Про недоделанных философов и ботанов

Лучи солнца заполняют собой лесную поляну, на которой разместилась группа людей. Кто-то сидел на грязном бревне, кто-то на зелёной траве, а кто-то бегал вокруг цветов и деревьев, фотографируя все, что выглядит более-менее красиво. Класс разделился на несколько групп, общаясь только между собой и полностью игнорируя других ребят. Это, наверное, не очень правильно, но кому до этого есть дело? Выпускники, всё-таки. Какой смысл выяснять и налаживать отношения между взрослыми людьми? — Так, отдыхайте ещё минуток десять и продолжим путь, — их классный руководитель ободряюще улыбается, но положительно на эти слова реагирует лишь половина группы. Остальные жалобно завывают, они ведь уже успели расслабиться под палящими лучами солнца. — Не нойте, сами лес выбрали. «Музей» это же так скучно и невыносимо, да? — второй сопровождающий учитель кидает осуждающий взгляд, параллельно печатая что-то на телефоне. Что - неизвестно, потому что они, вообще-то, находятся в зоне без интернета. Ну ладно, у всех свои тараканы. — Кто ж знал, что придется так долго идти и разглядывать тупые растения, — почти шепотом говорит Сендо, надеясь на отсутствие острого слуха у преподавателей. — Эй, неужто вам скучно? Музей, конечно, был бы получше, но все равно. Саэ очень интересно рассказывает, а вы даже так остаётесь недовольными, — впервые за весь недо-поход контактируя со второй половиной класса, Исаги комментирует их плохой настрой. Компания одновременно оборачивается на парня, принимая такие выражения лиц, словно они увидели не одноклассника, а самую отвратительную сороконожку в мире. — Еблицо завалить не хочешь, ботан? — Я не ботан, просто Итоши и правда искусный оратор, идиоты. Рассказывал бы наш прошлый биолог - тогда да, я б и сам заснул. — Если тебе нравится слушать рассказы про строение бессмысленных деревьев, то ты автоматически становишься ботаном, — ох черт, как же Йоичи надоела эта глупая, милая, обманчивая улыбка Несса. Вроде такой «сладкий мальчик», а на деле язвительная сучка. — По такой логике, если ты с восхищением смотришь на своего дружка и подсасываешь ему при любом удобном моменте, то ты либо пидорас, либо шлюха, — после ужасно грубого ответа Чигири, вся группа удивлённо на него смотрит, не ожидая вот такого вот. Алексис продолжает ухмыляться, но уже с убийственным взглядом. — Так, дети, заканчиваем ссоры и поднимаем пятые точки! Вам больше нельзя оставаться на одном месте, — Оливер выкрикивает это, находясь уже далеко за кустами. Ребята обречённо вздыхают, обмениваясь тяжёлыми взглядами. Несс проходит мимо Исаги, наклоняясь к чужому уху и говоря что-то угрожающее, но Йоичи этого почему-то не слышит. Уж слишком по-кошачьи элегантно Алексис двигается, загляденье... Так. Надо меньше думать. Тихо. Брюнет быстро мотает головой, стараясь отвлечься от непутевых мыслей, и, едва совершив первый шаг, юноша теряет равновесие и падает камнем на землю, сильно ударяясь головой. Он замечает, как Несс давит хитрую улыбку, плетясь за Кайзером. Ну уж нет, хватит ему все с рук спускать. Брюнет хватается за чужую голень, утаскивая за собой, но Лекси успевает среагировать. Он тут же отскакивает, озираясь вокруг. Исаги поднимается, кидая ответный смешок на, хоть и неудавшуюся, шутку. — Смелым стал!? — Не стал, а был. Просто раньше жалел, а то тебе и так от Кайзера нехило доста... — Йоичи не успевает закончить фразу, как на него набрасываются, опрокидывая обратно на траву. Парень впервые видит неподдельные эмоции Несса, смешавшиеся в одну кучу из обиды, гнева и грусти. Они лежат так несколько