Secret trainee

Ребята не слышали, о чём они говорили. Они лишь видели, как девушка, прижавшись рукой к шее, с испугом смотрела на Чана. Её взгляд был похож на взгляд собаки, которую ударил хозяин, и теперь она боится что-то сказать. Она лишь кивала, слушая Чана, не смея возразить, как обычно. Злой лидер, развернувшись на пятках, схватил её за плечо, совершенно не по-дружески, и потащил за собой, вызывая множество вопросов в голове. Минхо уже сорвался с места, пытаясь последовать за ними, но, увидев испуганный взгляд девушки и её истеричное махание головой из стороны в сторону, даже не осмелился двинуться за ними. Чан завёл её в подворотню и с силой швырнул к стене, расположив руку уже в привычном месте, на её шее. Её затылок стукнулся о холодную стену, и она с диким страхом смотрела ему в глаза. — На какую сделку ты с ним пошла? — прорычал лидер, глядя на девушку, сжимая её шею всё сильнее и сильнее. В какой-то момент она подумала, что, возможно, может даже сломаться от такой сильной хватки. — На кой чёрт ты с ним на эту сделку пошла, я спрашиваю? — закипал Чан, слегка оттягивая её от стены и снова направляя к ней, заставляя всем телом удариться о каменную поверхность. — Ты должна была обсудить это со мной. Ты должна была решить этот вопрос со мной. Я думал, мы команда. А сейчас ты делаешь всё, чтобы испортить нам жизнь. — Одинокая слеза начала бежать по щеке Су Джин, пока она в испуге смотрела на человека перед ней. — Ты вообще не думаешь своей головой! — А что мне было делать? — прохрипела девушка, её почти не было слышно из-за того, как сильно сдавило ей горло. — Скажи мне, Чан, что мне нужно было делать? Отказаться? Чтобы они выложили те видео? Лучше уж быть предметом слухов о том, что ты с кем-то встречаешься, чем быть предметом слухов о том, что мы переспали в душе. — Но сейчас ты вредишь моей команде, а не мне. — Он ещё сильнее сжал её горло, заставляя задыхаться, как раньше. — Если бы ты навредила мне, мне было бы гораздо проще. Да пофигу мне на все эти слухи. Но не трогай моих людей. Тем более ты знаешь, что он к тебе чувствует. — Он говорил то же самое. Сказала девушка, пытаясь оттолкнуть парня, но ей просто не хватало силы и воздуха для этого. Чан немного опешил, отпустил её горло, продолжая облокачиваться на стены по обе стороны от её головы. Она хмыкнула, посматривая на него. — Да, он сказал то же самое про вас. И в тот момент я доверилась ему, Чан. Это был не только мой выбор. Тот человек, о котором ты сейчас говоришь и о котором переживаешь, тоже сделал свой выбор. Он был готов рискнуть тем, что у него есть, ради вас. Так что не делай из себя героя. Ты не один такой. — Она толкнула его в грудь, но тут же пожалела об этом, увидев его хмурый взгляд на себя. — И я прекрасно знаю, что он ко мне чувствует. И да, мы расстались сегодня утром. Если тебя так это волновало. Но не обращайся со мной как с игрушкой. Да, я обещала быть твоим инструментом. И я не отказываюсь от своих слов. Но я не глупая девочка. У меня тоже есть план и мысль на счёт всего того, что происходит. Но мне нужно было максимально от тебя отстраниться, чтобы Джинен не заподозрил ничего. Мы можем обсудить, что мы будем делать дальше. Но потом не смей больше обращаться со мной так, как сейчас. Думай об этом, что я тебе позволила на некоторое время почувствовать свою власть. Она оттолкнула его от себя, проскальзывая наружу, но не успела выйти за угол, как оказалась снова притянутой за руку. Он прижался к её спине оголённым прессом и оказался очень близко, касаясь губами её уха. — Вы расстались из-за меня? У тебя были чувства к нему? — Она повернула свою голову, сталкиваясь нос к носу с Чаном за своей спиной. — У меня были к нему чувства, но мы поняли, что между нами просто симпатия. — Он поднял свои веки, смотря ей прямо в глаза. — Просто между мной и ним не было искры. — Почти на придыхании, сказала девушка, наблюдая, как мысли проносятся в голове Чана одна за другой.  — Между вами не было искры? — он сделал акцент на одном слове. — Да, именно между мной и ним. — И как далеко вы зашли, чтобы это проверить? — спросил парень, все еще не отпуская девушку перед собой. — Не так далеко, как мы с тобой, — она почти прошептала ему это на ухо, словно вспоминая их недавний разговор. Ловко вывернувшись, она выбежала за угол, направляясь обратно. Юноша ударил себя по лбу, понимая, что ему следовало больше доверять ей. В конце концов, она не так глупа, и, скорее всего, у нее есть какой-то план. Когда девушка вернулась, парни уже были в довольно весёлом настроении, развлекаясь и смеясь друг с другом. Увидев Минхо, она лишь кивнула ему, показав знак ОК, и улыбнулась. Хенджин начал выкрикивать ее имя, и она с удивлением посмотрела на него. — Твое задание связано как-то со мной? — вдруг осознала она, и остальные рассмеялись вокруг. Он совершенно не мог скрывать свои задания. Он как будто бы не умел врать. Он тут же поник и сказал «да». Показывая ей свое задание, он попросил услышать, как она притворяется миленькой. — Что ж, удачи, — сказала девушка, похлопав его по плечу, и удалилась к месту следующей съемки. Её переодели в короткую кожаную юбку. Ботинки остались теми же, поднимающимися выше лодыжек, и были плотно зашнурованы. Рубашка была расстегнута до пупка, а под ней был чёрный кожаный топ, который прикрывал только грудь. Её отвели к месту съемки, и она попыталась залезть на машину, но в этой юбке сделать это было крайне сложно, чтобы не засветить ничего лишнего. Чан мельком увидел эту картину и подошел сзади, пытаясь помочь ей. Он заставил её повернуться к нему, и она с испугом посмотрела ему в глаза. Юноша подхватил её подмышки и с легкостью приподнял, усаживая на капот машины. Она с благодарностью посмотрела на него и подвинулась глубже, усаживаясь прямо по центру лобового стекла и откидываясь на него. Одна её нога согнулась в коленях, и она посмотрела в сторону камеры, чтобы ей дали отмашку, что всё хорошо. Режиссер сказал своё слово, и она снова опустила ногу, ожидая, когда начнутся съемки. Все остальные ждали приготовлений, а она просто сложила руки на бедрах, пытаясь прикрыть всё лишнее.  Чан снял свою кофту, оставшись только в бинтах, которые перевязывали его тело. Он положил её на колени девушки и облокотился на капот, оставаясь спиной к ней. Даже в этом ракурсе он выглядел невероятно сексуально. Она поправила рубашку на своих ногах и начала рассматривать спину своего лидера. — Дыру прожжешь, — тут же отреагировал Чан и посмотрел на неё через плечо. — Прости, я сегодня был не сдержан. Я не должен был так реагировать, но незнание убивает меня. Со стороны кажется, что всё идёт кувырком. — Девушка тяжело вздохнула и откинулась назад, устремив взгляд в небо. Он повторил её жест и уставился в ту же точку, что и она. — Всё идёт по плану, Чан. Посмотри на небо. Оно такое прекрасное и бескрайнее. Разве этот мир ограничен нашими проблемами? — Она протянула руку в сторону его руки, которая опиралась на капот машины. — Нет. Но, к сожалению, наша жизнь ограничена несколькими десятками лет, которые я бы хотел провести без такого стресса. — Будто бы ощущая напряжение в том месте, где была её рука, он отодвинул свою чуть назад, касаясь её пальцев своими. Электрический разряд пробежал по всему телу девушки, и она снова уставилась в макушку своего лидера. — Скоро всё это закончится, — почти выдохнула свои слова девушка. — У вас всё будет хорошо. Честно говоря, я слишком сильно устала от этой войны. — Она хлюпнула носом и тут же осеклась. — Я слишком много плачу сегодня. Ты заставляешь меня испытывать так много эмоций. Раньше со мной такого почти никогда не случалось. — Даже в отношениях с Минхо? — Ц, — Она цокнула языком, заставляя парня немного улыбнуться. — Нет, с ним всё было совершенно иначе. Он заставлял меня чувствовать себя невероятно уверенной, как за каменной стеной. — А разве со мной нет? — Есть. Но... тебя я ещё и хочу защищать. — Она немного сильнее подвинула руку, кладя свою ладонь поверх его. — Взаимно, — прошептал парень, наблюдая, как все начинают суетиться вокруг. — Не говори, что это закончится, — сказал Чан, забирая свою рубашку с её ног. Он увидел, как режиссёр уже идёт в их сторону, чтобы объявить начало съёмок последнего на сегодня кадра. — Оставайся с нами на всё время, которое захочешь. А обо всём другом не беспокойся, я с этим разберусь. Мужчина — да, именно мужчина в её глазах — ушёл на задний план, вставая на позицию для начала съёмок. А к ней тут же подлетели гримерши, помогая поправить смазанный макияж и причёску. 

