То чувство, когда он мой

Предпоследним уроком была физкультура. Константин Александрович был, как всегда безжалостен. Сначала лёгкий бег в своё темпе, буквально пара кружочков. Крылова и Светлова бежали рядом. В основном молча, чтобы не сбиться с ритма. Иногда они, конечно, обменивались парой фраз, но без фанатизма. Позади них бежали Киса и Мел. Девушки их даже не видели, потому что те тоже молчали, переговариваясь жестами и взглядами. А всё дело в том, что их уж очень манило то, что они видят прямо перед собой: соблазнительные попки их любимых дам в обтягивающих шортиках. Ну, грех не попялиться. - Кислов! Меленин! Не отлыниваем! – крикнул Кан-Саныч, после чего свистнул в свисток. Совсем обнаглели эти школьники. - Весь кайф, сука, обломал… - фыркнул Кислов. Итак, на этой сраной физ-ре ничего интересного не происходит, так ещё и расслабиться не дают. Бегущие впереди девушки вздрогнули и обернулись. Они никак не ожидали, что парни бежали позади них. - Вы что всё время сзади были? – спросила Рита, заметив смущённый взгляд Мела. Глупенький. Чего смущаться то?! - Ага. Такой прекрасный вид… - ухмыльнулся Киса, облизав нижнюю губу. Он обвёл оценивающим взглядом Светлову. И как девчонкам не запрещают так одеваться на урок? – Глаз не оторвать… - Вань… - Оля повернулась к парню в пол-оборота, собираясь сказать, чтобы он прекращал смущать её на уроках. Это, конечно, очень приятно, но очень отвлекает. - Мм… А спереди вид ещё лучше. – улыбнулся он, обнажив ряд ровных зубов. Его взгляд невольно задержался на небольшом вырезе майки, который открывает выпирающие ключицы. Рита же ничего не говорила Егору. Она итак ждала от него внимания столько времени, поэтому не собирается отказываться от него сейчас. Мел ничего не говорил сейчас, просто смотрел. Он не умеет, как Киса. Флирт с нотками пошлости - не его стиль. Ему ближе романтика, наедине. Именно поэтому ему немного стыдно за то, что он так открыто пялился на Крылову. - Кислов! Меленин! Вы оглохли что ли!? – снова прокричал Кан-Саныч, заметив, что ученики всё ещё еле плетутся, а не бегут нормально. – Дополнительный круг побежите у меня сейчас! - Как будто от дополнительного круга мы быстрее побежим. – хмыкнул Мел, чем вызвал смешок у Риты. - Константин Александрович, а вы Крылову с Светловой быстрее бежать заставьте, тогда и они побегут! – крикнул, мимо пробегающий, Локон. Учитель его проигнорировал, а вот Кислов нет. - Я щас тебя быстрее бежать заставлю, крашенный! – рявкнул Киса, сделав выпад в сторону Севы. Локонов нервно дернулся, и ведь действительно побежал быстрее. Мелу и Кисе тоже пришлось ускориться, обгоняя девушек. Всё таки Кан-Саныч уже 2 раза замечание сделал. На третий раз, угроза дополнительного круга – может стать реальностью. Когда с бегом было покончено, началась разминка. Всё это было нужно, чтобы размяться перед настоящим кошмаром. Перед тем, что больше всего Киса ненавидел и старался избегать. Зачёт - три круга вокруг стадиона. Естественно на время. Сначала бежали мальчики, а девочкам дали возможность отдохнуть и настроиться на бег. Почти все парни сдали норматив хорошо. Илья Кудинов вообще зачёт не сдавал, потому что у него освобождение от физических нагрузок из-за плохого зрения. Одним из первых прибежал Хэнк. Мел оказался чуть хуже, но до четверки дотянул. А вот Киса бежал в числе последних. Хуже него пробежал только Толстый. Павел Игнатьев, то есть. - Кислов как всегда. Вот все зачёты на отлично, а бег