Взаимосвязанные

СЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД Женщина издала мучительный крик, крепко вцепившись в руку своего мужа. Пот покрывал весь ее лоб, а из глаз капали слезы, пока она продолжала тужиться и тужиться. Врачи вокруг нее кричали слова поддержки, и она заглянула в больничный халат, чтобы увидеть головку ребенка. Она издала последний болезненный крик и тужилась изо всех сил, вздохнув с облегчением, когда боль постепенно прекратилась. Звук детского крика заполнил всю палату, и она счастливо рассмеялась, а из ее глаз покатились слезы радости. Отец подходит к Доктору, который протягивает ему специальные ножницы. Он берет их из рук доктора и перерезает пуповину. Мать смотрит на мужа, который с улыбкой смотрит на дочь. Женщина устало вздохнула, когда доктор подошел и передал ей ребенка, завернутого в белое полотенце. Она взяла ребенка на руки и стала раскачивать его из стороны в сторону, пока его крики постепенно стихали. Младенец тихонько застонал, глядя на мать своими большими глазами. - Она прекрасна - пробормотал отец малышки. Он протягивает руку вперед и нежно гладит щечку ребенка тыльной стороной ладони, улыбаясь маленькому новорожденному. Мать рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать ребенка в лоб, ее улыбка расширилась от того, какой мягкой была кожа младенца. - Вы уже решили, как назовете ее? - спрашивает женщина-медсестра с блокнотом в руках, улыбаясь маленькой семье. Отец с улыбкой кивает и с радостью смотрит на малышку. - Адель. Мы назовем ее Адель - Он кивает. Медсестра поздравляет их и записывает ее имя в свидетельство о рождении, с улыбкой вручая его отцу. ГОД СПУСТЯ - Ты можешь покормить Адель? - спрашивает мать. Она убирала посуду с предыдущего ужина, пока маленький ребенок плакал из кроватки в своей комнате. Отец раздраженно хмыкает и ставит бутылку пива на стол рядом с собой, вставая на ноги. - Неужели я должен все делать сам? - сердито спрашивает он себя. Мать делает паузу и вытирает руки чайным полотенцем, лежащим рядом с ней. Она выбегает из кухни и направляется в комнату ребенка, где сейчас находился отец. - Ты серьезно? Ты можешь хоть пять минут мне помогать, а не сидеть весь день на заднице, пить и смотреть бесполезный телевизор? Я все здесь делаю! Я готовлю, я работаю, я забочусь о ребенке, а что делаешь ты? Ничего! - Женщина огрызается. Отец в шоке смотрит на нее и делает шаг к ней, чтобы ударить ее сзади по лицу. Мать задыхается и проводит рукой по правой щеке. Малышка Адель кричит и плачет от громких криков, раздающихся между двумя родителями. - С тех пор как ты родила этого гребаного ребенка, моя жизнь пошла под откос! - кричит отец, указывая на маленького ребенка в кроватке. - Я? Это было твое решение! - Мать поднимается на ноги - Все, о чем я просила - это чтобы ты просто покормил ее... - Она бормочет про себя и поднимает малышку из кроватки, выходя из комнаты с ребенком на руках. ШЕСТЬ ЛЕТ СПУСТЯ Семилетняя Адель тихо сидела за столом и спокойно раскрашивала свою детскую книжку. Она потянулась вперед, чтобы взять еще один карандаш, но случайно сбила со стола свой стакан с водой. Ребенок задыхается, когда стакан разбивается и вода льется во все стороны. - Да что с тобой такое? - кричит ее отец, врываясь на кухню и видя нечаянный беспорядок на полу - Немедленно убери это дерьмо! - требует он, качая головой. Увидев, что ребенок не пытается пошевелиться, застыв на месте и беззвучно плача, он хватает ее за руку и заставляет опуститься на колени, но она вытягивает руки перед собой, и в ее ладонь вонзается маленький кусочек стекла. Из небольшого, но глубокого пореза на руке ребенка вытекает кровь, а отец просто стоит на месте. Отец, пробормотав несколько ругательств и закатив глаза, берет с полки небольшое полотенце, поднимает ее и усаживает на стул. Он выхватывает осколок из ее руки и оборачивает маленькое полотенце вокруг ее ладони. Отец сжимает челюсти и собирается выйти из комнаты, но останавливается и поворачивается к ней. - Если ты где-нибудь испачкаешься кровью, то сделаешь себе только хуже. Он предупреждает, прежде чем полностью выйти из комнаты. ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ - НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ Семнадцатилетняя Адель прислонилась к раме своей кровати, опухшими красными глазами глядя на маленький шрам на руке. У нее заслезились глаза, когда она поняла, как долго отец терпел ее. Прошло десять лет с тех пор, как он впервые причинил ей боль. Но если бы только семилетняя девочка знала, что это было только начало...