Сын дьявола: Книга первая

Сын дьявола: Книга первая. Глава первая. Люцифер с латыни переводится как «светонесущий», как утренняя звезда, которая провозглашает о начале нового дня. Этот свет даёт надежду, что наступило то самое «новое завтра», с которого начнётся все самое долгожданное, самое лучшее и прекрасное, что волей Высшего откладывалось для каждого из нас. Есть в этом ощущение, что всё это и есть та самая свобода от прошлого себя, который останавливает тебя перед нечто важным, что изменит твою жизнь. Этот миг, что делит тебя на «до» и «после». Но также Люцифер есть и падший ангел, изгнанный из небес за грехи свои, но покинувший с чувством гордости и той самой свободой, с которой начнётся новая жизнь. И в ней не будет места ни сожалению, ни страху. Спустившись с неба на землю, остаётся только наблюдать за жизнью людей, чьи души чисты и непорочны перед Великим Судным Днём, что ждёт своего часа. *** Округ Штейнера – место, где во всю кипит обычная жизнь людей со своими заботами и радостями. Никто не задумывается о том, что ждёт его завтра: надо жить сегодняшним днём. Планирование было, есть и будет всегда, спору нет, но и зацикливаться на нём никто и не желает – жизнь такая прекрасная вещь, которой нельзя пренебрегать. Захотел отправиться в путешествие – собирай чемоданы и езжай, узри этот огромный мир. Захотелось тебе побыть наедине со своими мыслями – присядь со стаканом и дай волю самому себе познать себя и свою душу. Захотелось тебе целиком и полностью отдаться работе – бери и делай это, переходя на новый уровень своих возможностей, добиваясь идеального результата своих трудов. Дух округа будто оберегает своих жителей, наблюдая за ними с горы Истины – места, вокруг которого он построен. Легенды говорят, что на вершине этой горы шёл спор людей, который должен был определить дальнейшую судьбу жителей: стать рабами и уйти в шахты, добывая минералы и обогащая высших господ, или стать борцами за свою свободу, за право на жизнь своих детей в будущем. Сражение тогда было огромным – весь округ в те времена был облит кровью и осыпан телами убитых. Каждый сражался за своё право остаться здесь, проливая свою кровь. В течении нескольких месяцев не останавливалась эта война, пока однажды вновь не встретились на вершине два сословия, решивших положить конец этому безумию. И сразились они уже в последнем бою, за свою правду, результат которых мы видим уже в сегодняшний день. Тела тех, которые решили забрать право на свободу себе, были сброшены в реку, что стекала с гор, и забыты во веки веков. Тогда восторжествовала истина человека – быть самим собой, быть тем, кто сам в праве распоряжаться своей судьбой. Отсюда и началась история этого места. В округе местными славился небольшой бар с необычным названием – «Звезда». Сюда люди приходили напиться от безделья или упиться с радости либо в одиночестве, либо в компании. О горе никто не спрашивал – было невоспитанно делиться этим с другими, разделяя свою боль и печаль. Однако если и находились такие бедолаги, никто им ничего и не скажет – это их право таким образом вылечить свои глубокие раны. Главное, чтобы всё это не переходило это во всеобщую трагедию. За этот бар отвечало два парня – Патрик и Ричард Монфрей. Первый же был владельцем этого заведения, отвечающий за его существование. Находясь уже в том возрасте, когда начинается «кризис среднего возраста», он добавлял здесь свой огонёк, за который местные и полюбили этот бар. Для других это просто место, где наливают выпить, но для него это жизнь – в каждый сантиметр бара он был влюблен, как в своё дитя. Ричард же был младшим братом Патрика, как и его помощником в баре, если посетителей было много. Отдав себя компьютерным технологиям, он с каждым днём совершенствовался в нём, открывая для себя всё новое. Для себя он пробовал открыть ещё и медицину, познавая человека с точки зрения его внутренностей, однако и не сдав экзамены в первом курсе, отбросил эту идею, о чём ещё ни разу не пожалел. О себе говорил скромно на людях, но в кругу друзей мог позволить своей скромности немного пропасть в небытие. Наступило утро, когда вывеска бара загорелась огнями фонариков, дав всем знать о своём открытии. Осмотрев барную стойку, Патрик произнёс: - Ну, вот и настал новый