Моё сердце снова бьётся

Джек стоял возле окна и курил, наблюдая за тем, как медленно падает снег. Прошло уже два года с того момента, как он познакомился с Габриэлем и за это время блондин ни разу не признался в своих чувствах: Либо не было подходящего момента, либо его собственные мысли не давали этого сделать. Джек все ещё думал, что его чувства не искренние, не настоящие, что он просто хочет заткнуть кем-то свое чувство одиночества. Он спрашивал у самого себя: если бы Габриэль был человеком, то захотел бы он построить с ним будущее? И ответ был один и тот же - да. Этот вопрос он задавал себе настолько часто, что уже готов был поверить в искренность своих чувств. Именно поэтому Джек решил, что всё же признается Габриэлю, а дальше будет действовать по обстоятельствам, и как раз сегодняшний день, а точнее, вечер, был относительно свободным. Собравшись с мыслями, мужчина мысленно обратился к вампиру. "Габриэль, ты меня слышишь?" Ответом было молчание. Джек вздохнул: в последнее время они редко общались мысленно. Может, Жнецу надоело постоянно слышать мысли блондина и он больше не лезет в его голову? Непонятно. Джек уже решил, что ему не ответят, как в голове прозвучал голос: "Что случилось, солнце?" Блондин тут же покраснел от прозвища. Габриэль его использовал редко, но каждый раз, когда он так обращался, щёки Джека тут же вспыхивали. "Я хотел узнать, не хочешь ли ты провести время вместе." "Это свидание?" - прозвучал весёлый голос. "Ну, может быть и так", - уклончиво ответил блондин, отводя взгляд, как будто Габриэль может его сейчас видеть. "Я согласен. И я даже знаю, куда нам можно отправиться, где нас никто не увидит." "И куда же?" - спросил Джек, немного поправляя повязку на глазу. "В мою обитель, конечно же. Никто не решится сунуть нос в моё жилище даже под страхом смерти, потому что я чувствую, что люди всё ещё боятся меня." "Тогда жди меня через полчаса." Вампир ничего не ответил, но блондин счёл это за молчаливое согласие. Полчаса. Совсем немного времени, чтобы привести себя в порядок. Джек решил особенно не прихорашиваться: во-первых, у него как будто бы не было сил и желания, а во-вторых, они видели друг друга в разном состоянии и стесняться того, что Габриэль увидит его в не самом лучшем виде, не было смысла. Но всё же, стоит кое-что поменять. Джек достал из своего ящика кожаную повязку. Её он надевал по официальному или какому-то особому поводу. Блондин аккуратно снял медицинскую повязку с глаза и закрепил ремешок кожаной на затылке. Взглянув в небольшое зеркало на столе он признался самому себе в том, что выглядит теперь более представительно. Если бы не тени под уцелевшим глазом, было бы идеально. Парфюмом Джек старался не пользоваться в присутствии вампира - Габриэль жаловался, что это раздражает его чувствительное обоняние, ему было достаточно естественного запаха.       Краем глаза Джек заметил шевеление и вздрогнул, когда холодная ладонь в перчатке легла на его плечо. - Не пугайся, солнце, это я, - услышал он ставший уже родным голос вампира. - Ничего страшного в том, что я решил прийти немного раньше? Блондин облегченно выдохнул и только что осознал, что задерживал дыхание. - Сколько раз я просил не подкрадываться ко мне? - устало сказал мужчина. - Ты ведь знаешь, что меня это пугает. - Люблю делать сюрпризы, - усмехнулся вампир, успокаивающе погладив плечо Джека. - Однажды от таких сюрпризов у меня случится сердечный приступ и после смерти я буду преследовать тебя всю твою не-жизнь. - пригрозил блондин, поворачивать к Жнецу лицом. Вместо ответа он улыбнулся и коротко поцеловал Джека. - Звучит идеально, - мечтательно выдохнул вампир. - Это почти как пожениться. Хотя, может быть, мы были