не даётся. – насмешливо сказал Кан-Саныч, наблюдая за тем, как ученик тяжело дышит, восстанавливая дыхание, опираясь руками на колени. – Бросал бы ты курить. - Без тебя разберусь, блять… - тихо пробормотал Иван, так, что это услышали, только что подошедшие к нему, Мел, Хэнк и Олька. - Да ладно тебе! – похлопал его по плечу Хенкин. – Пора бы привыкнуть, что у него к тебе особенная любовь. -Нахер мне она нужна!? – фыркнул Кислов. – Пусть вон, до Толстого доебывается! - Ты всё равно молодец… - прошептала Оля, целуя парня в уголок губ и, поправляя рукой его непослушные кудряшки. Усмехнувшись, Киса перехватил девичью руку, целуя тонкие пальчики. Ему было приятно получать от девушки поддержку, даже если он её не заслужил. После сдачи зачёта, физрук дал парням футбольный мяч и отправил на поле. Пусть играют до конца урока. Хоть Кислов и не любил бегать, но мяч на поле погонять не против. Это же игра, а не какой-то дебильный зачёт. Пока мальчики делились на команды и выбирали капитанов, девочки встали на дистанцию. Когда физрук свистнул в свисток, все одновременно стартовали. Кто-то сразу ускорился, а кто-то решил не спешить. Второй круг покажет, чьё решение было верным. Ольга бежала в умеренном темпе два круга, а уже на третьем ускорилась. Как она и думала, те, кто сразу побежал быстро, выдохлись и уже еле заканчивали второй круг. А ведь впереди ещё один. Вдруг девушка оступилась. Ногу пронзила жуткая боль. Останавливаться не вариант, иначе придётся пересдавать зачёт в другой раз. Поэтому голубоглазая продолжила бежать, но уже чуть прихрамывая. Боль была дикая. Всего полкруга осталось. Перетерпит. Добежав до финиша, Оля наконец-то выдохнула. Кан-Саныч поставил ей оценку «отлично», так как она уложилась в норматив. Правда, если бы она прибежала всего на 30 секунд позже, то оценка уже была бы на бал ниже. Усевшись на трибуны, девушка вытянула больную ногу, надеясь, что немного минут отдыха облегчат боль. Было немного страшно, ведь пошевелить ногой было очень больно. Вскоре все одноклассницы Светловой, наконец, добежали к финишу. Точнее доползли. Бабич выглядела забавно. Вся мокрая; волосы свисали вниз сосульками, даже не скажешь, что урок назад это было укладкой; макияж немного поплыл. Уже не идеально. Бегать она не любила. Вот на машине ездить – другое дело. - Фух… Устала, капец! – Рита подошла к подруге, держась рукой за правый бок. – А с тобой что? - А что со мной? – Оля непонимающе посмотрела на Крылову. - С ногой что? Ты посмотри, как она распухла! И ведь правда, щиколотка немного увеличилась в размере, а места в кроссовке стало значительно меньше. Да и боль не прошла. При попытке встать, ногу просто разрывало от боли. Глядя на всё это, Рита позвала Константина Александровича. Физрук свистнул в свисток, крикнув парням, что урок окончен и, чтобы закруглялись с игрой. После чего он подошёл к двум девушкам на трибунах. - Что тут у нас? – мужчина присел на корточки, чтобы оценить масштаб проблемы. Он аккуратно ощупывал ногу ученицы, отчего она тихо вскрикивала. – Возможно вывих. Но лучше мед. кабинет сходить. Одноклассницы, которые услышали, что урок окончен, направились в школу. Нужно успеть переодеться и как-то отсидеть ещё один урок. Когда после физ-ры есть ещё уроки - это ад! Парни закончили игру и тоже собирались возвращаться в школу. - Слыш, Кис! – окликнул Ивана один из одноклассников, Саша. – Там у твоей, кажись, чёт случилось! – указал в сторону трибун. Кислов