Busted and blue

Лу проснулась из-за вошедшей в палату медсестры. Яркий дневной свет больно ударил по глазам. Девушка вяло приподнялась на локтях и взглянула на часы. Был уже полдень. На завтрак подали овощной салат и тёплые блинчики. Аппетита не было. Лу без энтузиазма подцепила помидор. Не синтетический. Она, убрав поднос в сторону, раздражённо закатила глаза. «Совсем зажралась». Девушка стянула с тумбочки бутылку свежей воды и сделала глоток. — Привет. — Двери палаты съехали в сторону, в помещение вошла Даниэль. — Как себя чувствуешь? — Привет. Нормально. Секретарь Приора поставила на дубовую тумбу пакеты с эмблемами магазинов. Лу видела их в Центре проездом, но сама бы никогда туда не заглянула. — Поручение Мартена, — пояснила девушка под непонимающим взглядом Лу. — Новая одежда. Телефон. Лу поперхнулась. — Крэп, мне кажется, я главная проблема в экономике Нью-Пари… — пробормотала девушка. Даниэль усмехнулась и помогла подняться Лу. Псионичка пыталась отрицать существование костылей или тростей для ходьбы. Ей не хотелось, чтобы её жалели. Не хотелось выглядеть слабой, сломленной. Бедро по-прежнему ныло, неприятно отдаваясь по всей ноге. Лу достала из большого пакета прохладный приятный на ощупь костюм черного цвета. Она расправила строгого кроя пиджак и сжала губы. — Это на… похороны?.. — сдавленно спросила Лу. — Что? — брови Вейсс поднялись. — Нет. Там есть ещё в другом цвете… Фисташковый. Лу… Даниэль приблизилась к Лу, подняла руку, чтобы дотронуться до ее плеча, но, не решившись, отстранилась. — Одевайся. Я буду ждать тебя в коридоре, — кивнула секретарь Приора и, выходя из палаты, судорожно выдохнула. Лу оделась в чёрный костюм и собрала волосы в высокий хвост. Она с осторожностью достала новый телефон из коробки. «Опять восстанавливать номера. Крэп». Лу нахмурилась, уставившись в окно. Восстанавливать на один номер меньше… Или… Она отдернула себя и, пригладив волосы ладонью, поспешила к двери. Приехав в Корпус Содействия, Лу прошла в кабинет Приора. Сегодня мужчина выглядел лучше, но все ещё болезненно. Глаза Мартена оценивающе прошлись по девушке. Вероятно, их мысли совпадали. — Добрый день, месье Приор. — Лу села на свое место. Она сложила ладони на коленях. — Добрый день, Лу, — кивнул Мартен. — Как нога? Конечно, Приор не мог не заметить хромоту своего телохранителя. Но это был дружеский вопрос. — На анестетиках пока. Уверена, что восстановлюсь к концу недели. — Хорошо, — удовлетворённо ответил Иво и сложил ладони, уперев локти в стол. — Спасибо за телефон. Не стоило. — Лу поправила складки на брюках. Приор кратко кивнул. — Итак, вернёмся к вчерашнему разговору… — Он посмотрел на девушку. Взгляд был холодный и собранный. — Йонас и Том сейчас находятся на временном задержании до вынесения приговора суда. Я осознаю, что они твои близкие, я сделаю все возможное ради сохранения их жизни. Но Инквизиция и Полиция не могут лояльно отнестись к покушению на Приора и причастности к Манифесту. Это может повлечь новую волну недовольств. Сейчас в обществе волнения на фоне прошедших событий. Одна искра может привести к пожару. Я искренне не хотел ставить тебя перед этим выбором, Лу. Поверь мне. Мне нужно знать на тот случай, если у меня не получится свести все к исправительным работам. Псионичка нахмурилась. С каждым словом Приора обстановка в кабинете нагнеталась, будто перед штормом. Речь Мартена была чередой молний, а последующий вопрос прошёлся раскатистым громом: — Кто из друзей для тебя в приоритете? Вопрос Иво словно холодной водой откатил девушку. Сердце рухнуло куда-то вниз. Его биение ушло в руки и ноги. Лу прошиб холодный пот. — Иво, не надо… — сипло вырвалось у Лу. Весь ужас