***

После этого дня на душе у девушки стало гораздо легче. Даже несмотря на то, что на следующий день предстояли трудные съемки, даже более сложные, чем первые, она чувствовала себя прощенной за все свои ошибки. Все участники были одеты в строгие и стильные наряды. Это выглядело несколько необычно, но девушка хорошо понимала, к чему стремится их руководитель. Все парни были в брюках, так как танец предполагал энергичные движения и приседания. Однако ей надели короткую кожаную юбку, в которой она снималась накануне на капоте машины. Белая рубашка была аккуратно заправлена внутрь и слегка выпущена, чтобы создать объем. Чёрная лента была пристегнута так же, как и у остальных. Все были несколько озадачены ее нарядом, понимая, что танцевать в нем будет практически невозможно. Хёнджин подошел к ней поближе, снял часть своего костюма в виде длинного платка и пристегнул его спереди. Он попросил ее станцевать небольшую часть с самыми откровенными движениями, которые можно было выполнить в таком наряде. Платок идеально лег спереди, прикрывая все необходимое, и идеально вписывался в общую концепцию. Она улыбнулась, чувствуя, что теперь все ее защищают, и она не останется одна. Это чувство согревало изнутри. Минхо подошел и обнял ее. Он понимал, о чем она думает, даже без слов. Съемки начались. Они продолжались очень долго. Затем последовали еще несколько съемок в таком же графике: Cheese, The View, Domino. Все эти съемки проходили одна за другой, но ребята были очень счастливы. Отношения между Чаном и Минхо постепенно улучшались. Девушка почти завершила все, что хотела, и воплощала последние свои мечты перед тем, как уйти. Наверное, в этом и заключался ее план. По крайней мере, она уже думала об этом, потому что устала. Однажды она подошла к Чану, когда он сидел за обеденным столом. В квартире никого не было, все разъехались по делам. Она принесла свой ноутбук и показала ему недавно завершенную песню, которую так хотела записать вместе с ним. Чан сразу загорелся идеей, впитывая слова, концепцию и все детали. Девушка понимала, что это, скорее всего, будет их последняя совместная работа, и она хотела выложиться по максимуму, воплощая все, что чувствует и видит. Музыка, концепция — все это стало для нее последней надеждой на что-то. Поэтому, когда начались съемки, все ее естество словно бы дрожало в ожидании результата, который получится.

