Старая дружба - новая любовь

      После ужина, что состоялся из жаренного лосося и овощного салата, рейнджер пошла принят ванную. Погрузившись под горящую воду, девушка задумалась о ночлеге в спальне Кольта. Её больше волновало то, что им придётся спать в одной кровати. И зачем она на такое согласилась? Шелли любила шерифа, но она попросту не могла повторить ту же страсть, как на работе. Ещё и Кольт, как на зло, посплетничал со сотрудниками в участке.       Во время обеденного перерыва все, кто пришёл на постоянное место обеда — беседка напротив здания, — все рабочие (кроме комиссара Найджела, который предпочитает поесть в тишине) рассказывали друг другу о то, когда они впервые испытали чувства и как давно встречаются или встречались с кавалером. У Роджера была сама необычная история; он начинал рассказ с того, что три года назад он переспал с незнакомкой, именно тогда он испытывал такие чувства. И, за традицией, у Кольта язык оставался без костей. Точнее, частично без костей. Шериф рассказывал, что в 17 лет он встречался с Элизией Хантер, или же просто Лизи. Она нравилась парню ещё с первого дня в новой школе. Лизи казалась очень милой и доброй, справедливой и верной — всё, что нравилось Кольту в девушках. На зимнем балу перед Рождеством Лизи первой осмелилась поцеловать парня при всех на виду, и они стали встречаться. Правда ненадолго, потому что Лизи оказалась очень хитрой и эгоистичной манипуляторкой. Она использовала Кольта, чтобы покорить сердце другого парня.       Шелли прекрасно помнит это, ведь сам Кольт ей рассказывал после её первого рабочего дня в парке. Вот только то, что он сказал всем, сильно поразило рейнджера, от чего та чуть не подавилась своим бурито. Шериф сказал, что хоть они и месяц встречались, но успели заняться любовью, и это как раз под Рождеством. Сначала Шелли думала, что он просто пошутил, но надежды оказались ненужными. Когда Кольт сказал, что сегодня он попытается повторить ту же романтику с другой, девушка сразу поняла, что он перекручивал и перемешивал истории. У него первый раз был не в 17 лет, а совсем недавно! А с Лизи они лишь целовались — ничего такого не было у них.       После обеденного перерыва в кабинете Шелли открыто отчитывала своего возлюбленного, поскольку тот проболтал много лишнего. И предположила, что уже знает причину, почему Кольт захотел поспать вместе с возлюбленной. А также прямым текстом намекнула на то, что кастрирует его, если тот посмеет хотя бы пощекотать девушку.       Уже возле двери рейнджер успокоилась. Ну ничего, это всего на одну ночь. Что может случиться за этот короткий промежуток времени? Она постучала, но этого было не обязательно — двери в спальню Кольта всегда были открыты. Как девушка и предполагала, шериф просто сидел на кровати и читал книжку при малом свете свечки. На нём была бледно-голубая клетчатая пижама с воротником.       Увидев Шелли, Кольт убрал книжку на полку, где стояла деревянная статуэтка его дяди Хулио — работа рейнджера, которую сделала несколько лет назад.       — И кто где спит? — спросил парень, обращаясь к Шелли.       — А не видно? — Она показала на его кровать.       — Да нет, я имею ввиду, ты на левой части будешь спать, или на право.       — А какая разница?       — Просто если тебе что-то надо ночью, ты можешь спать на краю, — стал объяснять Кольт. — А если ты спишь, как младенец — у стены.       — А тебе самому ничего не надо? — упёрла рейнджер руки в боки.       — Мне бывает жарко в пижаме, и иногда приходится снимать рубашку. Но если ты хочешь, то можешь на правую часть лечь.       — Нет, я лучше к стене лягу. — Прежде, чем лечь, девушка спросила у возлюбленного: — Ты помнишь, что нельзя делать, когда мы с тобой в одной постели?       Шериф нахмурился.       — Не целовать, не лизать, не раздевать.       — Вот и славно!       Шелли полезла в кровать первой, так как левая часть была прижата к стене, а затем лёг и Кольт. Почти сразу пара уснула под сопровождением тишины в комнате. (POV Кольт)       Посреди ночи шериф проснулся от душноты. Он прям чувствовал, как его тело постепенно покрывалось неприятным и липким потом, особенно это чувствовалось на спине. Кольт медленно встал, чтобы не будить любимую, и начал отстёгивать каждую пуговицу на своей рубашке. Он так делал, чтобы прохлада постепенно проникала в его кожу, но и в тоже время чтобы не замёрзнуть полностью. Парень слегка задрожал; холод пробежался по всему его телу, особенно в районах шрамов по всему телу. Но всё же шериф снял с себя рубашку и сложил его в шкаф, который, как на зло, ужасно и громко скрипел. Прежде, чем вновь уснуть, Кольт посмотрел на время в телефоне: уже полночь. Парень укутался одеялом.       Он повернулся к Шелли — та мирно спала, переворачивая из стороны в сторону. Как же давно Кольт не видел свою возлюбленную спящей. «Какая же она милая, — подумалось шерифу. — И почему она ревнует меня к Пайпер. Конечно, Пайпер красавица, но никто не сравнится с моей любимой Шелли».       