отразился в распахнутых глазах девушки. Он не имеет права ставить ее перед таким. Особенно после всего, что было. Он ведь… друг. — Месье Мартен… — Лу сглотнула, расслабила сжавшуюся челюсть. — Я не буду выбирать. Я не могу. Иво опустил руки со стола. Едва слышно вздохнул. — Если они просто участники беспорядков, то им грозят тюремные сроки. От года до тридцати лет. В зависимости от содеянного. Если они вдохновители мятежа и покушения, то публичная казнь. Лу, мы должны быть готовы к любому исходу, если я не смогу вступиться за обоих. Как бы мне ни хотелось защитить твоих друзей, я не всесилен. От последних слов мужчины Лу захотелось расплакаться. Потому что она знала это. Знала и не хотела признавать. Получить такое признание от Главы Инквизиции было страшно. — Можно мне увидеться с ними? — тихо спросила Лу. — Кто ведёт допросы? — Марк Жонсьер. Другому бы не доверил, — честно ответил Иво и плавно поднялся на ноги. — Пойдём. Лу последовала за Приором. Из-за боли в бедре девушка не успевала идти следом. Заметив это, Иво замедлил шаг. В отделении они встретились с Жонсьером. Инквизитор окинул взглядом псионичку. — Рад, что вы живы, мадемуазель Рид. — Что ж… Это взаимно. — Лу пожала плечами. Она отвела взгляд. Лу все ещё было неловко от тех кадров, где дознаватель нёс девушку на руках. Псионичка все еще ждала колкостей со стороны Марка по этому поводу, но их не было. Видимо, потому что та ситуация была действительно тяжелой — не до шуток. — Должен признать, — нехотя добавил Жонсьер, — Рид, вы на редкость смелая, но безрассудная девушка. — Я телохранитель Приора, — парировала Лу. — Мы с… напарником делали то, что должны. Это наша работа. Лу не смогла произнести имя возлюбленного. Она знала, что если вновь коснётся этой темы, то разобьётся вдребезги. Заставила себя не думать об этом. Только не сейчас. Не тогда, когда Йонасу и Тому нужна была помощь. Иво, смотря на Лу, довольно кивнул. Марк повернулся в его сторону. — Арестованные уведомлены о посещении. Зайдя в камеру, Лу остановилась. Сердце было готово вырваться из груди. Девушка едва сдержала рыдания, увидев друга. Йонас, уткнувшись лицом в сложенные ладони, сидел на краю койки. Он поднял голову и побледнел. — Мать твою… — протянул хилер, взглянув на шедшую к нему девушку. — Ты чего так хромаешь?.. Йонас вскочил с койки и сгреб Лу в объятья. Горячие слезы пробежали по щекам псионички. Она, уткнувшись лицом в футболку друга, жадно вдохнула родной запах. Лу не могла потерять последний остов прежней жизни. — Давай я вылечу. — Йонас посмотрел в ее заплаканные глаза и осторожно убрал упавшую прядь со лба. — Даже не спорь… — Нет-нет… Йонас, подожди. — Лу обняла ладонями его лицо. Отросшая щетина неприятно заколола кожу. — Я так рада тебя видеть. «Нет, не ранен. Не били. Не под блокатором», — заключила девушка. — И я, Лу, охренеть как рад, — кивнул он и бегло оглядел девушку. — Ты как? Что с ногой? — Пуля… — Лу закрыла глаза, прижавшись щекой к груди Йонаса, и тихо выдохнула. — Ты знаешь?.. Кей умер… Слова тяжело повисли в камере. — Крэп… Йонас осторожно взял девушку за плечи и заглянул в глаза. — Лу, я честно… — запнулся хилер. — Я не знал, что Ирма хочет сделать. Я не знал ничего. Правда. Прости меня, я должен был что-то сделать. — Я верю тебе как самой себе. И даже больше, — ответила Лу и, сморгнув слезы, опустила голову. — Сука… Я до сих пор поверить не могу… Куда бы я ни пошла, я повсюду вижу его… И мне так… хреново. Больно. Крэп… Знаю, у тебя своих проблем сейчас полно, а тут я со своими… Прости, Йонас. Ты сейчас вообще в камере сидишь… — Ещё лежу и стою в этой гребаной камере. Не заморачивайся насчёт меня, Лу. Я большой мальчик. Прорвемся, — кивнул