Все могло быть иначе

Яркое солнце ласкало лицо. Запах лекарств и микстур, а ещё свежей постели вывели девушку из сна, заставив открыть глаза. Когда она проснулась, то не имела сил шевелиться, кроме как глазами, которые видели только потолок, из-за прямого лежачего положения. Амелия поняла, что она в больничном крыле, но не понимала из-за чего. Когда она попыталась присесть на кушетке, чтобы разглядеть крыло, то ее пронзила боль от последствий проклятия и долгого бездействия мышц. - Ай! Ай – я- яй… - Подожди, солнце, я помогу тебе, - воскликнула неоткуда появившаяся медсестра. Она помогла девушке присесть, облакотившись на подушку. Амелия тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Голова раскалывалась, а тело болело и было очень слабым. Настолько слабым, что у нее не было сил даже на вопросы о том, что же с ней случилось. Тогда в палату зашёл Альбус. Увидев его медсестра кивнула и оставила их двоих. Дамблдор сел в кресло возле дочери. В его голове пронеслось воспоминание о том, как он так же сидел возле Минервы, когда ей было плохо. Он очень боялся такого состояния самых родных людей. Альбус взял руку дочери в свою ладонь, а вторую руку положил ей на лоб погладив его. - Папа… Амелия поняла что он рядом, даже не открывая глаза. - На утруждай себя, отдыхай. Она повернула голову в его сторону и открыла глаза. Она видела размыто. Из-за чего резко сильно зажмурила глаза и открыла их опять, но нужного эффекта это не дало. - Ты в порядке? – увидев такое действие дочери Альбус запереживал. Она коротко кивнула и сжала его руку. - Ты только не отходи от меня, ладно…? Он поцеловал ее лоб и сильнее сжал руку. - Обещаю. Амелия положила голову так, чтобы правая щека касалась подушки, тем самым была повернута лицом к отцу. Полежав так немного она провалилась в сон. В эту минуту в больничное крыло вошла Макгонагалл. Когда Альбус увидел её, то протянул свою ладонь, показывая, что хочет взять её руку, которую несколько раз поцеловал. - Как ты? - Все нормально. Как она? - Просыпалась ненадолго. Ещё слаба, почти сразу уснула. Минерва посмотрела на дочь, после чего повернулась к окну, скрестивши руки на груди. В голове сразу возникала картина, как она сама летит с метлы на последнем году обучения. Только вот ей повезло меньше, ее некому было защитить. Поэтому про квидич пришлось забыть. Дамблдор подошёл к ней сзади и обнял, поцеловав изгиб шеи. - Все будет хорошо, обещаю… Она почему то верила ему. Верила каждому его слову.