Сбывшаяся несбыточная мечта

- 1 - Энди печально вздохнула и снова огляделась по сторонам. Ничего знакомого не было видно. Ничего и никого. - Черт… - она выругалась, плотнее запахнула свою клетчатую рубашку и присела на бордюр дороги. Ей всегда нравилось, когда в фильмах или новостях показывали оживленные улицы Нью-Йорка. Ярко освещенные, чистые, с огромным количеством желтых такси. Однако сейчас ни одной такой не было видно. Может, сидела не там? Она даже не знала толком, где находится. «Где-то на улице» звучало слишком неубедительно. На улице смеркалось, и от этого проблем становилось больше – она начинала мерзнуть. Напротив остановилась красивая блестящая машина, и в то же время из стеклянных дверей магазина или ресторана вышла пара. Мужчина… Энди не очень его разглядела, а вот женщина… была сказочно красива, окруженная будто свечением, она уклончиво улыбалась, наклоняла голову, слушая мужчину и одновременно не слушая его. Энди как во сне подняла фотоаппарат, на который снимала достопримечательности весь день, и щелкнула. Вспышки не было, но звук привлек внимание женщины. Она повела рукой, и мужчина как по команде замолчал. Энди ничуть не смутилась под взглядом необыкновенно проникновенных глаз. Наверное, это было странно. Сидящая на обочине дороги девчонка делает фото без разрешения… - Кто ты? – женщина шагнула к Энди. В ее голосе не было неудовольствия или раздражения, только осторожное любопытство. – И почему ты сидишь на асфальте? - Энди, мадам. Андреа Сакс… я… - девочка вскочила на ноги, чуть снова не упав, но была вовремя поймана за руку этой невероятной женщиной. – Простите меня… я… - Кхм, мы можем договорить? – мужчина нетерпеливо попытался привлечь внимание своей спутницы. - Мы закончили. Мой ответ прежний. Хорошего вечера, - раздраженно бросила женщина, еще один небрежный жест, и мужчина в растерянности замер. Энди перевела испуганный взгляд с одного на другую и опустила глаза. - Простите меня, я вовсе не хотела отвлекать Вас. - Где твои родители? – женщина повернулась к спутнику спиной и склонила голову, рассматривая новую знакомую. – Как ты здесь оказалась? Одна? И тут Энди вспомнила, что потерялась, что совсем одна в чужом городе, и быстро заговорила. - Я из Огайо, мы здесь на экскурсии, и я потерялась. Ну… в смысле… я отстала, и они все куда-то ушли, я не помню… нам говорили, что если мы потеряемся, то не надо никуда идти, просто остаться на месте. Вот я и сидела… - кажется, она покраснела. И то, что эта восхитительная женщина заметила румянец, делало ситуацию еще более неловкой. – Простите… Она улыбалась. Ослепительно-красиво улыбалась, глядя на глупую Энди, но вовсе не выглядела сердитой. - В каком отеле вы остановились, ты помнишь? - Простите, я не помню… - Энди спрятала руку в кармане джинс и перекрестила пальцы. Тогда, может, ее простят за это вранье. - Вот как, - ее улыбка стала веселее. Но нельзя было просто так стоять на тротуаре с подобной женщиной – откуда-то выскочил мужчина в потрепанной одежде и защелкал фотоаппаратом. Энди потянули за руку в сторону машины. - Идем скорее, не бойся, я не причиню тебе вреда. Энди пошла бы за ней куда угодно, даже если бы вред был обеспечен. Как только они сели, машина тронулась, и женщина повернулась к своей юной знакомой. Но при этом она только смотрела и ничего не говорила. Ее улыбка лукаво пряталась в уголках губ, а Энди, словно заколдованная, смотрела на нее, не в силах отвести взгляда. - Простите меня, но я никогда не видела настолько красивой женщины, мэм… Женщина поморщилась при обращении. - Миранда. Без «мэм», - она снова улыбнулась. - Ты очень