Стажер
4 июня 2024 г., 09:01
— Ну, он был уж слишком серьезный, — без колебаний ответил Ворон. — Остальные пассажиры вовсю предвкушали, как будут отдыхать и развлекаться на Кассандре, а он становился все мрачнее. Я подумал — вдруг это террорист-киберофоб, который хочет сорвать гонки?! — Он поймал тебя на выходе из своей каюты или в процессе обыска? — Οлег тоже хорошо знал Ворона. — На входе, — удрученңо признался тот. — Сунул мне в нос полицейский жетон и сразу принялся командовать, как киборгом, хотя никто на борту этого не знал — так гораздо интереснее, можно разведать, кто что о нас думает и говорит! Пришлось честно все ему рассказать и показать удостоверение курсанта. Тогда он наконец смягчился и сообщил, что летит на Кассандру по делу. По какому — догадаться несложно, я же с нашими постоянно на связи! — А потом он совсем расчувствовался и позвал тебя в напарники? — скептически уточнил Роджер. — Почти, — оптимистично подтвердил Ворон. — Пообещал за мной присматривать, и я собираюсь максимально облегчить ему задачу! Вообще-то я думал напроситься к вам на «Сигурэ», а то стандартная практика в отделе архивных дел — тоска смертная, но так даже лучше получилось!
«Киберканикулы»
Ворон считал себя почти профессионалом, а сейчас запоздало сообразил, что в экстренной ситуации не додумался даже замедлить сердцебиение. Кровь стучала в висках, а поле зрение сузилось до одной маленькой точки, замершей в паре дюймов от лица. По-па-дос! С одной стороны, все оказалось не так плохо, как он предполагал, в противном случае ему в лицо упиралась бы пушка террориста, а не полицейский жетон. С другой — позорище, прокололся как малолетка! Лучше бы пушка… — Модель, статус, имя, — бледное лицо мужчины ничего не выражало, пальцы держали жетон расслабленно, будто ничего внештатного не происходило. — DEX 6. Разумный. Ворон, — киборг вытянулся по струнке, отнюдь не повинуясь программе подчинения полиции. Просто лучше уж сделать вид, что для него ситуация тоже вовсе не пугающая. И, поразмыслив буквально пару секунд, добавил. — Курсант полицейской академии, первый курс. Этого полицейский не спрашивал, но следующим формальным вопросом была фамилия опекуна, если такой имеется. И, хоть технически Ворон давно покинул Сигурэ, по документам Роджер Сакаи все еще числился его опекуном, вплоть до совершеннолетия. Да, можно было, напротив, назвать фамилию Сакаи и соврать, что он тут по его приказу. Более того, Роджер, несомненно, поддержал бы его легенду и вытащил из передряги. В благих намерениях офицера Сакаи никто бы не усомнился, а возможность проводить тайные операции подтверждалась загадочным прошлым Роджера и не менее бурным настоящим. Вот только потом это стало бы поводом для подколок от команды на всю оставшуюся жизнь. В академию так и так сообщат, так зачем еще и перед Роджером позориться? Ободренный собственной решимостью принять последствия и не уронить себя хотя бы в глазах капитана Сакаи, Ворон вздернул подбородок. И тут же смутился, представив, как это выглядит со стороны. Полицейский, впрочем, смены настроения не заметил. Или заметил, но не счел нужным отреагировать. — И что же вы, курсант, забыли в моей каюте? Вопрос был… сложным. Врать бессмысленно, да и программа подчинения не позволит, значит нужно говорить правду. Но как ее сказать так, чтобы не вылететь из академии? — Я… осуществлял патрулирование территории и вел слежку за потенциально враждебным объектом, — прикидываться туповатым исполнительным кибером было уже поздно, так что Ворон даже не попытался придать своему голосу машинность. — Мне показалось, что вы что-то замышляете. — Вот как, — на лице полицейского не дрогнул ни один мускул. — Почему? — Ну… Ваше поведение отличалось от поведения среднего туриста, вы были мрачным и молчаливым, да и летели один. Я заподозрил, что вы террорист или вроде того. — И что курсант обязан был сделать в такой ситуации? — полицейский спрашивал спокойно, почти мягко, но глаза его оставались холодными и цепкими. — Сообщить уполномоченным лицам? — ответ прозвучал не очень уверенно и больше напоминал вопрос. — Верно, — подтвердил полицейский. — И почему вы этого не сделали? Ворон упер взгляд в стену над головой собеседника и промолчал, совершенно не зная, что сказать. К счастью, мужчина не стал настаивать и убрал жетон. Это, впрочем, ничего не меняло, «поводок» оставался в его руках до момента, как он сам откажется от перехваченного управления. На минуту киборгу показалось, что разговор окончен, его сейчас прогонят и забудут, однако судьба не была столь милостива. Полицейский обошел незваного гостя, пискнула кнопка и зашелестела запираемая дверь. Ворону стало не по себе. А вдруг он и правда маньяк, укравший жетон у полицейского? — Будь вы просто любопытным туристом, я бы передал вас корабельной охране и забыл. Но вы — будущий страж порядка, если, конечно, не вылетите раньше за такие фокусы. Так что придется, видимо, кое-что объяснить. Наиболее доступным методом, — мужчина выдвинул на середину комнаты табуретку. — Импланты отключить. Штаны и белье снять. Ладонями упереться в сиденье. С места не сходить, рук от стула не