Representatives

***

Карина догнала подругу. Немного отдышавшись, она спросила: — Чё ты убежала то? — От тебя подальше. — Да блин, а если серьёзно? Ильнар, ну стой! Они всё ещё бежали, но по просьбе Карины остановились. Постояли пару секунд и медленно пошли. Шли молча, Нара так и не сказала, почему убежала. Тут Смирнова спросила: — Кстати, почему я дура? — Чего? — Ты меня сегодня перед ОГЭ дурой назвала. — А, ты про это. Ну, уже нет. — Всмысле уже нет? — Я думала, ты так и будешь все три часа на краю парты, с каменным лицом сидеть. А ты, вон, — сама вышла, познакомилась. Молодец. Рина удивлённо на неё посмотрела. — Вот только не надо меня ни с кем сводить! — А мне кажется, ты даже не против, — усмехаясь ответила подруга. — Да иди ты нафиг! — крикнула та, пихнув Нару вбок.

***

— И зачем ты убежала? — Просто так. Отпусти меня уже, — Женя шла, держа Настю за плечо. — Ну, вдруг ты опять убежишь. — Не убегу. Время ещё только 12:35. И чем заниматься весь день? На улице облачно, солнце слегка выглядывает, освещает город. Лето 29-го года не планирует быть жарким. Старшая спросила: — Что собираешься делать? — Не знаю. Хотя, слушай… А у тебя есть мяч? — Баскетбольный? Есть. — Пойдём на площадку, поиграем. В один на один. — Пойдём.

***

Четверо медленно шли и разговаривали. Они жили не в стороне леса или железной дороги, а рядом с полем. Там как раз был въезд в город. Туда, конечно, редко кто приезжал, но всё же машины появлялись. Соня и Амина что-то шумно обсуждали, а Алина и Милана немного отстали от них и шли позади. Они не были знакомы, но довольно быстро нашли общий язык, разговорились и забыли, что идут вчетвером. — А вы что думаете, а Милан? Милана! — Амина обернулась и увидела, что те идут сзади. Они подошли ближе. — Это ты мне? Я иду сзади и не слышу, о чём вы там бубните. — Ладно, забей. Соня посмотрела на Алину. — О чём задумалась? — Я вот думаю про сегодняшнее. То что у нас всех дни рождения в одно число. Мне кажется это странно… Редко, когда встречаешь хотябы одного человека, с которым число совпадает, а нас целых двенадцать… — Ну, да, это немного странновато, но что с того? — Мне кажется это какой-то знак… Что-то произойдёт. Амина громко воскликнула: — Чё за хуйни ты в интернете начиталась?! — Милана пихнула её в плечо и прошипела: — Заткнись, дура… Алина, услышав предъяву, явно разозлилась. — А ты чё сразу грубишь, малолетняя? — Ничего я не грубила. А ты чё наезжаешь?! — она чуть оттолкнула ту назад. Соня сразу начала их разнимать. — Так, давайте вы не будете ругаться… — но её никто не слушал. — Акимова, довыёбываешься! — Рот закрой свой! Мила и Соня одновременно закричали: — Прекратите! — они развели их в разные стороны и решили пойти по домам. — Всё, домой! Алина вслед крикнула: — Я 28-го вылью тебе что-нибудь на голову! — Ага, конечно. Буду ждать!