Парень аккуратно заправил прядь волос рейнджеру за ухо, чтоб хорошенько посмотреть на её лицо. Без того пластыря, который она клеила себе щёку, девушка выглядела намного прекраснее, чем всегда. Этот прямой заостренный нос, эти тонкие губы, эти широкие брови, эти длинные ресницы — всё на лице Шелли прекрасное. А её грудь…       Стоп, куда он смотрит?! Кольт быстро перевернулся на другую сторону, полностью становясь красным от стыда. Даже на пальцах почувствовал сильный жар. И как же теперь ей в глаза смотреть? Может, шериф и не ребёнок вовсе, но чтоб смотреть на женскую грудь — для него это признак извращенца!       Хотя, если хорошо подумать, то её фигура тоже была прекрасной: узкая талия, маленькие ступни, тонкие пальцы на руках со стриженными ногтями. Глядя на Шелли, Кольт чувствует себя самым счастливым и везучим человеком. Повезло ему встретиться с такой милой, хоть и грубой девушкой.       Задумавшись, он не заметил, как рейнджер открыла глаза. (OVER POV Кольт)       Шелли почувствовала, что на неё кто-то смотрит. Она открыла глаза, и увидела смотрящего на неё Кольта. Парень не ожидал, что девушка проснётся, и сразу же перевернулся на другую сторону. Наверное, он сейчас лежит весь красный, как буряк.       — Amor? Что случ…       — Всё в порядке, — перебил её Кольт.       — Обычно, когда всё в порядке, в глаза смотрят, — сделала замечание Шелли. — Потому повторю свой вопрос: что случилось?       — Просто не могу уснуть. И всё.       — Может, тебе снотворное дать? Или это я — причина твоей бессонницы? — нахмурилась рейнджер.       — Не надо мне снотворное — не поможет, — молвил Кольт. — И ты не виновата в этом. Почти, — добавил он шёпотом, но рейнджер услышала.       — Что значит почти?       — Забудь, — отмахнулся парень рукой. — Давай лучше спать, — и парень чуть не с головой укрылся одеялом.       «Что это с ним?» — подумалось Шелли. Насколько она хорошо помнит, Кольт никогда не был раздражительным, даже если кто-то доставал его. Что же составило парня быть таким? Вряд-ли это связано с его самооценкой, поскольку в последнее время Кольт намного меньше хвастался своей внешностью.       Внешностью…       Когда Шелли проснулась, то, хоть и в темноте, но успела заметить, что её возлюбленный смотрел на неё влюблённо-вдохновляющимся взглядом. Он просто любовался девушкой, и, возможно, хотел поцеловать. Вот только…       — Ты боишься нарушить мои условия, не так ли?       Кольт удивлённо глянул на неё: то ли претворяется, что не понимает, то ли по-настоящему удивлён.       — Ты ведь не просто на меня смотрел, верно? — поинтересовалась девушка. — Ты, наверное, хотел чего-то большего. Прикоснутся ко мне, обнять, поцеловать. Но как ты это сделаешь, если обещал, что не тронешь меня, находящую в твоей постели? Я действительно повела с тобой как эгоистка, — призналась Шелли, усевшись на кровати. — Когда ты рассказывал всем сотрудникам, что у тебя был первый раз в 17 лет, и сказал, что сегодня тебе повезёт во второй раз, я будто почувствовала себя пленницей, которая жаждала лишь свободы из тёмной и мрачной темницы. Нет, я не имею ввиду, что я тебя возненавидела, — сразу стала объяснять она, заметив удивлённое лицо Кольта. — Просто ты сам прекрасно знаешь, mi amor: мы хоть с тобой ещё молоды, но я пока не готова к повтору того самого. Тем более, Спайк может услышать и прибежать на помощь, подумав, что на на нас напали. Прости.       — Тогда зачем ты согласилась заночевать у меня, раз не готова к нему? — недоверчиво спросил шериф, тоже усевшись на кровать.       — На это были веские причины, Кольт, — и девушка по очереди стала выгибать пальцы на руке: — Primero: захотела вспомнить тот день, когда мы с тобой впервые легли спать в одной кровати.       — Да, я это прекрасно помню, дорогая, — легонько кивнул её возлюбленный, улыбаясь кончиком губ. — Особенно то, как ты кричала при просмотре «Чужой».       — Segundo: у тебя ж скоро именины. Я не имею права отказывать имениннику, пусть и уже взрослому.       — И это всё?       — Последняя причина — это… — Шелли положила голову на плечо возлюбленного, глядя в одну точку. — Yo te amo, cariño.       Она не видела лица парня, но почувствовала, как его сердце забилось сильнее. Так приятно чувствовать его сердцебиение, словно просматриваешь старые видео с родными и близкими.       — И я тебя, — сказал Кольт, приобняв возлюбленную. Казалось, он сказал это с легкой обидой, что не может поцеловать девушку. Именно так подумала Шелли.       — Ладно, amor, я разрешаю, — сказала рейнджер.       — Что именно?       Девушка не успела ответить. Их взгляды пересеклись, что составило её забыть все слова мира, даже на испанском не могла сказать. Но шериф и без слов понял, хоть и не сразу. Их уста слились в приятный и нежный поцелую, за которым последовал более страстным. Таким страстным, что Шелли прям чувствовала, как между их губами проявлялась тонкая нить.       Постепенно они лишались одежды, почти полностью прятались под одеялам и тихо стонали. По всему их телу пробегал жаркий пот, а страсти продолжались долгое время, пока, наконец-таки, пара не уснула…