Кекс с привкусом ванили

Тэхен бубнит себе под нос ругательства, стараясь удержать за плечи Чонгука. Тот еле стоит на ногах, просто повиснув на чужом теле. Тэхен не может понять, как так вообще вышло: вроде пили вместе, Чонгук вообще был под строгим присмотром, а все равно наклюкался до состояния овоща… Макнэ, что еще сказать. Молодой организм непредсказуем. Тэхен наконец-то вставляет ключ в замочную скважину и с силой толкает дверь. Капелька пота скатывается за шиворот, пуская неприятный холод по спине, отчего Тэхен ежится. Кое-как затащив Чонгука в квартиру, он чуть не спотыкается об раскиданную возле входа обувь. — Вот свинтус… Тэхен шипит сквозь зубы, откидывая обувь в противоположную сторону, освобождая себе путь. И почему именно Тэхена выбрали проводником этого несносного? Вся компания буквально выгнала Тэхена в подмышку с Чонгуком, странно хихикая. Что-то тут было не чисто. Дружба между Чонгуком и Тэхеном завязалась весьма неожиданно и быстро. Года три назад в их компании появилось новое лицо. На первый взгляд Чонгук казался застенчивым, мямлил что-то. Тэхен решил помочь "раскрыться" младшему, о чем чуть позже пожалел. Теперь ни один поход в клуб, на квартиру не проходит без Чонгука и это явная проблема. Потому что Тэхен сразу понял, что влюбился. Кое как стянув собственные кроссовки, Тэхен удобнее перехватывает тяжелую тушку. Остается самое сложное — дотащить эту машину до спальни. Потому что Чонгук категорически не хочет проходить через дверные проемы, спотыкаясь уже в самом начале, но Тэхен вовремя реагирует и прижимает его ближе к себе. Грязные мысли о крепких мышцах пресса наводят совсем не кстати, заставив Тэхен на секунду замереть. Чонгук Аполлоном мокрых снов Тэхена — прекрасное атлетическое сложение тела, высокий, с пухлыми губами и большими черными глазами. Татуировки рассыпанные по всему телу, как правило всегда выгодно подчеркивают сухожилия. А этот рукав... Как Тэхен ловился слюней, когда впервые увидел, что Чонгук сотворил с собой. Спальня встревает духотой и теплым воздухом. Чонгук всегда зашторивает окна, понимая, что пьяный это навряд ли сделает. Тэхен также знает, что младший ставит бутылку минералки на пол, рядом с кроватью. Любит аниме и сладости. Всегда ставит по три будильника, потому что любит число "три". Тэхен много чего знает о своего перебро, и сердце подсказывает, что Чонгук также внимателен по отношению к нему. Чонгук носит с собой горький шоколад на таких рода попойках, потому что знает, что Тэхен любит его есть, когда пьян. А еще Тэхен знает какой Чонгук прилипчивый. Даже сейчас он обхватил Тэхена так, что фиг вырвешься. И это все так нравится Тэхену, что сводит зубы. Тэхен опускает Чонгука на незаправленную двуспальную кровать. Чонгук мгновенно разваливается поперек, пытаясь стянуть обувь. Громкий вздох прикрывает чужое пыхтение, Тэхен все же помогает снять обувь. Как и ожидалось, Чонгук надел свою любимые носки с раздельными пальчиками. От такой милой детали Тэхен хмыкает, улавливая как нежно-розовые носки считаются с такого же цвета постельным бельем. Ну, дело сделано, можно гулять смело. И почему Тэхен уверен, что Чонгук любезно расстелил для него диван в зале, ведь знает, что Тэхен не умеет это делать. И знает, что скорее всего именно его отправили бы провожать потдатого Чонгука до дома. Уже собирается свалить спать в соседнюю комнату, Тэхен слышит очередное кряхтенье: — П-мги… Тэхен выдыхает сквозь зубы, но все же наклоняется к чужому лицу, чтобы лучше расслышать: — Помоги раздеться… Матрас прогибается под весом Тэхена, когда тот ползет на коленях ближе, все также не понимая, как он смог дотащить это ахерительное тело. Пьяное