секунд, совершенно бездействуя, пока Алексис не закрывает глаза челкой и встаёт, полностью отворачиваясь. — Эй... — Заткнись. И так лишнего наговорить успел, — видно, как юноша вытирает лицо краем розового свитшота, и Исаги становится совсем дурно. Неужели его это так сильно задело? — Прости, я не... — Заткнись, я сказал. И никогда не думай, что своими извинениями ты избавишь человека от последствий сказанного, — Йоичи стоит столбом, сверля чужую спину. Ежу понятно на какой основе Несс сделал такие выводы. — Он тебя настолько сильно довел? — Что? Нет! Боже, заткнись, идиот. Не усугубляй ситуацию. — Я же вижу ваши отношения, — Лекси поворачивается так, чтобы они стояли лицом к лицу, и смотрит таким опустошенным взглядом, что Йоичи больше права не имеет говорить что-то ещё. И вот, разговор вроде как закончен. По крайней мере, хотелось, чтобы он был закончен. Но... — Эй, а где все? — на поляне пусто. Ни единой души, сумки или в целом - признака жизни. — Ой, — Исаги осматривается. И правда, никого. — Ага, ой. Походу, наши одноклассники, именуемые друзьями, дружно ушли вперёд, позабыв о нас. Класс. — Подожди, учителя же должны были нас пересчитать! — Боюсь, Саэ был слишком занят написанием «чего-то» в своем телефоне, а Айку, как обычно, забылся, рассказывая очередную скучную историю. Мы не с теми учителями, чтобы надеяться на ответственность. — Да разве могли они так быстро уйти? — Могли, идиотина, — Алексис раздражённо вздыхает, осматривая своего нового компаньона-потеряшку с ног до головы, — Ты хоть взял с собой еду с питьем? Своей я делиться не собираюсь, если мы тут застрянем. — Взял, конечно. Думаю, мы быстро их найдем, всё-таки не так много времени прошло, нельзя было сильно отстать... Можно, оказывается. Они бродят по пустому лесу уже, наверное, час. У Несса телефон сел, а Йоичи, как самый умный на свете человек, оставил его в школьном автобусе. Прекрасно. Но самое прекрасное это то, что весь длинный путь они, сука, молчат. Исаги боится и слова сказать не по теме, а Лекси просто не хочет контактировать с кем-то, чье имя начинается на «И», а заканчивается на «саги». «Обиделся, что-ли?...» проносится в мыслях брюнета, но он тут же хлопает себя по лбу, тоже мысленно, естественно. Конечно обиделся! Его это явно задело, а они плюсом и до этого находились не в очень хороших отношениях. Обычно в таких ситуациях юноша извинялся. Просто извинялся. Иногда мог в добавок подарить сладкое, чтобы уж наверняка. «И никогда не думай, что своими извинениями ты избавишь человека от последствий сказанного» — и что тут делать? Алексису извинений не надо было. Это все лишь формальность. Всегда ею было. — Слушай, а что тогда является для тебя прощением? Что мне нужно сделать? — ради этого вопроса он нарушает райскую тишину, заставляя остановиться обоих парней. — Зачем тебе что-то делать? Я не мама твоя, не подруга, какой смысл получать от меня одобрение? — Я не хочу, чтобы ты плохо себя чувствовал. — Нет, — Несс неодобрительно качает головой, — Ты не хочешь, чтобы о тебе плохо думали. Статус, чистая репутация и все такое. Люди эгоистичны по жизни. Они все делают ради себя. Поэтому не надейся, что ты способен сделать что-то эдакое ради искупления. Потому что я не желаю наступления гармонии в твоей душе. Я хочу хаоса. И даже не планирую этого скрывать, — последние слова он твердит шёпотом, будто общаясь не с одноклассником, а с самим собой. У Исаги сердце кровью обливается, внутри все леденеет. Он не знает, стоит ли признавать в словах Лекси правду, он не знает, хочет ли разбивать свои розовые очки. — Нет, погоди... — Ищи одобрение