посмотрел в ту сторону, куда указывал одноклассник, и увидел, как физрук склонился над ногой Светловой. Поэтому сразу же поспешил туда. Мел и Хэнк последовали за ним, так как тоже переживали за подругу. - Чё случилось? – Киса обеспокоенно оглядел свою девушку. Его взгляд зацепился за её ногу, которая выглядела не очень здоровой. - Она ногу подвернула, но несмотря на это, решила добежать. – ответила за подругу Рита. – Больно было, а ведь всё равно бежала. – в её голосе слышалось небольшое осуждение. Зачем было делать хуже самой себе же?! – Теперь встать не может. - Зато у меня пятёрка. – пробормотала голубоглазая, опустив глаза. - Все бы так тянулись к хорошим оценкам. – усмехнулся Константин Александрович. – Да, Кислов? - Ага. – фыркнул Иван, даже не посмотрев на учителя. Вот, чё он к нему цепляется постоянно!? - В медпункт надо бы. – сделал вывод Мел, глядя на ногу подруги. Выглядит она не очень: опухшая, слегка покрасневшая. Жуть. Ничего не ответив, Киса с лёгкостью поднял девушку на руки, и направился в сторону школы. Умные все такие. Будто бы без посторонних советов он не догадался бы, что делать! – Если тебе так понравилось, как я носил тебя на руках сегодня утром, могла бы просто попросить. – ухмыльнулся он, проведя языком по нижней губе. – Не обязательно было себя калечить для этого. - Дурак! – улыбнулась Оля, оставляя поцелуй на щеке парня. Киса был бы не Киса, если бы не пошутил сейчас в своём стиле. Сначала Кислов донёс девушку до женской раздевалки, после чего пошёл переодеваться сам. В раздевалку Светловой помогала зайти Рита. Из-за ноги приходилось терпеть некоторые неудобства: переодеваться, стоя на одной ноге или же сидя. Кроссовок с больной ноги снять было нелегко. Больно. Но девушка справилась. Киса дождался, когда все одноклассницы переоденутся и выйдут из раздевалки. Когда там остались только Оля и Рита, он сначала уточнил, одеты ли они, и вошёл, получив положительный ответ. Нет, он, конечно, не против лишний раз увидеть Ольку в нижнем белье, а вот на Ритку смотреть ему совсем не хотелось. Он, не в коем случае не считал её некрасивой. Просто в этом плане она его не привлекает. Крылова направилась на последний урок, а Кислов и Светлова – в мед. кабинет. После осмотра, школьная медсестра сказала, что никакого вывиха нет. Просто девушка подвернула ногу, а боль и опухоль – это осложнения из-за того, что она не остановилась, чтобы отдохнуть, а мучила ногу до последнего. Женщина сказала, что пару дней ноге нужен полный покой, ну и сегодня перед сном нужно холодный компресс сделать. Киса решил, что на последний урок они не пойдут, поэтому подхватил Светлову на руки, и пошёл к выходу из школы. Девушка, конечно, планировала посетить сегодня все уроки, но у Вани были другие планы. Тем более, как с ним спорить, если сейчас без него она буквально и шагу ступить не может. Хорошо, что идти недалеко. Ребята живут в одном дворе, только в разных домах. Идти всего 20 минут от школы. Только Зуев живёт чуть дальше. Ольга очень переживала, что Кисе тяжело, даже озвучила это. На что Ваня возмутился. Как ему может быть тяжело? Он как будто пушинку несёт. Зайдя в свою квартиру, Кислов усадил русоволосую на тумбу. Быстро скинув с себя обувь, он помог снять ботинки девушке. Хорошо, что обувь была довольно свободная. Благодаря этому Светловой было не очень сложно надеть ботинок на больную ногу, и снять тоже не так больно, как кроссовок. Всё таки это было правильным