He won't leave anymore.

На улице стояла глубокая ночь. Тилл всматривался в окно, сидя на своей кровати. Сзади него мирно сопел его сосед. Стоило говорить, кто это был? Парень прикрыл глаза и опустил голову. Даже через закрытые глаза он мог увидеть лунный свет, что проникал в их комнату. Юноша сжал подоконник с такой силой, что его пальцы побелели. Он долго думал, что предпринять, но в итоге все-таки развернулся и посмотрел на кровать, что стояла поодаль него. На ней лежал черноволосый парень. Они много раз сталкивались на съемках, множество раз контактировали и очень часто заглядывали друг на друга. Хотя Тилл часто отводил взгляд, пока Иван не видит, он мог за ним наблюдать. Что тот делает, чем занимается, как разговаривает с другими… Тиллу казалось, что Иван мог подстроиться под любую ситуацию, под любого человека. Но в последнее время Иван стал очень странным. Возможно, тому способствовала последняя сцена, где ему пришлось поцеловать Тилла. И хотя никаких избеганий, неловкости или каких-либо проблем не было, Тилл явно чувствовал, что что-то изменилось. И это его тревожило. Тилл осторожно подошел к кровати соседа и всмотрелся в лицо Ивана. Тогда, когда он не ощущал пристального взгляда на себе, он мог спокойно взглянуть в лицо этого человека. Он несомненно был красив, острые и даже слегка грубые черты лица выделялись на общем фоне. Многие фанаты сильно желают сфоткаться с этой звездой. Иван очень вежлив со своими фанатами, как, в прочем, и все остальные актеры. Может быть Тилл тоже хотел бы сфоткаться с Иваном, но не как актер и его партнер, а как… друзья? Когда последняя мысль вспыхнула в голове Тилла, он нахмурился. И всё-таки им никогда не стать друзьями. Возможно никогда такого не произойдет. Тилл вообще не может предположить, что чувствует Иван. Иван довольно закрытый человек, хоть и выглядит дружелюбным. Весь состав его любит, и он, кажется, тоже. Но тогда почему именно с Тиллом он так обходится? Тилл нахмурился и присел на край кровати. Он долго думал, что он хочет от Ивана. И долго думал, что он хочет от себя. В конце концов… это могло стать ошибкой, если они сблизятся. Тилл наклонился, облокотившись рукой о кровать. Он пригнулся к лицу Ивана, рассматривая его вблизи. Иван не подавал признаки того, что проснулся, поэтому Тилл мог облегченно выдохнуть. Все то, что происходило сейчас, было похоже на какую-то смешную драму, но Тилл подходил к этому со всей серьезностью. Он хотел разобраться в боли своего сердца, от чего оно так сжималось? Хотя на сцене все проходило волшебно, даже слишком хорошо… Когда наступала ночь, его сердце начинало сильно биться, а Тилл ощущал себя так тревожно, словно когда ночью он боялся спать без света. — Просто не просыпайся… — шептал Тилл. Когда между ними осталось пару сантиметров, Тилл остановился. Что именно он хотел сделать? Поцеловать его в губы? В щеку? Для чего именно он это делал? Слишком много вопросов появилось в голове Тилла, и в какой-то момент он уже хотел отстраниться, однако холодная рука коснулась его щеки. Тилл вздрогнул и широко расскрыл глаза. Оказывается, это Иван проснулся. Его сердце бешено стучало, и Тиллу отчаянно хотелось отвести взгляд. Иван молчал, да и что можно было тут сказать? Из-за того, что его заметили, Тилл чувствовал себя подавленным. Он хотел было быстро подняться, однако рука, удерживающая его за щеку, вдруг переместилась на шею. Вторая рука Ивана погладила спину Тилла. Надавливая, но не прилагая силы, Иван обнял юношу, прищурившись. Тем не менее его глаза выглядели вовсе не радостно или хитро, сейчас в них можно было увидеть печаль. Тилл растерянно смотрел прямо ему в глаза. В этот раз он не мог избегать этого взгляда. Казалось, что он мог утонуть в этом взгляде. На этот раз он выглядел