Зеркало

— Кто я? Собственное отражение смотрит в глаза. — Ты — это ты. Комок сглатывается. Схватившись за край рукава и натянув его так, чтобы он скрывал всю руку, ею проводят по зеркалу. Теперь в отражении стоит совсем другой человек. Стоит маленькая девочка с собранными в хвостик волосами и чёлкой, в синем платье в горошек. — Это я? — Нет, это всё ещё не ты. Но так видят тебя. — Меня? — Да. — Но это не я. Почему меня видят так? — Потому что именно такая ты нравилась. Именно такую тебя хотят видеть. — Но это неправильно. Мама и папа, почему? Ком в горле. Но всё ещё можно сглотнуть. Дышать становится тяжелее. Проводя ещё раз рукой по зеркалу, но уже в обратную сторону, там стоит девушка с темными волосами. Черты лица размыты, она не знает её. — Это я? — Нет, это всё ещё не ты. Но так видят тебя. — Меня? Но я даже не похожа на неё… — Неправда. Для него ты похожа. — Я… — Да. Ты стала заменой. Смирись с этим. Теперь ком становится невозможно сглотнуть. Рот наполняется слюнями, брови хмурятся. Рука ещё раз проводит по зеркалу. Снова в ту сторону, в которую и в первый раз. В отражении стоит девушка в очках и с блондинистыми, короткими волосами. Одна прядь, падающая на левую сторону, была яркой голубой. Видно, что человек «светится». — Это я? — Нет, это всё ещё не ты. Но так видят тебя. — Но это прошлая я… — Верно. Для них ты всё ещё такая. — Правда? — Правда. А знаешь, почему большинство отреклись? — Потому что я уже не такая? — Потому что ты уже не такая. Снова взмах рукой по зеркалу. Снова другое отражение. Отражение такое же, как и в прошлый раз, но вид немного иной: застенчивый, невинный. — Это я? — Нет, это всё ещё не ты. Но так видят тебя. — Он? — Да. Ты же знаешь, что ему нужно было от тебя. — Знаю. Печально, я думаю… — Но тебе это нравилось. Разве не так? — Я думала, что он любит меня…! — А он так не думал. — Да…это так… Происходит то же самое действие, что и в прошлый раз. В отражении стоит девушка, с собранными волосами в пучок, чёлкой, в салатовый футболке и чёрных джинсах. У неё под глазами мешки, и вид какой-то уставше-грустный, она явно зажатая. Идеальный вариант для унижения кем-то. — Это я? — Нет, это всё ещё не ты. Но так видят тебя. — Точнее, видели… — Точнее, видели. — Я долго искала причины, но так их и не нашла… — А это имеет значение? — Нет. Это правда. Взмах… И теперь в отражении стоит действительно отражение. Глаза моргают, смотря на себя. Немного удивлённо. Короткие блондинистые волосы торчат в стороны, что довольно забавно. Явно есть проблемы с кожей, но ощущение, будто они сюда даже чуть-чуть подходят, эти покраснения и красно-фиолетовые пятна. Под бровями красные пятна, на нижнем веке тоже. Они такие маленькие, еле заметные, но они есть. Ладони, спрятанные под кофтой, прислоняются к зеркалу, и приходится наклониться к поверхности, чтобы рассмотреть себя ближе. Очков то не было. Разномастные глаза. Еле заметная гетерохромия. Один глаз зелёный, а другой наполовину, вторую занимает бирюзовый. Брови аккуратные, видно, что ухаживают. Но лицо не веселое. Глаза блестят из-за слегка накативших слёз, которые тут же останавливаются и даже не успеют скопиться, чтобы было заметно. Отражение приулыбается. Совсем немного… — Это я? — Да. Это ты. Но видит ли тебя такой кто-то? — Я не знаю. Но разве это важно? — Конечно важно. Ты — это ты. Разве тебе нравится, если тебя видят другой? — Но разве это я виновата в том, что люди достраивают мой образ иным или живут прошлым? Я предельно честна. Если я лгу, то это редко и «во благо»… В ответ молчание. — Человек прекрасен таким, какой он есть, да? Значит я должна любить себя? — Значит должна. — Значит, я люблю себя. И принимаю такой, какая я есть. — Однако, есть одно «но»… — Я знаю. Знаю, что должна совершенствоваться. — Правильно. И что ты скажешь? — Что я прощаю и отпускаю. Ведь я не хочу жить прошлым. Ведь «Если вы любите что-то, освободите это. Когда оно вернётся к вам, оно ваше. Если нет, то оно никогда не было вашим.»