рабочий день! Думаю, сегодня будет поменьше людей – всё же середина недели. - Согласен, - ответил Ричард, включая кофемашину, которая загудела и затрещала, готовя кофейный напиток. Своего рода ритуал на успешный день, - я вот думаю, может официально мы откроемся чуть позже? Пусть ребята приедут, отметим с ними событие, посидим как в старые добрые времена. - Заодно можно будет и обдумать вчерашний вечер, особенно об этих ублюдков, - кивнул Патрик с неприязнью в лице, - уж очень мне твой рассказ не понравился. Спорить не буду, я рад, что потасовка случилась не у меня, а то бы пришлось всю ночь убирать бардак, но мне не нравится, что ты принимал участие... - Я не мог оставаться в стороне, пока моего друга скинули с балкона прямо на столик к байкерам, – возмутился Ричард. В тот момент он больше испугался не того, что напали на друга, а за то, куда его друг упал и к кому, - тут не было времени и думать об участие, как следом и на меня набросились. - И недолго думая, вы решили разнести ту забегаловку к чёртовой матери. Ладно, скрывать тоже не буду, эдак года 3-4 назад, я бы и сам бросился раздавать всем налево-направо, не думая о последствиях, однако сейчас понимаю, что можно этого было избежать. - Не приходя туда, - улыбнулся Ричард, - и даже не думая об этом. Но о том, что ты мог каким-либо образом «избежать этой ситуации», - добавил он последнее с интонацией, - я как-нибудь скажу Рэйду, если он будет снова лежать на поломанном столе. В ответ Патрик только засмеялся, представляя эту картину: за круглым столом сидят суровые байкеры, попивая пиво и разговаривая о своём, как вдруг неожиданно с неба падает белоголовый парень, ломая стол и разбивая стаканы об пол. Грозно глядя на это недоразумение, Патрик в этот момент сверху бы добавил то самое «а можно было избежать всего этого». После этого он добавил: - Уговорил, зови сюда компанию. Посидим, так и быть, но только до двенадцати, а после уже буду работать в обычном режиме. - Ха, - гордо поднял голову Ричард, - я знал, что ты не откажешь, поэтому уже предупредил Криса и Пата о встрече, остался только Рэйд. Позвонишь ему или мне самому? - Нет уж, буди его сам, так как я знаю эту сову и его любовь спать до самого вечера. - Ну как знаешь. Достав свой телефон, Ричард набрал нужный номер и, дождавшись немного, с издёвкой спросил: - Ты долго спать будешь? Всё на свете проспишь! *** В тёмной комнате был только страх: он не должен забрать её. Женщина, укрывая в своих руках маленький кулёк с младенцем, стояла за своим супругом, трясясь от ужаса. Её серебристые глаза были прикованы к двери, как к последнему препятствию перед этим монстром. Он движется по паркету медленными шагами, будто у себя дома. Его не смогла остановить входная дверь, которая в мгновение закрылась перед ним, как только он постучался в дверь. Не смогли остановить и угрозы отца, призывая его пропасть в бездну, к Люциферу. Лишь маленькая девочка мирно спала, не слышав ничего, тихо сопя маленьким носиком. Ей не был видан тот страх родителей, которые оберегали её от ужаса этой твари. Раздался удар двери об стену. Он выбил замок. - Пошёл вон, выродок! - грозно прокричал отец. В его дряблых руках он держал фамильный меч, который передавался из поколения в поколение для того, чтобы оберегать уют и покой в семье. Пришло время исполнить своё назначение. - Не подходи к ней! Она чиста и невинна! Сгинь с глаз моих! - Уйди, отец, - голос был спокойным и усталым от этого отношения к нему. Парень перешёл порог комнаты, осматривая каждый уголок родного места. Из-за темноты от него были видны только фиолетовые глаза, прикованные к матери, которая только отвернулась от него, не произнеся ни слова. - Почему я не могу взглянуть на свою сестру? Разве я дал вам хоть повод подумать, что могу быть для вас опасен? - Заткнись, гадость! - мужчина выставил перед парнем меч, готовясь нанести удар. - Связавшись с самим Люцифером, ты предал всё человечество! И нас в том числе! Я не позволю таким, как ты, даже стоять рядом с собой! - Поэтому вы решились спрятаться именно в этой комнате? Здесь, где я провёл всё своё детство? - было только негодование и непонимание всего этого бреда. Смотря на остриё меча, прошёл смешок, - ты ведь понимаешь, что я не хочу вредить вам, отец. Дайте