Я тоже хочу жить...

— Ты ведь знаешь историю о девочке — призраке? — Детский шепот разорвал мрачную тишину, что повисла в одной из палат детского онкологического центра. — Что за история? — Испуганно спросили в ответ, а детские пальчики сжали мягкий плед до побеления костяшек, пока грудь ребенка судорожно задрожала от сбившегося дыхания. Раздавшийся лукавый голосок начал рассказ, поглядывая на маленького трусишку: — Мне эту историю рассказала медсестра. Когда-то давно — давно в эту палату положили на лечение маленькую девочку. Она была очень больна и из-за этого ей запрещали вставать с постели, но она не слушая взрослых тайком ночью выбиралась из палаты и бродила по темным коридорам больницы в надежде найти себе друзей, чтобы поиграть с ними, ведь ей было очень одиноко. Но в одну из ночей, ей стало очень плохо и она навсегда уснула в коридоре, около большого окна из которого она глядела на детскую площадку. И вот теперь каждую ночь в два часа, её можно заметить около этого окна. И тот кто попадётся ей на глаза, того она заберёт с собой. И его больше никто не найдёт. Ведь ей одиноко. Улыбнувшись, девчушка одиннадцати лет, смотря на своего маленького и напуганного друга, вскрикнула, хватая его холодной рукой за ногу, пугая. — Белла! Нет, не надо! Испуганный возглас перерос во всхлип и малышка откинувшись спиной на кровать, засмеявшись сказала: — Какой же ты трусишка. Это шутка. Призраков не существует! Всхлипывающий парнишка, утерев слезы, ответил: — Я не трусишка! И призраки существуют… Мы ведь в больнице… Они тут точно есть… На его бубнеж, Белла сузив глаза, сказала: — Что ж, тогда давай проверим… Существуют ли они? Видя лисью улыбку подруги, малыш лишь повыше натянул одеяло, что лишь глазки выглядывали, смотря на неугомонную девчонку. *** — Быстрее Бенджамин, а то если нас поймают медсестры, то нам не сдобровать. Произнеся это, Белла схватив мальчонку за рукав ночной рубахи, повела его к огромному панорамному окну, что открывал вид на детскую площадку, где днём можно услышать детские голоса и радостный смех таких хрупких деток. — Нет, подожди! Вскрикнул мальчонка, пытаясь притормозить взбалмошную подругу. Выдернув руку из крепкой хватки, парнишка присел на корточки, прикрывая голову ладошками: — Я не хочу… Не хочу чтобы она меня забрала… Я не хочу засыпать… Я хочу, как и другие просто жить и играть с друзьями… Детские глаза наполнились слезами и Белла почувствовав стыд, произнесла: — Эй… Всё хорошо, я пошутила. Не плачь. Шмыгнув носом, девчушка опустившись на колени, прижала мальчонку к себе, крепко обнимая: — Извини, я не хотела тебя пугать. Всё хорошо… Давай вернёмся в нашу палату… Ты даже можешь спать в моей кровати. Подняв взор на подругу, Бенджамин с надеждой спросил у девчушки: — Правда? А та лишь засмеявшись, кивнула и помогла парнишки встать с колен, проводя рукой по уже слегка отросшему ёжику волос: — Правда… Идём! И идя по мрачным коридорам больницы, дети увлечённые друг другом, совершенно не заметили печальных глаз, что следя за ними из темноты, были наполнены слезами, а тихий и судорожный голос, шептал: — Я тоже хочу жить…