бы уже женаты? - Нет уж, - засмеялся блондин. - Я бы развёлся с тобой до своей смерти. - Я бы развёлся с тобой первый, - парировал вампир, касаясь губами переносицы мужчины. - Что ты на это скажешь, Джек? Вместо ответа он обнял Габриэля и так сжал его в объятиях, словно испугался его шутливой угрозы. - Даже не смей, - пробормотал мужчина, уткнувшись лбом в плечо вампира, и в его словах не было ни капли прежней весёлости. Жнец удивился и обнял блондина в ответ, рассеянно поглаживая по спине ладонью, успокаивая, ведь он услышал в беспорядочных мыслях Джека страх. - Солнце, это была шутка, - попытался успокоить его вампир. - Если честно, я бы и не подумал о разводе, если бы мы вдруг были женаты. Я был бы счастлив находиться с тобой в браке всю твою жизнь. Последнее предложение он произнёс, заметно погрустнев, ведь внезапно осознал, что, в отличие от него, жизнь Джека не бесконечная. Он немного отстранился и посмотрел блондину в глаза. - Жаль, что ты не можешь стать вампиром, - грустно проговорил Габриэль. - Я бы мог тебя обратить и мы были бы вместе вечно. - Прости, но это не обсуждается, - серьёзно сказал Джек. - Я никогда не стал бы вампиром. Я предпочитаю прожить свою человеческую жизнь и умереть от старости. Или от рака лёгких; тут уж как повезёт. Не смотри так печально: у меня сердце разрывается. К тому же, ты сам как-то говорил, что бессмертие для тебя - пытка и ты был бы рад умереть. - Ты прав, прости, - вампир отвёл взгляд, почувствовав себя виноватым. - Это было эгоистично с моей стороны. Они все ещё стояли в объятиях друг друга, не желая отстраняться. Смотря на своего любимого человека, Габриэля не отпускала мысль о скоротечности жизни Джека. Ведь он действительно когда-то состарится и умрёт, оставив, тем самым, вампира в одиночестве. Что будет с ним после смерти блондина? Он снова будет одинок и несчастен, и снова будет прислуживать очередному старику на должности, который будет обращаться с ним, как с обычным оружием? Тогда он лучше сбежит и будет скитаться так же, как это делал до того, как был пойман. - Знаешь, а я ведь мог спокойно убить тебя и сбежать, когда мы только познакомились, - вдруг, после молчания заговорил Габриэль. - Но ты этого не сделал. Почему? - спросил Джек, которому действительно стало интересно, ведь и правда: вампир мог спокойно воспользоваться его доверием и, выждав нужный момент, просто прикончить блондина и сбежать. - Тебе ответить честно или романтично? - с ухмылкой спросил Габриэль. - Давай честно. - Я просто хотел посмотреть, что со мной будет делать такой глупец, как ты. Не обижайся, но твоё решение действительно было глупым: дать свободу такому чудовищу, как я, так ещё и подкармливать своей кровью, совершенно не волнуясь, что от вида живой крови я могу потерять контроль, впиться в твою шею и выпить всё до капли. - Если честно, я просто надеялся на то, что ты сдержишь своё слово, - признался Джек, неловко почесав затылок. - Я надеялся на то, что мне повезёт. Это было глупо, но это сработало. И вот к чему это привело. - Теперь ты в объятиях этого чудовища, - вампир понизил голос. - что самое страшное - совершенно не против этого. Если бы об этом узнали католики, то подняли бы тебя на вилы. Подумать только: Джек Моррисон, самый главный охотник на вампиров, гордость Америки, в объятиях мужчины, да ещё и вампира. Какой ужас. - Заткнись, - улыбнулся блондин и поцеловал Габриэля, который хотел ещё что-то сказать, но тут же передумал, ответив на поцелуй. Его руки гладили спину Джека, в то время как ладонь последнего сжала волосы вампира. Поцелуй становился всё более страстным, и вот уже Габриэль медленно раздевал блондина, сперва снимая с него пальто, а затем и стягивая свитер. Как