необычная. Сколько тебе лет? - Мне шестнадцать, Миранда. Но если бы мне было чуть меньше, я сочла бы Вас своей волшебной феей-крестной! Жаль, что мне уже не по возрасту верить в волшебные сказки, это бы многое объяснило. Женщина рассмеялась. Она прижала руку к груди и от души смеялась над словами Энди. - Рой, ты слышал? У меня много всяких имен, но волшебной меня еще никто не называл! Сделаем следующим образом. Я отвезу тебя к себе, оттуда ты позвонишь родителям, чтобы они напомнили нам название отеля, и Рой отвезет тебя. Энди снова покраснела – Миранда видела ее насквозь, видимо. - Не хочешь посмотреть на город за окном? – с прежней улыбкой Миранда чуть качнула головой в сторону двери машины. – Мы едем мимо музея. - О, да! Мы туда ходили вчера! Мне осталось посмотреть только на статую свободы, куда они отправились без меня… Энди неловко потерла плечо и все же отвернулась от женщины рядом, не всем ведь нравилось, когда на них так пялятся. - Рой? Мы можем?.. - Безусловно, Миранда, - тут же отозвался водитель. Энди не поверила своим ушам – неужели она увидит эту великую скульптуру! Да еще в сиянии вечерней подсветки! - Вы… спасибо Вам! – в порыве чувств она сжала на мгновение пальцы женщины и отпустила, снова обернувшись к окну. – О таком я даже не мечтала! Нам говорили, что там очень красиво и торжественно вечером, но нам следовало вернуться в отель до наступления темноты… так что у всех фотки будут дневные, а у меня – ночные! Первое место на конкурсе теперь точно мое! - Кстати, о фотографиях. Ты ведь сделала снимок у ресторана. Не могла бы ты его никому не показывать? – Энди повернулась к Миранде, голос которой теперь казался отстраненно нейтральным. - Об этом не может быть и речи. Встреча с Вами - только мой секрет, - как можно более серьезно ответила Энди. Чем вызвала странный взгляд женщины и снова улыбку. - Вот она, смотри. Впереди показалась величественная статуя, приковавшая внимание Энди. Подсвеченная желтыми огнями голубоватая фигура женщины с факелом и конституцией завораживала. Когда машина остановилась, Энди тут же выскочила и попала под довольно сильный порыв холодного ветра – они приехали к пристани. - Мы сделаем вокруг нее круг на катере, если не возражаешь. Туда ходит паром, но немного радости толкаться в толпе. На мой взгляд, вид с воды куда… грандиознее. У Энди не было слов. Ни сейчас, ни тогда, когда они мчались на легком катере по глади залива. Было холодно, но это совершенно не тревожило. И счастью Энди не было предела. - Миранда! Вы только посмотрите! – она оглянулась на женщину, кутавшуюся в свою накидку. – Вам холодно?.. Ох… - не медля ни мгновения, Энди аккуратно пододвинулась к ней и сбоку обхватила женщину руками, пытаясь закрыть ее полами своей рубашки. – Это ведь не просто статуя… величественный символ свободы и независимости… но, Миранда, почему же у нас так много несправедливости, раз мы так чтим ее… Она, как обычно, болтала и болтала о том, что слышала и читала про статую свободы, про французов, про их уроки истории и про то, что она прочитала удивительную книгу… прижавшись к этой великолепной женщине. Миранде. И оттого впечатления от происходящего были только острее. Ее разбудило прикосновение к щеке. Оказывается, согревшись в тепле машины, она задремала. Усталость и количество впечатлений сделали свое дело. Теперь Миранда легко тянула ее за плечо. - Мы приехали, идем. Думаю, тебя уже хватились. Сидя на светлой кухне, несомненно, очень дорого и стильно обставленной, Энди медленно размешивала сахар в чашке с чаем. Ей поставили целую груду тарелок с сэндвичами, салатом, вкусно пахнущим мясом... печально