***

— Ты не против тут посидеть? — Тоже любишь эту аллею? — Ага. Аня и Рита зашли куда-то в глушь города (хотя сам город считался глушью). Это была единственная аллея. Выглядела она так себе: старые облезлые лавочки, одинаковые высокие деревья по обе стороны и дорожка, которая, на удивление, была ровной и заасфальтированной. На ней всегда было достаточно темно, из-за густых деревьев, и тихо, потому что никто не хотел гулять в таком скучном месте. — Тут так хорошо, тихо, людей нет, — девочки сели на одну из лавочек. С каждой минутой становилось всё темнее и темнее. Дождевые облака накрывали небо. Ане пришло сообщение из классного чата. 9 «Б» Соня: 11-го пишем русский в кабинетах химии, истории. Кто в каком кабинете, напишут позже. Она на секунду задумалась. О чём они с Ритой говорили после экзамена? — А вы с Аминой поругались? Рита сначала посмотрела на неё, но снова опустила взгляд. — Ну, нет, не поругались. Просто перестали общаться как раньше. И вот я не понимаю, она просто переключилась на Самойлову, или это я ей надоела? — она произнесла это с ноткой неприязни к Соне. Аня, услышав имя подруги, включилась в разговор. — Кстати, насчёт Сони. Она тоже перестала общаться со мной как раньше. Сегодня ушла, ничего не сказав, а последний месяц мы всё чаще сидим отдельно. Думаю, может поговорить с ней… — Вот, я тоже хотела поговорить! Но она, блин, не может серьёзно воспринимать какие-то разногласия, для неё всё — фигня, любая ссора — фигня. Она может с кем-то поругаться, а на следующий день, как ни в чём не бывало, начать общаться как обычно. Осознавать то, что друзья отдаляются, неприятно. Когда всё было хорошо, и тут вдруг, раз — и дружбы как и не было. Почему так произошло — непонятно. Но когда уходит один, на его место приходит другой.

***

Центр города совсем не был похож на центр города. Дороги все были в ямах, и это очень портило вид. Но зато никакие лежачие полицейские не нужны, потому что быстро проехать по такой дороге и остаться целым — нереально. Здесь был единственный в Артемьевске торговый центр, с нормальными большими магазинами. А всякие непонятные магазины, по типу «Радуги» или «Волны», были по краям. Особенно много всяких «забегаловок» было на вокзале. — И вот зачем мы сюда пришли? — девочки вышли из большого стеклянного здания и пошли к переходу, — Ты, кстати, где живёшь? — Рената обратилась к Маше. — Да тут в центре, недалеко. А ты? — Знаешь где выезд к карьеру? — К какому? — спросила она, не понимая, о чём идёт речь. — Если идти прямо по этой улице, — Ната указала на табличку на одном из домов, — то там дальше выезд и степь, а если проехать где-то тридцать километров, то увидишь там табличку «Каменский карьер». Некоторые люди даже приезжают жить в Артемьевск, чтобы ездить туда работать. — Странно, что я не знала. Хотя у меня там никто и не работает. — Я про него знаю, только потому что у меня там сестра работает. — Работает сестра? Двоюродная? — Не, родная, — девушка усмехнулась, вспомнив сестру, — Ей двадцать два, а ведёт себя как ребёнок. Ната и Маша пошли по улице Собинова — центральной. Чем дальше от центра — тем лучше дорога. Машин совсем не было, и они пошли прямо по проезжей части. — Кстати, ты мне внешне очень её напоминаешь. Черты лица очень похожи, а ещё она тоже весы, аххах, — девушка внимательно рассматривала одноклассницу, пока шла. Та, услышав последнюю фразу, резко остановилась. — Подожди, серьёзно? Просто у меня тоже старшая сестра, и она лев. И похожа на тебя. Рената смотрела на неё удивлёнными глазами. — Подозрительное совпадение. — Ага, только вот она с нами не живёт. Переехала. *** Они ещё несколько минут шли молча, обдумывая ситуацию. Впринципе то, что у всех в их компании дни рождения в одно число — странно. Может Алина права? Все они чем-то связаны, но чем? И как им это понять? Нужно лишь дождаться 28-го июня.