только Джек оказался голым по пояс, вампир стал осыпать его шею поцелуями, оставляя красные маленькие синяки на коже и опускаясь всё ниже и ниже. Да, этот мужчина определенно сводил его с ума и заставлял открывать в себе то, о чем вампир уже стал забывать - нежность, страсть и, граничащее с фанатичным, желание владеть этим человеком. Если бы только Джек был его законным мужем... Идея в его голове появилась совершенно внезапно и показалась безумной, но от этого не менее гениальной и простой. Он тут же остановился, выпрямился и серьёзно посмотрел на Джека, чьи глаза были уже затуманены от возбуждения. - Что-то не так? - спросил блондин, часто дыша. - Пойдём, - коротко сказал Габриэль, отстраняясь и хватая его за руку. - Куда? - взгляд прояснился и теперь Джек не понимал, куда так внезапно заспешил вампир. - Ко мне. Это срочно, - так же коротко отвечал он, захваченный своей идеей. Габриэль предполагал, нет, он был уверен, что Джек точно согласится. - Хорошо, хорошо, - быстро согласился блондин, видя возбужденное состояние вампира. Таким он его видел только если на поле боя или когда в его голову приходила очередная "гениальная" идея - притащить Джека на это самое поле боя и сразиться против упырей вместе. "Ты возбуждаешь меня, когда я вижу тебя с оружием," - шутил он. Хотя, может, и не шутил. Когда Джек потянулся за своим свитером и стал его натягивать, вампир тут же его остановил. - Нет времени, я перенесу нас, - торопливо проговорил Габриэль. - Ты даже не представляешь, что пришло мне в голову. Но тебе понравится, обещаю. Он так же торопливо обнял блондина и они рассеялись.       Когда они оказались в подвале, у Джека закружилась голова - побочное действие таких перемещений. Габриэль отпустил его и тут же ушел, растворившись в темноте. Кольцо. Где-то было его кольцо. - Я надеюсь, ты зажжешь свечи, - сказал Джек, чувствуя себя некомфортно. - Я чувствую себя... Не очень. - Черт, - спохватился вампир, доставая из кармана зажигалку Джека, которая каким-то чудесным образом оказалась у него. - Прости, солнце, я совсем забыл. Торопливо он стал зажигать свечи, понемногу освещая помещение. Закончив, он снова принялся искать то, что и собирался искать - свое обручальное кольцо. Чем дольше он его искал, тем больше сомнений появлялось в голове: а что если Джек откажется? Что если посчитает, что это слишком? Но пути назад не было, и, если он решил, то будет идти до конца, даже если Джек откажется. С другой стороны, почему он должен отказаться? Когда Габриэль пошутил про развод, блондин испугался и прижался к вампиру. Не это ли доказательство того, что он точно согласится? В любом случае, не попробуешь - не узнаешь. Наконец Габриэль нашёл его: потёртое от времени, но, тем не менее, целое золотое обручальное кольцо. Их пальцы были примерно одинаковыми, поэтому трудностей с размером быть не должно. Снова одолела волна неуверенности, но вампир сбросил его, глубоко вздохнув - одна из немногих человеческих привычек, которая у него осталась, не смотря на дискомфорт в груди. Он повернулся и подошёл к Джеку, взял его за руку. В этот момент он был рад, что его кожа постоянно холодная, ведь иначе блондин тут же заподозрил, что вампир нервничает. - Габриэль, что случилось? - все ещё ничего не понимал Джек. - Почему ты так быстро перенёс нас сюда? И что за идея тебя посетила? Вампир сжал его руку, все ещё набираясь смелости сказать то, что он так сильно хотел спросить. Всего лишь четыре слова, но они внезапно стали самыми сложными словами из всех, что он знал. - Дело в том, что я не просто так нас сюда перенёс, - начал он издалека. - Мы уже давно знаем друг друга. И ты для меня единственный человек, которого я люблю. Мы не можем