бурчание со стороны Чонгука заканчивается, когда с него снимают черную кожанку, а в след за ней просторную футболку. Рельефный пресс подчеркнут мягким свечение с коридора. Тэхен облизывает внезапно пересохшие губы, когда поднимает глаза чуть выше, на накачанная грудь с темными, чуть припухшими сосками. Горло напрочь пересохло. Надо было так вляпаться! Кто бы мог подумать, что ему придется раздевать друга, в которого влюблен безпамятно и безвозвратно. Не удержавшись, Тэхен проводит шершавой ладонью по мягкой, эластичной коже. От его касаний Чонгук непроизвольно напрягается, еще больше выделяя свои мышцы. Тэхен замирает на несколько секунд, разглядывая столь красивую картину. У самой кромки приспущенных брюк виднеются очертания кролика, которого когда-то набил Чонгук под гнетом алкоголя и уговоров Тэхена. Ласковая улыбка появляется на лице от всплывших воспоминаний, а в голове возникает сильное желание огладить контур татуировки. Тэхен помнит тот день. Тогда был день рождения Тэхена и Чонгук, будучи пьяным, предложил загадать любое желание. Сейчас бы Тэхен загадал поцеловать себя... Пальцы спускаются ниже, к той самой татуировке, тут же надавливают на подтянутый низ живота, отчего бархатная кожа Чонгука покрывается мурашками. Тэхен запускает ладонь чуть дальше, под брюки сразу получая отдачу в виде подрагивающих бедер. Тэхен знает даже то, что Чонгук очень чувствителен в районе живота, поэтому ничуть не удивляется движению бедер на встречу. Самое чувствительное место как раз там, где находится носик кролика. Слюны становится так много от одного представления, как Тэхен медленными поцелуями спускается к самому паху, что через секунду перейти на головку члена. Тэхен уверен — горячая плоть будет правильно ощущаться на кончике языка. Тянущий жар окутывает собственный низ живота, заставив сжать член через ткань брюк. Не лучшая была идея — раздевать того, кто так давно нравится, того, кого так давно хочется испробовать и наконец-то узнать все. Какой Чонгук на вкус, какие у него губы, какой он в постели... Дыхание сбивается, когда Чонгук стонет из-за длинных пальцев, что вновь мягко поглаживают низ живота. Жар щупальцами добирается до плавящегося мозгу, ухая вниз, с новой силой приподая к полуставшему члену. Кожа Чонгука мягкая, словно дорогой шелк. Тэхен уже собирается отдернуть руку, осознав, что делает неправильные вещи. Как можно практически дрочить на невменяемого друга! Но неожиданно Тэхен понимает, что под пальцами чувствуется необычная ткань. Тэхен конечно не эксперт, но понимает, что это не обычные боксеры. Потянув за краешек штанов, Тэхее хмурится, не понимая, какого у Чонгука розовое кружевное белье… Оно плотно обхватывает пах, выделяя крепкий член, и, неожиданно, готовый к ласкам. Чонгук, что до этого лишь тихо постанывал с полузакрытыми веками, теперь совсем трезво с интересом смотрит на Тэхена, ожидания дальнейших действий. Тэхен поворачивает голову к лицу друга, тут же жалея об этом. Приоткрытые губы опухли от частых облизований, аккуратный носик часто шмыгает, а глаза блестят от маленьких слезинок. И во всем этом Тэхен не заметил и капли сопротивления. Пуговица легко поддается, молния звонко вжикает, и Тэхен видит это… Кружевная ткань натерла головку члена. Чонгук настолько возбужден, что она показалась и теперь истекает смазкой. Собственный член окончательно и безвозвратно наливается кровью, неприятно натираясь о грубую ткань. Тэхен точно не может спутать это белье, потому что совсем недавно Чонгук «в шутку» кидал фото модели в схожих кружевах с надписью: "А мне бы пошло?". Тогда Тэхен помечтал о видах задницы своего лучшего друга в этом белье и написал, все также "в