Что ты сказал?

Ему казалось, что до этого он никогда не пил. Но он точно помнит, что когда-то такое происходило. Стекло бутылки, скрывающее за собой смутного происхождения алкогольный напиток, искажало видимую область, когда Лололошка, словно ребёнок, приложил округлый бок тары к глазам. И смотрел. Смотрел, как Лайа, чей лоб вытянулся от своеобразного способа разглядывания, с сосредоточенным видом рассказывала про своё прошлое. Он слушает, правда. Но уж точно не может себе отказать в смешке, когда сквозь бутылку становится непонятно, где и какая у Вальдхара часть головы. Язык становится вялым и как-то неприятно давит на нёбо, а мозги кажутся жидкой кашей. Может, если он достаточно сильно наклонит голову набок, они смогут вытечь из его уха? Но вместо этого, даже не успев подумать над своими мыслями, Лололошка лишь тихо шлёпается на бок, приложившись ухом к полу и, возможно, немного ударившись виском. Нет, не вытекли. А ему было бы лучше, если бы его мозги уплыли, словно Слайми из своей клетки? Исчезли, избавив бедного мироходцаМеждумирцактояпомогитепожалуйста, от непосильных ему задач. Перед глазами страшно плывёт, искажая обзор под смех Вальда и недовольных вздох агента Каталонес. И самому весело. Отчего-то ему становится забавно от своих же дурацких мыслей, но разве он хочет сейчас веселиться? У него нет выбора. Его выбор – выживать. Сколько он себя помнил, сколько он смог вспомнить, он всегда выживал. В голове друг за другом идут отрывки воспоминаний о том, как он падает с высоты. Топится в самодельной луже. Сгорает в лаве. Получает раны от оружия друзей и врагов. Пропадает в абсолютной пустоте. Попадает под лапы огромных и не очень монстров. Но, тем не менее, он здесь. Когда-то это был его выбор – стереть себе память, избавиться от тех злополучных моментов. А может ему только кажется, что выбор был его? Он ведь даже и не может знать наверняка. Даже когда он вспомнил, когда ему помогли вспомнить, он не был удовлетворён. Всё ещё не знал, что ему делать. Выяснение своей некогда скрытой от самого себя личности пока что давало ему в основном лишь проблемы. Да, он вспомнил своих старых и, может, самых Первых друзей. Но при этом осознание того, что Ло самолично убил своего давнего лучшего друга дёргало за струны искры, души и всего, что там только есть в его искалеченном временем организме. Вместе с этими воспоминаниями приходили и другие. Войны, смерти, предательства, обман, битвы. И все меньше и меньше плюсов он видел в частично возвратившейся памяти. Да, он нашёл своё Я. Но какое? Был ли это тот ребёнок, бегающий по деревне за курочками, чтобы вечером возвратиться к бабушке и выпить горячего чая? А может это тот мальчик с чёлкой на одном глазу, что мог ради веселья подрывать миры и изобретать такие механизмы, что его альтер-эго они даже не снились? Может это молодой полуэльф, сумевший вырваться по уровню знаний к настоящим эльфам, покорив многих своей сообразительностью? И всё тот же ученик, заперший своего друга в вечных муках с собственным отцом. Герой, что уже не помнил себя, спасший мир от злого тирана-правителя. Герой, спасший Древо жизни и его жителей. Герой, устроивший одну из самых масштабных революции. Герой, сломавший время, переживший временные парадоксы и самое подлое предательство, на которое только мог быть способен. Герой, который-.. Герой? Лололошка медленно моргает. Кажется мысль пропала, как только знакомые чёрные лакированные ботинки чуть не ударили его по лицу, появившись слишком близко. Разлепив полуприкрытые веки, он поднимает взгляд, на секунду пересекаясь с фиолетовыми глазами Тадмавриэля. Те сверкают злобно, но почти сразу переключаются на другого пьяницу в их компании. А, вот откуда Вальдхар взял вино. Мышцы успели затеч, не позволяя Ло с первого раза сесть нормально, но у того всё равно выходит, ведь он герой может опереться о стену позади. Озлобленный эльф снова что-то говорит, но уже в его сторону. НеИнтересно что именно, но он уже не узнает. Едва Лололошка моргнул, как они с Лайей остались одни, да и та в скором времени ушла. Полупьяный мозг не хотел нормально функционировать, да и дел особо не было. Доковыляв до ближайшей койки, Лололошка свалился на неё, благополучно закинув колени выше груди, а покрывало сбив в сторону. Так, о чём он там думал? Ах да, надо бы помидоры собрать..