***

27.06.2029

Сегодня был последний экзамен — математика. Многие с ужасом ждали этого дня, и он, наконец-то, заканчивается. ОГЭ перенесли на более позднее время из-за неполадок, и поэтому ученики вышли со школы только в 17:30. За три недели все в компании друг к другу привыкли. Алина с Аминой помирились, потом опять поссорились, потом снова помирились… Рита с Аней сдружились, как будто знакомы уже пару лет. Ната и Маша вообще стали ходить вдвоём как лучшие подружки, можно сказать «нашли друг друга». 13-е июня — Мы с тобой знакомы всего ничего, но за эти девять дней я по-дружески поболтала с кем-то больше, чем за всю свою жизнь. Девочки сидели на лавочке, в небольшом парке. — Маш, а как же эти двое? Женя и Настя. — Да мы особо и не дружили… — Типо «та самая дружба втроём», где есть третий лишний? — но Маша совсем не выглядела грустной, вряд-ли она была третьей лишней. — Нет. Мы так-то и не дружили, просто общались. Они лучшие подруги, всегда вместе, а я просто «товарищ», так сказать. Ну, весело с ними, прикольные они. Мы, конечно, уже потом все сдружились, друг к другу привыкли, но с ними мне интереснее всего. К Ане и Соне я клеиться не стала, они совсем по другому общаются. — А Алина? — Ну… Может это прозвучит немного токсично, но всё же, — тут Маша тяжело вздохнула, — Мне всегда казалось, что она странная и только прикидывается такой «белой и пушистой». И, если честно, — сказала она уже с усмешкой, — я её побаиваюсь. С последней фразы Рената рассмеялась. Не, ну а что? Бояться человека, который, с виду, сам всех боится? — Да чё ты ржёшь, блин? — девушка хлопнула её по плечу, при этом тоже смеясь, — Я серьёзно. Мне даже общаться с ней как-то неловко… — Ну, а вообще, — ответила Ната, немного успокоившись, — она у вас, оказывается, не такая уж и спокойная. Мне Милана недавно рассказала, что Амина с Алиной подрались. — Чего?! — Маша чуть не подскочила от удивления. — Они, после общества, пошли вчетвером: Амина, Милана, Соня и Алина. Ну и, судя по рассказу, Линник и Акимова не поладили, друг на друга наорали и чуть не подрались. — Охренеть… — у девушки была такая реакция, будто она первый раз слышит о каком-то конфликте. — Да я сама в шоке была, кстати, ещё они сказали, что Алина истеричка, и её было не угомонить. — Мда…– ей было нечего сказать. Но тут она вспомнила одну ситуацию, которая произошла чуть больше полугода назад. — Слушай, ты мне напомнила кое-что… Тогда все тоже были удивлены поведению Алины. — Ну-ка, расскажи. — Короче, это было в ноябре 28-го года…

ноябрь, 2028 год(ситуация из прошлого)

Как так получилось, что дружная компания ненавистников сейчас избивает Настю? Ну, всё как обычно, просто в этот раз явно было умышленно. Выглядело это страшно. Они били ногами, сначала стараясь попасть в живот, но девушка согнула ноги, — это их не остановило, начали хреначить по спине. Женю тоже повалили на землю, ударили и прижали так, чтобы она не могла пошевелиться. А Маша… Две девушки, которые были намного выше неё и явно сильнее, просто прижали к стене и заставили смотреть на это зрелище.

—

— Опа, Стравинская! Вечно ходит с ними, значит подружка. Сделайте с ней тоже что-нибудь. А этих двоих не трогайте, они нам не сдались. Аня и Соня побежали звать классного руководителя и физрука, чтобы тот остановил их. Самим пытаться противостоять им было бесполезно, ведь их всего двое. Алины с ними не было.