шутку": "Уверен, они бы смотрелись на тебе лучше, чем на модели". Это была вовсе не шутка? — Бля, бро, ну не могу я так просто взять и стянуть с тебя штаны. Все, я пошел! Чонгук неожиданно крепко для пьяного состояния хватает чужую ладонь, начиная буквально хныкать. Большой, накаченный парень прямо сейчас хнычет и просит его раздеть? Это точно не очередной сон Тэхена? Тэхен прикрывает глаза, делает глубокий вдох, уже думая, что просто снимет штаны с Чонгука и уйдет, но нет. Как только глаза открываются, они опять натыкаются в интересную картину. Тэхен нехотя (ещё как хотя) присматривается и замечает, что у его братишки интимная стрижка. Сука, что за пиздец. К сожалению, разглядеть толком не получается, что за фигура выбрита на лобке, потому что Чонгук начинает возиться, переворачиваясь на живот. Его ноги дергаются, из-за чего поясница выгибается, открывая вид на округлые ягодицы в кружевах. Задница, облепленная полупрозрачным бельем, показывает то, что оно должно было скрыть — сзади все идеально гладко выбрито. Тэхен резко встаёт с кровати, оставляя совершенно вменяемого Чонгука одного. Как только слышится хлопок двери, Чонгук со злостью поворачивается ко входу, хмуря густые брови. Чтоб этого Тэхена стояк замучил! Чонгук так старался, выбирал белье, практиковал свое актерское мастерство, а Тэхен оказался слишком правильным. Ну ничего, начало положено, осталось дело за малым… Чонгук намерен заполучить Тэхена. Иначе сам скоро помрет от передозировки чувств к этому сияющему солнцу.

***

Долгие гудки раздаются на просторной кухне уже в третий раз. Чонгук набирает Тэхена, все пытаясь дозвониться до несносного друга. С той неудавшейся жаркой ночи прошла неделя, и Тэхен если поначалу отвечал очень сухо, то теперь перестал выходить на связь вовсе. Что он там надумал и почему вообще начал думать в неправильную сторону, Чонгук понятия не имеет. Но что он точно понимает, так это то, что если Тэхен не ответит, то заказ на крупный тортик накроется медным тазом, ведь из-за плохого настроения крем слишком густой, коржи сухие, что уж говорить о начинке! Чонгук любит делать различные торты на дому. Не так давно он заметил небольшой парадокс: если он в хорошем расположении духа, то есть не в ссоре с Тэхеном, то тортики получается ну очень вкусными. Как только они ссорятся, так сразу же и руки не из того места расти начинают. — Тэхен, если ты сейчас не возьмёшь трубку, то я приеду к тебе и оторву член! — орет Чонгук на автоответчик, уже думая о том, что зря он все это затеял. Его уже давно тянет к перебро. Хочется стать ближе не только в душевном плане, но и в физическом. По пьяни Чонгук может невзначай ущипнуть, шлепнуть или (его любимое) куснуть. Тэхен уже привык к такому поведению и думает, что Чонгук со всеми такой, только вот он не знает, как сильно ошибается. Чонгук сразу понял, что хочет этого парня себе. Еще с первой их встрече, когда Тэхен всячески пытался внедрить его в компанию. Тогда Чонгук почувствовал как яйца стали каменными. В Тэхене было все идеально — от искренней улыбки до длинных пальцев. Когда они сблизились и стали лучшими друзьями, Чонгук теперь не только яйцами звенел, но и сердцем пел. Казалось, что они могли бы быть идеальной парой. Чонгук вкусно готовит и любит это делать, неплохо зарабатывает. Тэхен всегда поддерживает чистоту и любит вкусно поесть. Ну разве уже не понятно, что они идеальная пара? Настенные часы надоедливо тикают, а монотонные гудки не делают ситуацию лучше. Чонгук не выдерживает и швыряет венчик обратно в сливки. Ну все, сейчас он выскажет все! Он ведь не один давно чувствует искру, Чонгук это знает. Похоже, что Тэхен просто испугался. Чего, не