I love you

17:24 | 4 мая | 2024 года.

Солнце пробивалось сквозь сочную зелень листвы, рисуя на обивке салона автомобиля причудливый танец янтарных зайчиков. В воздухе витал едва уловимый аромат распускающихся цветов и влажной земли, предвещая долгожданное пробуждение природы. — Наконец-то нам дали этот чёртов выходной! — воскликнула Юци, откинувшись на спинку сиденья и блаженно подставляя лицо набегающему потоку свежего воздуха. Она прикрыла глаза, ощущая, как весенний ветер ласково треплет её волосы, унося с собой остатки усталости и напряжения, копившиеся неделями изнурительных репетиций и бесконечных выступлений. — А то я бы уже кони двинула с таким графиком! — Юци, прикрой окно! — тут же проворчала Соён, сидящая рядом. Обеспокоенно нахмурив брови, она слегка толкнула Юци в плечо, вкладывая в этот жест больше заботы и беспокойства, чем реальной агрессии. — Ещё продует, и как потом фанаты будут скучать по твоей сопливой моське? — Ой, да ладно тебе, ничего не будет! — отмахнулась Юци, бросив на старшую лукавый взгляд исподтишка. Она знала, что Соён, как всегда, просто проявляет свою материнскую опеку, хотя и в несколько ворчливой манере. Соён лишь устало закатила глаза, тихо бормоча себе под нос: — Да-да, конечно… А потом будем носиться с тобой, как с писаной торбой, лечить твои простуды. Шухуа недавно только отболела. Теперь ты на очереди, что ли? — Эй, Соён~а! — обиженно воскликнула Юци, надув губы. — Я даже ни разу не чихнула! А ты уже похоронную процессию репетируешь! — Ладно, тихо вы обе! — вмешалась Миён, стараясь разрядить сгущающуюся атмосферу. В её голосе чувствовалась усталость от постоянных перепалок, ставших неизменным атрибутом их совместных поездок. — Это наш единственный выходной. Давайте оставим всё распри в стороне и просто оторвёмся, как следует, а? — И Суджин~и не отвлекайте! — добавила Шухуа, приглушённо ворча с заднего сиденья. Её голос звучал сонно и раздражённо. — Она вообще-то тут за рулем, рискует нашими жизнями! На какое-то время в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным гулом мотора и тихим шелестом шин по асфальту. Но внезапно тишину разорвал взволнованный вопрос Чо: — Кстати, а кто вообще взял мясо для шашлыка? В ответ повисла оглушительная тишина. Лица девушек вытянулись, и в их глазах отчётливо отразилось осознание катастрофической оплошности. Все разом вспомнили, что забыли самую главную составляющую их пикника. — Да вы что, издеваетесь, что ли?! — простонала Чо, чувствуя, как нарастающее недовольство подступает к горлу. Она прикрыла глаза, пытаясь унять волну досады. — Я же сто раз говорила! Ладно, высаживаемся у ближайшего магазина, придётся нам купить мясо для шашлыка. Суджин молча протянула ей свой телефон: — Найди-ка мне на карте ближайший супермаркет, пожалуйста. Я тут за рулём, мне не очень удобно. Юци снова закрыла глаза, пытаясь устремиться в объятия Морфея, но внезапно поток свежего воздуха исчез, словно кто-то невидимый закрыл окно. «Чёрт, кто закрыл окно?» — промелькнуло у неё в голове, прежде чем она успела открыть глаза и раздраженно воскликнуть: — Соён! — Нечего тут устраивать сквозняк! — отрезала та, не обращая внимания на недовольное выражение лица Юци. — Ещё не лето, простудишься! — Юци, Соён, прекратите! — вздохнула Миён, чувствуя, что долгожданная поездка рискует превратиться в сущий кошмар. Её мечта о тихом, спокойном отдыхе таяла с каждой минутой. — Да что такое? Я просто не хочу, чтобы Юци заболела! — огрызнулась Соён, чувствуя, что её благие намерения не находят понимания. — А мне жарко! — парировала Юци, чувствуя, как её начинает надоедать чрезмерная забота Соён. — Ещё стошнит! Миён тяжело выдохнула, стараясь сохранять внешнее спокойствие, хотя внутри всё клокотало от негодования. — Юци, если так хочешь свежего воздуха, накинь хотя бы плед? — Ну всё, приехали! — скомандовала Со, замедляя ход и паркуясь возле небольшого супермаркета, одиноко стоявшего на обочине дороги. Девушки потянулись наружу, разминая затекшие конечности и вдыхая полной грудью свежий, чуть прохладный воздух. В воздухе витал лёгкий аромат цветущих деревьев, смешанный с запахом выхлопных газов и нагретого асфальта.

