То чувство, когда он мой

00:40. Светлову уже начало клонить в сон. Быстренько приняв в душ, девушка надела пижаму, которая состояла из атласной маечки и шортиков, а сверху накинула такой же атласный халатик. Выйдя из ванной, она вернулась в гостиную. - Так, ребят, давайте я вам постелю здесь, вы сходите в душ, а потом сами решайте, кто спать, а кто нет. – говорила Ольга, доставая из шкафа чистое постельное бельё и полотенца. – Чет меня вырубает. - Без проблем. – Гена решил немного помочь подруге, забирая из её рук полотенца. – А мы поместимся все? - Поместитесь. Диван и два кресла, которые разбираются. – пояснила девушка, указывая рукой на вышеупомянутые предметы мебели. Раньше, когда они оставались у неё с ночёвкой, то спокойно все помещались на диване. Но тогда они были мелкие. – Три места и вас трое. - Четверо вообще-то. – поправил русоволосую Хэнк, разбирая уже второе кресло. - Киса не в счёт. – улыбнулась Оля, застилая первое кресло. – У него вип-место в моей постели. Иван ухмыльнулся в ответ, посылая девушке воздушный поцелуй. Он понимал, что если бы они не были вместе, то он ютился бы на диване с Хэнком. Такое себе удовольствие. Пока Светлова застилала диван и оставшееся кресло, парни по очереди бегали в душ. Киса решил идти последним, потому что предпочёл смотреть, как Олька, расстелая постельное бельё, нагибается в коротеньких шортиках. - Как в гостинице прям. – широко улыбнулся Зуев, устроившись на своём кресле. – И чистое бельё и полотенца. Халатов только не хватает и тапочек. - Губу закатай, Гендос. Тапочки и халат ему подавай. – фыркнул Кислов, выйдя из ванной в одних трусах. – Скажи спасибо, что в кресле спать будешь, а не на коврике. Ивана, кстати, не устраивало, что кроме него, пацаны тоже ходят в одних трусах перед Олькой. Хорошо, что они это понимали, и после душа сразу же залезали под одеяло, чтобы ничем не светить. То, что девушка ходит в коротких шортиках не только перед ним, Кисе тоже не нравилось. Но он ей не говорил об этом. Потому что знал, что они могут поссориться из-за этого. - Спасибо, Барин, за роскошь такую! – протянул Гена, сползая с кресла на пол, и чуть ли не в ноги кланяясь Кислову. - Хватит паясничать. Задрали. – закатил глаза Хэнк. – Ольк, тебе родаки ничего не скажут? – задал он вопрос подруге, намекая на то, что она достала столько чистых вещей. - Отец не скажет. Он в курсе, что я вас позвала. – улыбнулась девушка. Ей было приятно, что друг беспокоится о том, влетит ей или нет. – А мать может. Ну, поорет и перестанет. Ребята устроились на своих местах: Гена на кресле, Мел на втором кресле, а Хэнк занял диван. Киса пока спать не хотел и остался с пацанами смотреть, только что начавшийся, ужастик. - Только не шумите сильно. – попросила Светлова, и оставив поцелуй на щеке Вани, ушла в комнату.

