Любовь через боль: Рождение палача

      Солдаты стояли неподвижно. Первый слой обороны состоял из огромных горилл с щитами и булавами, средний слой был из антилоп с саблями, мечами и копьями, а последний слой состоял из носорогов с луками и арбалетами. Мастера оповестили императора, что монстр идёт в Шанхай, что здесь, именно ЗДЕСЬ последняя линия обороны. Солнце полностью скрылось за горизонтом, окунув город во мрак. Крыши зданий были усеяны лучниками и часовыми, чтобы заметить врага заранее. Для этого везде зажгли факелы и расставили часовых по улицам, пока армия ожидала своего момента. Мастера были на верхнем этаже дворца, в соседней комнате от покоев императора и тронного зала. Обезьяна собрала всех у овального стола, кроме Тигрицы, ведь то, что он расскажет, не должна это услышать. Также они хотели временно скрыть смерть ее отца и мистера Пинга. Его взгляд был пуст и печален. Каждый в комнате разделял его грусть. — Ребят… Я соврал вам… — Взгляды переметнулись на него. — Я видел По, но он никуда не шёл… — Слова застревали в горле, будто кто-то хотел его задушить. — О чем ты? Друг, не молчи. — Просила его Гадюка, смотря на него взволнованно. Примат проглотил комок и сделал пару глубоких вдохов. — Он… Он сражался с ним… Подобно мастеру Шифу… Он пал… — Обезьяна хотела сжаться в самый маленький комок на земле, чтобы забиться в самый тихий и темный угол. Резкий вздох послышался от Гадюки и Сонг. Девушки очень сильно прониклись к Воину Дракона, что знали его, но гневаться на примата не хотели. — Т-ты помог ему?.. — Сдерживая порывы горечи, спросила Сонг. — Да… Я хотел помочь, но демон предусмотрел всё… Я очнулся, когда он уже был… Таким… — Это было последней каплей. Гадюка разрыдалась, из-за чего Журавлю пришлось успокаивать ее, как в тот же момент Сонг тихо плакала, закрыв лицо лапами. — Ты… Не виноват, Обезьяна… Мы не злы на тебя, ведь ты оставил нам самое главное — надежду. — Журавль был прав, но после этого, осталась ли капля надежды, что они выживут? Сонг посмотрела на каждого мастера. Сердце бешено стучало, и она всё-таки решилась. — Я вам ещё больше наврала! — Привлекла к себе внимание кошка. Заплаканная, она положила лапы на стол. — В н-нашем к-клане, к-к-когда вы пришли, он был там… — Взгляды мастеров сменились с беспокойство на непонимание, а у кого-то даже на злость. Примат ударил кулаком по столу, скрипя зубами. — Он был?! И ты решила промолчать?! Видишь, к чему все привело?! — Яростно вопил примат, показав на всех мастеров. Сонг ещё сильнее заплакала, чувство вины поглотило её. — Он сказал, ч-ч-что вы хот-тите его ар-рестовать… Он же… Это… — Опустив голову, сдалась Сонг, вновь закрывшись лапами. — И из-за тебя, он сейчас не здесь! Не с нами! — Добавил гневно Богомол. Кошка окончательно сорвалась, заплакав навзрыд. — Простите… Прошу, простите… — Проревела Сонг, упав лицом в стол. Мастера просто встали со своих мест и вышли из зала. Сонг осталась одна. Теперь у нее не было ни друзей, не статуса, ничего. Однако, послышалось, как кто-то вошёл. Она резко подняла взгляд, увидев перед собой демона, но лишь на секунду, но и этого мгновения хватило, чтобы сердце чуть не выпрыгнуло из груди от животного ужаса. Это всего лишь Гадюка, которая пришла поддержать подругу. — Я… Не виню… Просто скажи, зачем? — Змея осторожно положила хвост на ее плечо, не смотря в глаза. — Он сам меня попросил, чтобы я его прикрыла… Я… Я любила его, но он так… Так был обманут… — Сонг была готова разрыдаться вновь, ведь и правда. За последние дни, он только и слышал о смертях, что даже его любимая была убита, что возможно месть стала его гибелью. — Ты не виновата… Мы все были обмануты, а тут вон оно как… Просто… Не думай о плохом, думай, как бы нам прожить ещё пару дней. — Чуть улыбнувшись, сказала Гадюка. Сонг начала тихонько успокаиваться, вытерев остатки слёз. — Вот молодец, а теперь тебе надо отдохнуть. День выдался непростым. — Кошка кивнула ей. Змея через силу заулыбалась, и пошла вместе с ней по своим комнатам.