даже более проникающим, чем в прошлые разы. Тиллу казалось, что он увидел новую сторону Ивана. Это так сильно потрясло его, что он не смел больше пытаться выбраться из его объятий. Несколько секунд он смотрел на Ивана, а тот в ответ смотрел на него. Атмосферу можно было назвать скорее интимной, чем неловкой. Это касалось чувств Тилла и Ивана. В какой-то момент Тилл опустил взгляд ниже. Ему было тяжело смотреть в настолько честные глаза. Такое чувство, будто Иван наконец-то открыл Тиллу свою душу. Это было так смущающе, что Тилл больше не мог выдержать. Он медленно опустил голову на плечо Ивана. У Тилла сильно дрожали губы, щипал нос. Он прикрыл глаза и расслабился в объятиях Ивана. Тот, казалось, не ожидал подобного от Тилла и замер. Он пару секунд лежал не шевелясь, и только потом, когда понял, что не спит, сжал Тилла сильнее в объятиях. Казалось, будто именно этого им не хватало все это время. Объятия были очень крепкими, наполненные чем-то личным и чувственным. Словно Иван так выражал всю свою привязанность. Тилл не мог ничего сделать, кроме как опуститься на кровать полностью. Он думал, что тяжелый, раз лежит на Иване, но тот, кажется, не был против. На сердце стало так спокойно, словно ничто больше не могло его волновать. Он протянул свои руки за шею и голову Ивана и обнял того в ответ. Хотя обниматься лежа было не совсем удобно, Тилл мог прямо сейчас задремать и отбросить все проблемы на завтрашнее утро. Это казалось самым оптимальным вариантом.

***

Тилл медленно открывает глаза. Он оказывается немного дальше от окна, чем обычно бывает, и это приносит его в небольшое замешательство. Более того, кажется, его подушка совсем прогнулась, так как голова немного затекла от твердости кровати. А еще есть ощущение, будто его кто-то обнимает… Широко раскрыв глаза, Тилл мгновенно поднимается с места, однако чужая рука насильно опускает его на место. Кажется, теперь Тилл понял, почему его подушка была такой твердой, а окно было далековато. Оказывается, он заснул не в своей кровати! Более того, как он помнит, это была его инициатива, так что придираться здесь ни к чему. Сзади него лежал Иван. Он все еще отдыхал с закрытыми глазами, но Тилл был уверен в том, что парень уже проснулся. И как только он об этом подумал, человек позади него шевельнулся. С тихим «ах», Иван привстал, облокотившись свободной рукой о кровать напротив лица Тилла. Тилл застыл. Крепкая рука была прямо перед его лицом, он мог отчетливо рассмотреть выступающие вены и аккуратные ногти на пальцах. Почему-то эта рука заставила его смутиться даже больше, чем осознание, что он поспал с мужчиной, тем более с Иваном, в одной кровати. — Если проснулся, не против отпустить мою руку? Она немного затекла, пока мы спали. Тилл моргнул, и через мгновение снова подорвался с места и, забыв о преграждающей руке, принялся вставать. Однако он ударился лбом о предплечье Ивана и снова завалился обратно. На этот раз Иван успел убрать руку, однако ему пришлось вместе с Тиллом навалиться вперед, из-за чего теперь получилось так, что Иван нависал над Тиллом. —… Иван неловко улыбнулся и тихо посмеялся. Уши Тилла покрылись розоватым румянцем и он повернул голову в сторону. Почему-то ему не хотелось смотреть в глаза этому человеку. Наверное потому что если он в них заглянет, то больше не сможет держать себя и свои чувства в руках. Однако это смущение крайне не понравилось Ивану. Он думал, что они все решили еще вчера, но, кажется, это не так. Иван долго смотрел на выразительный профиль Тилла и в конце концов тяжело выдохнул. Что он мог поделать с таким человеком, как Тилл? Все, что ему оставалось, так это научить Тилла смотреть людям прямо в глаза. Точнее, Тиллу достаточно было смотреть только в глаза Ивана, на остальных