—

— Ублюдки, отпустите! — Миронова, заткнись и лучше помолись за свою подружку, — этот ужас продолжался несколько минут. Поначалу Настя конечно не собиралась так просто ложиться и давать себя бить, но негодяи действовали по принципу «трое на одного». Главный из них отступил раньше всех. — Всё, Егор. С неё хватит. — Идиот ты, Артём. Нахрена ты отпустил этих двоих?! Думаешь они оставят всё просто так? Тот на секунду задумался. — Ничего страшного, Акимова всё разрулит. — Ничего Акимова не разрулит, — Алина всегда появлялась в самый неожиданный момент. Они обернулись и застыли, увидев её. — Это почему? Ты что, хочешь подставить своих одноклассников? — они хотели, как обычно, шантажом добиться своей безнаказанности. Но в этот раз, видимо, не прокатит. — Да, очень хочу. Хочу, чтобы вас наказали и вам было плохо, чтобы вам тоже было страшно приходить в школу, чтобы вам тоже приходилось терпеть травлю двадцати человек. Если вы не заметили, то я напомню, что первыми всегда начинаете вы. Бить первыми начинаете вы. Все эти унижения, грубые высказывания всегда летят в нашу сторону от вас. И я очень рада, что у меня хорошие отношения с учителями и нет проблем с полицией. Зато у вас они появятся. Если вы думали, что вам всегда всё будет сходить с рук, и зашуганная староста всегда прикроет, потому что просто вас боится, то вы очень ошибаетесь. — Акимова, ты чё? Тебе проблем мало? Или тоже хочешь валяться на полу? — Ты будешь валяться на полу. Алина резко оттолкнула Синцова, и тот упал. — Ты чё, совсем…– он не успел договорить. Алина пнула его и прижала ногой к земле, чтобы тот не мог пошевелиться. — Если ты ещё раз тронешь кого-то из них, говнюк, будешь регулярно оттирать следы от кроссовок. Она оттолкнула его, он съёжился и зажмурил глаза. Было видно, что ему больно. Двое пацанов разошлись в разные стороны, пытаясь показать, что пора всё это заканчивать. Женю и Машу тут же отпустили. Первая уже хотела пойти и всем навалять, как тут: — Эй, вы что здесь устроили?! — грозно прокричал физрук. Сзади послышался голос Ирины Васильевны. — Миронова, стоять! — она схватила девочку за капюшон и потащила к месту драки, — Быстро говори, что тут произошло. 13-е июня –…и они заставляли меня на это смотреть. Ума не приложу, откуда они узнали о том, что я боюсь драк, избиений, крови… — Господи, какой кошмар… И с этими людьми мы будем учиться следующие два года… Что с ними потом сделали? — Их всех отправили на месяц отработок и поставили на учёт, — Маша поморщилась, — А надо было бы исключить. — А что было с Настей? — Она несколько дней была в больнице, потом дома. Всю оставшуюся четверть на физру не ходила. Да и как на неё ходить… У неё вся спина была в синяках, ссадинах, руки тоже все в синяках… Ната сидела в шоке и не знала, что ответить, уже совсем забыв о том, зачем они начали эту тему. — Так вот, — немного прийдя в себя начала Маша, — Мы же начали с Алины. — Кстати, да. К чему она здесь? — А тебе не кажется странным, что они сначала так безжалостно избили Настю и остановили Женю, а потом, при появлении Акимовой, сразу же сдались? — она говорила очень задумчиво, будто рассказывает сказку. — Всего их было восемь человек, Алина уложила одного Синцова, а они не сказали ей ни слова. — Действительно, странно… Они серьёзно так её испугались? — Вот и я не понимаю. Ты бы видела, какая она была злая…

