Гроза, черемуха и летний костер, что стоят истлевших человеческих сердец

Она вжимала педаль газа со всей силы и громко подпевала, нет, просто выкрикивала строчки популярной песни, запрокидывая голову. Солнце танцевало на ее щеках, оставляя следы в виде веснушек и он ощутил жгучее желание сцеловать их с нежной кожи. Волосы трепал поздне-весенний ветер, а кровь разгонял адреналин и еще что-то непередаваемое, что делает тебя пьяным без капли алкоголя, растекается по венам гудящим жаром, а по лицу неконтролируемой улыбкой. Он хотел раствориться в этом моменте, затеряться в этом горячем воздухе и звонкой мелодии. Будучи младше, он не раз думал о концепции любви. Что за чувство способно заставить людей сжигать до тла континенты и собственные сердца? Любовь представлялась ему чем-то непостижимым, тем, о чем говорят с трепетом и исключительно шепотом, боясь сломать, как крылья бабочки. Смотря же на нее сейчас ему хотелось кричать. Хотелось вышибать весь воздух из легких раз за разом пока голосовые связки не откажут. Теперь любовь виделась ему чистым отфильтрованным безумием. Летним костром. Улыбками и рваными вздохами между поцелуями. Истерическим смехом. Пьяными танцами, когда валишься с ног, и безошибочно знаешь, что завтра будешь проклинать это. Лежащей на правой границе стрелкой спидометра. Первым погружением в морскую воду с разбегу. Саднящими по вечерам коленками в детстве. Украденной с соседского огорода малиной. Букетом крохотных ромашек. Сигаретой из рук любовника. Поцелуями под дождем. Обжигающим терпким кофе. Первым бокалом вина. Эйфорией от победы, абсолютно любой. Рискованным ходом в покере. Острыми клыками, выглядывающими при улыбке. Подделанной подписью родителей. Летним вечером, когда бессовестно опаздываешь домой. Жаркими поцелуями в кустах сирени. Приторным запахом апрельской черемухи. Ледяными пальцами у кромки белья. Майской грозой. Она разрушительна, губительна, всепоглощающа. Она сносит на своем пути все и пропитывает собой каждый уголок, каждый натянутый до предела нерв. Но она абсолютно стоит всех истлевших сердец. Ведь перед тем как погаснуть, они горели ярче любого летнего костра.