решением – не надевать сегодня каблуки. - Кис, я могу сама… - Оле было немного неловко, что Киса так возится с ней. - Мне нравится тебя раздевать. – ухмыльнулся Иван, игриво подмигнув. Снова подняв Светлову на руки, парень направился в свою комнату. Там он усадил её в своё компьютерное кресло. – У меня появилась идейка. - Я за, если мне не нужно будет вставать или бегать. – ответила Оля, поудобнее устраиваясь в кресле. - Достаточно того, что ты будешь сидеть. – Кислов подошёл к шкафу, что-то выискивая на полках. Вскоре он вернулся к девушке, с двумя галстуками в руках. – Положи руки на подлокотники. Ольга пока ничего не понимала, но уже догадывалась к чему всё идёт. Усмехнувшись, она сделала то, о чём просил Киса. И уже в следующую секунду она наблюдала за тем, как парень привязывает её руки к подлокотникам. «Вот и пригодились эти удавки для шеи». – мысленно усмехнулся Кислов. Галстуки он никогда не любил. В первом классе мать заставляла его их носить, но потом он заупрямился. В итоге, два, практически новых, галстука уже много лет одиноко валяются в шкафу. Вот и им нашлось применение. К тому же ситуация подходящая. Олька одета как раз так, что можно и поиграть: короткая юбочка, голубая блузочка с небольшим декольте и чулочки. А под одеждой наверняка красивое белье. - Ну, чё, отличница, доигралась!? – усмехнулся Кислов, отойдя в сторону, с удовольствием разглядывая беззащитную девушку. – Я ж по-хорошему просил помочь мне с контрольной. - А самому сделать мозгов не хватает? – хмыкнула Ольга, с вызовом глядя на парня. «Игра началась!». - Ты не в том положении, чтобы хамить мне, детка. – ухмыльнулся Киса, медленно, словно хищник, подходя к русоволосой. – Завтра ты должна исправить свою ошибку. – его ладони легли на колени девушки, чуть сжимая. – Поняла? - А если нет, то что ты мне сделаешь? На лице Кислова появилась хищная ухмылка, в каком-то смысле немного жутковатая. Одним резким движением он раздвинул ноги Светловой, вставая между ними. От неожиданности девушка вздрогнула, тихо вскрикнув. - Уверена, что хочешь это знать? – руки парня скользили по бёдрам голубоглазой, забираясь под юбочку. Оля чуть дернулась, глядя на Ивана «испуганными» глазами. – Может, передумаешь насчёт контрольной? - Пошёл ты! – фыркнула Светлова, отвернув голову в сторону. Такой ответ Кисе не понравился. Зацепив пальцами чулки, он резко дёрнул их вниз. Послышался звук рвущейся ткани. Кудрявый невесомо провёл пальцами по девичей шее, очерчивая ключицы. Чувствуя как голубоглазая дрожит, Иван довольно ухмыльнулся. Взявшись за воротник блузки, он дёрнул его в стороны. Пуговицы не выдержали такого напора, отрываясь и падая на пол с характерным звуком. Ольга вздрогнула, не ожидая, что у парня столько силы. Киса отодвинул ненужную ткань, оголяя плечи и грудь девушки. Как он и думал, на ней был надет красивый кружевной лифчик. Голубоглазая вздрагивает от каждого прикосновения Вани, «испуганно» поглядывая на него. - Страшно? – руки парня накрыли грудь русоволосой, чуть сжимая через лифчик. – Не бойся… Тебе понравится… - прошептал он, облизнув нижнюю губу. Он провёл ладонью по щеке девушки, но девушка отвернулась в сторону. Обхватив её подбородок пальцами, он повернул её голову обратно, заставляя смотреть на него. – В глаза мне смотри! В этот момент дверь в комнату распахивается, с грохотом ударяясь о стену. Парочка вздрогнула, не ожидая, что кто-то может прийти. В проходе появляется злая Рита, а за ней