27.06.2029

Вот наконец последний экзамен закончился. Пускай результаты ещё не известны, но уже можно выдохнуть. Ученики быстро спускались вниз и выбегали на улицу. Но Женя и Настя шли медленно, что было странно, потому что они были в числе тех, кто пулей вылетал из школы сразу после звонка. — Да чё ты переживаешь? Просто подошла, да предложила. Не ответят же они тебе: «Миронова, иди нахуй». — Не ответят. Но вдруг, я что-то не так скажу, и они подумают, что я странная какая-то… Настя отвернулась и куда-то в сторону сказала: — Да это и так, блять, видно. — Ой, завались а…– старшая поняла, что та ничего серьёзного ей не скажет. Они спустились на первый этаж в холл. — Если ты и сегодня ничего не предложишь, то я…– Женя пихнула Настю вбок, увидев тех, про кого они, собственно, говорили. Девочки стояли возле одного из подоконников и о чём-то разговаривали. Но тут уже знакомый громкий голос заставил отвлечься. — Эй, вы сегодня свободны? Рина оторвала взгляд от окна. — В плане чего? — она спросила это с абсолютно серьёзным лицом. Нара рядом старалась не засмеяться, а Настя, понимая, что разговор сейчас превратится в размазню, взяла его на себя. — В плане идёмте с нами гулять. А то эта уже недели три никак предложить не может. Только она произнесла последнюю фразу, как сразу почувствовала на себе раздражённый взгляд подруги. Ильнара разбавила это недолгое молчание. — Хорошо, пойдёмте. А куда? Настя, долго не думая, ответила: — На стадион. — Окей, давайте. Только я Милану подожду, надо ей шпоры отдать. Женя ответила: — Хорошо, мы на улице ждём, — она быстро направилась к выходу, подхватив Настю одной рукой. — Э, чё делаешь? — в ответ молчание. Выйдя со школы, та её отпустила, всё также продолжая сверлить взглядом. — Да что? Я не понимаю. — Насть, а обязательно было меня упоминать? «А то эта никак предложить не может» — вот нахрена это было? — она говорила спокойно, но с ноткой раздражения. — Прости, я случайно ляпнула. — Случайно… Младшая подошла поближе и начала негромко говорить: — Ну, а чё ты так переживаешь из-за них? По-любому забыли уже. — Да не из-за них, а из-за, — тут она прикрыла рот рукой, чтобы не сболтнуть лишнего, но кажется уже поздно. Вторая оживлённо на неё глянула и уже громче воскликнула: — Серьёзно Смирнова?! Да она же… Женя не хотела обсуждать это, но всё же перебила. — А что она? Вы знакомы всего три недели, а ты уже выводы делаешь? — У тебя можно то же самое спросить.

***

Когда все собрались во дворе школы, сразу посыпались вопросы о завтрашнем «мероприятии». Ильнара, которая его и организовывала, начала всё объяснять. — Эй, послушайте! — когда все замолчали, она продолжила, — Короче, завтра в 4 часа встречаемся на углу Собинова-Крестовая, это близко и к лесу, и к центру. Потом, те, кому пятнадцать, идут сразу к месту, а остальные…– она осмотрела всех совершеннолетних, вспоминая, у кого когда день рождения, — Так, Миронова по-любому идёт, мы с тобой тоже, — девушка указала на Карину. Тут Соня сказала: — Не смотри на меня так, я за выпивкой не пойду, потому что даже не знаю, что брать. Нара перевела взгляд на Алину. — Пойдёшь? — Ну, да. — Прекрасно. Тогда Соня, Настя и Аня сходят за стаканчиками, тарелками. Окей? Все согласились и начали расходиться.

***

— На стадион значит… Тогда сначала ко мне зайдём, я мяч возьму. — На вокзале живёшь? — Карина любила задавать странные вопросы. А Женя… Ещё не придумала, как на них отвечать. — Рядом с вокзалом. — Серьёзная какая, — она сказала это в сторону, но чтобы та услышала. — Ты про меня что-ли? — А про кого ещё? — Не знаю я, как на твои тупые вопросы отвечать. — Также тупо, — она опять говорила на полном серьёзе. Та лишь усмехнулась. Девушка вышла на улицу со слегка потрёпанным мячом. — Баскетбольный? — Рина слегка разочаровалась. — Ну, да, а что? — Ничего, просто я только в волейбол умею. Нара и Настя шли рядом и тоже говорили. — Ты тоже только в волейбол? — Ну… Мне и то, и то нравится, просто с баскетболом плоховато. А ты? — Я только в него и играю, волейбол ненавижу. — А чего так? — Ну, как-то не складывается, ещё эти идиоты… Мне от них вечно мяч прилетает, причём чаще всего специально. А физрук прям заставляет идти и играть. Так и получилось, что Женя и Настя играли в баскетбол, а Карина и Нара — в волейбол. Вот почему они друг друга не видели после школы все четыре года.

