О любви и времени

      Пускай все говорят, что он всë вспомнил, но он чувствует: чего-то не хватает, не все воспоминания вернулись, не всех близких он вспомнил. В сердце пустота осталась та же, что и была. Не хватает кого-то чрезвычайно близкого.       Принцесса Зельда, оседлавшая коня, как-то непонятно трогает сердце, как-то знакомо, но не так. Кто-то другой.       Настолько непривычно, что жабу держат девичьи ладони. Настолько не так.       Настолько глубоко падает сердце в груди при виде глубоких янтарных глаз на совсем детском лице малыша-мальчишки. Насколько знакомы, настолько близки. Настолько больно.       — Линк? — обеспокоенно заглядывает в глаза принцесса, — Все хорошо? У тебя что-то болит?       И только сейчас получается заметить сжавшуюся руку на тунике, в районе сердца. Настолько пусто.       Настолько знакомым кажется один единственный клинок в Хайруле, что становится страшно. Каждый скол, каждая царапина на лезвии заставляют сердце замедлится. А остатки запекшейся крови на рукояти, наоборот, ускоряют ход настолько, что воздуха становится мало.       — Линк... — тихо говорит принцесса, — тебе нужно ещё что-то вспомнить, да? И улыбается так вымученно, что стыдно за свое состояние.       — Кажется, да, принцесса.       С победы над бедствием Ганон прошло уже два года. Полтора года Линк не может вспомнить. В груди всё также глухо и тяжело от пустоты.       В холоде необычайно спокойно. В жаре хочется кого-то взять за руку и отвести в тень. В солнце хочется сжать руку и гладить костяшки, в луне хочется прижаться, уткнуться в мягкие пряди.       — В тех полях много кузнечиков... — бормочет герой.       — Да, я знаю, — непонимающе проговаривает принцесса. И встречается с такими же непонимающими глазами.       — Кто боялся кузнечиков? — задаёт герой сам себе вопрос и продолжает идти в то самое поле с кузнечиками.       Запечëнные грибы вкусные. Но ведь вся еда вкусная.       Кислые яблоки оставить для неё.       Чуть недоспевшие фрукты для неё.       Для кого? Кто она? Где она?       Повязанная на тонком запястье красная нить. Во многих из своих снов он видел такую на собственном запястье.       — Принцесса?       — Что такое, Линк? — отрывается от завтрака Зельда.       — У меня была повязана красная нить на левом запястье? — Спрашивает, не отводя взгляда от еды.       — Кажется, была. Я как-то спрашивала, ты тогда ответил, что её тебе повязала твоя подруга. Кажется, ее звали... Акера?       — Акера...       Сердце пропускает удар от произнесëнного имени. Тонкие девичьи пальцы старательно вязали пять узлов.       — Первый для защиты... Второй для здоровья.... Третий для удачи... Четвертый для силы... Пятый для любви...       — Что?... Ты что-то вспомнил?       В тот же день он повязал себе красную нить, проговаривая те слова. Одной правой рукой было невыносимо сложно. Но от ощущения нити на руке стало спокойнее. Не так тяжело.       — Девушка по имени Акера? — переспрашивает Импа, - Прости, принцесса, ничего не знаю.       — Акера? Не слышала. — Пура.       — Акера? Я её знаю, — удивлëнно отвечает Сидон.       — Где она?! — неожиданно для себя вскрикивает Линк.       — Кажется, она говорила, ей нужно в деревню Рито, там она с кем-то должна встретиться.       Голова стала кружиться.

Грустные янтарные глаза. Натянутая улыбка.

— Тогда, давай встретимся в деревне Рито, когда вы победите Ганона?

      Линк срывается с места в направлении деревни.       — Линк! Возьми камень Шиика, на мотофорсаже быстрее будет.       Герой резко разворачивается на месте и забирает камень шиика.       Сердце начинает бешенно колотится в грудной клетке, стоит только завидеть деревню Рито.

— Меня выбрали в личные рыцари принцессы.

—О, поздравляю с повышением, Линк! — лучезарно улыбается девушка.

— Мы будем видиться ещё реже...

— Да, я знаю... Вам, героям Хайрула, предстоит одолеть бедствие. Ну, а я пока займусь тем зельем молодости и провожу потом тебя в старость.