***

— Так, какое мясо берём? — пробормотала Чо, разглядывая витрину с мясными деликатесами. Её взгляд скользил по аппетитным кускам свинины, говядины и курицы. — Да любое! Лишь бы сожрать уже что-нибудь! — проскулила Юци, потирая урчащий живот. Она чувствовала, как голод заставляет её терять остатки самообладания. — Я умираю просто! — Дома надо было есть перед поездкой! — буркнула Соён, не отрывая взгляда от ценников. Она старалась найти оптимальное соотношение между ценой и качеством. — Слушай, Соён… — начала было Юци, но Чо, предчувствуя назревающий конфликт, поспешила встать между ними, словно миротворец, готовый предотвратить неизбежное столкновение. — Давайте лучше соджу прихватим! — предложила Миён, стараясь переключить внимание на что-то более позитивное. Её глаза загорелись предвкушением приятного вечера в компании подруг и горячительного напитка. — А Шухуа? — возразила Суджин. — Она же у нас ещё несовершеннолетняя. — В смысле, я маленькая?! — возмутилась Шухуа, надув губы. — Мне вообще-то двадцать четыре уже! — Ну да, но так-то двадцать три ещё, — съязвила Суджин, бросив на неё насмешливый взгляд. — Да какая разница! — отмахнулась Шухуа, чувствуя, как к горлу подступает обида. — Я совершеннолетняя же! — Ещё и ты туда же! — вздохнула Миён, разочарованно качая головой. — Ох, Минни, хоть ты помолчи! Но Минни, погруженная в мир музыки, доносившейся из её наушников, ничего не слышала и не видела вокруг. Она блаженно покачивалась в такт мелодии, будто находилась в каком-то своём собственном измерении. — Минни, блин! — не выдержала Миён и легонько хлопнула её по руке, пытаясь вернуть к реальности. — Ай! — удивлённо вскрикнула Минни, вздрогнув и. — За что?! Чо внезапно почувствовала, как её терпение лопнуло, подобно перетянутой струне. Она решила, что лучше просто быстро купить всё необходимое и покончить с этим хаосом, пока они все не перессорились.

***

Распаковав сумки возле небольшого но прелестного и уютного домика, который им удалось арендовать на выходной, девушки принялись решать неотложные вопросы, связанные с организацией пикника. — Так, кто у нас углями займется? — спросила Суджин, оглядывая присутствующих. Она надеялась, что кто-нибудь добровольно возьмёт на себя эту грязную работу. — Ну-у-у, давайте я, — отозвалась Юци, на удивление охотно. — И всё в этот раз так просто? Без лишних препирательств и капризов? — удивилась Чо, бросив на неё подозрительный взгляд. Она не могла поверить, что Юци вдруг стала такой покладистой. — Кстати, нам вообще-то ещё машину помыть не помешало бы, — добавила Соён, окидывая взглядом их некогда белоснежный автомобиль, теперь покрытый немалым слоем пыли и песка. — Вся в грязи, смотреть противно. — Ясно, значит, машину помою я тоже, — вздохнула Юци, закатывая глаза. — Но я это сделаю после углей. — Ура, наш спаситель! — воскликнула Минни, с энтузиазмом обнимая Юци. Она всегда восхищалась её энергией и оптимизмом. — Только мне хоть кто-нибудь помогите! — взмолилась Юци, чувствуя, что одна не справится с таким объёмом работы. — Я же одна не управлюсь, это надолго! — Ладно, я составлю тебе компанию, — отозвалась Соён и направилась к сараю в поисках топора. — Вот, нашла! — Вау, да ты баба-танк! — восхищенно присвистнула Юци, глядя на то, как Чон уверенно замахнулась топором. — Юци, иди в задницу! — отрезала Соён, не обращая внимания на её комплименты. — Слушай, а можешь сделать лицо, как у настоящего маньяка? — продолжала дразнить её Юци, не унимаясь. Соён проигнорировала провокацию, сосредоточившись