в других, не во мне. Ты для меня не ангелочек, а сущий дьявол во плоти, обманывающий себя и других библейскими настроями. Продолжай притворяться богом, но знай, я в таком случае буду сатаной. Никогда. Тебя. Не признаю, — и Алексис уходит совсем вперёд, оставляя Йоичи наедине с собой. А Йоичи оставаться с собой не хочет. Ему теперь страшно. Поэтому он срывается вперёд, догоняя напарника и хватая того за плечо. — Так ты думаешь, что я обманщик!? Эгоист? Лжец? Тебя не устраивают правильные наставления и сказочная жизни? Ну так и живи в своем «грязном» мирке, продолжай давиться чужими пощёчинами и не принимать протянутую руку. Это же так классно верить лишь в темный мир, да!? — Да заткнись ты уже! Я в помине людей не принимаю, которые вещи на правильное и неправильное делят! Ты хочешь помочь, при этом осуждаешь и меня, и Кайзера, но даже не знаешь нашу историю! В психологию подался? Я не бедненький мальчик, которого родители недолюбили, далеко нет. Мне ты своей лживой добротой не поможешь. Меня недостаточно по головке погладить, понимаешь? Нет, ты не понимаешь, потому что только такие методы помощи и знаешь. А все другое - осуждаешь и не принимаешь. Лучше бы с самого начала ебало завалил, — у Несса глаза на мокром месте, а голос в истерику срывается. — Я просто хочу помочь! — Ты просто хочешь всеобщего признания и восхищения! Не надо мне всякую хуйню втирать! — юноша кричит так, что рядом сидящие птицы разлетаются, а небо, кажется, становится темнее. А нет, не кажется. Это солнце садится, — Блядство. Они резко замолкают, поднимая глаза к облакам. И правда, уже местами проступают звёзды, а все вокруг, кроме сверчков, потихоньку замолкает. Природа погружается в сон, намекая всем своим видом, что пора бы уже отыскать свой класс. — Черт, черт, черт... — Да ладно, что ты так боишься. Лес безопасный, маленький, нас должны найти. Ну, и в любом случае, переночевать не проблема будет, — они снова возвращаются к спокойному тону, будто бы до этого ничего и не было. — Не в этом дело... Я... Я темноты боюсь, — Несс смущённо отпускает голову, неловко потирая рукой плечо. — Оу... Так вот как... — Исаги с пониманием улыбается, — Знаешь, у меня раньше такой же страх был. Спал я с ночником, а когда его не было прибегал к маме в постель. Это же объясняется страхом неизвестности еще, она мне так говорила. Неизвестность всегда пугает. А потом меня как-то раз заперли в подвале случайно. Темном таком, жутком. Друг просил сходить за вареньем, а тут... — юноша пропустил смешок ностальгии, — Розыгрыш он устроил такой. А потом забыл про это. И я сидел несколько часов, плакал сильно, молил монстров меня не трогать. Вспоминаю об этом и в смех ударяюсь. Но после этого случая мой страх пропал. Никой призрак за мной не пришел, чудовище меня не тронуло, я просто сидел, заплаканный и до ужаса напуганный. Меня, конечно, открыли потом. Извинялись долго, а я понял, что тут благодарить надо. Такое облегчение, как никак, — Йоичи мысленно окликнул себя, возвращаясь в настоящее, и посмотрел на спутника. Он, вроде как, расслабился? История из детства даже улыбнула Несса, но брюнету об этом знать необязательно. — Мило. — Что? — Пошли, говорю, дурак. Не на месте же стоять, хотя по правилам... Ай, ладно, не дети. — Я бы поспорил, — Исаги смеётся, вспоминая про чужую фобию. — Эй! — Лекси хоть и показывает недовольство, но в этот раз оно подлинное. Монолог одноклассника явно разбавил отвратительный настрой. «Так вот что тебе нужно для прощения» думает Йоичи, радуясь наступившему миру. Ну, он надеялся, что это так. А то хрен поймёшь этого философа