не менее злые парни. Оказывается, что с последнего урока всех отпустили раньше, и ребята решили пойти к Кислову, чтобы узнать, как чувствует себя Оля. По пути они встретили Зуева. Узнав, что случилось с Светловой, он решил пойти с ними. Дверь в квартиру оказалась не заперта, поэтому они вошли. Услышав разговоры из комнаты, они подошли к приоткрытой двери. Увидев то, что там происходило, ребята были в шоке. Кто бы мог подумать, что Киса абьюзер!? Так издеваться над девушкой только из-за какой-то контрольной… - Мразь ты кучерявая! – крикнула Крылова, швырнув в парня первую попавшуюся вещь. – Какого хрена ты издеваешься над ней!? Так ещё и сейчас, когда она ходить не может! - Крылова, ты совсем что ли страх потеряла!? – процедил сквозь зубы Кислов, которому не понравилось, как его назвала блондинка. - А что!? Ударишь меня? – Рита совсем не боялась Кислова, тем более сейчас, когда у неё за спиной трое парней. – Так, может, ты и её всё таки бьёшь!? – указала на растерянную Светлову. - Рит, всё совсем не так. Никто не издевается надо мной. – голубоглазая попыталась всё объяснить подруге, но та, кажется, не верит ей. - Ольк, ты чего его защищаешь то!? – Гена тоже был не в восторге от увиденного. Трудно поверить в то, что при всех они милая парочка, а наедине он так мучает её. – Сказала бы нам, что он издевается над тобой. Мы бы по-мужски поговорили с ним. - Да никто ни над кем не издевается! – раздражённо фыркнула Ольга, намереваясь встать, но вспомнила, что у неё руки привязаны к подлокотникам. – Кислов, развяжи меня! Не став спорить, Киса развязал галстуки, освобождая хрупкие запястья из плена. Всё равно настрой уже не тот. Прикрыв грудь блузкой, которую теперь не застегнуть, Ольга резко встала, забыв о больной ноге. Но нога тут же напомнила о себе резкой болью, отчего девушка чуть пошатнулась. Кислов тут же среагировал, удерживая русоволосую за талию. - Ну, куда ты соскочила, а!? – Ваня усадил Светлову обратно в кресло. Девушка посмотрела по сторонам, замечая на полу пуговицы от своей блузки. Тяжело вздохнув, она начала снимать порванные чулки. Жаль, что эти «жертвы» были напрасными… - Ты мне должен новые чулки. И ещё все пуговицы с пола собрать. – сказала Ольга, глядя на Кису. Тот лишь усмехнулся, кивнув головой. Ребята удивлённо смотрели на друзей, совсем ничего не понимая. То есть, если это не абьюз, тогда что? - Так, что это было? – аккуратно поинтересовался Мел, нарушая эту неловкую тишину. - Да играли мы… - тихо сказала Оля, слегка покраснев. - Играли? – нахмурилась Рита. – То есть потом у вас было бы… - по покрасневшим щёчкам подруги она догадалась, что за «игра». - Было бы. – хмыкнул Киса, недовольно глядя на… друзей? – Благодаря вам ничего не будет. Сука, уже третий раз врываетесь! - Повторюсь, научитесь закрывать дверь. – неловко улыбнулся Гена. За всё это время Хэнк не сказал ни слова. Он смотрел на Кису таким взглядом, будто накинется на него в любую минуту. Но, почему-то, когда всё выяснилось, ничего не изменилось. - Борь, ты хоть улыбнись. – сказала Ольга, заметив выражение лица друга. Услышав, что девушка обращается к нему, Хэнк натянуто улыбнулся. – Так, ладно. Вы идите на кухню, ставьте чайник, а мы с Ритой попозже подойдём. Как только парни вышли из комнаты, Рита улыбнулась, садясь на диван: - Сори, что помешали. - Да ладно. – отмахнулась русоволосая. – Но не стоило так набрасываться на него с обвинениями. Он обижается. - Ну, погорячилась немного. Со