Буквы на окнах и черные дыры от поцелуев солнца

      Хенджин был рад, когда в ночи в соседний дом въехали новые хозяева. А рад был потому, что вокруг взрослых крутился мальчик. Цеплялся за шелковую юбку матери, таскал с отцом коробки и прятался от невидимых монстров.       Мальчик был ровесником. И Хенджин не мог не разглядывать его с дружелюбной улыбкой на лице. Хенджин мечтал: у него появится друг. Лучший друг по соседству. Одноклассник. Верный товарищ. Хенджин не мог отделаться от этой привычки, от этой черты характера. Он мечтал обо всем на свете. Сидя на покатой крыше дома, он загадал желание звездам.       Хочу, чтобы новый сосед был моим другом.       И мальчик заметил его тогда. Он стоял под желтым светом фонаря, на газоне. Стоял и думал о своем. Хенджин хихикнул: «Ему тоже любопытно». Но нет. Мальчик тоже видел в нем монстра. Убежал, не оглядываясь. Забрался по лестнице крыльца, хлопнул входной дверью.       Больше Хенджин его не видел.       Мальчик не появился во дворе. Мальчик не появился в школе. Мальчик не пришел здороваться, когда Хенджин постучал в дверь его дома. Открыла его мама.       — Моя мама передала Вам вишневый пирог. С новосельем! — улыбнулся Хенджин, протягивая покрытый полотенцем пирог. Ароматный и вкуснючий.       — Спасибо, сладкий.       «Сладкий», — Хенджину понравилось.       — Приходите в гости!       — Обязательно зайдем. У меня сын твоего возраста, — улыбнулась она. — Было бы славно, если бы вы подружились.       Приятная женщина. Хенджину хотелось задать ей миллион вопросов. О том, о сем, и главное — о мальчике.       — Минхо! — вдруг позвала она.       У Хенджина забилось сердце. От внезапно нахлынувшего волнения. Ему так хотелось увидеть мальчика ближе, сказать ему: «Привет!». А дальше как пошло бы. Хенджин мог начать рассказывать о комиксах про динозавров или, может, про коллекцию машинок. Слово за словом, и Минхо бы зашел к нему в гости посмотреть игрушки.       Минхо — очаровательное имя. Хенджину понравилась эта семья. Понравился Минхо.       — Минхо! Иди поздоровайся!       Но с каждой пройденной секундой прихожая оставалась пустой. Никто не пришел здороваться. Минхо даже не отозвался на зов мамы.       — Ничего, — печально улыбнулся Хенджин. — В другой раз зайду.       Он расстроился. Будто ему разбили сердце. Разбили мечты.       Хенджин много думал об этом. Сидя за партой на перемене, он катал карандаш туда-обратно. Помнил, что Минхо был трусишкой. Боялся ночь, убегал от невидимых монстров. Но ведь Хенджин совсем не был монстром. Может, он недостаточно дружелюбно улыбался? Может, надо было заговорить с Минхо еще в тот вечер? Даже отутюженный воротник белой рубашки не смог бы решить проблему. А галстук-бабочка? Нет, Минхо не понравится.       Он чувствовал себя глупо. Гнусно. И грустно. Среди чужого смеха, чужих компаний друзей, чужих-чужих-чужих. Может, Минхо ощущал тоже самое, когда переехал в новый, незнакомый дом.       — Вы слышали? — зашуршал шепот одноклассницы. — Говорят, в том доме живет мальчик-призрак. Он приехал ночью, и еще ни разу не вышел из дома.       — Бред! — воскликнул одноклассник. — Он вампир. От солнца он умрет, поэтому и сидит в четырех стенах.       Минхо боялся монстров, а другие сделали монстра из него… Хенджин почувствовал себя хуже. Он поклялся: больше не будет завидовать тем, у кого были такие дурные друзья. Он поклялся: покажет Минхо, что есть и люди. Просто люди. Добрые люди. Не монстры.       Хенджин стал наблюдать за соседним домом из своей комнаты на втором этаже. Днем все-все окна были плотно зашторены, словно обитатели боялись каждого луча солнца. Минхо ведь не мог быть вампиром, правда же? Хенджин отряхнулся от этой мысли. Нет. Вампиров не существует!       Смотря в окно напротив, на черные плотные шторы, он пригрелся под солнцем. Подоконник всегда встречал Хенджина уютом и особым ощущением. Хенджин мог часами наблюдать за улицей, пока не приходила пора есть или делать уроки. Он уснул с открытым окном, пока майский теплый ветер терялся в его темных волосах.       — Давай немного проветрим, солнышко, — сквозь дремоту слышалось Хенджину.       — Не называй меня так! — возмутился детский голосок.       Хенджин разлепил глаза от женского смеха. Приглушенный разговор доносился из приоткрытого окна в доме напротив. Прямо на одном уровне с комнатой Хенджина. Было уже так темно, что Хенджин невольно затаил дыхание в сумраке, лишь бы не спугнуть маленького вампира. Черная штора — отдернута, а желтый свет заменял солнце, освещая комнату со звездами на темно-темно синих обоях.       Это была комната Минхо. Он промелькнул отдаленно, но Хенджин заметил его черную макушку и голубую пижаму с какими-то рисунками. Хенджину тоже захотелось такую.       Его осенило. Как не осеняло солнце, как не осеняли звезды. Он придумал, как поговорить с Минхо. Он надеялся, что Минхо иной раз выглядывает в окно, не боясь ни монстров, ни солнца.       Хенджин поставил на подоконник ночник в виде грибочка. Красная шапка мухомора ярко светила во тьме ночи. От нее иногда болели глаза. Хенджин выволок из ящика стола широкий блокнот: альбом для рисования. Он закусил карандаш, задумался.       Места для слов — мало, а Хенджин любил поговорить. Необходимо было вместить большие буквы. Он не надеялся, что у Минхо найдется бинокль. Действовал наверняка.       Хенджин оставил альбом на подоконнике и лег в постель. Не уснул, взволнованный тем, что увидит завтра. Опять мечтал.