***

Прийдя на стадион, а точнее на баскетбольную площадку (куда ещё можно пойти с баскетбольным мячом), они заметили Аню и Соню. Те их тоже. — О, привет, чего пришли? — Соня вполне спокойно начала разговор. — А чё, не видно? — тут Настя перехватила у Жени мяч, пару раз его отбила и забросила в кольцо. Самойлова лишь закатила глаза и помотала головой. — Миронова, чего зависла? — Аня слегка потрепала ту за плечо. — А? Да так, ничего. Пойдёмте с нами играть. — Я вижу, Мацкевич больше всех хочет, — сказала Соня, всё ещё косо посматривая на ту. Они встали по два человека, конечно же подруга с подругой. Но Карина, являясь одним из зрителей, решила, что так будет слишком скучно. — А играйте друг против друга, — сказала она, обращаясь к Жене и Насте. Тут младшая воскликнула: — Чур я с Аней! Соня снова закатила глаза и отошла в противоположную сторону.

—

Нара удивлённо посмотрела на подругу и тихо спросила: — И зачем? — Так интереснее, — ответила та, улыбаясь.

—

Почти всю игру наблюдающие смеялись с непопаданий и возгласов, по типу: «Ну ты чё?» «Ну зачем?» «Куда?» и т.п. Ещё было смешно смотреть на то, как Настя пытается забрать у Жени мяч (у неё ни разу не получилось). — Я же говорю, так интереснее. Но Ильнара больше обратила внимание на то, как Самойлова и Мацкевич не на шутку разыгрались. Они каждый раз чуть ли не дрались за мяч, выкрикивали друг другу какие-то неприятные высказывания и т.д. Короче, как будто поспорили на что-то.

—

— Ладно, я убедилась в том, что они все хорошо играют. У них походу баскетбольный класс. Шевченко сначала помолчала, а потом сказала: — Мне кажется зря я отправляю их вместе в магазин завтра… Они и там подерутся. — Из-за чего? — Да эти из-за чего угодно могут. Мне интересно, они на уроках также играют? — Ну, на уроках их наверное в одну команду ставят.

—

Все шестеро собрались на выходе. — Блин, я забыла вам сказать! — организатора завтрашнего мероприятия резко осенило. — Принесите завтра с собой фонарики, мы же в семь часов домой не пойдём. — Так в семь ещё светло. — Ну, так мы в семь и не пойдём. А на заброшке, за деревьями по-любому будет темнее. Короче, возьмите. Они начали расходиться. Всем нужно было в разные стороны. Соня и Аня сразу ушли, потому что им идти дальше всех. Четверо ещё остались стоять возле выхода, Ильнара продолжала давать наставления. — Миронова, паспорт возьми, а то фиг тебе чё продадут. — Ты, главное, свой не забудь. Все разошлись и пошли по домам. Время было уже 19:30.

—

Нара и Рина только свернули на другую улицу, как началось. — Кхх… Блин, я не могу…– Карина ни с того, ни с сего начала смеяться. Продолжался этот концерт пару минут. — Да чего ты ржёшь? Та ещё где-то полминуты не отвечала, потому что успокаивалась. Но зато уже нормальным голосом сказала: — Знаешь, я всю игру за ними наблюдала, но так и не поняла, кто больше выёбывается…– она снова начала посмеиваться. — Но играли они реально хорошо.

—