было все равно. — Я думал мы все разрешили вчера, нет? Тилл услышал в голосе Ивана некую грусть и даже обиду, но все равно не повернул голову. Не хватало еще того, чтобы Иван заметил смущение в его глазах. Да и вообще, кто бы не смущался, если бы над ним навис поразительный красавчик? Думаю, тут даже бы камни смутились, так что здесь нет ничего постыдного. С этими мыслями Тилл все равно не осмелился взглянуть на Ивана. Да, он думал все правильно, но… Разве каждый второй человек оказывается в подобной ситуации? — Посмотри на меня, Тилл-а… Тилл широко открыл глаза, ему сейчас очень хотелось взглянуть на лицо Ивана, посмотреть, какие эмоции он испытывает, произнося его имя таким образом… — Понравилось, Тилл-а? — продолжал усмехаться Иван. Казалось, теперь это было новой забавой для Ивана. Ему нравилось смеяться над Тиллом, но в то же время он его очень уважал. Именно сейчас он мог позволить себе так расслабиться именно после этой ночи. Он легонько касался кончиком пальца щеки Тилла, щекоча: — Тилл-а. В конце концов Тилл немедленно повернулся, чтобы накричать на Ивана, но не успел, так как к его уголку губ прикоснулись чужие, холодные губы Ивана. Это было так внезапно, что Тилл не успел ничего сделать. Когда Иван отстранился, Тилл мог заметить слегка игривый настрой в глазах Ивана. Он был так шокирован, что просто открыл рот в немом вопросе и смотрел на нахального парня. Тот, в свою очередь, долго ждать не стал и снова прикоснулся к приоткрытым губам Тилла. За пару секунд спокойное, смущающее утро превратилось во что-то непонятное, горячее и приятное. У Тилла ослабли руки, а Иван расслабил свой взгляд. Теперь он выглядел очень нежным и мягким. Словно он ждал этого очень долго. После этого поцелуя их отношения никогда нельзя будет вернуть. Тилл не горевал, а Иван был счастлив. В конце концов… они посмотрят, что будет потом. Что будет с ними, и к чему это все приведет. … Тилл как по щелчку пальца мгновенно закрыл рот. Еще бы чуть-чуть и Иван, возможно, смог бы углубить поцелуй. Но Тилл был слегка напуган. Несмотря на все, это был его первый поцелуй, поэтому он заметно нервничал. Иван заметил его постоянное ерзанье и положил руку на его щеку. Он медленно поглаживал Тилла, словно успокаивал. Вообще, это помогало, ведь Тилл в данный момент смотрел прямо в глаза Ивана, широко раскрыв глаза. Кажется, едва взглянув в эти глаза, Тилл больше не сможет отвести взгляд. Как будто он был пойман прямо в капкан охотника и теперь смирно дожидался своего часа. Иван всасывал, проводил языком по его губам очень долго, едва прерываясь, чтобы вздохнуть. А когда он снова посмотрел на Тилла, он мог заметить, как сильно опухли его губы. Почему-то это ему нравилось, и он продолжал этим заниматься, пока Тилл не выдержал нахмурившись. Он поднял руку и зачерпнул в кулак охапку черных волос Ивана. Слегка оттянув его голову назад, Тилл открыл рот и снова сильно поцеловал Ивана. Сейчас он приложил слишком много силы, из-за чего они стукнулись зубами, но, стерпев боль, оба продолжили наслаждаться процессом. Тилл чувствовал себя очень странно, а Иван с наслаждением вторгался языком в чужой рот. Тилл довольно быстро сдулся после проникновения, потому что совершенно не знал куда девать свой язык. Когда они случайно сталкивались, Тилл едва заметно вздрагивал и сжимал в руках ночную рубашку Ивана. Сначала Иван как бы невзначай едва касался кончиком языка Тилла, но спустя мгновение, он уже серьезно пытался как можно чаще сталкиваться с языком Тилла. Тот, кажется, понял, что для раннего утра подобный поцелуй был точно не для него, но он не мог остановить Ивана. Тот был настолько увлечен процессом, что сильно вдавил Тилла в кровать. Все это превращалось во что-то непристойное, Тилл просто задыхался в этом