сидя за столом, она все время оборачивалась на дверь в ожидании. Ей, конечно, не хотелось уходить. Ей хотелось побыть с ней еще. Послушать ее, возможно, она что-то расскажет о себе. Но как только они приехали, Миранда скрылась где-то в доме, отвечая на телефонный звонок. Наличие важных дел было естественным. Она, наверное, и без того потеряла кучу времени, гуляя с ней. Энди вздохнула и отпила глоток чая. В своих джинсах и почти деревенской рубашке она чувствовала себя неловко в этом доме. Понятно, что говорить с ней Миранде не о чем. - Готова? – Миранда словно возникла на пороге. – Тебе пора возвращаться. - Да, конечно… - Энди неохотно встала со стула и повернулась к женщине. Теперь, при ярком освещении, Энди стало неловко за свой внешний вид, поэтому она обхватила себя руками, опустив глаза. – Спасибо Вам за все… это было… у меня никогда не хватит слов, чтобы передать, сколько это значит для меня. Тонкая рука коснулась щеки Энди, скользнула к подбородку и приподняла лицо. - Раньше ты была более радостной при разговоре со мной. Что-то изменилось? Энди смотрела, смотрела и смотрела на это красивое лицо, тонкие черты, серебристые волосы, спадающие волной на лицо, и кожу жгло от прикосновений этих пальцев. - Я не хочу прощаться с Вами, Миранда… не представляю, как смогу жить там, зная, что Вы остались где-то в Нью-Йорке. Простите, я говорю глупости, - неожиданные слезы навернулись на глаза и потекли по щекам. В душе разливалось непонятное отчаяние. Она попыталась отвернуться, но вторая тонкая рука коснулась щеки, большие пальцы круговыми движениями стерли слезинки. - О… - улыбка Миранды померкла при виде такого искреннего отчаяния на лице Энди. – Не надо так, Андреа. Энди порывисто обхватила пальцы женщины своими и прижала их к груди, вынуждая Миранду приблизиться на шаг. - Я понимаю, что у Вас много дел, много знакомых и тех, кто хочет провести с Вами время, быть около Вас, - ее сбивчивые слова вернули на лицо женщины теплую улыбку. – Но, если я могу о чем-то попросить… не забывайте меня, пожалуйста. Да, да, да, мне еще немного лет, и все очень сложно и все такое, и мама говорит, что в жизни будет много людей и событий, но… - Я не забуду тебя, Андреа, - мягко прервала ее сбивчивую речь Миранда. Энди было горько и радостно одновременно. У нее кружилась голова от пьянящего аромата духов Миранды. А еще она чувствовала, будто всю ее охватывает образ этой женщины. Она хотела сказать что-то очень важное Миранде, и ей даже казалось, что в повисшем молчании замершая женщина тоже хотела что-то сказать, а взгляд почему-то опускался к ее губам. Таким красиво очерченным губам, на которых медленно таяла улыбка. И в какой-то момент Энди показалось, что эти губы стали немного ближе. Но вот прижатые к ее груди руки дрогнули и мягко высвободились. Миранда отвела взгляд и отступила. - Мне жаль, но тебе пора. Рой отвезет тебя к отелю. Тебя ждут… - А можно воды? – Энди изо всех сил придумывала. Миранда, отвернувшись было, снова взглянула в темные глаза. Лукавый взгляд скользнул по чашке чая на столе. Тем не менее, хозяйка прошла к холодильнику и вынула бутылку воды. Энди взяла протянутую бутылку, помедлила еще, неуверенно оглянулась… и порывисто обняла женщину, прижав ее к себе так крепко, как только могла. Миранда от неожиданности охнула, но обняла девочку в ответ. Искренность была исключительной редкостью в ее жизни. - Я обязательно вернусь в Нью-Йорк. Чего бы мне это ни стоило! Я всегда хотела быть журналистом! И я буду, вот увидите! - О, ну раз так, мы непременно встретимся, - в голосе женщины послышалось веселье и немного облегчения. И