******

Среди тёмного леса загорелся красный свет. Через разлом вступил на хрупкий снег он, палач. Это не был По, не сейчас и не потом. Охваченный яростью, гневом и местью, он вернулся в мир смертных из мира духов, чтобы покарать виновника торжества. Оглядевшись, он ничего примечательного не увидел, однако в далеке послышались голоса, к которым двинулся палач. Его шаги стали невыносимо тяжёлыми, не то от его экипировки, а от внутреннего мира панды. Уж слишком тяжёлое бремя лежит на его плечах, и пока он не выполнит свой долг, ему не будет знакомо сострадание и милосердие. Взмахнув клинком, он заставил его пропасть, а рукоять повесил себе на пояс, выйдя из леса на полянку к неизвестным. — Вы что, смеётесь? Или вы все с ума посходили? — Разгневался слон, глядя на напуганных носорогов. Выживших японцев чудище либо не заметило, либо он не видел смысла добивать тех, кто был в отключке. Вместе с ним были и новоприбывшие носороги. Без малейшего колебания, палач вышел к ним. — Смотрите! — Указал один из выживших носорогов на палача, прячась за спины других. Слон хмыкнул и щёлкнул пальцами. Пару солдат побежали на него с копиями. Зря. Стоило им приблизиться, как палач сломал их оружие, уронив одного на спину, а второго схватив за единственный рог. Слышался хруст, а солдат вопил все сильнее и сильнее. ХРЯСЬ! Носорог остался без рога. Обрубок он вбил ему в лоб, заткнув его вопль. Подойдя к лежащему, палач выкрутил его задние копыта в обратную сторону, потом выкрутил шею. Хруст было единственным, что доходило до слуха, но даже такое зверство не подействовало на командующего слона. Тот лишь оскалился и направил лапу в его сторону. — Вперёд! Убейте его! Убейте! — Оставшиеся шесть носорогов двинулись в атаку, однако те четверо, что выжили после прошлой бойни не решались идти в атаку. Слон их даже потерял из виду, потому что они спрятались за деревьями. Палач был готов. Он развернул одного носорога, выбил оружие из рук другого, двух он просто вмял в землю, пятый и шестой были сразу убиты, ведь получив удар кулаком от палача, их головы попросту отделились от туловища. Двое, что стояли, побежали на него с кулаками. Палач, долго не думая, вырвал лапы одного солдата, забив в тело другому, ещё живому носорогу. Оба истошно завопили, но палач быстро их заткнул. Ударив кулаком по голове, он вбил его череп в основание, а второму вырвал уже его руки и вставил их в его голову, проткнув плоть выпирающими костями. Двое оставшихся успели оклематься, но они не успели ничего сделать. Палач вонзил свою лапу в спину солдата, вырвав хребет вместе с черепом из его тела. Последний завопил от ужаса, хотел убежать, но палач не дал. Он взял его за голову и повернул к себе, и последнее, что увидел носорог перед смертью, это залитые от гнева красные глаза панды. Голова взорвалась от давления лап палача. Как в миг, чистая поляна превратилась в кровавую баню. Слон не желал сдаваться. Палач не хотел церемонится. Взяв свой меч, он пошел на него в атаку. Командир был готов к битве, но не над расправу над самим собой. Меч палача легко отрезал его ноги, потом туловище, а затем и голову. Как пазл, слон в миг развалился на части. Теперь лес в ещё одном месте был окрашен в красный. Палач убрал меч и кинул взгляд за один из деревьев, за которым прятались выжившие солдаты. Он приблизился к ним, но носороги не бежали, ведь это бесполезно. Палач подошёл и окинул их взглядом. Они тряслись, видя его горящие глаза. Один из носорогов протянул ему карту, но рука тряслась так сильно, что она чуть не упала в снег. Палача выхватил ее и развернул. На карте был отмечен город Шанхай, а со стороны воды расставлены стрелки, по направлению к городу. Также было отмечено их местонахождение. Немного приглядевшись, он вырвал из своего плеча старый осколок когтя монстра. Карта заиграла волнами и крест переместился на город Шанхай, точнее на его окрестности. Оказывается, эта карта была изъята у мастеров, данная им крольчихой Чейл. Палач развернулся, свернув карту. Носороги не верили своей удаче, ведь они откупились от смерти, пусть и кратковременно, ибо при следующей встрече, они точно не выйдут живыми.