***

Прошло примерно полчаса. Ольга так и не смогла уснуть. На то было несколько причин. У неё из головы никак не выходил этот случай с Максом. Девушке было так противно и мерзко от самой себя, что аж тошнило. Даже душ не помог. Ну, и вторая причина это парни в гостиной. Они сделали телевизор тише, чтобы не мешать подруге, но вот говорить тише у них не получалось. - Пацаны, нужно что-то делать. – вдруг сказал Хэнк, который не мог и не хотел оставлять это так. - Ты о чём? – нахмурился Зуев, не понимая, что именно его не устраивает. - Вы че реально думаете, что с Олькой всё в порядке? – на полном серьёзе спрашивает Боря. – Изнасилование… Даже попытка изнасилования не проходит бесследно. А таких попыток было три! – он помнил их все. И помнил, как ей было страшно. - Ты че психолог? – раздражённо фыркнул Киса. Ему казалось, что Хенкин пытается сейчас выставить его бесчувственным дерьмом. Он тоже переживает за голубоглазую, просто не умеет показывать это всё так открыто и при всех. – Тебе-то откуда знать? - В прошлом году девчонку пытались изнасиловать. Она младше нас на год. Мне отец рассказывал. – решил поделиться информацией Хэнк. – Ей помогли, и тот парень не успел ничего сделать. Но девочка не смогла этого забыть. - И что с ней сейчас? – спросил Мел. Его тонкую и ранимую душу не мог не затронуть этот рассказ. - В психушке отдыхает. – ответил Боря, после чего пояснил. - Сначала она таблеток наглоталась, но её откачали. А потом она пыталась выпрыгнуть из окна прямо в больнице. - Жесть. – Зуев теперь реально задумался об этом. – Но Олька вроде улыбалась же… - И что? Это может быть защитной реакцией. – настаивал на своём Хенкин. – Может, прямо сейчас она не спит, а плачет. Нам она всё равно не скажет, что чувствует. Ритке только, может быть. - Да не будет с ней ничего такого. – махнул рукой Кислов. От одной только мысли, что Олька может что-то сделать с собой становилось не по себе. - С таким парнем, как ты, ей только психушка и светит. – высказал Хэнк, которого выбесило равнодушие кудрявого. – С твоим то отношением к ней и эмоциональными качелями. - Че ты сказал, ментеныш!? – тут же вспылил Кислов, подскакивая с места. - Вот об этом я и говорю! – усмехнулся Боря. – Ты же заводишься с полуоборота. - Пацаны, хорош! – Мел и Гена кинулись к друзьям, чтобы в случае чего разнять их. В этот момент Светлова вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Все эти разговоры ей уже надоели, а теперь они ещё и кричат. Услышав хлопок двери, и увидев на пороге подругу, парни замолчали, растерянно глядя на неё. - Мааальчики… - протянула Оля, смахнув с лица упавшие пряди. – Я же просила не шуметь… - Прости… - хором пробормотали парни, виновато опустив головы. Тяжело и вздохнув, девушка подошла к дивану, усаживаясь между Кисой и Хэнком. Мел и Гена уселись на пол, у ног русоволосой. Ужастик уже давно ушёл на второй план. Хоть и очень интересный был. - Оль, слушай, мы… - начал Боря, пытаясь подобрать нужные слова. – Мы спросить хотели… - О том, как я чувствую себя после того, что произошло? – усмехнулась Ольга, на что получила четыре пары удивленных глаз. - Откуда… - Я же сказала, что вы слишком громкие. Я слышала каждое слово. – сказала Оля, вводя парней в ещё больший шок. – Всё не так плохо, Хэнк. – заверила она друга, чтобы он не переживал так сильно. – Но… - Но? – нахмурился Гена. Какое ещё может быть но, если о суициде она не думает… - Мне противно. От себя. После всего этого… - Вот кто-кто, а ты не должна винить себя в этом. – глядя на подругу снизу-вверх, Мел положил руку на её колено в поддерживающем жесте. – Ты не виновата, что такие уроды существуют. Гена также положил ладонь, на другое колено, а