чуть серьезнее, шепотом в ее волосы: – А теперь иди. Когда Энди опускала руки, губы женщины слегка, всего на мгновение, сжались на ее виске. Та женщина. Миранда. Не выходила у нее из головы. Очарованность огромным городом померкла, энтузиазм исчез. Она всю ночь ворочалась в своей кровати, не в силах уснуть. Она закрывала глаза и видела ее, она чувствовала прикосновение ее пальцев, руки болели от желания снова обнять ее. Энди встала и прошлась до окна маленького отеля – дыхание перехватывало. Она оглядела комнату – вроде бы все осталось прежним, но в то же время все изменилось. Предупредив их сопровождающих, она медленно спустилась на улицу и, помедлив, присела на бордюр. В этом районе города машин было немного, а потому сидеть так было относительно безопасно. Еще было три дня в городе. Но, к сожалению, она совсем не знает, где была, когда встретила ее, где ее дом и даже номер ее машины. Она отбросила волосы с лица и встала, поскольку весь ее класс вышел на улицу, чтобы отправиться на очередную экскурсию. Миранда Она опустила кисть для румян на столик и закрыла глаза. Вчерашний вечер, всего пара часов, на самом деле, волновал сильнее, чем она готова была себе признаться. Сильнее, чем можно было, чем она могла позволить. И то, что воспоминания были такими обрывочными, лишний раз указывало на их чрезмерную значимость. Отдавшись на мгновение воспоминаниям, женщина мягко улыбнулась – девочка так искренне пыталась ее согреть там, на катере. Она пыталась спрятать ее в свою рубашку – кто бы мог подумать! Настолько теплый, простой и человеческий жест… это было по-настоящему трогательно. В груди стало тяжело. До смешного тяжело. Это ведь подросток, Господи! Но желание снова увидеть ее было почти нестерпимым. Ассистентка была озадачена поручением, но справилась. И теперь у Миранды была вся информация – откуда они приехали, какая школа и сколько еще пробудут в городе. Нет, она не собиралась встречаться с ней. Конечно, нет. И то, что она выбрала на сегодня свое любимое платье, что глаза блестели, когда Рой отвез ее совсем не на работу… Миранда отмахнулась от этих мыслей, не собираясь всю оставшуюся жизнь думать о том, чего не сделала, когда могла. Девчонка уедет и никогда больше не вернется. Но она оставит о себе добрую память. На тротуаре у маленького отеля толпилось с десяток школьников разного возраста. Они шумно галдели, фотографировались друг с другом, толкались и смеялись. Опытный глаз сразу выделил пару школьных модниц абсолютно деревенского масштаба – короткие юбки, распущенные волосы и, конечно, тонна помады. Но та, которая интересовал ее, стояла в стороне. Андреа стояла, облокотившись о фонарный столб и грустно смотрела в сторону высоток Манхэттена. Какая-то девочка постаралась ее растормошить, зовя к остальным, но Андреа с печальной улыбкой отказалась. Она смотрела и смотрела туда. И Миранда сдалась. Она перешла дорогу и, игнорируя уставившихся подростков, тихо остановилась за спиной девочки в клетчатой рубашке. - Что там такого интересного? – она повернулась так резко, что волосы хлестанули по щеке. - Вы!.. И этого было достаточно. Руки Миранды сами собой поднялись, а Андреа тут же нырнула в объятия, прижимаясь к ней также сильно, как тогда. Так много хотелось сказать, но слова не находились. Они просто стояли, будто знали друг друга, даже были друзьями или родственниками. Андреа прижималась щекой к плечу женщины, и Миранда почти укачивала ее. - Пора прощаться, Андреа. Твой автобус здесь, - тихо сказала она. Девочка подняла голову. - Вы удивительная. Миранда снова, против своей воли, улыбнулась. В теплых шоколадных