быть вместе вечно, но если есть бог и он любит наши измученные души так же, как и все остальные, то почему бы не быть вместе хотя бы после смерти? Я обязательно умру после тебя, Джек, я найду способ, даже если мне придётся искать сотню лет, я все равно найду способ умереть, и после этого мы будем вместе вечно. Габриэль встал на одно колено перед медленно осознающим всё Джеком и сжал его руку. - Ты будешь моим мужем? Да, я понимаю, официально мы не сможем заключить брак, но... - Замолчи, - вдруг остановил его блондин. И Габриэль действительно замолчал, не ожидая такой реакции. Он поднял взгяд на его лицо и увидел, что из глаз Джека градом льются слёзы. Слёзы, которые он видел впервые за все время, что они были знакомы. Вампир растерялся и не знал, как реагировать, он ожидал, что Джек откажется или согласится, он ожидал, что он будет улыбаться от радости, может, блондин разозлился или неловко промолчал, но он никак не ожидал слёз. - Какой бред ты несёшь, - сквозь слёзы проговорил Джек. - Ты ведь даже не верующий, о каком боге ты говоришь? - Солнце, я... - Молчи, я ещё не закончил. Мы даже не можем заключить брак в церкви, мы никак не сможем быть вместе после смерти, как ты не понимаешь? - блондин вслипнул, от сильных эмоций не переставали литься слёзы. Внутри всё как будто перемешалось и он даже не до конца понимал, почему он плачет. От счастья, что ему сделал предложение любимый человек, или от осознания того, что им всю его жизнь придётся скрывать свои чувства и отношения? - Но мы можем быть вместе хотя бы на всю твою оставшуюся жизнь, - возразил вампир. - Я постараюсь сделать так, что ты был счастлив. Не плачь, солнце, прошу тебя. Габриэль выпрямился и стал целовать лицо Джека. Ему было так жаль, что он вызвал слёзы у своего любимого человека, он даже забыл о предложении - настолько его съедало чувство вины. Он прижал блондина к себе и стал покачиваться, как будто пытался убаюкать его. - Прости меня, Джек, - прошептал вампир. - Мне жаль, мне так жаль, что я заставил тебя плакать. Что я могу сделать, чтобы тебе стало легче? Ответь мне, прошу. Но Джек молчал, не переставая плакать. Он тихо всхлипывал, уткнувшись Габриэлю в плечо. Молчание добивало вампира, но он не мог позволить себе надавить на Джека и поэтому просто поглаживал его по голове. - Скажи это ещё раз, - пробормотал заплаканным голосом блондин. - Что? - Спроси меня ещё раз, - Джек отстранился и посмотрел на вампира взглядом покрасневших глаз. - Думаю, теперь я готов ответить. - Ты будешь моим мужем? - тихо сказал заветные слова Габриэль, снова нервничая, как будто произносит это впервые. Блондин посмотрел вверх и часто заморгал, чтобы не расплакаться снова. - Да. Конечно же да. Радость тут же растеклась по телу вампира. Он испытывал такое счастье, что если бы он был человеком, то начал бы задыхаться, глаза застилала пелена из слёз. - Боже, я так рад, - прошептал Габриэль, снова прижимая к себе Джека. - Ты не представляешь, как я рад. Как же давно я был так счастлив! Он отстранился и взял блондина за руку. Кольцо, которое все это время было в сжатой ладони вампира, идеально подошло Джеку по размеру. - Прости, второго кольца не нашлось, - немного неловко сказал вампир. - Но я отдаю тебе свое, как и сердце, которое начало биться только из-за тебя. Он поцеловал Джека и его губы были солёными от слёз. Его сердце и вправду начало биться тогда, когда он стал влюбляться в блондина, сейчас же оно билось так, будто оно было живым и не пренадлежало ночному чудовищу. Да, им придётся скрывать свои отношения, оставаясь всего лишь партнёрами на публике, но наедине они могли себе позволить быть просто двумя людьми, которых скрепила вместе любовь и маленькая клятва.