди с решительным выражением лица. — Хорошо, — твёрдо ответил он. — Но если я выиграю, ты будешь помогать нам с нашим путешествием в будущем. И тебе нужно будет снять крылатые сандали. Гермес драматично ахнул, его глаза расширились в притворном гневе. — Ты ранишь меня, Одиссей, — воскликнул он, хотя в его голосе был намёк на веселье. — Как хорошо, что я честный бог, — грациозным движением Гермес спустился на траву и начал снимать свою обувь. Когда он закончил, Гермес развернулся к команде, его глаза сияли белым с намёком на предупреждение. — Позвольте прояснить, — сказал он более серьёзным тоном. — Если кто-то из вас хоть подумает о том, чтобы коснуться моих сандалей, я превращу его в муравья и самолично раздавлю, — команда нервно кивнула, осознавая вес предупреждения Гермеса. Гермес вновь приблизился к Одиссею с задорным блеском в глазах, взяв капитанскую ладонь в свою. С мягким жужжанием появилась светящаяся лента, обернувшаяся вокруг их рук, подтверждая их сделку. — Вот, — весело выдохнул Гермес, — Связь на время нашей маленькой игры. Она разорвется, как только ты выиграешь, Одиссей. Одиссей кивнул, осмыслив условия их соглашения, а затем отпустил руку, заставив ленту исчезнуть. Гермес поправил свой крылатый шлем с ухмылкой, готовясь начать игру. — Хорошо, ребята, — воскликнул он, его голос пронёсся над поляной. — Даю вам фору в пятнадцать секунд! Пока Гермес считал, члены команды разбежались в разных направлениях, стремясь найти место, чтобы спрятаться, пока их божественный вóда не начал искать. Несмотря на отсутствие крылатых сандалий, Гермес оставался быстрым и проворным, его божественный атлетизм сильно помогал. Всё с той же игривой улыбочкой он дразнил членов команды, которых поймал, внезапно появляясь за деревьями, возникая из пещер и материализуясь позади них, смеясь. Один за другим товарищи Одиссея становились жертвами хитрости Гермеса, их количество всё падало с ходом игры. Когда она подходила к своему концу, Гермес и Одиссей остались один на один. Гермес смеялся с ухмылкой на губах, вытянув руки. — Осталось всего пятнадцать минут, Одиссей, — поддразнивал он задорным голосом. — Можешь сдаться сейчас и уберечь себя от проблем. Я обещаю, что ты будешь выглядеть прелестно в одеждах Афродиты! Игривое рычание сопровождало его слова — всё для того, чтобы подразнить спрятавшегося капитана. В ответ Одиссей закатил глаза, не задетый колкостью Гермеса. Тем временем бог присел на корточки, все чувства напряглись в ожидании хоть намека на движение, которое выдало бы Одиссея. Пока он внимательно прислушивался, Одиссей осмотрелся — его взгляд наткнулся на ближайший камень. Быстрым, просчитанным движением он взял его и швырнул за Гермеса — прямо в кусты, — что вызвало слабое шуршание. Заслышав шум, Гермес резко мотнул головой и кинулся к кустам. — Нашёл! — триумфально выкрикнул он, а затем обнаружил, что это был всего лишь камень. Удивлённый Гермес покачал головой, он всё ещё прислушивался к окружающим его звукам. Непоколебимый Гермес просканировал местность и уловил едва заметный смешок, который скорее был эхом, доносившимся со всех направлений. Со знающей ухмылкой он пробормотал себе: — Ты точно мой внук, Одиссей, — но его слова были заглушены последовавшим хохотом в лесу и не достигли ушей Одиссея. Сам Одиссей был далеко: смотрел из безопасного места в кроне дерева, сердце колотилось в груди, пока он наблюдал за Гермесом внизу. Бог воров огляделся вокруг, он сузил глаза, прокомментировав остроумие трюка с камнем. — Впечатляет, — отметил Гермес, его голос пронёсся по лесу, — но не будь напыщенным, раз провёл бога воров, Одиссей. Помни, кто я такой. Гермес с ухмылкой на губах бил деревья вокруг него, заставляя их трястись и качаться, чтобы