глазах стояли слезы. Но это уже было не отчаяние, лишь печаль от неизбежного. - Ты меня совсем не знаешь, Андреа. Я не хороший человек. Ты видишь меня такой в силу своей собственной доброты. И, не буду скрывать, мне ужасно нравится, что есть кто-то, для кого я волшебная. Позволяя девочке обнимать себя за талию, она обхватила ее щеки ладонями. - Никому не позволяй убить в себе чистый взгляд на мир. Иди. Нью-Йорку всегда нужны журналисты. Мы обязательно встретимся. Андреа кивнула, а затем прикрыла глаза на мгновение, прижимаясь щекой к тонким пальцам. Когда автобус скрылся, Миранда смахнула прядь волос со лба, развернулась и как всегда быстро направилась к своей машине. День только начинался, у нее полно работы. Кроме того, Миранда Пристли, провожающая автобус со школьной экскурсией… она весело усмехнулась и захлопнула за собой дверь. - 2 - Мама крутилась на кухне, готовя не меньше сотни блюд для всех гостей. - Энди, милая, так много наших друзей хотят прийти послушать про Нью-Йорк. Ты покажешь те замечательные фото статуи свободы? – мама обошла стоящую дочь и прихватила пару чистых полотенец. – Извини, милая. Мне сейчас совсем некогда. Напомни отцу, чтобы позаботился о вине. И, о… Лили идет, - женщина кивнула на приближающуюся девушку, которую увидела из окна. - Я открою! – тут же воспользовалась предлогом Энди, чтобы улизнуть. С подругой они сидели на качелях, немного раскачиваясь. - Ты изменилась с той поездки, - Лили всегда заботилась о подруге, но в последнее время все, что бы та ни говорила, все раздражало Энди. - Хватит уже! Если ты хочешь о чем-то спросить – просто спроси! – Энди раздраженно пнула кучку осенних листьев под ногами. – Прости… у меня что-то голова болит. - Ну ладно, так кто была та женщина? - Почему тебя это так интересует, Лили?? Забудь! Была и была, больше нет. - А, ну да, почему меня это интересует. Естественно! Давай рассуждать логически. Мы приезжаем в огромный город, о поездке в который ты мечтала полгода, собирала деньги, готовила фотоаппарат. Там ты оторвалась от группы, встретила какую-то тетку, и после этого Нью-Йорк уже вообще не мог тебя впечатлить даже зданием национальной библиотеки! Я ничего не забыла? Ах, да, мелочь. Та тетка выглядела… - Лили покачала головой и запрокинула ее, глядя в небо, - как богиня. Чертовски соблазнительная. Причем, она даже пришла проводить, а заодно пообнимать тебя, от чего получила видимое удовольствие! - Не преувеличивай! - Энди поморщилась . – Это нужно было мне, а она… она просто знала это. Лили спрыгнула со своей качели и подошла к подруге. - Мы с тобой знаем друг друга с младшей школы, мы никогда не врали друг другу. Почему ты начинаешь это делать сейчас? Энди, если ты переживаешь, что влюбилась в женщину, что в этом такого?? Ты посмотри, старшеклассницы вовсю «экспериментируют» в туалетах. Типа учатся и готовятся к поцелуям с парнями. Ага, как же. Энди грустно улыбнулась. - Я переживаю, что никогда не увижу ее снова. Ты же ее видела, Лили! Она… неземная. - Да, видела. Но она приехала утром рабочего дня, чтобы проводить тебя. Это что-то да значит. И вот, что еще… ты прости, я знаю, как ты к этому относишься, но… словом, вот, - девушка протянула небольшой конверт подруге. Энди вскрыла его, вынула фотографию и резко прижала к себе, узнав изображение. - Прости, я не шпионила, никто больше не фотографировал, не волнуйся. Но мне самой очень понравилось то, что на ней получилось. Поверь, выглядело это еще более… интимно, что ли. Лили, понимая, что подруге нужно время, развернулась и направилась к дому, крикнув, что подождет ее в гостиной. А Энди, затаив дыхание, снова