******

Тигрица постелила себе кровать. Очень лёгкими движениями, она смахнула все ненужное со столика рядом с кроватью. Полосатая сунула лапу под свою форму и достала фигурку По. Поставив его на столик, она села в позу лотоса перед ним. — Прости меня… Я ужасная… Я чудовище… — Она сдерживалась, чтобы не упасть мордой в мягкое одеяло и не заплакать, но годы тренировок и закалки делают свое дело. — Ты знала, что так все будет. — Говорила не она, а ее внутренний голос. Привыкнув, она с тяжестью в голосе произнесла. — Тебе следует уйти и оставить меня одну. — Она грустно подняла взгляд. Тигрица была шокирована и напугана в то же время, потому что перед ней явился демон. Она попятилась назад, не сводя взгляда с монстра. — Зачем ты здесь? — С ноткой страха под сталью спросила кошка, встав с кровати. — Зачем? Да так, проведать свою кисулю, перед тем, как я позволю своим братьям вступить на вашу землю. — Он медленно приближался, стараясь делать невинный вид, что было невозможно с его безобразным телом. — Не приближайся, а не то… — А нито что?! Позволь спросить?! — Повысил голос демон, жестикулируя лапами. Тигрица нервничала все сильнее, отчего у нее заболел живот. Кажется, что это выкидыш. Она упала на колени, корчась от боли. — Бедная… Бедная мастер Тигрица… Была непробиваемой сталью, а теперь… Стыдно Блять должно быть. — Взмах прозвучал в воздухе, но после него, Тигрица открыла глаза.       На улице глубокая ночь, а она вся в холодном поту и дрожит. Живот не болел, голова не кружилась. Главное что с ребенком все в порядке. Бросив взгляд на столик, там всё ещё стояла фигурка панды. Кажись, она все-таки уснула. Кошка встала и отпила воды из кувшина, а потом подошла к окну, отворив створки. Ее зрачки сузились, а шерсть встала дыбом. По льду ступали войска, направлялись под покровом ночи к городу. Благодаря ее ночному зрению, она смогла разглядеть японские флаги, и теперь, полосатая бежит в покои императора, чтобы оповестить о набеге японцев.

******

С неба начали падать снежинки. Так легко и спокойно, они пролетали мимо серьезных лиц. Гориллы стояли неподвижно, в то время как остальные разбрелись по другим делам. Воздух осторожно поднял небольшую метель, а после того, как снежинки опали, их виду предстал демон. Гориллы встали в стойки, а часовые забили тревогу, трубя в трубы. Все солдаты бросили свои дела и встали в оборону, лучники направили свои взоры и арбалеты на него. — Так чего же… — Вперёд! — Ему не дали договорить, как один из первого ряда выкрикнул и тут же демона пробило больше десятка стрел. Гориллы обступили его и начали избивать булавами. Демон завопил и упал на землю. Гориллы протыкали его вновь, проверяя на признаки жизни, но ничего. Вдруг, хвост волка в миг обжился шипами и взмахнув им, он ранил расслабившихся солдат. Вскочив на лапы, демон вновь зарычал, взяв первого попавшегося солдата, он прошёлся языком по его морде, а после, проткнул клыками, откусив половину с боку, от бедра до плеча. Остаток полетел в другого солдата. Здоровяки теряли силы, видимо эти шипы были необычными. Демон не успел сделать шага в сторону, как его вновь пробили больше десятка стрел. Монстр встал на четыре лапы и побежал, царапая и убивая своими когтями тех, кто попадался на пути. Он практически затоптал оставшихся солдат первой линии. Чудовище прыгнула на стену, а потом взобралось на крышу, убивая поочередно лучников и арбалетчиков. Башня внезапно засветилась, во всех комнатах зажглись фонари, а от нее послышался гонг с трубой. Тревога, враг наступает! — Ого… А вот это интересно. — Демон начал наблюдать из тени. Солдаты еле как оправились и оставили позиции. Японцы подкрались с тыла и уже напали на башню. Поле битвы опустело, но не надолго. Монстр вернулся на дорогу, как перед ним приземлились мастера нефритового дворца. — Вот мы и снова встретились. — Грозно приветствовался