мне пройти к ней... Взмах клинка остановил его попытки быть услышанным. Отскочив к порогу, парень только смотрел в сторону отца, который был готов нанести новый удар. Не смотря на своё пожилой возраст, сил защитить свою семью ему хватит. Бросившись с криком, он наносил удары в попытке не сколько убить, а хотя бы прогнать его отсюда. С каждым выпадом парень только уворачивался: у него не было никакого желания навредить отцу. - Остановись, прошу тебя, - сохраняя дистанцию, он мог хоть как-то достучаться до него, - я вам не враг. Сколько можно так относится ко мне? - У моего сына не фиолетовые глаза, - ответил он, поправляя волосы, - а волосы не белые! У меня был другой мальчик, а ты - дьявольское отродье! Уходи, покуда цела твоя голова! - Вы даже не даёте мне... Снова выпад прерывает его объяснение, заставляя отпрыгнуть уже в сторону. Подойдя к центру комнаты, он услышал плач. Сестра проснулась от криков и грохота в комнате. Мать медленно убаюкивала дитя, успокаивая её. Парень, обернувшись в сторону, подбежал к выключателю. Когда загорелся свет, он увидел мать в углу, которая также не смотрела на него, но её глаза были полны страха перед ним. - Великий Высший, - шептала она молитву, - услышь свою рабыню и убереги меня и моё дитя от дьявольской нечисти. Очисти этот дом от присутствия воинов Люцифера, что вторглись в нашу обитель под взором твоим, под крестом твоим. Спаси нас из храма своего золотого, где ты оберегаешь нас и заботишься о нас... - Мама... - произнес парень, проглатывая ком в горле от услышанного, - это я, твой сын. Я не нечисть, я живой... Вот я стою перед вами! Вдруг наступила боль. Отец, не став слушать эти жалкие оправдания выродка, проткнул его мечом со спины. Лезвие прошло насквозь, оставляя на теле парня полосы крови. Слова, которые должны были выйти объяснениями перед матерью, превратились лишь в тяжёлый вздох. Как только меч вытащили из него, юноша упал на колени. Держа дрожащей рукой рану, из который вытекала кровь, он стал захлёбываться ею. В глазах мутнело, дышать становилось всё тяжелее и больнее. Последнее, что он увидел, было личико сестрёнки. Такое невинное, прекрасное и беззащитное. Мать успела поправить кулёк, продолжая укачивать дитя в надежде усыпить её как можно скорее. А после наступила тьма... *** Парень проснулся от нехватки воздуха, стояла невыносимая жара. Всё ещё тревожным взглядом он начал осматривать себя, пытаясь найти ту самую рану, которая убила его. Её самой не было видно, но ощущалась глубже, в сердце. Было чувство, будто в нём всё ещё оставался тот меч, торчавший из спины. - Это сон, всего лишь сон... Дыхание постепенно восстанавливалось, а комната наполнялась утренней прохладой. Солнечные лучи плясали на его белых волосах, одаривая своим теплом. Облака медленно плыли на небосводе, направляясь куда-то вдаль. Ветер гулял по кронам деревьев, заставляя их танцевать под его ритм. За окном уже шумели машины, пели птицы и смеялись люди. Город уже бодрствовал. Покинув свою кровать, парень направился попить воды, дабы окончательно прийти в себя. Проходя коридор, было ощущение, что квартира стала огромной. Не дойдя до графина с водой, он повернул в сторону ванны, открыл кран и стал жадно утолять свою жажду. Вода оказалась тёплой, хотя кран был повёрнут в сторону холодной. Умывшись, он посмотрел в зеркало. Фиолетовые глаза осматривали тело юноши. Мелкие царапины и синяки служили напоминанием вчерашней встречи, особенно хорошо отзывалась неприятной болью спина. Рана на верхней губе лишь добавляла огня воспоминанию. Коснувшись её, он ощутил гладкую и твёрдую поверхность, которую, по непонятной причине, хотелось содрать. Закончив осмотр самого себя, он начал всматриваться в свои глаза, надеясь увидеть в них что-нибудь, от чего станет легче на сердце. Где-то в нём был ещё тот самый мальчик, которого любила семья и гордилась им. Душа наполнилась чувством предательства и мерзкого прошлого. Кулак уже был нацелен на зеркало, дабы разбить этот образ, но во время остановился. Не ради прошлого живёт он, а ради своего будущего. Опустив руку, парень только усмехнулся самому себе и вышел из ванны. Окончательно проснутся ему дал звонящий телефон, что лежал у края тумбочки. Увидев номер, он ответил: - Слушаю тебя, Ричард.