ясно. Возможно, дружбу потерять, а может он просто тугодум. Уже в коридоре Чонгук хочет надеть курточку и выйти, но смотрится в зеркало и видит нечто: взлохмаченные волосы, на щеке крем, на носу мука, домашние серые брюки тоже все в муке. Когда он так испачкаться-то успел? Неожиданный стук в дверь раздается на всю квартиру, да такой громкий, что Чонгук подпрыгивает на месте, хватаясь за сердце. Кто там ещё может быть? Опять бабулька сверху пришла ворчать из-за громкой музыки, которую Чонгук, вообще-то, не слушает? Даже не смотря в глазок, Чонгук уверенно распахивает дверь, готовый атаковать старуху, но тут же теряется, когда понимает, что вместо сморщенного лица видит красного Тэхена. Тот неловко оттягивает ворот светлой футболки, крепче сжимает красивый букет из поспевших подсолнухов. От парня веет приятным одеколоном и свежестью улицы, из-за чего Чонгук неосознанно глубже втягивает воздух. Проходит чуть больше минуты, прежде чем неловкая пауза нарушается настороженным голосом Чонгука: — Привет, что ли... Ты не перепутал случайно дверь? Тэхен жует губы, все облизывая их, а это означает, что он очень взволнован. Чонгук успел выучить невербалику друга, от чего теперь легче понимать чужие чувства и эмоции. Тэхен протягивает необычный букет Чонгуку, а тот мгновенно принимает его, шурша бумажной оберткой. — Привет, Чонгук. Нет, я не перепутал дверь. Если ты не против, то нам нужно поговорить. От этих слов горло пересыхает, а внутри что-то щекочет. Чонгук начинает открывать и закрывать рот, но все же отступает чуть назад, пропуская такого же напряженного Тэхена. Мозг настолько паникует, что из-за головокружения не сразу становится понятно как Тэхен успел разуться и повесить ветровку. Чонгук хватается за краешек хлопковой футболки: — Тэхен, скажи что случилось? Почему ты так внезапно пропал и так неожиданно появился? Тэхен разворачивается на пятках, чтобы, поджав губы, оценить, насколько Чонгук зол на него, но в глазах напротив читается лишь переживание и недопонимание. Тэхен смотрит на подсолнухи, которые купил, потому что знает, что Чонгук мечтает получить такой неожиданный подарок. А еще они похожи на солнце, а значит, точно подходят Чонгуку. Тэхен протягивает ему вспотевшие ладони, перед этим протирая об ткань брюк, после чего кладет их на чужие плечи и шепчет еле слышно: — Я тебя люблю. Чонгук замирает, так и открыв рот. Он ослышался? Тело отказывается двигаться, зато глаза бегают от стены к полу, от пола к глазам Тэхена, от глаз к губам... Он не ослышался. Чонгук отмирает, как от долгого сна, Тэхен — вслед за ним, убирая руки с плеч. Они какое-то время смотрят друг на друга, чувствуют жар в телах и поддаются навстречу друг другу, чтобы неуверенно чмокнуть желанные губы. — Я все правильно понял, Чонгук? Кокетливая улыбка Чонгука скрывается за подсолнухами, но глаза выдают парня с головой. В них смесь нежности, любви и страсти. Чонгук так давно ждал этого признания, столько делал, чтобы услышать его и теперь чётко знает, что делать дальше. — Ты все правильно понял, Тэхен, ты все очень правильно понял. — Весело тянет Чонгук, еще раз чмокнув в приоткрытые губы, и добавляет чуть тише: — Спустя столько времени. Тэхен выдыхает так, как будто все это время был на глубине нескончаемого океана и наконец-то выбрался из темной пучины. Он уже тянется за новым поцелуем, но Чонгук останавливает его, приложив указательный палец к теплым губам. — Подожди меня чуть-чуть, я кое что сделаю и вернусь, — Чонгук протягивает букет удивленному Тэхену, чтобы тут же скрыться за дверью своей спальни. — Поставь прелестные цветы в вазу, — уже слышится за дверью. — И спасибо, мне они очень понравились!