на распиленных досках, которые лежали неподалеку. С силой замахнувшись топором, она начала рубить их на мелкие щепки. — А ты чего стоишь? Давай помогай! — скомандовала она Юци, не отрываясь от работы. — Так топор же один! — возразила Юци, чувствуя себя немного неловко. — Там ещё один где-то валялся, — огрызнулась Соён, теряя терпение. — Поищи его в сарае! — Я понятия не имею, где он, — пожала плечами Юци, разводя руками. — Да блядь… — Соён остановилась, с досадой глядя на нерасторопность Юци. После долгих вздохов она протянула ей свой топор. — На, возьми мой! — Спасибо, моя госпожа! — Ох, ничего себе заявка! — воскликнула Минни, не скрывая своего удивления и интереса. Она окинула взглядом Соён и Юци, оценивая их взбудораженный вид и горящие глаза. — А к вам присоединиться можно будет? — Минни! — сказала Миён, осуждающе качая головой. Она не одобряла её игривость и неуместные комментарии в столь щекотливой ситуации. — Ц, ну и ладно. — обиженно фыркнула Минни, отворачиваясь и делая вид, что теряет всякий интерес к их интригам. — Очень надо было… — Чёрт, надо было Минни попросить помочь… Зачем я вообще согласилась на эту авантюру? — пробормотала Чон себе под нос, еле слышно, чтобы не разбудить эхо в тишине леса. Её голос дрожал от лёгкой злости, смешанного с усталостью, которая уже начинала накапливаться в мышцах после долгого дня. — Столько хватит? — младшая, Юци, гордо продемонстрировала большую стопку дров, её глаза сияли от гордости, а щёки слегка покраснели от усилий. Дрова были аккуратно сложены, источая свежий, смолистый аромат хвои, который уже витал в прохладном воздухе вечера. Чон замерла, её брови поползли вверх, а рот приоткрылся в изумлении. Она моргнула, пытаясь осознать, как это возможно. — А… Что…? Э… — Что? — Юци наклонила голову, её улыбка была озорной, полной той детской энергии, которая всегда казалась неисчерпаемой. — Как так быстро? Ты как… ЧТО? — Чон наконец выдавила слова, её голос сорвался на повышенный тон, а сердце ёкнуло от неожиданности. Она чувствовала, как тепло от стопки дров проникает сквозь одежду, контрастируя с прохладой, что оседала на коже. — У меня энергии много, я гиперактивная! — рассмеялась Юци, пожав плечами, и её смех эхом разнёсся по участку, добавляя лёгкости в эту уединённую атмосферу. В воздухе уже витал намёк на надвигающийся вечер — лёгкий туман стелился по траве, а солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие оранжевые тона. Соён стояла в ступоре, её глаза округлились, а мысли путались. Она не могла отвести взгляд от младшей, чувствуя, как внутри разливается странная смесь восхищения и лёгкого раздражения. — Ладно, иди тогда, а я костёр разведу пока что. Чон опустилась на колени у импровизированного очага, её пальцы ловко чиркнули спичкой. Пламя вспыхнуло неохотно, потрескивая, и постепенно разгорелось, бросая танцующие блики на лица девушек. Тепло от костра обволакивало тело, отгоняя вечернюю прохладу, и Чон, наконец, села на старый деревянный стульчик неподалёку. Она облокотилась на спинку, её тело расслабилось, но взгляд то и дело возвращался к Юци, которая теперь собирала последние ветки. В груди Чон теплилось что-то тёплое, почти нежное, но она отогнала эту мысль, сосредоточившись на пламени. Тем временем в доме, уютно утопающем в полумраке, остальные четверо девушек предавались своим делам. Минни свернулась калачиком на кровати, её дыхание было ровным и глубоким — сон унёс её в мир грёз, где не было забот об обязанностях или дровах. Миён, уютно устроившись