Киса и Хэнк обняли девушку за плечо. Им стало значительно легче. Всё таки все люди разные, и все по разному справляются с неприятными воспоминаниями. К счастью, у Светловой с психикой всё в порядке. Ей достаточно того, чтобы близкие люди были рядом. - Ребят, может уберёте руки… - попросила Ольга, после недолгого молчания. - Почему? – нахмурился Кислов. – Тебе неприятно теперь? – вот, не дай бог, это окажется так. Он этого Макса из под земли достанет тогда. - Нет. – еле сдерживая улыбку, произнесла Светлова. – Просто я вспомнила один фильм, где всё так же начиналось. – широко улыбнулась. – Полуголая девушка, четверо полуголых парней… - Опа… - ухмыльнулся Киса, максимально приблизившись к лицу девушки. – Ты порнуху смотришь? - Покажи мне того, кто не смотрит. – щёлкнув пальцем по носу парня, Оля перевела взгляд на телевизор. – Жуть какая! – вздрогнула она, увидев жесточайшее убийство на экране. – Пойду я. – встала с дивана, намереваясь покинуть гостиную. - Может, ещё с нами посидишь? – спросил Мел. – Фильм интересный очень. - Сами свои ужасы смотрите. – сморщила лицо девушка. Она никогда не любила фильмы ужасов. – Тем более, есть кое-что поинтереснее. – загадочно протянула русоволосая, глядя на Ивана. – Кис, ты идешь? - Не, я здесь пока посижу. – шмыгнул носом парень, пялясь в телевизор. - Ладно. – недовольно цокнула Ольга. – Только не проси потом. Развернувшись, девушка лёгкой походкой направилась в свою комнату. Судя по улыбкам парней, они догадались, что она имела ввиду. Странно, что Кислов не догадался. Обычно он подобное за версту чует. - Что я должен проси… - начал парень, нахмурив брови, но так и не договорил, замерев с широко раскрытыми глазами. – Блять! - Тебе бы поспать, Кисуль. – заржал Гена, увидев выражение лица Кисы. – А то мозг уже совсем не варит. Намёков не понимаешь. - Я пошёл. – игнорируя высказывания Зуева, Кислов вскочил с места направляясь в комнату Светловой. Войдя в комнату девушки, Иван обратил внимание на мягкий красный свет, заполняющий помещение. Его любимый. В его комнате всегда горела красная подсветка. Оля стояла у шкафа, на дверке которого было зеркало во весь рост, разглядывая своё отражение. Халатика на ней уже не было. Киса медленно подошёл к ней, кладя горячие ладони на её талию. - Неужто дошло. – усмехнулась голубоглазая, но в следующую секунду с её губ сорвался вздох, когда парень запустил руки под майку и сжал её грудь. Это было мини-наказание от Кисы за насмешку над ним. Девушка видела в отражении всё, что делал с ней Иван. Его руки сжимали девичью грудь, потирая пальцами сосочки, а губы покрывали поцелуями шею. От такого зрелища пижамные шортики быстро намокли. Внизу живота заныло, грудь сдавило от, внезапно нахлынувшего, чувства. Одной рукой Кислов продолжал ласкать грудь девушки, а второй медленно скользнул вниз. Ловкие пальцы зацепили резинку шорт, пробираясь дальше. Какого же было его удивление, когда он обнаружил, что на ней нет трусиков. Киса провёл пальцами по влажной промежности, круговыми движениями лаская клитор. - Ах… - тихо простонала Оля, откинув голову на плечо парня. – Не останавливайся… - Поверь мне… - хриплым от возбуждения голосом прошептал Ваня. – Даже не собирался… Резким движением он развернул девушку к себе, заключая в глубокий поцелуй. Оля обняла его одной рукой за шею, отвечая на поцелуй, а второй - гладила его пресс, иногда проводя ноготками. Не отвлекаясь, Киса стянул с неё топ, отбрасывая его в сторону. Кислов повалил Светлову на кровать. Он уложил её на спину и провёл дорожку поцелуев от шеи до ключицы, отчего с девичьих губ сорвался тихий стон. Иван провёл языком по влажной, от поцелуев, шее, и сжал бедро, заставив