Она звонко рассмеялась.

      Как она сейчас выглядит? Её волосы такие же гладкие и мягкие? Взгляд такой же глубокий? Её руки такие же нежные? Она боялась старости... боится ли до сих пор?       — Каас! — закричал Линк, увидев знакомого.       — О это ты, не ожидал тебя здесь увидеть. Пришёл ко мне, чтобы послушать мои песни? Я написал новую. О безграничной любви одной хайлийки. Тебе интересно послушать?       — Прости, сначала я бы хотел узнать: встречал ли ты здесь девушку с именем Акера?       — Конечно. Если бы я её не встретил неподалёку от деревни Горо, то не смог бы написать ту чудесную песню, которую я хочу спеть тебе.       — Хорошо, — вздохнул Линк, — если эта песня о ней, я с радостью послушаю.       — Отлично. Итак, песнь о любви и времени.       "Внемли историю о Хайлийке любящей,       Встретила она героя,       Что освободил её от тьмы.       Герой ушёл долг предначертанный исполнить,       Сотню лет ждала его во сне,       И ждет теперь его прихода в укромном месте."

— Как тут красиво, Линк. Хотела бы я летать, как представители народа Рито.

      Поднявшись наверх, Линк нашёл ту, что искал. Волосы заплетены в косу, что доставала теперь до щиколотки. В теплой одежде народа Рито. И с зимним талисманом, что она хотела купить ещё в прошлый раз, когда они вместе посещали эту деревню.       — Акера? — негромко зовет её Линк, надеется, что это она, что он не спутал её ни с кем другим. Нет, он не мог, это она, сомнений нет.       Девушка медленно оборачивается, удивлённо смотря на героя и улыбается, щурит глаза и облегченно смется.       — Линк... С возвра...— Герой не даёт ей договорить, прерывает её порывистыми объятиями и прижимает еë к себе настолько крепко, как только может. Она смеётся, и этот смех отдается в нём, в каждой мышце, в каждой клетке тела. — Задушишь, глупый.       Остраниться она ему не даёт, обнимает в ответ. Получается слабо, но этого хватает, чтобы насладиться, успокоится. Линк держится, не даёт слезам свободу, когда прижимает к себе, на этот раз нежнее, плачущую девушку.       — Кажется, раньше ты была сильнее. И я всегда просил не ломать мне рёбра, — они смеются вместе, он: с облегчением в душе и сердце, она: сквозь слëзы и редкие всхлипывания.       Они стояли так долго, между скал, в укромном месте. Стояли молча, вспоминая каждый о своём. Линк при одном взгляде на неё всё вспомнил: её нежная кожа, её смех, её визги от вида кузнечиков и жаб, её тонкие запястья, шрамы от тренировок, тот самый нелепый шрам от собственного клинка на щеке, когда она показывала свой "невероятный приём", её краснеющие уши, её слова о них и будущем, как она звала его "своим героем времени".       Его ладони на её щеках, их первый неловкий поцелуй. Их забавные тренировочные бои, где она в конце просто пыталась вырваться, чтобы спастись от щикотки на рёбрах.       — Пойдёшь со мной к народу Зоро? Принц Сидон мне сказал, что ты была там, а затем направилась сюда, и я побежал к тебе. Принцесса отдала мне камень шиика, чтобы я быстрее тебя нашёл, и осталась там. Ещё столько дел, пожалуйста, будь со мной рядом.       — Конечно, подтянешь меня во владении мечом, может я ещё что-то вспомню. Знаешь, когда я узнала, что вы проиграли, и что четыре воина погибли, я знала, что ты выживешь и вернёшься. Знала, что ты вернёшься не скоро и поэтому скорее искала травы для того "зелья молодости", забавно оказалось, там такие травы, которые погружают в глубокий сон, и пока ты спишь: ты не стареешь, ха-ха, придётся нам стареть вместе, не хочу тебя оставлять одного.       — Я обещал, — он остранился, взял её лицо в свои ладони, — обещал, что умру следом за тобой. Я ни за что тебя больше не оставлю.       Он оставляет невесомый поцелуй на внешнем уголке глаза и прижимает к себе вновь, ненадолго. Им пора в путь. Теперь время есть.