«Привет! Ты вампир?»

      Но на утро черная штора вернулась на свое место. Минхо не ответил на послание.       И на следующее утро.       И на следующее-следующее утро.       Хенджин отчаялся. Полез на покатую крышу к звездам. Долго смотрел на блеск созвездий и сияние огней самолетов. Как вдруг черная штора отдернулась, детские руки приклеили на окно лист бумаги. Желтый свет стал просвечивать буквы:

«Нет».

      Хенджин не дышал. Хенджин не мог оторвать глаз. Но затем свет выключился. И Хенджин смог сделать взволнованный вдох. Слова на окне пропали, но остались перед глазами, в сознании и памяти.       Нет! Он не вампир!       Хенджин влез в дом через окно, вынырнул в коридор, чуть не поскользнулся на паркете, забежал в комнату. Сердце колотилось бешено! Пульс отбивался в мозг и виски. Хенджин оторвал исписанную страницу альбома, написал следующее:

«А я Хенджин!»

      Написал еще и на следующей странице, приклеил к окну:

«Пойдем гулять?»

«Нет», — осталось на утро.

«Зайдешь в гости?»

«Нет».

«Почему???»

«Солнце».

      Хенджин не понимал. Минхо действительно боялся солнца, но не был вампиром?       В это утро Хенджин заявил маме, вбежав на кухню, пока жарился хлеб в тостернице. Вот-вот, и выскочит.       — Нужен вишневый пирог к вечеру! Справишься?       — Справлюсь! — подыграла мама, и хлеб выскочил катапультой. Пролетел сантиметр, упал на стол.       — Спасибо!       Настроение было хорошее весь день: даже на математике. У Хенджина появился план, и он не мог дождаться вечера. Наступления сумерек. Не мог дождаться, когда прозвенит последний звонок с последнего урока. Когда он доедет на желтом автобусе до дома. Когда забежит к себе в комнату и будет собираться на ночной пикник.       Ночной пикник! Он вызывал в Хенджине бескрайний энтузиазм, и вместе с этим волнение. Тревожное волнение и миллион вопросов: а вдруг Минхо не согласится? А вдруг его мама не разрешит? А вдруг Минхо продолжит бояться?       А вдруг..?       А вдруг..!       А вдруг…       Хенджин вытряс из рюкзака с эмблемой NASA все-все игрушки: пластмассовые динозаврики, озеленевшие солдатики, крохотные машинки из киндера, затерявшиеся лего детали. Мелкие сокровища, которые было сложно расставить по полкам, собрались в кучу на ковре, на огромном листе папоротника. Хенджин хотел показать Минхо более крупных динозавров из своей коллекции: тираннозавра и платеозавра. Их и кинул в рюкзак. Мягкий плед с плюшевым ворсом он повязал через плечо, как сумку. Не забыл фонарик и ночник-мухомор на батарейках.       Оставался только пирог.       Закатное солнце подгоняло Хенджина. Он сбежал с лестницы, влетел на кухню. Аромат печеного теста и засахаренной вишни въелся в ноздри, повел желудок. Хенджин налил апельсиновый сок в бутылку, взял красные пластмассовые стаканчики. Он прыгал вокруг мамы, пока она резала остывший пирог. А солнце уже село, на небе светили звезды и луна. Наступили долгожданные сумерки.       И, наконец, Хенджин постучал в дверь соседнего дома. Улыбался, трясся от волнения.       — Привет, сладкий. Какими судьбами? — улыбнулась мама Минхо с порога.       — Можно пригласить Минхо на пикник!? Прямо сейчас! Я покажу ему домик на дереве! Он на заднем дворе, не волнуйтесь! — с ходу протараторил Хенджин.       И тут же обмер, заметив следящий черный глаз, выглядывающий из-за дверного проема дальше по коридору. Черная челка чуть прикрывала веко. Он казался пугающим, но боялся сам.       Мама обернулась на него, и черный глаз моргнул, спрятавшись. Она улыбнулась:       — Минхо, хочешь погулять? Тебе будет полезно.       Мальчик вышел из своего укрытия. Хмуро и недовольно. Сводил брови у переносицы с такой силой, что образовалась ямочка. Он был в черной футболке с астронавтом и красных клетчатых штанах. Ниже ростом, чем представлял Хенджин. Минхо перебежал коридор и вцепился пальцами в фартук на маме, спрятавшись за ней. Он посылал Хенджину угрозы, а самому было любопытно посмотреть на него поближе.       — Привет! Это я — Хенджин, — представился он на всякий. Дружелюбно улыбнулся. — Пойдем смотреть на динозавров и есть пирог?       Минхо хмуро разглядывал его. Густые волосы топорщились после стрижки, глаза щурились. И только сейчас Хенджин заметил на его руках и лице веснушки разного размера и частоты.       — Динозавров не существует!       — Как это? Они сидят у меня в рюкзаке, — хихикнул Хенджин и показал рюкзак, повернувшись боком.       Это заинтересовало Минхо больше всего. Казалось, он оттаял, забылся и перестал хмуриться:       — А с чем пирог?..       — С вишней.       Минхо задрал голову, глянув на маму. Она ласково причесала его непослушные волосы, улыбнулась:       — Сходи. Хенджин — хороший мальчик, обещаю.       И Минхо сорвался с места, убежал обратно в глубь дома. Хенджин растерянно проследил за ним. Неужели Минхо опять испугался? Успел расстроиться и скинуть улыбку с лица. Но Минхо прибежал обратно: накинул серую толстовку и надел кеды с резинками вместо шнурков.       Хенджин обрадовался, когда Минхо переступил порог и вышел к нему. Обрадовался, когда они шли вместе по тропинке, а затем и по газону, направляясь на задний двор.       — Тебе понравился пирог, который я приносил на новоселье? — не удержался Хенджин.       Минхо молчал, следя за светом фонарика, смотрел себе под ноги, боясь споткнуться и упасть. Он был действительно ниже Хенджина. Такой маленький, запуганный котенок, что Хенджину захотелось плакать.       — Да, — наконец ответил он.       И продолжил молчать. На дерево по лестнице он забрался сам. Хенджин лишь подстраховал. Он переживал, не испугается ли Минхо, не убежит домой, не закроется. Это был шанс подружиться. Один на миллион!       Хенджин забрался следом. Расстелил плед, поставил ночник посреди вместо костра, оставил светить и фонарик. Достал контейнер с пирогом, стаканчики, сок, динозавров. Минхо заинтересовался тираннозавром.       — Его зовут Рекс. Он — тираннозавр. Король динозавров, хищник. А еще у него маленькие передние лапки. Просто так. А это, — растянул Хенджин, взяв вторую игрушку, — Цветочек. Он — платеозавр. Ест растения.       — Ты это придумал?       — Нет! Я смотрел передачу по телеку. Ученые рассказывали о жизни динозавров и показывали фотографии. Сравнивали с ростом человека! Мы — букашки!       — Динозавры и правда существовали?       В Минхо все еще жил скептицизм. Он не верил, но с интересом слушал. В больших черных глазах отражался красный свет, мелькало любопытство.       — Правда! Ученые нашли их кости в земле и собрали скелеты. У нас в городе есть музей! Хочешь, дам почитать книгу? Энциклопедию динозавров, там много картинок! Еще у меня есть комиксы!       — Хочу… — скромно отозвался Минхо. Казалось, он был смущен или не уверен в этом желании.       Он ел пирог в молчании, пока Хенджин продолжал перечислять динозавров. Некоторые их названия он забыл, но пообещал показать в книге.       — Ой! — опомнился вдруг Хенджин. — А музей не работает ночью. Наверное, мы не сможем пойти на экскурсию…       Хенджин расстроился. Минхо сильнее. Он ссутулился, намереваясь свести брови, и пирог больше не лез в рот.       — А почему ты боишься солнце? — аккуратно спросил Хенджин.       Минхо отложил пирог в контейнер, стряхнул крошки с ладоней и со штанов. Чувствовал себя неуютно, но все же решился:       — Солнце оставляет на мне болячки.       — Как это? — Хенджин впервые слышал о таком.       — Мама говорит, что это… — Минхо задумался, вспоминая слово, — аллергия?       — О! У меня тоже есть такая! На котячью шерсть, — слишком радостно прозвучал Хенджин.       Минхо насторожился от растерянности. Видимо, ожидал от Хенджина другую реакцию. Затих, не отводя взгляд. Думал: бежать прямо сейчас или остаться.       — Только я чихаю, — продолжил Хенджин. — Но это ничего! Я все равно люблю котиков.       — Я тоже их люблю… — нерешительно ответил Минхо.       Хенджин улыбнулся:       — А веснушки у тебя тоже от солнца?..       Минхо опустил взгляд на свои руки, задрал рукава толстовки. Он взял фонарик и посветил на предплечье. Там собрались звезды, целые галактики. И в глазах у Минхо было тоже самое. Он был космическим, больше, чем астронавтом. Он был частью ночи, ночного неба, Луны. Он был Лунным котом. Ночным обитателем, гуляющим сам по себе.       — Это пятна от болячек. Шрамы. Они не проходят.       И Хенджину стало дурно. Ведь веснушки были даже на лице. Он только представил, каково было Минхо все то и это время, и нос защекотало. Он шмыгнул, надеясь, что слезы не доберутся до глаз.       — А ты знаешь… что, когда звезды умирают, они сжимаются и рождают черные дыры?       — Каждая звезда — Солнце далеких галактик. Когда-нибудь и наше Солнце погибнет, поглотит Землю и другие планеты.       — Страшно…       — Я тоже боюсь. Но это случится не скоро, — попытался успокоить Минхо.       — Давай дружить? — решился Хенджин. — Пока Солнце не погибло.       А Минхо уже дружил: открылся, доверился и рассказал. Мальчик-Луны и мальчик-Солнца могли существовать вместе прямо сейчас, в безопасности домика на дереве.       Так родилась новая галактика: с динозаврами, вишневым пирогом, пушистым пледом, светящимся мухомором, астронавтом и миром во всем мире…