Теперь ты мой

Теркель всегда чувствовал себя немного не таким, как другие мальчишки. Ему больше нравились романтические комедии, чем футбол, а мысли занимали скорее прически и одежда, чем машины и девчонки. Когда к нему начали присматриваться хулиганы из старших классов, Теркель впервые заплакал от ужаса и отчаяния. В этот момент на его защиту неожиданно вступился новенький - Джейсон в своей неизменной красной шапочке. Сжимая в руке увесистую арматуру, он с яростью набросился на задир, сбивая их с толку своей безрассудной отвагой. - Эй, придурки, если тронете моего друга Теркеля ещё раз - я за себя не отвечаю! - прорычал он с вызовом. После той потасовки жизнь Теркеля заметно улучшилась. Джейсон сторожил его, как верный пёс, не давая в обиду ни одной форме живого. За это Теркель платил ему той нежной благодарностью, которую поначалу принимал за теплую мужскую дружбу. Джейсон стал для него самым близким другом. Они сидели до поздней ночи у Теркеля в комнате, обсуждая последний ужастик или книгу, которые юноша так боялся смотреть и читать в одиночестве. Теркель беззастенчиво хватался за Джейсона во время особенно страшных моментов, а потом млел от запаха его кожи и теплого объятия. Но он всё списывал на свою пугливую натуру. Однажды наступил момент прозрения для обоих. Джейсон держал напуганного Теркеля в объятиях после очередного кошмарного фильма. Теркель утих и вдруг поднял на друга полные слёз глаза, касаясь кудряшками его щеки. В этот миг Джейсон ясно осознал ни с чем не сравнимое чувство нежности, захлестнувшее его при виде этого мягкого, хрупкого создания. Он отчётливо понял, что не мыслит больше своей жизни без кудрявого мальчишки с брекетами, что его переполняет желание оберегать, лелеять и греть Теркеля целую вечность. А Теркель, всматриваясь в шрам над бровью Джейсона, вдруг явственно ощутил жгучий стыд оттого, что принимал их дружбу за нормальные человеческие отношения. То, что связывало его с Джейсоном, было куда горячее и запутаннее обычной симпатии между парнями. Он по-новому уловил шероховатый аромат его кожи и тепло мускулистых объятий - это была не братская забота, а что-то более глубокое, тайное и щемящее. Джейсон посмотрел на него как-то по-особенному, и Теркель окончательно понял правду о своих чувствах. О, боже, он был влюблен! По-настоящему, безоглядно влюблен в лучшего друга. Они не сказали ни слова в этот трепетный миг, но оба всё поняли. Джейсон бережно убрал с лица Теркеля кудряшки, огладил влажные ресницы, а потом медленно склонился к его губам в долгожданном поцелуе. Теркель застыл от изумления, а потом закрыл глаза и ответил со всей своей пылкой страстью. Больше они не могли сдерживать свои чувства. Оторвавшись друг от друга, они воззрились в глаза друг другу с надеждой и трепетом. Теркель робко всхлипнул: - Джейсон... Я... Я никогда не думал, что влюблюсь в парня. Но ты... Ты для меня весь мир. Я так давно тебя люблю, просто не мог понять своих чувств. Джейсон порывисто обнял своего мальчика, зарываясь лицом в пушистые кудри. - Терк... Малыш мой Терк! Да я с ума сходил по тебе тоже! Как я раньше не замечал твоей нежной души? Твоих глаз, родинок, смеха... Я готов защищать тебя от целого мира! Они снова слились в исступленном поцелуе, уже не стыдясь своих порывов. Джейсон гладил кудряшки Теркеля, покрывая мелкими поцелуями его бархатные щёчки и носик. Тот в ответ шептал его имя, а потом звонко рассмеялся сквозь счастливые слёзы. Они кружились в диком танце, опьяненные вспыхнувшей радостью. Мир для них двоих наконец-то стал прекраснее и ярче. Теперь вместо дружеских посиделок их ждали сладкие ночи в горячих объятиях. Вместо одиноких кошмаров Джейсон станет защищать сон своего милого Теркеля от ночных демонов. А сердца их будут навеки слиты воедино - чуткое и трепетное у одного, отважное и горячее у второго. Что бы ни ждало их впереди, они встретят это вместе, связанные крепчайшей любовью.