Теркель в беде, или ТЕРКЕЛЬ РЕАЛЬНО В БЕДЕ!

– Барри! Барри! Красный свет!!! Теркель забежал в кабинет музыки, задев кучерявой головой стену. Барри отдыхал, закинув ноги на стол, и наслаждался видом из окна. Когда ученик обескуражил его своими воплями, учитель резко повернулся к нему и чуть не свалился с кресла. – Меня Гуннар поцеловал! – сказал Теркель потише, чем первую реплику. Глаза Крембо округлились, будто две пятирублевые монеты. Он только открыл рот, как рыба, потеряв на какое-то время дар речи. Теркель, понимая шоковое состояние Барри, продолжил. – Я ужасно себя чувствую. Меня словно девственности лишили! На этих словах Барри подлетел с кресла: – Ах он тварь! Я его самого сейчас лишу... Жизни! Мужчина в два шага выскочил из класса и помчался по коридору. Теркель, не успевший его остановить, даже не стал пытаться. Барри есть Барри. Правда, Гуннара жалко слегка, ведь вся школа знала, что учитель музыки страшен в гневе. Однажды, года три назад, когда бывший учитель физики запустил мелом в Оспри и попал бедному мальчику в глаз, Крембо устроил физику хорошую взбучку за школой, в результате которой он уехал из города. Правда, Барри чуть не уволили, но дети топили за него до последнего. *** Теркель сидел на родной скамейке во дворе школы. Вскоре к нему приблизился Джейсон, на лице которого виднелась тень грусти. Теркель, заметив это, был готов выслушать товарища в ту же секунду, забыв о всех обидах. – Надо побазарить по душам, – сказал Джейсон мягко. – Только не здесь. – Прогуляем геометрию? – насмешливо улыбнулся Теркель. – Как в старые добрые? – У меня в гараже бухло есть. Ситуация херня, без него никак, – перешедший на шепот Джейсон подмигнул другу, и они оба перелезли через забор и скрылись из виду. В гараже папы Джейсона был небольшой беспорядок. Юноши сели за круглое подобие стола на два потрепанных жизнью кресла. Джейсон откопал столетнее вино и отпил с горла. – Короче, Джоана меня бросает. Типа я трахаюсь не так, веду себя не так. А я люблю ее, черт побери... Теркель думал о своем, выпав из реальности: "Зачем Гуннар это сделал? Какие были его мотивы?" Этот случай не давал парню покоя. – В общем, все хреново. А чо с Гуннаром твоим там? Он гей тоже? – Джейсон развалился на кресле, поставив бутылку на стол. – Он меня поцеловал... – Ничо се, – Джейсон криво ухмыльнулся. – Он серьезно будет крутить роман с учеником? Это же статья. Теркель залпом допил вино за товарищем и закашлялся: – Да пошел он! Джейсон громко заржал. Он уже не был зол на товарища из-за его ориентации. Просто Джейсон был вспыльчивым человеком и с жесткими принципами. Но зато быстро отходил, чего не скажешь о Теркеле. Тот до сих пор в глубине души ощущал какую-то боль из-за тех самых брошенных слов друга. "Так ты из этих, Теркель? Из радужных? Не ожидал!" – это слово "радужный" вызывало резкое отвращение. Будто Терк выбирал, какой пол любить! Если вспоминать эру шестого класса, то юноша был любовным объектом для Дорис, она подарила ему письмо с признанием, на что Теркель вежливо ответил, что ничего не чувствует. Тогда Дорис заперлась дома на целую неделю, как рассказывал потом Джейсон. Уже тогда Терк понял, что к девушкам симпатии никогда не ощущал. "Ты еще ребенок, – отвечала мать на это. – Какие могут быть чувства?" Вот уже Теркель в 11 классе, но девушек так и не полюбил. Здесь явно что-то не так... *** Гуннар преспокойно расхаживал в своем кабинете, достав скелет человека из шкафа и поставив возле доски. Скоро должен был притопать 9 класс, но пока что их не было видно и слышно. Внезапно дверь в класс распахнулась, ударившись о стену, и на пороге появился разъяренный Барри Крембо. Он тут же набросился на Гуннара, повалив его на пол, уселся сверху, взяв мужчину за запястья и крепко сжав. – Зачем ты это сделал?! – завопил Барри и, вспомнив, что помимо них в школе полно людей, которые все прекрасно слышат, снизил тон. – Не смей играть с чувствами Теркеля! – Давай ты не будешь вмешиваться в наши отношения? – стараясь вырваться из плена Барри, сказал Гуннар. – Он мне как сын! – музыкант прижал биохимика к полу. – Я не хочу видеть его страдания. – Это гиперопека, – Гуннар толкнул учителя музыки коленом и уложил его на лопатки, крепко сжав руки. – Почему я не могу поцеловать ученика, если он мне понравился? Или тебя смущает, что мы одного пола? Барри больно укусил биохимика за руку, что заставило Гуннара отпрянуть: – Да ты ебанутый, Бьерре! *** У Теркеля жутко кружилась голова и мутнело в глазах. Он лежал на земле, пялясь в небо, а в это время его товарищ отбивал чечетку на столе. – А знаешь, Джейсон, – промямлил Теркель. – Я жить не могу без Гуннара. Поэтому мне так... п-п-плохо сейчас. Джейсон спрыгнул со стола и, пошатнувшись, протянул руку другу. – Встав-в-вай. Мы идем в... школу. Теркель медленно поднялся, пытаясь не упасть на землю снова. – Поговоришь со своим хахалем, – пояснил Джейсон. Ребята, взявшись за руки, вразвалочку потопали в учебное заведение. Дорога не заняла много времени, правда друзья шесть раз чуть не попали под машину. Видимо, ангелы-телохранители хорошо выполняют свою работу. До школы они добрались кое-как, но ведь добрались все-таки. Возникла следующая проблема – поднятие на 3-ий этаж. Здесь и Божья сила ребятам бы не помогла, поэтому Джейсон принялся хриплым голосом звать Гуннара с 1-ого этажа, надеясь на абсолютный слух учителя. Но, спешу вас огорчить, докричаться до Гуннара он так и не смог. Зато к ним спустился Барри, который в ту же минуту дал ребятам в тык за их нынешнее состояние. – Идите проспитесь, идиоты. Еле стоите, – Крембо схватил Джейсона за шиворот и хорошенько встряхнул. Тот блаженно заулыбался. – Ребятки, как дела? – раздался обожаемый всеми голос учителя химии и биологии. Теркель даже на какую-то долю секунды отрезвел, услышав этот приятный тембр. Вот он, его "хахаль", как выразился Джейсон. – Все херово! – закатил глаза Барри на вопрос биохимика. – Слушай сюда. Я веду Джейсона домой, а ты... Теркеля, получается. Чтоб в целостности и сохранности довел! Гуннар великодушно улыбнулся учителю музыки, будто они не дрались в его кабинете десять минут назад, и, взяв Теркеля под ручку, повел его к выходу.