Йонас. — Как там остальные, кстати? Тут, как видишь, телевизоров нет. Лу поспешно вытерла слезы и села на край койки. Пружины тоскливо скрипнули. Йонас опустился следом за ней. — Можно?.. — он кивком указал в сторону колена. — Не могу смотреть на тебя. Хромаешь как побитая собака. — Вот спасибо, — фыркнула Лу, толкнув его в плечо. Псионичка начала рассказывать последние новости, пока хилер положил ладонь на ногу девушки. Бедро окутало приятным теплом — пульсирующая боль стихла. Даже тупая боль в плече прошла. — Всё, хватит, Йон, не бери на себя много. Надорвешься. — Лу взяла его за руку. — Сегодня ещё увижусь с Томой. — Ясно. — В ответе хилера проскользил холод и отвращение. — Какой у него приговор? Лу непонимающе посмотрела на Йонаса. Он сжал челюсть, играя желваками. — Пока идёт обсуждение. Возможен срок. — Ясно. — Крэп, Йонас, что не так? — раздражённо спросила Лу. — Да все! — взорвался парень, вскочив на ноги. — Ты не понимаешь, Лу? Он мог ее убедить не делать этого! Мог остановить, в конце концов! Из-за него умерла Ирма! Лу опешила от неожиданной тирады хилера. — Йонас… — Он виноват. Поэтому, если его вздернут на эшафоте, то мне нихера не жаль. Наоборот расстроюсь, что не отправили гнить в шахты. Последние слова он ядовито выплюнул и скрестил руки на груди. В коридоре раздался писк — время посещения закончилось. — Йонас, она плясала под чужой дудкой, сама того не осознавая. У неё своя голова на плечах. Тома не виноват. — Лу поднялась на ноги. Остановившись в дверях, она бросила взгляд на хилера. «Крэп. Как мы дожили до такого?.. Защищаю Ирму, класс. Ирму, для которой убить Главу Инквизиции, что в магазин сгонять. Сама-то умерла, а говно жрать нам». — Давай, — устало сказал Йонас. Лу вышла из камеры. Нога больше не болела. Она потерла ладонями горевшее от недавних слез лицо. Лу не хотелось объясняться перед инквизитором и Приором, взгляд которых сверлил ей спину. Мужчины наверняка смотрели по камерам видеонаблюдения и все слышали. Нужно было собраться перед разговором с Томой. Она вытерла вспотевшие руки об брюки. Вдох. Выдох. Лу нахмурилась, когда рядом появился инквизитор. — Мадемуазель Рид, должен вас предупредить. Арестованный может вести себя неадекватно. На вчерашнем допросе со мной присутствовал эмпатик. Арестованный не шёл на контакт, пришлось использовать инъекцию. Состояние задержанного крайне нестабильное, — заявил Марк Жонсьер, холодно прищурив глаза. «Тома может вести себя агрессивно? Сам себя закапывает. Крэп…» Но больше слух оцарапала новость о пси-эмпатике. «И все-таки мы силовые единицы в огромной системе. Не стоит забывать об этом. Мы шестеренки в этом механизме. Сломаемся — заменят новыми», — горько подумала девушка. Лу, коротко кивнув Жонсьеру, провела пропуском по электронному замку и прошла в камеру. Грузная фигура стояла спиной к девушке. Лу прочистила горло, давая знать о своём присутствии. Тома повернулся к ней. Медленно, лениво. Даже вальяжно. — Лу. — Он посмотрел на Лу с таким превосходством, будто девушка была непрошенным гостем в его квартире. — Тома. — Мне не нужна подачка от Церкви. Уходи. — Его голос был хриплым. «Сорвал голос? Кричал?» Лу нахмурилась. — Думаешь, я приму помощь от подстилки Приора после всего, что было? — Тома хмыкнул. — Не твои ли друзья расстреляли Ирму? Чёрные глаза хищным взглядом впились в псионичку. Лу стало не по себе — она не могла узнать своего старого друга. От прежнего заботливого, чуткого и верного Тома не осталось… ничего. Перед ней стоял незнакомец. — Блядь, Тома. Давай только без этого? — огрызнулась Лу. — Я спасти тебя вообще-то пытаюсь, ок? — Не нужно меня спасать. Какой с этого смысл? Ирма умерла. Приор остался