стороны сразу не видно, что вы «играете». – усмехнулась блондинка, подперев подбородок рукой. – А про какой третий раз говорил Киса? - Ну, парни уже врывались к нам в не очень удобный момент. – смущённо улыбнулась Оля. – Один раз в ванную, и второй раз в мою комнату, когда думали, что Киса мне там изменяет с кем-то. Они тогда не знали, что я от бабушки раньше приехала. - Весело живёте. – засмеялась Рита, откинувшись на спинку дивана. Тем временем на кухне. Парни сидели за столом в гробовой тишине, слушая звук закипающего чайника. Никто не решался начать разговор. Кису эта тишина уже начала раздражать. - Я вот, блять, не пойму, нахера вы со мной общаетесь, если я, по вашему мнению, такой конченый!? – наконец сказал он, еле сдерживаясь, чтобы не наорать на них. – Причём, уже не первый раз! - Мы так не считаем, правда. Просто со стороны это выглядело, как насилие… - начал оправдываться Мел, виновато глядя на друга. – Да и Ритку мы не успели вовремя поймать… - Ага. Мы понять ничего не успели, как она кинулась подругу спасать. – поддержал объяснение Мела Зуев. – Девчонки, идите чай пить! – крикнул он, как только услышал щелчок, скипевшего чайника. Послышался хлопок двери, а после медленные шаги. Рита придерживала подругу, помогая ей идти. Когда девушки добрались до кухни, Хэнк уже наливал всем чай. Еле как, с помощью подруги, доковыляв до стула, Оля села на него, морщась от боли в ноге. - Ну, чё, Ольк, пятёрка по физ-ре стоила вот этого? – спросил Зуев, глядя на мучения подруги. - Да. – кивнула Ольга, переведя взгляд на задумчивого Хэнка. – Борь, как у тебя дела дома? Как мама? - Я рассказал ей об отце в тот же вечер, что и ты. Такой скандал был. – решил поделиться Хэнк этими неприятными моментами из своей жизни. – Мать плакала, Оксанка кричала на отца, а ему было пофиг. Он даже отрицать ничего не стал. - Ну, кто бы сомневался. – фыркнула Светлова, вспоминая самодовольную рожу Хенкина-старшего. – Гордится поди этим. - Он сказал ей, что она себя запустила, растолстела. Что ни один мужик её не захочет. – с отвращением в голосе говорил Боря. Он всё никак не мог понять, как можно сказать женщине такое. – Мать выгнала его из дома, а потом всю ночь рыдала. Оксанка еле успокоила её. Она сказала, что я всё правильно сделал, что рассказал матери, но… - Никаких но, Борь. – Светлова накрыла ладонь друга своей, в поддерживающем жесте. – Я, когда своему отцу рассказала, у него такое лицо было, что я тоже пожалела об этом. Но разве было бы лучше, если бы они узнали об этом как-то по другому? Хэнк был благодарен подруге, что она его так поддерживает. Они оба оказались в такой неприятной ситуации, как он считал, по вине своего отца. Константин Анатольевич разрушил целых две семьи – свою и Олькину. - А я всегда говорил, что твой папаша тот ещё мудак. – фыркнул Кислов, спокойно попивая чай. – А ты всё защищал его. - Киса! – возмутилась Оля, стукнув парня по плечу. Нашёл время высказывать своё недовольство. - Он прав. – неожиданно для всех сказал Хэнк. – Я всегда хотел быть как он, равнялся на него. Но после всего этого я не хочу ничего общего с ним иметь. Светлова его прекрасно понимала, ведь она тоже не хотела иметь ничего общего с матерью теперь. Вчера она ушла из дома вслед за отцом. Что сейчас происходит в их квартире, она не знала. Единственное, что ей известно, это то, что отец ночует в гостинице и пьёт. Много пьёт. Всё таки Елизавета была его первой и единственной любовью…