взглянула на фото. Это был тот самый момент, когда она обняла Миранду, прижавшись к ней, как она помнила… и на фото она обнимала ее очень крепко за хрупкую талию, а та, в свою очередь, прижалась к волосам Энди щекой и улыбалась. Улыбалась так тепло, будто это все, чего ей хотелось. Ее красивые руки лежали на плечах и шее Энди. Она снова прижала к груди фотографию. - Миранда. *** Все говорили, что время летит быстро. Совсем не быстро! Энди была уверена, что оно тянется будто нарочно. Прошло два года с поездки. Все говорили, что в юности все быстро забывается. Ничего подобного! Она не забылась. Она никак не хотела забываться. А стоило бы. Миранда Пристли – была совершенно несбыточной мечтой. Конечно, она узнала ее фамилию. Через несколько недель после поездки Лили принесла вырезку из газеты, а потом и целый журнал. «Подиум». Оттуда и из сотни желтых газет, Энди узнала, кем на самом деле была Миранда. Только она никак не могла понять, как могла красавица с неземной улыбкой и теплым взглядом, быть той бесчувственной Снежной королевой. Разве женщина, которая отвезла Энди к статуе свободы, которая терпела болтовню Энди и улыбалась ей, могла быть бессердечной. Раз за разом Энди убеждала себя в несправедливости сплетен. Злобных завистников всегда было много. Но не в этот раз. - Энди, ну чего ты, в самом деле! Тишину нарушила Лили, усевшись на кровать. Энди не ответила, разговаривать не хотелось. - Это же светская жизнь, там всякое бывает. Столько времени прошло! - Лили, я в порядке. Иди, пожалуйста… - Послушай, Энди! – Лили разозлилась и изо всех сил дернула подругу за руку, разворачивая ее к себе. – Это все ложь! Это – желтая пресса! Ты знаешь это! – девушка ткнула в нос подруге разворот газеты, и Энди с болью закрыла глаза. На фотографии счастливые новобрачные – Стивен Томлинсон, финансовый директор одной из ведущих корпораций Нью-Йорка, и Миранда Пристли, королева моды. «Неужели ледяное сердце растопили. Никогда Миранда не выглядела такой влюбленной» - огромный заголовок во всю страницу. Лили порывисто открыла ящик стола и вынула фотографию в рамке. – Вот это правда, Энди! Это было на самом деле! А газеты – это ложь! Ну вышла она замуж – с кем не бывает! А про большую светлую любовь – все вранье! Энди открыла глаза и взглянула на фото с Мирандой. Той самой Мирандой, которая приехала утром, чтобы обнять и проводить ее. Она подняла газету и как можно спокойнее постаралась посмотреть. Миранда смотрела на мужа и улыбалась. Энди не могла оценить эту улыбку. В конце концов, это ведь хорошо, если дорогой тебе человек счастлив. Даже если тебя при этом раздирает на части боль. - Ты права, Лили. Пойдем погуляем. Потом была учеба в университете. И Нейт. И Энди поверила, что обрела свое счастье рядом с этим кудрявым веселым парнем. Они замечательно проводили время вместе, читали, смотрели кино и много учились. Энди выигрывала конкурсы и однажды заняла пост редактора университетской газеты. И она была очень горда. Только временами появлялось предательское желание, чтобы о ее успехах узнала… она. Она, фотографии которой всегда были с Энди, куда бы она ни поехала. Со временем акцент сместился, и желание стать журналистом стало главным. И хоть Миранда никогда не исчезала из мыслей совсем, Энди научилась почти без боли видеть ее фото в журналах и газетах. Отчего она не могла отказаться, так это от чтения писем редактора в «Подиуме». Их писала по-настоящему интересная женщина, которая искренне любит и знает свое дело. Это захватывало воображение Энди. Нью-Йорк, неожиданно встретил проливным дождем. И очень похожая на мокрую курицу, Энди