Гнида

Ходить по магазинам трудно и муторно. Но я сам согласился на это. Может, пошло всё нахер? – Матвей, ты скоро? Пошли уже, а? – Подожди. Я вздохнул. Матвей сосредоточенно сжал губы. Канцелярию мы купили, это не было так сложно. И, конечно, я видел взгляды пацана на цветные ручки и какие-то стикеры. Я сам был ребёнком, логичное дело что любопытство было огромным. Я не сильно в этом разбирался, но ручки с железным человеком выглядели круто. Я купил их, хоть мелкий и говорил что это не обязательно и «вообще-то, я не просил!» Хотя я видел как пацан трогал эти ручки и с изумлением рассматривал их, поглядывая на меня, но потом всё равно клал ручки на место. О покупке я не жалел. Мы купили ещё тетради, пенал, дневник и кучу всякой ерунды. Но почти всё это не было по согласию Матвея, из-за чего моё раздражение только росло. «Я могу и у одноклассников листочек попросить, не надо тетради...» «Карандаши не нужны, я всё равно всё ручкой выделяю». «А замазка зачем? Я и так зачеркну». Чёрт. Я же видел, что в справке у него нормальные оценки, как он может нормально учиться с таким отношением ко всему? За это время я успел подумать что он ненормальный и просто брал то, что считал нужным. Матвей молча плёлся следом и только иногда звал меня, если он вспоминал, что нужно купить что-то ещё. Но канцелярию в итоге мы купили. Школьная форма. Чёрт возьми, я сейчас взорвусь прямо здесь! – Матвей, ну сколько можно? Ты что, не знаешь, что в школу нужно? Рубашку со штанами напялил и нормальный пацан. Матвей только глянул на меня на секунду, потом пробормотал с хмурым видом: – Тут дорого, Алекс. Почему без школьной формы нельзя? Я хотел уже прикрикнуть, но сдержался. В каком смысле «дорого»? – Нельзя, потому что это учебное заведение и всё такое. Ты же хочешь презентабельным в школе быть? И вообще, радовался бы что я готов тебе всё это покупать. Пацан промолчал и отвёл взгляд, отошёл немного дальше и взял какие-то штаны. Я молча наблюдал и засунул руки в карманы, зевнул, достал телефон и глянул время. 15:56. Могло быть и хуже. Завтра уже понедельник. Матвею в школу, мне на работу. Какой ужас. Но ему долго ходить в школу не придётся, уже скоро лето. Это немного успокаивало. Чуть больше месяца в школе, а потом лето. Я выдержу. А потом я просто привыкну к пацану и перестану считать это мучением. Надеюсь. – Алекс, я нашёл. С приятным удивлением я взял пару вешалок из рук мелкого и стал смотреть. Наконец-то он взял хоть что-то. Было там две белых рубашки, ещё одна чёрная с белым карманом, а вторая чёрная с ромбиками. И две пары штанов. Нормально. А потом я увидел оранжевый галстук с чёрными ромбиками и прищурился, глянул на Матвея. – Зачем тебе галстук? Матвей сразу напрягся. – Не знаю. Другие носят. Ну да, «другие». Я хотел посмеяться, но я помнил как чувствовал себя в его возрасте. Хотелось тоже быть модным, как остальные. – Окей, я понял. Потом я увидел длинный и большой для Матвея пиджак. Нахмурился. – Это зачем? Пацан пожал плечами и положил руку на шею. – Не знаю. Он удобный. Я вздохнул и поджал губы, покрепче сжал вешалку с вещью. – Давай не будем, окей? В нём жарко будет. На следующий год купим. Сейчас апрель в самом разгаре, он нам не понадобится. Матвей задумался, потом кивнул. Я облегчённо выдохнул. Не придётся спорить из-за того что пиджак слишком большой. – Теперь ты должен это померить. Идём. Я похлопал по плечу Матвея, но он только дёрнулся и отошёл. – Зачем? – В смысле? Ну, чтобы тебе по размеру было. Вдруг купим, а потом окажется, что эта одежда тебе мала или велика. Пацан промолчал. Уже в примерочной я ждал его довольно долго. Точнее, он померил всё кроме второй пары штанов. Я уже стал немного нервничать и, конечно, не стал отодвигать занавеску, но спросить всё-таки надо было. – Ты долго там? Чёрт возьми, что сложного? Молчание послужило мне ответом. Ну конечно. Я постучал кулаком по стенке, но когда снова не услышал ответа, то вздохнул тяжело. – Матвей, либо ты сейчас отвечаешь, либо я вхожу. Матвей не ответил, но я слышал шорохи на занавеской. Женщина, стоящая за мной, недовольно на меня поглядывала и что-то сказала своему мужу, я рыкнул сердито и резко зашёл в примерочную. Матвей от испуга не закричал, но сразу ударился спиной и затылком об стену. – Уйди! Нет, всё-таки закричал. – Что происходит? Пацан шмыгнул носом и мой взгляд перевёлся на штаны, которые были малы и по размеру не подходили. они остались на коленях Матвея, а на бёдра уже не налезали. – Они просто малы тебе. Почему ты не сказал? – Я думал, что смогу их натянуть. Я рыкнул. – Не смог. Доволен? Жди, я тебе принесу такие же другого размера. Отдай эти только. Матвей смотрел на меня, а потом на штаны, смущённо нахмурил свои рыжие брови. – Ты долго тут стоять будешь? – Я мешаю? – Нет. Пацан наклонился и стянул штаны, явно прикладывая силу. Всё-таки они малы и явно снимались с трудом. Я невольно глянул на синяки на ногах мелкого, в некоторых местах шрамы, которые выглядели странно. На бедре был большой синяк, который больше был похож на ожог, но думать об этом я не хотел. – Видимо, ты часто создаёшь проблемы. Часто на улице падаешь и всё такое? Ну да, понимаю. Матвей промолчал, а я взял штаны и вышел искать другого размера, в пару раз больше. Теперь вся одежда была при нас. С обувью проблем вообще не было и мы быстро закончили. На улице сейчас темнело поздно, весна всё-таки. Поэтому шли мы до машины с большими пакетами, уставшие, но довольные. – Наконец-то это закончилось. – Ага. А завтра Матвею первый день в новой школе ещё нужно пережить. А мне на работу после отпуска.. Я положил вещи в багажник и невзначай погладил ладонью по рыжей макушке Матвея.