Старая дружба - новая любовь

      На утро после завтрака — яичница с петрушкой и ароматное кофе, — парочка направилась по достопримечательностям Парижа, находящихся совсем рядом. Доставая телефон из кармана штанов, Кольт просит девушку попозировать (в смысле, стать так, чтобы фото казалось красочным и радостным) для фотографии, и Шелли делает различные спокойные или немного забавные позы. Тоже самое наоборот, вот только у шерифа, став в позу «статуи», сапог соскользнул с неких перил и упал в воду. К счастью, мимо проплывал катер, и люди на нём помогли потерпевшему выбраться из реки. Вид у него был, мягко говоря, не очень: волосы стали свисать с головы, сапоги наполнились до краю воды, а одежда — в основном, рубашка — приляпались к мокрому телу. Хорошо, что эта была обычная пресная вода, а иначе бы джинсы скукожились.       Но не смотря на «мокрые приключения», ребята пошли на Эйфелеву башню и посетить кафе. С высоты великой архитектуры был красивый вид — даже уезжать не хочется. Так красиво. А вечером, как говорили прохожие, ещё красивее, словно только что отправились в космос и столкнулись с невероятной галактикой.       — Ваши пирожные, месье и мадмуазель. — К их столику подошёл официант средних лет и положил на столик те самые пирожные с тремя начинками, и каждому по два. — Приятного вам отдыха! — и он ушёл обслуживать других клиентов.       Шелли и Кольт разделили эти пирожные: по одному — с банановой начинкой, а два остальных — с клубничной и шоколадное. Рейнджер не сильная фанатка шоколада, потому забрала с клубничной начинкой пирожное.       После небольшого свидания на башне, пара направилась к парку и стали рассматривать красивые зелёные деревья. На скамейках сидели и другие люди: то друзья, то мать с ребёнком, то такая же влюблённая пара, которая не стыдилась при всех целоваться — один мальчик даже скривился, высунув язык от «противного» зрелища, а женщина лишь засмеялась с реакции сына.       Шелли сильно засмотрелась на пар, и не сразу заметила, что её рука была накрыта тёплой ладонью Кольта. Тот лукаво ей улыбнулся, и получил ответную улыбку. Да, это не Бравлтаун, где нужно прятать от всех свои настоящие отношения. Нет. Это Париж — город Любви! Один из самых прекрасных и романтичных мест во всём мире! Такой красивый, такой романтичный, такой…       Ребята сели на ближайшую свободную скамью, глядя вокруг, и обсуждали об одном, чего Шелли, само собой, была против.       — Может, пора рассказать другим о нас? — спросил Кольт. — Ато как мы тогда будем иметь семью, если мы скрываем наши отношения?       — Всё равно: меньше знаешь — крепче спишь, Кольт. Я не хочу, чтобы об этом узнали. Знаешь, сколько шума может подняться, как только узнают, что мы — пара?       — Но мы не можем так долго прятать это, — не сдавался парень. — Рано или поздно про наши отношения всё равно узнают.       — А потом добавили, что мы с тобой ещё и жениться собирались или ещё что-нибудь.       — Но Шелли, — шериф взял возлюбленную за руку, — ты понимаешь, что даже молчать об этом — это не всегда хорошо. Люди, не знав об этом, попытаются нас соблазнить, и тогда…       — Я сказала, нет! — рейнджер вырвала свою руку с-под его. — Если бы всё было так просто, мы бы не стали обманывать всех о том, что мы — просто друзья! Тем более, с этим, — она подняла свою левую руку, на котором был браслет дружбы. — И пока эти браслеты у нас, никто и не догадается об этом.       Кольт отвёл взгляд.       — И всё равно, это неправильно, — еле слышно проговорил он, однако Шелли слышала, но промолчала. — Ладно, пойдём лучше назад? — предложил шериф, вставая.       — Так ведь ещё много времени до заката.       — Всё равно пойдём.       Ребята вернулись в отель с плохим настроением — м-да, хотели просто пойти на свидание, а в итоге поссорились. Даже сотрудники и другие гости заметили их хмурыми, но не печальными. В номере они тоже не особо-то разговаривали: Шелли взяла первую попавшую ей на глазах книжку и сделала вид, что читает (хотя, это у неё не получилось бы, раз она не понимает французский), а Кольт просто включил телевизор и стал смотреть то ли телепередачу, то ли кино — без понятия, но тоже на французском.       И так до самого вечера. Каждый думал о своём. Рейнджер задумалась, что, может быть, Кольт прав. Молчать — не вариант. Она понимала такое понятие как «Молчание убивает», и понимала смысл сказанного. Но вот на счёт того, что сказал парень — пришлось задуматься. С одной стороны, можно и дальше молчать, хотя какая после этого гарантия, что никто не попытается их рассорить навсегда? А с другой, можно рассказать об этом, но какие тогда будут последствия? Вдруг кто-то давно положил глаз на одного и пары, и, узнав об их отношениях, захочет убить одного? «Diablo, легче говорить, чем делать!» — карталась Шелли. А ведь она только совсем недавно поняла, как это — полюбить кого-то, и до конца ещё не понимала, зачем люди показывают свои чувства. Даже некоторые звёзды признают, что женатые или в отношениях. А она, Шелли, уже пять недель боится даже намекнуть на серьёзные отношения с Кольтом, в то время как он признает, хоть и не называя имени возлюбленной. Возможно, стоит признаться в этом.       — Кольт, послушай, я… — начала девушка, но замолчала; пока она размышляла его слова, шериф уснул, а из телевизора продолжал показывать передачу. Рейнджер выключила его, аккуратно уложила возлюбленного в постель, сняв с него всю одежду, кроме трусов, и укрыла его одеялом. Она сложила его одежду в шкаф и ушла на балкон, подышать свежим воздухом и дальше размышлять над его словами.