решала вопрос о съеме квартирки. Совсем не так мечталось. Об этой идее не знала даже Лили. И это даже Энди казалось безумством, но, черт, это вообще все было безумством с того самого дня! Даг, приятель из колледжа, единственный, кому Энди решилась сказать. И он, с восторгом глядя на подругу, поднял бутылку пива и поклялся помочь, чего бы ему это ни стоило. А стоило это и правда много. Точнее дорого. Нужно было найти платье, нужно было сделать прическу, про макияж вообще страшно было думать. Но Даг все устроил. В каком-то маленьком магазинчике нашел прелестное платье. Оно, конечно, было дороже аренды квартирки за месяц, но, примерив его… она поняла, что оно создано специально для нее. Она помнила, как роскошно выглядела Миранда в тот день. То невероятное бархатное платье, темно-синее, почти черное. Энди нравилось считать, что это цвет ночного неба. И самый важный день в ее жизни настал! Событие сезона – неделя моды в Нью-Йорке. Людей вокруг было очень много. У здания приема толпились люди со всего мира: журналисты, модели, художники, модельеры самого разного уровня, много поклонников модной индустрии и просто зевак. Дорогие автомобили подъезжали к красной дорожке один за другим. Приглашенные в ярких, красивых платьях и костюмах выходили, позировали для фотографов и поднимались по лестнице, иногда останавливаясь, чтобы ответить на пару вопросов репортеров. - И вот она! Полноправная королева этой недели! Легендарная Миранда! - Миранда, снимок для Таймс, пожалуйста! Отовсюду неслись комментарии, просьбы, журналисты записывали свои репортажи, фотографы без остановки щелкали камерами. Вспышки, крики, толкотня. Энди вдруг поняла, что это все страшная ошибка и собралась развернуться и отправиться домой, как по какой-то причине люди разошлись, и освободилось маленькое местечко прямо у красной разделяющей ленты. И Энди решилась подойти. Она была прекрасна. Черное платье, обрамляющее ее фигуру, словно рама бесценного шедевра. Она поднималась по широкой лестнице, улыбаясь одновременно всем, чуть придерживая платье, чтобы не наступить на подол. Медленно. По-королевски. Со всех сторон кричали ей, практически не прекращались вспышки, она шла сквозь коридор, блещущий белым. И для Энди время вдруг замедлилось. - Миранда? – конечно, ее было не слышно среди шума, поднятого журналистами. Но Энди на секунду показалось, что безупречное лицо омрачилось непониманием. Это придавало силы, и чуть громче она повторила имя, которое столько раз шептала, боясь отчаяться. Миранда остановилась на лестнице, глядя перед собой. А потом порывисто обернулась в сторону Энди. И, наконец, увидела ее. Энди не смогла удержать счастливой улыбки – она так ждала этого момента. И неважно, что сделает сейчас Миранда – просто кивнет или пройдет мимо, но пока она стояла и неверяще смотрела на Энди. Светская улыбка постепенно меркла на ее губах, преображаясь в удивленную, но настоящую. - Андреа?.. – наконец, произнесла она и покачала головой, словно не верила своим глазам. Это было больше, чем Энди хотела. Глаза засияли от подступающих слез, и она только кивнула. Про Миранду всегда говорили, что она славится непредсказуемостью. - Андреа! – Миранда сделала шаг к красной ленте, потом еще один и еще, пока не подошла близко, протянула руки, и Энди, как и тогда, подалась в объятия, обвивая талию Миранды руками, пока та, в свою очередь, прижала Энди к себе, обнимая. – Я так рада тебе… Она чуть отстранилась, продолжая держать Энди за руку. - Эмили, я хочу поговорить с этой девушкой. Устройте это сейчас. - Подскочившая рыжая с выражением ужаса на лице, кивнула. – Андреа, я должна