Обезьяна. — Дальше тебе придётся идти через нас. — Добавила Сонг, держа в лапах саблю. Они были подготовлены намного лучше. Примат одел нагрудник и наплечники, взяв с собой два небольших кинжала. Журавль надел только наплечники, а Сонг полностью экипировалась в доспехи. — Ого! Мои игрушки поумнели! Как же я рад за вас, только можно мне пройти во-о-он туда? — Указав на верхний этаж здания, невинно попросил волк. Матера зарычали. — Ты ответишь за всё! — Прокричала Гадюка. В миг, они окружили демона, выжидая момент атаки. — Это уже веселее! Ну же! — Он раскинул лапами и пригнулся, оголяя клыки, — На что вы готовы пойти, чтобы спасти своих родных?! — Это было последней каплей. Все разом прыгнули на демона. Он хотел отбиться, но каждый уже знал о его уловках. Гадюка свернулась от хвоста, Богомол приземлился на его спину, Обезьяна прошел под ним, Сонг отрубила ему пару мелких когтей, а Журавль взмыл в воздух и создал воздушную волну, чтобы сбить его с ног. Богомол бил по слабым точкам, но кожа, как будто стала каменной, из-за чего было трудно попасть. — У него нет слабых зон! — Он спрыгнул к примату на плечо, до того, как волк ударил по себе лапой. Обезьяна, пока проходил под ним, вонзил в него два кинжала и вспорол уже обезображенное тело. Монстр зарычал, но не успел ударить примата, отвлеклись на Богомола, который покинул его тело. — И это всё?! — Прорычал насмешливо волк. Гадюка ударила хвостом по земле, ослепив его снегом. Чудище прикрыло морду лапой, но со спины атаковала Сонг. Спина была пробита саблей, а потом ещё и ещё. Демон обернулся, взмахнув хвостом. Такой атаки никто не ожидал. Примат и Гадюка были сбиты с места, но броня Обезьяны смогла блокировать шипы, но на змее не было экипировки, отчего она получила неглубокую рану вдоль тела. Кровь тонкой струйкой потекла на землю, впитываясь в снег. Монстр не отвлекался, продолжая бой с Сонг. — Журавль! Возьми Гадюку и отнеси во дворец! Она ранена! — Кричала Обезьяна, охраняя подругу. — Нет! Я могу сражаться! — Взволнованно заговорила Гадюка. Примат посмотрел на нее, чуть хмыкнув. — Хорошо! — Подняв с земли булаву, он кинул ее монстрц в затылок, после чего взял Гадюку и полетел во дворец императора. Демон ухмыльнулся. Он поймал булаву и внезапно контратаковал Сонг. Тяжёлое сотрясение, вследствии и потеря сознания. Кошка бессознательно упала на снег. — Обезьяна! Помоги ей! — Крикнул Богомол, прыгнув под ноги монстра. Примат быстро придумал план действий. — Я выпотрошу твои кишки и протащу их через тебя! — Гневно зарычал демон, но двигаться он не мог. Богомол успешно сделал серию ударов по слабым точкам, из-за чего демон застыл в одном положении. Обезьяна подбежал к Сонг вместе с Богомолом. — Давай же… Сонг, очнись… — Букашка трепала лицо кошки, пытаясь привести ее в чувства, пока чудовище кричала и рычало. Обернувшись на него, они видели, как его тело подрагивает. — О Будда… Оно плохо действует на него. — Хоть тело и принадлежало изначально волку, но слабые точку работают не полностью. Совсем скоро, демон смог двигаться. Обезьяна быстро подхватил тело кошки, увернувшись от удара демона вместе с Богомолом. Тяжело дыша, они глянули на монстра. Тот чуть обернулся на них, вытащив свои когти из земли. — И что вы сделаете? Вам меня не одолеть! — Прокричал волк, раскинув лапами. Мастера медленно отступали. — Нам надо отступать. В помещении у нас будет больше шансов. — Подмигнул примат Богомолу, и тот тут же понял его замысел. Они устремились во дворец. Демон улыбнулся, не спеша следуя за ними. — Тебе не нужно бояться тьмы… Не нужно бояться смерти… Нет… Тебе нужно бояться меня… Я стану твоим самым худшим кошмаром перед твоей смертью. — Шептал волк, идя по кровавой тропе из трупов. В город вошёл он, палач. Видя спину своего врага, он не бежал, а лишь спокойно преследовал, достав свой меч. Теперь, ему следует выполнить свое предназначение.