Бумажная обертка аккуратно снята, а подсолнухи красуются в высокой вазе бежевого цвета. Тэхен сразу нашел вазу, несмотря на хаос, что творится на кухне. Тэхен еще раз оглядывает кухню, понимая, что отвлек Чонгука в самый разгар готовки. Слышится хлопок двери и уже через секунду появляется Чонгук. Сначала в глаза бросаются нежно розовые чулки, потом короткие шорты, которые красиво облепляют подкачанные бедра. Тэхен сглатывает скопившуюся слюну, сжимает и разжимает пальцы, чувствуя жар в паху. Подняв глаза чуть выше, он видит прозрачный топик. Кажется все, он попал. — Так сразу? — Да, Тэхен, так сразу. Если ты, конечно, не против, — Чонгук подходит ближе, обнимая Тэхена за талию и так гаденько улыбаясь. — Я ждал этого очень долго. Жар растекается по венам, достигая самого сердца и заставляя его биться быстрее. Тэхен нежно оплетает чужую талию и прижимает ближе. Губы проходятся по открытой шее, втягивая солоноватую кожу. Мурашки бегут по спине, когда Чонгук отзывается томным вздохом, начиная тереться своим пахом о чужой. — Я тоже. Чонгук бархатно смеётся, теплыми ладонями проскальзывая под подол футболки, чтобы мягко погладить поясницу. Ненавязчивые ласки позволяют расслабиться напряженному, словно струна, телу, из-за чего Тэхен становится более уверенным, опуская разомлевшего Чонгука на широкую столешницу. Два потемневших взгляда встречаются, разжигая огонь страсти внутри, гипнотизируя друг друга, а после них — жаркие губы, что давно так желают прочувствовать чужой вкус. Громкий звук поцелуя звучит набатом в тишине, разогревая до немыслимых температур молодые тела. Чонгук кусает нижнюю губу партнера играючи, пытаясь вырвать первенство в этом танце. Тэхен, в свою очередь, улыбается, позволяя совершать махинации со своими губами. Широкие ладони опускаются с талии на округлые ягодицы, на которые уже не раз падал взгляд, о которых Тэхен думал не одну одинокую ночь, сминают их, наконец-то чувствуя мягкость. Чонгук сдавленно стонет, пропускает язык в жаркий рот, заводя руки за спину и обхватывая ладони на своих половинках. Громкий стон раздается неожиданно, из-за Тэхена, который сквозь тонкую ткань надавливает на сжатое колечко мышц, массирует, разнося током возбуждение по телу. Чонгук отлипает от желанных губ, вцепляясь в чужие кисти рук. — Сними этот чертов топик, — слышится на уровне затылка, и Чонгук, громко вдохнув, выполнят просьбу. Тэхен благодарно мурлычет в шею, мокрыми поцелуями спускаясь к подкаченной груди, чтобы тут же оставить укус возле розового, уже полностью вставшего соска. Чонгук вскрикивает, вплетая пальцы в светлые пряди волос, чувствуя шершавый язык на месте укуса. — Я могу взять крем? До Чонгука не сразу доходит, о чем говорит Тэхен, но как только на карие глаза попадается взбитый крем для будущего торта, картина в голове складывается. Боже мой. — Да... — скорее поскуливает, чем говорит, Чонгук, нетерпеливо дергая тазом, чтобы почувствовать хоть какое трение в узких шортах. Головка члена проезжается прямо по шву грубой ткани стринг, из-за чего он вскидывает голову, широко открыв рот. Не успев отойти от первой стимуляции, Чонгук ощущает горячую ладонь на своем стояке и жаркий язык на груди. Тэхен размазывает крем от шеи до груди, принимаясь увлеченно вылизывать каждый