идти, встретимся внутри. Обязательно встретимся. Энди кивала, стараясь не заплакать от счастья – Миранда никак не отпускала ее руку. Потом кто-то потянул ее назад, и Энди оказалась под прицелом камер. - Как давно Вы знаете Миранду? - Что вас с ней связывает? К счастью та девушка, Эмили, появилась как нельзя вовремя, подхватила ее под руку и буквально потащила куда-то, шепча, что Энди должна молчать, прикрыть рукой лицо и идти за ней. Она уже ничего не понимала. Ее оставили в каком-то помещении, у стены, и велели ждать. Остро чувствуя, что не имеет права здесь находиться, она сконфуженно присела на стул. Но не прошло и получаса, как в дверь вошла Миранда. - Ты здесь. Я боялась, что мне привиделось, - она подошла к тут же подскочившей на ноги Энди. – Я… Сколько у тебя времени? Я… я должна быть там. - Я подожду, - улыбнулась Энди, видя странную нерешительность на красивом лице. - Рой отвезет тебя, - Миранда коснулась пальцами щеки Энди. – Ты ела сегодня? - Миранда, мне ведь уже не шестнадцать, - неловко улыбнулась Энди и убрала невидимую пылинку с рукава роскошного платья Миранды. Женщина проследила взглядом за ее рукой и прикрыла глаза на секунду. – Я подожду столько, сколько нужно. Я понимаю, правда. - Ты чудесно выглядишь, Андреа, - женщина отступила к двери. – Поговорим дома, дождись меня, пожалуйста. Была уже почти полночь. Энди сидела на ступеньках лестницы, желая видеть входную дверь. Много всего лезло в голову за это время. Она пыталась пройтись по дому, налила себе воды на кухне, рассматривала цветы в бесконечных вазах, но осталась здесь, чтобы увидеть, когда она вернется. Она ничего, в сущности, не знала о ней, какая она, что любит делать, только странные, порой ужасающие истории из таблоидов. Она ждала этого момента, но все равно звук поворачивающегося в замке ключа застал ее врасплох. Дверь открылась, и Миранда прошла в дом. Вот она, стояла перед Энди в своем вечернем платье, словно не зная, что сказать или сделать. - Привет, - тихо сказала Энди, поднимаясь со ступеней. - Привет, - также тихо ответила Миранда, испытующе глядя на нее. Энди подошла ближе к женщине в надежде, что та снова обнимет, но Миранда не шевелилась, только смотрела, словно искала что-то в лице девушки. Руки напряженно застыли по бокам, и Энди решила рискнуть. До сих пор сегодня ей невероятно везло, может быть, и сейчас получится. - Как думаете, возможно ли в шестнадцать лет полюбить так, чтобы это стало самым важным? И эти слова что-то изменили в лице Миранды. Она тяжело выдохнула и закрыла глаза, но так и осталась стоять, с трудом сглотнув. Было как-то неправильно, что женщина, легко шагающая сквозь вспышки и гул вопросов репортеров, сейчас неуверенно замерла посреди фойе своего дома. Энди подошла еще ближе и коснулась ее щеки, женщина тут же послушно склонила голову. Улыбнувшись, девушка, замирая от волнения, прижалась легким поцелуем к уголку желанных губ, словно спрашивая разрешения, и тут же наткнулась на горячий взгляд. - Ты точно хочешь именно этого? – прошептала женщина. - Да. Я хотела этого шесть лет, - улыбнулась Энди. - И два месяца, - также шепотом. - Да, шесть лет и два месяца, - улыбка стала еще ярче, когда Миранда нетерпеливо поцеловала ее в ответ. Она тоже ждала. Лили глазам не поверила – ее мама все еще покупает эту газетную дрянь! Может, камин топить совсем нечем? Качая головой, она развернула газету и замерла – «Неделя моды: новые образы и новые чувства!», а на фотографии… Энди. Точнее Миранда, прижавшая к себе Энди, прямо на ковровой дорожке. Лили довольно улыбнулась - эта фотография ей понравилась даже больше предыдущих.