отрывать. Свербящее ощущение чужого присутствия в мозгу сменилось еще более неприятным чувством, когда тело перестает подчиняться разуму и механически выполняет приказ. Признаться, Ворон уже успел подотвыкнуть от наличия рядом человека, способного вот так им управлять. Однако размышления о преимуществах отсутствия хозяина быстро отошли на второй план, когда Ворон узнал предмет в руках полицейского. Раньше электроплеть киборг видел лишь пару раз со стороны и не то чтобы мечтал свести с ней более тесное знакомство. Но выбора ему, кажется, не оставляли. Времени смириться с грозящим тоже не было — тянуть полицейский не стал. Дождавшись пока курсант займет нужную позу, он тут же нанес первый удар. Ворон пообещал себе, что перенесет наказание с истино самурайским достоинством, но чуть не вскрикнул. И тут же прикусил язык, устыдившись собственного испуга. Он ожидал сильной глубокой боли и страшных ран, на деле плеть, включенная, видимо, на минимальный режим, оставила лишь жжение. Неприятно и ужасно хочется потереть, но совершенно не похоже на выстрел или удар виброножом. — Итак. Во-первых. Пока ты не закончишь обучение и тебя не примут на службу, ты не имеешь права влезать в дела, тебя не касающиеся, — говорил полицейский медленно, будто лекцию в аудитории читал, но плеть методично поднималась и опускалась, оставляя на ягодицах жгучие следы. — Во-вторых, даже имея жетон и полномочия, не следует соваться без прикрытия и плана туда, где от тебя противник может мокрого места не оставить. Если бы я был террористом, ты бы уже лежал с плазменной дырой вместо процессора. То, что ты киборг, не делает тебя неуязвимым. Ну и в третьих. Прежде чем записывать всех подряд в террористы, следует трижды подумать. Подозрительность и наблюдательность — полезные качества, курсант. Но одно дело — заподозрить, другое — ломануться подтверждать свои обвинения, не задумываясь, что можешь, скажем, случайно разоблачить агента под прикрытием. — А вы под прикрытием? — даже горящая огнем задница не могла заставить Ворона унять любопытство. Хотя, не будь приказа, он бы уже давно позабыл о достоинстве и попытался уклониться от безжалостной плети. Кожа не успевала остывать после каждого удара, жжение накапливалось и вскоре стало казаться, что плеть раскалена, хотя процессор продолжал идентифицировать повреждения как поверхностные и незначительные. Значит, кожа не рассечена и ожогов нет. Но как же больно! И, тем не менее, мысль о тайном агенте, выполняющем важную правительственную операцию, взбудоражила и немного отвлекла от порки. — Нет, — разочаровал его полицейский. — Но меня вызвали для важного дела на Кассандру и я бы предпочел добраться туда без происшествий. Дальше он порол молча, видимо сказав все, что хотел. Ворон слегка вилял наказываемой частью после каждого удара, шипел сквозь зубы и неслышно ругался. Если бы не приказ, насмерть приклеивший руки и ноги к месту, он бы давно сделал все, чтобы спрятаться от жгучей плети. Теперь он уже жалел, что мужчина не включил орудие наказания на более серьезный уровень и не ограничился несколькими сильными ударами. Это и то было бы легче, чем медленно неумолимо нарастающая боль. — Ай! — в конце-концов не выдержал он. — Хватит, я все понял! Правда понял, прекратите! Полицейский не отреагировал и Ворон подумал, что вот-вот позорно разревется. Одна мысль о такой вероятности, впрочем, мигом заставила взять себя в руки. Он уже не ребенок, не хватало нюни распустить! Порка прекратилась так же резко, как и началась. — Можешь подняться и одеться, — мужчина отключил плеть и убрал ее в дорожную сумку. Интересно, на кой черт он ее таскает с собой?! — Надеюсь, ты действительно меня услышал и понял. Парень ты неглупый, наблюдательный. Далеко пойдешь, если раньше не доиграешься. — Да все я понял, — обиженно буркнул Ворон. Он только сейчас заметил, что полицейский перешел на «ты», да и лед в глазах вроде как подрастаял. — А вы зачем на Кассандру? Полицейский впервые выказал удивление — к расспросам он явно готов не был, подозревая, что киборга в такой момент должны волновать несколько другие вещи. — Я детектив, меня вызвали по важному делу, — он поколебался долю секунды, после чего протянул руку. — Ирэл Аш-Сэй. Старший инспектор полиции Шебы. — Здорово! — искренне восхитился Ворон. Больше всего хотелось потереть не перестающую гореть задницу, но он старательно делал вид, что вообще ничего не произошло и они с инспектором только что увидели друг друга. — А что вы собираетесь расследовать? — Это секретная информация, — Аш-Сэй не рассердился, скорее удивился вопросу. — Ты и сам знаешь, что я не могу о ней распространяться. — Понимаю, — серьезно кивнул Ворон. И, ошалев от собственной наглости, выпалил. — А помощник вам не нужен? Я должен проходить летнюю практику, но не обязательно в конторе. Вы не пожалеете, я много чего умею. Полицейский смерил его долгим взглядом. И внезапно тонкие губы тронула едва заметная усмешка. — Помощник — это хорошо. Тем более, что за тобой, судя по всему, придется приглядывать. Разом позабыв о всех неприятностях, Ворон просиял и вытянулся по струнке. Все было не зря!