сантиметр, оставляя самое вкусное — соски — напоследок. Под пальцами чувствуется внушительный размер Чонгука, под губами прекрасная грудь. От понимания этого Тэхен сдавленно стонет, принимаясь вылизывать соски, прикусывая их. Вся грудь покрыта краснеющими засосами, еле заметными укусами, под шортами четко виднеется прижатый к бедру член, розовою головку которого немного видно. Глаза слезливые, губы красные... Губы Тэхена расплывается в довольной улыбке, он любуется своим творением. Глаза скользят еще раз от одного места к другому, останавливаются на приоткрытых губах, что жадно хватают воздух. Рука, покрытая паутинкой вен, вновь тянется за сладким кремом со вкусом ванили. Два пальца опускаются в белую воздушную субстанцию, щедро набирая. — Открой свой ротик. Чонгук хотел было посмеяться от такого неоднозначного выражения, но как только черные глаза поднимаются, это желание мгновенно пропадает. Скулы Тэхена напряжены, а в глазах полыхает огонь. Тяжёлая голова как-то сама подается назад, а губы цвета спелой вишни приоткрываются. Кудрявые волосы приятно тянут назад, заставляя отклониться сильнее, после чего Чонгук чувствует вкусную сладость на языке, а вслед за ней тяжесть. Тэхен давит на юркий язык, раздвигает пальцы, играется, убирает и заново погружает в жар рта. Поплывший Чонгук обхватывает их пухлыми губами, начиная посасывать. Тэхен прикусывает нижнюю губу, толкаясь тазом в его ногу, лицо которого пробуждает немыслимые желания. — Я и не знал, что ты такой развратный, — берет себя в руки Тэхен, говоря хриплым голосом. — Поплыл от одних пальцев в своем грязном ротике. Тебе хотя бы стыдно, а, Чонгук-и? Тэхен нагло хмыкает, неожиданно надавливая на чужое возбуждение. Чонгук от этого резко раскрывает полные слез глаза, распахивает рот, высовывая розовый язык. — Как жалко, что ты не видишь себя… Такой изнывающий желанием, такой горячий и похотливый. Тебя начинает трясти лишь от таких незатейливых действий. Волосы, что все это время лишь слегка оттягивались, теперь сжаты в кулак, вынуждая полностью отклонить голову. Тэхен вытаскивает мокрые пальцы, отстраненно следя за тонкой ниточкой слюны. — Вау, ты такой… — Тэхен пробегается взглядом по всему Чонгуку, пытаясь подобрать слова, — такой очаровательный… Он жадно впивается в липкие от крема губы, прижимаясь всем телом к чужому, не менее горячему. Чонгук жалобно стонет, обнимая крепче руками широкую спину. Грязные звуки только больше возбуждают, когда Чонгук начинает остервенело то кусать, то облизывать чужие губы. О том, что нужно дышать, вспоминается только тогда, когда обоим перестает хватать воздуха. Тэхен нехотя отстраняется от чужих губ, тогда как Чонгук слепым котенком тянется к нему. — Чонгук, — дыхание все никак не проходит в норму, из-за чего оба громко дышат, — я тебя съем. — Давай уже, потому что я больше не могу… — жалобно скулит Чонгук, припадая к широкой шее. Острые зубки прикусывают соленую кожу, из-за чего Тэхен вскрикивает, пытаясь его оттянуть. — Чонгук, хватит. Стон срывается следом, потому что Чонгук широким мазком языка проходит по выступающей венке. — Точно? — хитро шепчет Чонгук, опять прикусывая кожицу. Следом вырывается новый стон. — По-моему, хена все устраивает, нет? — Сука, вот ты жук, — новый стон и попытка убрать «пиявку». — Ты так давно не называл меня хеном. Чонгук посмеивается, после чего отстраняется, разглядывая мощную шею, покрытую красными укусами, алыми засосами и слюной. — Хочешь, буду чаще звать тебя хёном? Тэхен лишь может кивнуть слабо, полностью отдаваясь мягким поглаживаниям крупных ладоней, что ощущаются ожогами через ткань футболки. Чонгук задорно улыбается, показывая передние зубы, тут же прикусывает нижнюю губу, бегая взглядом по лицу. — За отсос любой вопрос. — Ты серьезно? Я не умею… Чонгук скользит правой ладонью ниже, к выпуклости Тэхена, отчего тот тихо стонет, откидываясь чуть назад. — Ладно, хорошо, я попробую… Только помогай мне, хорошо? Сверху раздается что-то похожее на стон согласия, когда Тэхен спускается ниже, целует татуировку, поглаживая чужое возбуждение. Чонгук привстает на подрагивающих руках, чтобы он смог стянуть шорты, которые тут же соскальзывают на пол. Тэхен приспускает нижнее белье, открывая перед собой интимную стрижку. Как оказалось, это идеальное сердечко. Смешок сам вырывается наружу, но тут же испаряется в гомоне других ощущений и чувств. — Ты меня убиваешь, Чонгук… — тихо шепчет Тэхен, припадая к красной головке губами и целуя ее. — По-моему, это сейчас делаешь ты, — Чонгук шипит, когда тот слизывает полупрозрачную смазку со щелки. — Старайся без зубок. Мягкая головка приятно ощущается тяжестью на языке, когда Тэхен все же решается взять ее в рот. Чонгук ласково перебирает мягкие волосы, хвалит его, инструктируя сквозь тяжелое дыхание. Собственное возбуждение отдает еле ощутимой болью, но Тэхен даже не замечает этого. Он полностью занят чужим удовольствием. Правая рука крепко держит талию, а левая медленно, в такт языку, надрачивает основание. — Вот так, хен, умница. Дыши через свой прелестный носик, щеки втяни и попробуй взять глубже. Главное — не волнуйся, ты молодец. Тэхен послушно выполняет, продолжая размеренно дышать носом, пока Чонгук чуть более властно вплетает пальцы в волосы, контролируя процесс. Головка члена мягко скользит глубже, из-за чего Тэхен поначалу давится, но берет себя в руки. Все силы Чонгука уходят на то, чтобы не сорваться и позволить Тэхену привыкнуть к новым, пока непонятным ощущением. Тот пробует самостоятельно двигать головой, втягивая щеки и создав вакуум. Чонгук громко стонет, откидывая голову назад, когда ощущает узкую глотку. Тэхен замирает, пытаясь свыкнуться с ощущениями, и все же выпускает член изо рта, высунув язык. Взгляд сам скользит вверх по телу Чонгука к напряженному лица. Взгляды пересекаются, и Чонгук, не выдержав, наклоняется, чтобы быстро поцеловать Тэхена в ярко-красные губы. — Ты умница. Я бы даже не поверил, что это твой первый раз… — А что, если я тренировался? Чонгук уже хмурится и открывает рот, чтобы узнать подробности, но не успевает, потому что Тэхен продолжает свое дело. Правая рука обхватывает яички, создавая более сильную стимуляцию. Тэхен слышит стон сверху, понимая, что Чонгук скоро придет к разрядке, и поднимает глаза, чтобы увидеть желанный момент. — Я сейчас… Раздается приглушенный стон и на язык стекает тягучая сперма. Чонгук открывает зажмуренные глаза, чтобы увидеть картину, которую он запомнит надолго. Расфокусированный взгляд, красные щеки, припухшие губы… Это все так идеально подходит