******

Солнце медленно поднималось над Китаем. Бойня на льду не прекращалась. Японцы не хотели сдаваться, в то время как Китайцы тоже не отличались рвением к победе. Рио подготовил свое боевое снаряжение, а Лю Кана наказал увести по тайным тоннелям из города. Богомол и Обезьяна вбежали в здание. Отдав Сонг пару гусям, они понесли ее на верхний этаж к императору. — Задержите его! — Прокричала Обезьяна, забегая по лестнице наверх вместе с Богомолом. Антилопы кивнули, направив свои копья на вход       Мастера остались на верхнем этаже, даже Тигрица, чтобы помешать демону. Как только Журавль вернул Гадюку во дворец, она решила открыть правду полосатой. — Тигрица… Шифу просил передать, что очень сильно любит тебя… Береги ребёнка… — Наступила немая тишина. Кошка замерла, а ее зрачки сузились, нос поморщился, клыки обнажились. — Он… Он убил его?! — Еле сдерживая гневный порыв, спросила кошка с дрожью в голосе. — Да… Но и… — Но она не успела договорить, как Тигрица зарычала во весь голос, взявшись за голову. Слезы вместе с отчаянием вырвались наружу. — Этот сукин сын заплатит за все! Он будет давиться своей кровью! Его сердце я съем на обед! — Свирепо вопила Тигрица, пока слезы текли по щекам. — И как ты это собираешься сделать? Он стал намного сильнее. — Сообщил Рио, но видимо полосатой это было все равно. Мастера подошли к ней, но их прервали. В тронный зал вошёл Менг Тао, напуганный до чёртиков. — Менг Тао? Я же приказал, чтобы никто не входил в… — Но увидев его поближе, он понял, что затылка у него не было, и кто-то держал его мозг за углом, управляя им словно марионеткой. В копытах у него была тарелка. Лапшичной суп, но в нем выделялась одна деталь. Гусиная голова. Мистер Пинг. Журавль не выдержал и выплеснул весь свой завтра и обед. — Он здесь! — Прокричал Рио, взявшись за свой меч. Менг Тао упал замертво, а тарелка разбилась вдребезги. В проёме появился демон. — Рад вас видеть, о император всего Китая. — Молниеносным рывком, он прыгнул к нему. Мастера и моргнуть не успели, как увидели, что Рио был обречён. Демон проткнул его двумя лапами с когтями и поднял к потолку, а после разорвал его на две части. Теперь они поняли, что все кончено. — Да! Наконец-то! Пришёл час! — Демон заискрился красными молниями. Пол провалился в центре зала, и из него вышла темная плита. Потолок над ней был пробит красным лучом. В небе собрались тучи. Гром гремел на многие километры. — Что за? — Успела спросить раненая Сонг, перед тем, как все они получили удар молнией. Демон выпустил ее прямо из своей лапы. — Теперь, когда с императором покончено! Я достиг вышки! Я подобен самому богу! — Взмахнув лапами к небу, он снёс остатки крыши. Луч стал сильнее бить в небо. Волк посмотрел на мастеров. Они были обездвижены, благодаря силе демона. Он начал медленно приближаться. — А сейчас, я готов ответить на ваши вопросы, ибо после открытия портала, мои братья выйдут в этот мир, чтобы поглотить его в бесконечный хаос. — Он присел на колено перед мастерами. Тигрица оскалила зубы, пытаясь хоть что-то сделать. — Я тебя убью, подонок! Слышишь меня?! — Вопила кошка, с яростью глядя на него. Волк лишь положил лапу на свою щеку. — Ох… И как же? Твоя панда мертва, как и твой