жив. — Лицо Тома перекосило от гнева. — Нас выставили полными придурками. «Так оно и есть. Вы полные придурки, крэп. Тонет все глубже и глубже. Придурок. Не сможет расхлебать то говно, которое раскидала Ирма». — Вас никто не заставлял. Я предупреждала, пока не поздно. Кто вас надоумил напасть на Приора? — Всё было зря, — пробормотал Тома, проигнорировав вопрос Лу. — Абсолютно все… Поверить не могу. Ирма погибла зря! Лу настороженно наблюдала за разгневавшимся псиоником. Краем глаза она подметила камеру в верхнем углу комнаты. «Наблюдают… Надеюсь, Даниэль вырежет этот разговор». — Ты был там на площади во время покушения? — Нет… Я уже все рассказал… — Отлично. Отмажешься сроком, значит. Может, повезёт и даже… — Нет. Я хочу умереть, Лу… Ты ведь понимаешь меня. — Тома остановился возле девушки. — Ты тоже осталась одна. Как и я. Кей и Ирма — лишь жертвы устаревшей системы. Я мог обвинить его, злиться на твоего напарника, что он убил Ирму. Но мы-то знаем, кто главный палач. Тома, ухмыляясь, бросил взгляд в сторону камеры. Лу сильно сжала челюсть, смотря на манифестанта. Он не имел право даже произносить имя Кея. Краешком сознания она медленно, но верно начала соглашаться с мнением Йонаса. Казнь — слишком лёгкое наказание для Тома. «Он все ещё не осознает масштаб всей херни. Он не понимает, что могло произойти, как все могло перевернуться в случае победы Викария». — Заткнись. — Жаль, что ты так и не поняла… Не хочешь смотреть на правду. Манифест был нашим спасением. Деньги закрыли тебе глаза. Я не хочу жить в таком мире. Где лучшие друзья становятся продажными шкурами. — Не неси ахинею, Тома, — прошипела Лу. — Ты не простишь меня, знаю. Но так надо. В этот момент произошло то, что девушка не ожидала. Этого невозможно было ожидать от друга детства. Тома резво замахнулся кулаком. Лу едва успела отскочить — такой сильный удар мог легко раздробить скулу. — Охренел?! — крикнула Лу. Мужчина, крепко обхватив девушку за корпус, всем своим весом повалил её вниз. Падая, Лу задела рукой металлическую койку. Она больно ударилась затылком об бетонный пол. Задрожали зубы. К горлу подкатила тошнота. — Лежать! — Ворвавшийся Жонсьер вместе с охраной пнул псионика по голове. Удар пришёлся аккурат по виску — Тома мгновенно вырубился и придавил собой оглушенную Лу. Девушка небрежно отпихнула ногой навалившегося манифестанта и, схватившись за руку Жонсьера, поднялась с пола. Затылок неприятно вибрировал от удара, в ушах протяжно звенело. Лу поспешно вышла из камеры и прижала ладонь к больной голове. Приор окинул псионичку непроницаемым взглядом. Лу не смогла прочесть его эмоций. В конце концов, она же не эмпатик. — Нападение на сотрудника Корпуса карается казнью. — В глазах Жонсьера заплясал нехороший огонь. — Оправданий быть не может, — согласился Глава Инквизиции. По коже прошлись мурашки. Тома все же добился своего. Решил уйти на своих правилах. «Сука. Гений недоделанный». — Лу, сев на скамью в коридоре, помассировала виски и прикрыла глаза. Кровь стучала по ушам, тошнота накрывала волной. «Крэп. Сильно приложилась». — Лу, я настоятельно рекомендую тебе вернуться в больницу. Перед девушкой стоял нахмурившийся Приор. — Тебе нужен отдых, — произнёс он таким тоном, против которого ничего нельзя было возразить. — И хилер. Ты не забыла? Ты всё ещё на больничном. Мне придётся заблокировать твой пропуск, если ты опять приедешь в Корпус. Лу фыркнула и потерла ушибленное плечо. — Спасибо, месье Приор. — Ты свободна. Гектор отвезёт тебя обратно. Лу провела взглядом удаляющуюся статную фигуру Приора в сопровождении бойцов Корпуса. Она прислонилась горячим пульсирующим затылком к холодной стене и закрыла глаза. «Дерьмовый денёк».