Тэхену. — Ты такой очаровательный, Тэхени-хен, — Чонгук расплывается в довольной улыбке, подставив ладонь. — Давай. Поплывший от собственного возбуждения Тэхен послушно выплевывает всю сперму, наблюдая, как та медленно скатывается с ладони в раковину. — Кажется, ты остался неудовлетворенным, — Чонгук опять садится ровно, уже вытерев руки. — Да, малыш Тэ-тэ? — Гуки, ты обязан мне помочь, не думаешь? Чонгук обхватывает талию ногами, закидывает обе руки на шею, припадая коротким поцелуем к нежным губам. Тэхен без особых усилий подхватывает его за задницу, также горячо отвечая на поцелуй. — Куда? — В спальню. Коротко и понятно, вот только дойти уже не так легко. Тэхен прижимает подкачанное тело сначала к стене, потом к двери ванной, и только после этого все же вваливается в спальню, аккуратно укладывая Чонгука посередине кровати. — Ближе к краю, спиной ко мне. Чонгуку дважды повторять не нужно, если над ним нависает такой требовательный Тэхен. Поясница прогибается, а лицо утыкается в согнутые руки. Чонгук шарит под подушкой рукой, чтобы достать бутылочку смазки. — Опять ваниль? Чонгук от возмущения привстает на локтях и поворачивается корпусом к Тэхену: — А ты что-то имеешь против ванили? — Я очень люблю ваниль. Тэхен довольно хмыкает себе под нос, с силой нажимая на поясницу Чонгука. Тот мгновенно поддаётся, выпячивая аппетитную задницу. Полоска стринг впивается в пульсирующую дырочку, когда Тэхен натягивает ткань выше. — Какой же ты вкусный, Чонгук-и, — шепчет у самого уха Тэхен, уже смазав пальцы. Он медленно вводит сразу два, задница Чонгука подается вверх. — Это что такое? — громкий шлепок отдает жжением на левой ягодицы. — Я не разрешал так себя вести. Чонгук подрагивает. Его обнимают поперек груди и прижимают к себе. Тэхен продолжает одной рукой растягивать, а второй держать его тело. Жар владеет им, мысли путаются, не давай собрать из этой каши хотя бы одно связное слово. Совершенно не верится, что спустя столько времени они наконец-то дошли до большего. Столько двусмысленных взглядов, нелепых шуток, в которых скрывалась доля правды, столько ревности и попыток забыть. Все чувства в один миг достигли своего пика. Чонгук всхлипывает, поворачивая голову для смазанного поцелуя. — Я люблю тебя, — звучит совсем тихо. Тэхен впивается в приоткрытые губы, сплетая язык с чужим, одновременно с этим толкаясь в растянутую дырочку. Да, он тоже очень любит.

***

Год пролетает неожиданно быстро, но очень ярко. Множество моментов запечатлено не только в памяти, но и на камере, которую прямо сейчас Тэхен укладывает в багаж. Это их третий полет, на этот раз во Францию. Как оказалось, любовь к путешествиям у обоих в крови, из-за чего полеты куда-либо не были обычными и скучными. Чонгук тот человек, который все распишет, все найдет и запланирует заранее, а Тэхен просто подстраивается под такой режим. Но в защиту Чонгука стоит сказать, что хотя бы дня три они делают все так, как хочет Тэхен. Сейчас Чонгук как раз проверяет свой план поездки. Они будут в чужой стране две недели, из которых пять дней полностью во власти Тэхена. В один из таких дней Тэхен достанет заветную красную коробочку с золотым кольцом, чтобы сделать еще один серьёзный шаг в их долгое совместное будущее. А Чонгук обязательно согласится.