девушку вздрогнуть. Когда он обвил горячим языком правый сосок, Оля едва не захлебнулась воздухом. Киса посасывал её сосок, изредка бросая взгляды на её лицо, будто считывая эмоции. А на лице русоволосой была только одна эмоция – удовольствие. Второй сосок он медленно перекатывал между пальцев, слегка оттягивая и затем отпуская. Слушая девичьи стоны, Кислов сам тихо порыкивал, слегка двигая бёдрами. Оля выгнулась в его объятиях, хаотично блуждая руками по плечам и спине парня. Вдоволь наигравшись с грудью, Киса снова принялся расцеловать шею, а его рука скользнула к половым губам, начиная поглаживать их круговыми движениями, заставляя девушку громко стонать. - В-ваня…- простонала голубоглазая, чувствуя, как парень ввёл в нее два пальца. – Вааанечка… - закатив глаза, она закусила губу. Волны удовольствия накрыли Ольгу с головой. Громкие стоны наслаждения разносились по всей комнате, а Киса только ускорял движения. Ему просто крышу сносило от неё, от её стонов. А когда она простонала его имя, парень испытал нереальный кайф. Почувствовав пустоту внутри, Светлова открыла глаза, недоумевающе глядя на парня. Усмехнувшись, он достал из прикроватной тумбы презерватив. Стянув с себя боксеры, он надел презик на член. Снова нависнув над русоволосой, Кислов одним резким движением вошёл в нее. Она громко вскрикнула, но парень тут же накрыл её губы своими, начиная двигаться в ней. Оля даже не заметила, как начала двигать бедрами в такт его движениям. Всё тело горело от его поцелуев. Все мысли были заняты только им. Ольга обхватила ногами бёдра парня и провела рукой по его прессу. Отстранившись от сладких губ, Иван, тяжело дыша, шептал девушке на ухо всякие пошлости. От его шёпота, соблазнительного, хрипящего от желания, у Светловой перехватило дыхание. Возбуждение росло с каждой секундой. С каждым мгновением внутри обоих как будто распалялся огонь. - Повернись. – попросил приказал Кислов, покидая лоно девушки. Оля послушно легла на живот. Парень нежно, практически невесомо, провёл кончиками пальцев по линии позвоночника, спускаясь к ягодицам. Огладив правую половинку, Киса не сильно ударил по ней. В комнате раздался шлепок, сопровождаемый развратным стоном девушки. Она сама не ожидала, что умеет стонать так… - Так, тебе нравится пожестче… - довольно ухмыльнулся Кислов этому открытию. Он снова шлепнул её по ягодице, срывая с её губ ещё один такой стон. Он лёг сверху, рукой опираясь на кровать, слегка придавливая девушку своим весом и снова вошёл. Второй рукой скользнул между грудей, сжимая ладонью шею. Киса делал резкие толчки, иногда замедляя теп, а затем снова ускоряясь. Как же ему льстило, когда Олька кричала его имя, просила ещё… Кайф для мужского слуха. Волна наслаждения подкатывала всё ближе, дыхание сбилось. Толчок. Ещё один. И вздох облегчения и дикого удовольствия проносится по комнате. Киса выходит из девушки, снимая презерватив, бросая его на пол. Он переворачивает девушку на спину и бережно кладёт на кровать, притягивает к себе, заключая в объятия. Ей всё ещё тяжело дышать, ноги дрожат, а внизу живота приятно тянет. - Че ты раньше не говорила, что пожестче любишь? – широко улыбаясь, спросил Иван. - Ты думаешь, я знала? – хмыкнула Оля, проводя ноготками по мужской груди. – До тебя я вообще думала, что секс это мерзко и противно. - Так, я, оказывается, тебе глаза открыл на эту жизнь. – Киса положил ладонь на бедро девушки, слегка сжимая его. – Впереди ещё много экспериментов. Может ещё че-нить понравиться. - Пока нравится всё. – игриво закусив губу, Ольга легко оседлала парня, глядя на него сверху вниз. – Продолжим? - Ну, как я могу отказать… - ухмыльнулся Ваня, мягко поглаживая девичью талию.