интимном поцелуе, до такой степени, что, казалось, вот-вот умрет. Когда Иван едва отстранялся от лица Тилла, чтобы вздохнуть, Тилл неосознанно вытаскивал язык вслед за Иваном, а потом они снова сталкивались и яростно прижимались друг к другу. Тилл одной рукой схватился за шею Ивана, а второй продолжал сжимать рукав его рубашки, то оттягивая вниз, то внезапно вверх. Его ноги беспокойно елозили по кровати, а волосы находились в полном беспорядке. Из его глаз едва заметно сочились бесцветные капли слез, а он в моменты передышки очень глубоко и быстро вдыхал. В конце концов, не выдержав столь продолжительного надругательства над его губами, он стал стучать рукой по спине Ивана. Спустя пару секунд Иван наконец-то перестал яростно толкаться языком в рот Тилла. В последний момент он вытянул губы и оставил красноватый след на губах Тилла. Отстранившись, Иван посмотрел на запыхавшееся лицо Тилла, посмеялся и снова нагнулся, чтобы поцеловать его в щеку. От интенсивного поцелуя, осталось очень много слюны на их губах, которую Тилл, как только собрался с силами, вытер рукавом своей ночной рубашки. Он все еще тяжело дышал, зажмурившись, прежде чем открыть глаза и посмотреть в лицо Ивану. Тот скорее всего все еще пребывал в экстазе и с диким взглядом смотрел на Тилла, сидя прямо на его коленях. Из-за этого взгляда Тилл едва мелко задрожал и прикрыл глаза. Яркие впечатления присутствия чьего-то языка в его рту все еще оставались ясными, поэтому он весь пылал. Сердце билось так быстро, словно сейчас вот-вот выпрыгнет из его грудной клетки. От стыда и смущения, Тилл накрыл руками свои глаза и томно вздохнул. Вдруг, буквально через некоторое время, он ощутил, как кто-то поднимает его. Именно сейчас душа Тилла выпрыгнула из его тела, а потом вернулась обратно. Оказывается, это Иван поменял их положение. Теперь Тилл удобно устроился на ляжках Ивана. Ему некуда было деть свой взгляд, поэтому он уставился в черные глаза Ивана. Они словно бездонное море для Тилла, утягивают с концами… Тилл не мог оторваться от них. Почему-то именно сейчас вспомнилась та самая сцена из шестого эпизода их дорамы. Тогда Иван тоже его целовал, и в тот момент Тилл не мог не взглянуть в глаза Ивана. Сейчас они выглядели точно так же. Тилл положил обе свои руки на плечи Ивана и ощутил, как плотное кольцо из чужих мощных рук сжалось на его талии. Вообще-то, было немного больно, ведь Иван довольно сильно сжимал его в объятиях. Когда они обнимались ночью, Тиллу казалось, что Иван был намного нежнее, нежели сейчас. Тилл прищурился и свел брови к переносице. Он определенно должен кое-что сказать… Что-то очень важное. Несмотря на то, что Тилл его не оттолкнул, волнение Ивана не прекращалось, из-за чего он так сильно его сжимал. Тилл моргнул, приблизился к лицу Ивана и прошептал: — Я не отвернусь… Одна фраза мигом взбудоражила Ивана, и тот в шоке уставился на умиротворенного Тилла. Такое чувство, будто их обоих подменили, но причина была куда проще. Они наконец-то могли осознать свои чувства и переживания, что долго крылись внутри них. Ни Иван, ни Тилл ранее не могли их кому-то озвучить, что уж говорить про себя. Смотря на свое лицо в зеркало, Иван думал о том, какую эмоцию сегодня использовать, а Тилл, как себя сегодня вести. А когда оба наконец-то заметили боль друг друга, несомненно все поняли. И хотя им предстоит еще поговорить, Тилл предполагал, что это произойдет значительно позже. Но в этот раз он не собирался избегать взгляда Ивана. Тилл медленно прикрыл глаза и спокойно и легко коснулся губами Ивана. Это было продолжительное, нежное, успокаивающее касание от всего сердца Тилла. А Иван, сместив руку повыше, захватив почти все его тело, прижался к Тиллу еще сильнее. На этот раз он никуда его не отпустит.