недоделанного. Они, к счастью, начинают болтать на повседневные темы, сильно сокращая время пути. У Исаги, как оказывается, много интересных историй, а Алексис, как оказывается, хороший слушатель. На половине рассказа о том, как брюнет однажды убегал от злой собаки, (похожей на Кайзера, кстати, но некоторым особам об этом знать необязательно, а то вдруг ещё история повторится) Йоичи внезапно цепляется за ветку, но успевает схватиться за Несса. А Несс, по всем канонам, чужого веса не выдерживает, поэтому валится на сырую землю вслед за самим брюнетом (не одна история повторится, так другая...). Но самым плохим в этой ситуации становится другое. Исаги случайно задевает своими губами чужие, причем не краешком так, а прям самой серединой, самым сладким, как говорится. Это происходит быстро, но для них - словно в замедленной съёмке. И вот, они лежат посреди леса, под лунным светом, друг на друге. Несс обдает горячим дыханием шею одноклассника, заставляя биться сердце Исаги сильнее. В голове проносятся все мыслимые и немыслимые маты, но вставать так никто и не собирается. — Ты такой теплый, — Йоичи невольно прижимается к чужому телу, осознавая, что за время походов он успел серьезно замёрзнуть. — Что? — Ничего. — Вставать не собираешься? — А ты? Я лично - нет. — М, вот как, — и они продолжают валяться на земле, совершенно не понимая, почему. Почему никто из них не отталкивает другого? Ничего страшного, иногда люди сами не понимают своих желаний. И это нормально. Все мы - заложники момента. Нам лишь бы остаться там, где приятнее, там, где хорошо. В мире, где не существует проблем и разладов. В идеальном мире. — Иса-а-аги! — Не-е-ес! Но все имеет свойство заканчиваться. Лишь нам решать, продолжать это или нет. Как только слышаться крики, парни буквально отпрыгивают друг от друга. Но Йоичи остаётся стоять на месте. Алексис, в свою очередь, бежит на знакомый голос, распознав в нем причину теперешней ненависти Исаги. Брюнет наблюдает, как Несс врывается в чужие руки. Они обвивают его словно ядовитые змеи, душат, убивают, но Лекси никуда не уходит. Остаётся. Ещё радостный такой, словно ему самолёт подарили, не иначе. — Боже, я так за тебя волновался... — Я не стою твоих нервов, — вот это романтика, конечно. Он обнимается сильнее, чем с Исаги, смотрит лучше, чем на Исаги, понимает и любит больше, чем.... Что это? Ревность? «Заткнись» — мелькает в голове голосом Несса. Лишь нам решать, продолжать это или нет. × × × — Да? — они созваниваются, находясь уже дома, потому что в автобусе их с головой накрыли расспросами друзья, ведь «Как ты вообще выжил с этой язвой?» и «Как тебя только не съел этот ботан?». — Привет, это Исаги, — юноша располагается на диване, в одной руке зажимая телефон, а в другой - чашку чая. — Да ладно, ты ж у меня не записан. — Ну хватит сарказм свой пускать, змеюка. Ты как? — Нормально. Сижу в одеяле и наслаждаюсь звездным небом, — «и думаю, что мне делать, потому что Кайзер не понимает, какого хрена я перестал поддерживать его упрёки и оскорбления в твою сторону, Йоичи» — Мило. Кстати, я тут хотел извиниться за... Бля. С тобой же не так надо. Ну да ладно. Прости за произошедшее в лесу. Я правда случайно. — Не парься. Ещё бы ты это специально сделал, ага. — Знаешь, под влиянием природы ты был приятнее. Поцелуй, кстати, тоже был приятным... — Ага... Стоп. Что?... — Э... Ничего. Не против погулять на выходных? — М, я подумаю. — Приму твой ответ за да. Надеюсь, я опять споткнусь. — ... — До встречи! — Исаги кидает телефон в стенку, крича в подушку и ударяя себя по голове. Ну надо же было такое сказать!