***

— Перестань это читать! — воскликнул только что вошедший парень, вырывая телефон из рук девушки. — У нас уже начинаются съёмки, а ты всё ещё здесь. Давай, выходи. — Он приподнял её, покрутил перед собой и облегчённо вздохнул. — После этого в интернете будет много вопросов о нашем концепте. Она сладко улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась грусть, с которой она ходила уже более месяца. — Зато он точно шокирует мир. Чан кивнул, не в силах отрицать очевидное, и они вместе направились к выходу. Его сцену уже давно отсняли, и теперь он просто стоял за камерой и наблюдал за съёмками её роли. Её, одетую в белые ботинки и обмотанную металлическими цепями, положили на кровать. Довольно быстро отсняли сцену, в которой она, словно задыхаясь, лежит на кровати, хватается за горло и пытается сделать вдох. Агония, отразившаяся на её лице, не была наигранной. Кошмары, от которых она просыпалась последние несколько месяцев, позволяли ей изобразить предельно честную картинку. И сейчас всё выглядело настолько завораживающе натурально, что люди вокруг верили, что она вот-вот задохнётся. Песня прекрасно передавала её моральное состояние, поэтому отрывистые, чёткие движения, которые они повторяли в холле отеля за стенкой, отлично сочетались с общим настроением съёмок. Весь день они только и делали, что танцевали, изображая агонию и удушье, словно у человека, ушедшего на дно. В надежде на какие-то свои внутренние переживания и воспоминания, Су Джин даже попросила Чана сжать её горло и снять этот момент, чтобы показать всю свою беспомощность, как обычно это бывало в те разы, когда они делали клип вместе. Съёмки стали для неё настолько эмоциональными, что в процессе она несколько раз не смогла сдержаться. Плача навзрыд, она уходила в гримерную. Осознание того, что это последняя работа для неё в компании этих людей, в компании этого человека, становилось тяжким бременем и грузом. Съёмки в белом закончились, как они это называли, и наконец-то наступила череда тёмной стороны. Их переодели в полностью чёрные костюмы, чёрные джинсы и уже излюбленные берцы. Чану полупрозрачную шёлковую рубашку обрезали, надев на торс маленькую серебристую цепь. А у девушки рубашку заправили посильнее в брюки. Теперь под этой чёрной шёлковой тканью можно было разглядеть такой же тёмный и чёрный кружевной лифчик. Спереди на рубашке были небольшие полоски, крест-накрест перекинутые друг на друга, прикрывающие всё самое сокровенное. И они наконец-то приступили к танцам. То и дело касаясь друг друга, то и дело прижимаясь сильнее, сдерживая, обнимая. Всё внутри этого клипа было будто бы для того, чтобы осчастливить девушку в последний раз. Песня получилась невероятно сексуальной и полной всей той энергии, которая была внутри неё и не могла найти выхода наружу. А Чан поддерживал её. Он чувствовал то же самое. Агония внутри него была такой же яростной и сильной, что и у девушки.  Когда они закончили просмотр готового видео, оба признали, что работа была безупречной. Вся их злость, страсть и даже ненависть друг к другу нашли отражение в этом клипе. Девушка с легкой улыбкой взглянула на парня, который сидел рядом с ней, и в ее глазах отразилась та же грусть. — Скажи, почему ты тоже участвуешь в этой войне? Ты хочешь защитить их? — спросила она. — Я всегда знал, что ты неглупа, — ответил Чан, удобно устроившись на кресле. — Мои причины просты. Я знаю, как этот человек поступал раньше и как он будет действовать в будущем. Поэтому я не думаю, что мы сможем найти общий язык. Он много чего сделал неправильно для меня, моей семьи и для ребят, которые тоже стали мне близкими. Сейчас я даже не могу нормально увидеться с родителями, чтобы не причинить им боль. — Он горько улыбнулся. — Но осознание того, что у меня есть семья, меня успокаивает. Он с сожалением посмотрел на Су Джин. — Не смотри на меня так жалостливо, — усмехнулась она. — У меня есть Минхек. И это действительно так. Они часто общались после участия в шоу, болтали чуть ли не каждый день. Однако за последний месяц Минхек начал замечать, что состояние девушки изменилось, о чём он не раз говорил Чану. Су Джин встала с кресла и направилась к двери под пристальным взглядом своего старшего. Но в конце она все же обернулась, поправляя свою полупарадную одежду. — Чан, — произнесла она, глядя ему прямо в глаза. Этот взгляд заставил его похолодеть от ужаса внутри. Он видел его уже не раз, но не мог понять, о чём он говорит. Она улыбнулась, по-настоящему счастливо. — Чан, — повторила она, — ты заслуживаешь всего самого лучшего, что есть в этом мире. Ты прекрасный лидер, прекрасный друг. Возможно, ты будешь прекрасным парнем для кого-то. С этими словами девушка вышла за дверь, оставляя его в полном недоумении.