папаша… Какая жалость… — Он скалился, видя как остальные Мастера потеряли весь смысл в борьбе. — Даре́т! Сукин сын! — Голос стал громом, громче нынешнего, ведь он слышался в головах у каждого, — Не ждал, скотина кривозубая?! — Голос По был холоден, гневен и груб. Демон ошарашенно оглянулся на него, а мастера просто безмолвно глядели на него. — Панда?! Какого черта ты жив?! — Но в ответ, палач пробил его плечо клинком. — Думаешь, после всего, что ты сделал, я не найду тебя?! И это говорю не только я… Со мной здесь Кай, припоминаешь?! — Палач вынул лезвие, вонзив его во второй раз уже в его лапу, которой демон хотел контратаковать. — Кай! Ты никогда не достигнешь всего того, чего достиг я! Никогда! — Второй лапой, он пустил молнию в палача. Он задёргался в конвульсиях, но всего на пару секунд. Демон клацнул пастью, в надежде отхватить кусочек панды, но его огорчению, палач увернулся, кулаком выбив пару десятков его глаз и клыков. — Ты никогда не отличался умом! Пришло время с тобой покончить! — Палач взмахнул мечом, и он отсек руку демона. Волк отступил назад, упав на колено. Мастера освободились. Магия перестала работать. — Это ведь По… Обезьяна… Ты же говорил… — Шокировано говорила Гадюка, глядя на битву палача и демона. — Я ошибался… — Коротко ответил примат, не сдерживая улыбки. — О Будда… По… — Увидев своего любимого, Тигрица заплакала. Она боролась с желанием побежать и обнять его, ведь бой не окончен и демон ещё не повержен. — Давай, По! Вы верим в тебя! — Закричала Сонг, победно подняв кулак к небу. Мастера подхватили ее идею. Вслед за ней, прокричал Журавль. — Сделай из него отбивную котлету! — Палач даже не поворачивался на мастеров. Его внимание захватил демон. Тот лишь тихонько ухмыльнулся. Луч взорвался на крыше небольшими искрами, как появился разлом. — Да! ДА! Ты опоздал, жирдяй! — Он раскинул одной лапой, подняв голову. Палач медленно заговорил. — Говорят ярость и гнев затянут каждого во тьму… Что ж… Я буду первым, кто сам туда сунеться! — Демон пришел в недоумение. Палач подбежал к нему и схватил за лапу, а после, спиной прыгнул в разлом. В последнюю секунду, его взору попали мастера, среди которых был она. Тигрица, которая с заплаканные видом смотрела за ним вслед. Странно, но после того, как палач прыгнул в разлом с демоном, тот закрылся, а луч пропал. Тучи разошлись, вновь вернув снежинки в небо. — Он… Спас нас… — Безчуственно сказала Гадюка, тупя взгляд в одну точку. Медленно, с ее личика стекла стеклянная слезинка. Тигрица замешкалась. Она бросилась к месту разлома, стуча по каменной плите кулаками. — Нет! Верни его! Верните его, черт вас побери! Я же только… Только… — Она не сдержалась. Уперевшись лбом о плиту, ее слезы водопадом стекали по ее лицу. Обезьяна и Сонг подошли к ней, осторожно положив лапы на ее плечи. — Тигрица… Его нет… Больше нет… Он спас нас, спас ВСЕХ нас. — Но это не утешало кошку. Она сидела на коленях, уперевшись лбом о странную плиту со странным символом. Снежинки упали тонким слоем на крышу, а солнце полностью осветило чистое ледовое поле, на которым были живые Китайские солдаты. И что? Все? Это конец истории? Не-е-е-т… Ха-ха-ха, это всего лишь разминка. Самый главный момент… Палач против Даре́та.