заставить Одиссея издать хоть какой-то звук или потерять равновесие. Но даже так капитан оставался тихим, душа звуки в своём хитоне, вцепившись в ветку древа. Гермес разочарованно рыкнул: у него осталось всего шесть минут. Он задумчиво хмыкнул, поправив крылатый шлем. — Я прекращаю ребячиться, Одиссей, — сказал Гермес наполовину серьёзным голосом. — Особенно когда не хочу проигрывать, — продолжил он, а затем повернулся к дереву, чтобы забраться на него и получить преимущество. Когда Одиссей спустился с дерева, на котором прятался, он осознал всю серьёзность ситуации. Раз осталось шесть минут, значит, ему нужно уходить. Он тихо стал идти сквозь лес, держа ухо востро, чтобы не пропустить Гермеса. Но он тут же наступил на веточку, чей хруст эхом раздался по лесу и пронзил тишину, а Гермес тут же понял, куда бежать. Без сомнений Одиссей бросился в бега, его сердце ускоряло темп, когда он услышал приближающиеся шаги. Ненормальный смех заполнил воздух, разделенный редкими выкриками его имени со стороны Гермеса. С каждым шагом Одиссей использовал свои возможность нырять под корни деревьев и петлять между ними, надеясь замедлить безжалостного бога воров. Тем временем Гермес без особых усилий перепрыгивал с дерева на дерево, его смех эхом отскакивал от лесных растений. — Ты можешь бежать, Одиссей, — злорадствовал Гермес. — Но ты не спрячешься от меня там! Одиссей бежал что есть мочи, на лбу выступил пот. Он использовал все трюки, которые знал, чтобы избежать Гермеса. Какие-то сработали — после них бог воров гордо кивал, — но они всё равно не замедлили его. С каждой ускользающей минутой игра становилось всё интенсивнее, Гермес и Одиссей бежали так, будто это были соревнования с высокими ставками. Улыбка Гермеса стала шире, когда он в последние секунды приблизился к Одиссею. Он с триумфом прыгнул на своего внука, их взгляды встретились в немом вызове. Но, когда их столкновение уже было неизбежным, время истекло, и лента на руке Одиссея порвалась, обозначая его победу. Когда таймер вернулся к прежнему значению, Гермес с неверием захихикал. — Я выиграл! — воскликнул он, глаза загорелись озорством. Обернувшись к Одиссею, он предупредил: — Готовься стать красивым! Но у ухмыляющегося Одиссея в руках лежала порванная лента. — Думаешь? — возразил он, и выражение лица Гермеса тут же изменилось. С криком «нет!» бог воров понял, что внук его перехитрил. Одиссей, глядя на то, какую драму разыграл Гермес, не смог не усмехнуться. Бог воров прислонил ладонь ко лбу, смеясь над собой, а затем повернулся к Одиссею с робкой улыбкой. — Хорошо сыграно, Одиссей, — признал он всё тем же дразнящимся тоном, но на этот раз искренне. Гермес подал ему руку. Отвечая богу той же улыбкой, Одиссей схватился за неё и встал на застеленную подлеском землю. — Думаю, удача просто была на моей стороне, — весело отметил он. Гермес обнял Одиссея за плечи: вернулось его игривое настроение. — Как бог удачи, я, скорее всего, вмешался, — поддразнил он с насмешливо-сожалеющим лицом. Раз сделка состоялась, Гермес пообещал помочь им в следующем путешествии, но не удержался от шутки: — Ты бы определённо выглядел замечательно в наряде Афродиты в хорошем смысле: тебе стоило проиграть, — усмехнулся он максимально скорбящим тоном. Закатив глаза, Одиссей несерьёзно оттолкнул Гермеса, заслужив от него смешок. Толпа возрадовалась, узнав, что их капитан победил, что означало относительно безопасное путешествие в дальнейшем, но, если честно, Гермес был счастлив провести побольше времени с его внуком. Когда все вернулись к своим разговорам, Гермес улыбнулся и резко повернулся к Одиссею. — Ещё раунд, но на этот раз я прячусь? — спрашивает Гермес, заставляя Одиссея усмехнуться. — Хорошо, ещё один раунд.