с планшетом, смотрела интервью со звёздами, её глаза блестели от любопытства, а губы изгибались в лёгкой улыбке при каждой забавной реплике. Суджин просто лежала на кровати, уставившись в потолок, её тело ныло от усталости, но разум отказывался отключаться. А Шухуа, полная неиссякаемой энергии, слонялась по комнате, то и дело приставая к Суджин с вопросами: «А чем займёмся? Может, поиграем в карты?» Её голос звенел, раздражая Суджин, которая только закатывала глаза, пытаясь сохранить спокойствие. «Сука, она такая сексуальная… М-м… Чёрт, Сон Юци, почему ты постоянно меня так заводишь?» — думала Чон, её взгляд скользнул по фигуре младшей, и внутри вспыхнуло знакомое тепло, разливающееся по венам, как жидкий огонь. Она сжала кулаки, борясь с этим ощущением, но оно только нарастало, пульсируя в такт биению сердца. — Эй, Соён-а! Помоги! — внезапно раздался голос Юци, полный игривой мольбы, и Чон вздрогнула, выныривая из своих мыслей. — Что такое? — на выдохе спросила старшая, её голос был хрипловатым от внезапного напряжения. — Помоги машину помыть, вдвоём мы быстрее её домоем, — Юци повернулась к ней, сделав щенячьи глазки, её губы сложились в умоляющую улыбку. Этот взгляд ударил Чон как молния — возбуждение вспыхнуло с новой силой, заставив её дыхание участиться. Она почувствовала, как жар поднимается к щекам, а тело отзывается знакомым трепетом. — Ох, ладно, — сдалась Соён, поднимаясь со стула. Её ноги слегка подрагивали, когда она подошла ближе. — Спасибо! — Юци импульсивно обняла её, прижавшись на миг слишком близко. Её тело было тёплым, упругим, и этот контакт, такой невинный на вид, разжёг в Чон бурю ощущений — запах её волос, лёгкий аромат пота после работы с дровами, мягкость кожи сквозь ткань одежды. Соён замерла, борясь с желанием задержать этот момент. Они перешли к машине, стоявшей у края участка, где вечерний свет уже тускнел, а тени деревьев удлинялись. Вода из шланга плескалась холодными струями, смывая пыль и грязь с кузова, и воздух наполнился запахом мокрого металла и моющего средства. Соён работала молча, её движения были механическими, но мысли вихрем кружились вокруг Юци — той, как она наклоняется, как капли воды стекают по её рукам, делая кожу блестящей. Наконец, машина засияла чистотой, и девушки отступили назад, вытирая руки. — Ну что там по углям? — раздался сонный голос Ниши, которая подошла, зевая и потирая глаза. Её волосы были растрёпаны, а лицо всё ещё хранило следы дремоты, но в воздухе уже витал соблазнительный аромат маринада. — Ну вроде готовы. А по мясу что? — отозвалась Соён, кивая на костёр, где угли тлели ровным красным светом, обещая жар для шашлыка. — Уже замариновалось, — улыбнулась Ниша, и все почувствовали, как голод накатывает волной, смешиваясь с уютом от близости огня. — Фух, я пойду посижу. Я же свою работу уже сделала, — сказала Чон, устало опускаясь на стул. Её тело наконец расслабилось, мышцы ныли приятной усталостью, а жар от углей проникал сквозь одежду, успокаивая. — Э, а воду кто выльет? — Юци кивнула на ведро с грязной водой, её тон был шутливо-ворчливым. — Юци, вообще ты должна была сделать это всё, но в итоге почти всю машину помыла я! Будь добра, пожалуйста, вылить воду сама, — Соён посмотрела на неё с лёгкой улыбкой, но в глазах мелькнуло что-то игривое, почти провокационное. — Ладно! — Юци схватила ведро и направилась к краю участка, её шаги были лёгкими, а вода плескалась, оставляя мокрые следы на земле. Чон села удобнее, запрокинув голову, и вдруг почуяла запах — свежий, сочный шашлык, пропитанный маринадом и луком, который уже жарился на решётке. Аромат был опьяняющим, будоражащим аппетит, и она невольно облизнула губы, чувствуя, как слюна наполняет рот. — Соён, а углей хватит? — спросила Минни, выходя из дома и потягиваясь, её глаза снова сонно щурились от дыма. — Ты видишь, сколько их тут? Они чуть ли не за края не вылезают! — Соён указала на костёр, где угли пылали ярко, отбрасывая тёплые отблески на лица собравшихся. — Ну… всё может быть, — усмехнулась Минни, но Чон только отмахнулась. — Меня не трогать, я устала, — пробормотала она, запрокидывая голову назад и закрывая глаза. Мир вокруг затих, только потрескивание огня и приглушённые голоса девушек создавали уютный фон. Усталость накрыла её волной, но в глубине души теплилось предвкушение вечера. В это время все оставшиеся девушки вышли на улицу, неся с собой стулья из дома. Они расселись вокруг костра, их смех и болтовня наполнили воздух, а стулья были «украдены» без церемоний, оставив поляну почти пустой. — Чёрт, что, стульев нету что ли? — спросила Юци, подходя ближе, её брови нахмурились в притворном недовольстве. Она огляделась, чувствуя лёгкий озноб от вечернего ветра, который шевелил листья. — Кубик наш-то бедненький, даже стулья запасом купить не может! — ворчала Шухуа, удобно устроившись и подмигивая остальным. — Это точно, но так, стульев больше не осталось, — подтвердила Суджин, её голос был спокойным, но в глазах плясали искры веселья. Тут в голове Юци мелькнула идея — немного глупая, но такая соблазнительная в своей непосредственности. Она шагнула к Соён и, не раздумывая, села к ней на колени, её тело прижалось тёплой тяжестью, вызвав у Чон вспышку шока. — Чёрт, ты что делаешь? — прошептала Соён, её голос дрогнул, а руки инстинктивно легли на бёдра Юци, чтобы удержать равновесие. Тепло её тела проникало сквозь одежду, и Соён почувствовала, как сердце заколотилось чаще, а внизу живота разгорелся знакомый жар. — Стульев нет, так что потерпи, — ответила Юци с лукавой улыбкой, устраиваясь удобнее. Её движения были лёгкими, но полными подтекста, и она слегка поёрзала, усиливая контакт. «Блядь…» — первая мысль, посетившая Чон. Она не особо слушала разговор девочек, погружённая в свои ощущения, так что эта «подстава» застала её врасплох. Но отчасти… отчасти это нравилось. Тепло Юци, её вес, лёгкий аромат кожи — всё это будило в ней волну желания, которую она пыталась подавить. С каждой секундой, с каждой минутой возбуждение нарастало, как прилив: Чон представляла, как Юци двигается на ней, как младшая изгибается, издавая тихие стоны, её тело обхватывает её собственное… Фантазии кружили голову, заставляя дыхание сбиваться, а кожу гореть. Но похоже, младшая всё поняла. Юци чуть поёрзала, намеренно прижавшись промежностью к тому месту, где Чон чувствовала свой собственный жар. Это было лёгкое, почти незаметное движение, но оно ударило током — обеим захотелось большего, почувствовать друг друга без барьеров одежды, без посторонних глаз. Желание пульсировало в венах, заставляя тела напрягаться, но вокруг были остальные участницы группы, их смех и разговоры служили напоминанием о реальности. Соён сглотнула, борясь с собой, а Юци лишь улыбнулась уголком губ, зная, что эта ночь только начинается. — Соён, это я тебя так возбудила? — прошептала Сон на самое ухо, обжигая мочку нежным лизком. — Ты… ты делаешь это прямо сейчас, — выдохнула Чон в ответ. — Давай… — промурлыкала Сон. — Хотя бы в свободную комнату и… ты знаешь. — Пожалуйста… Давай не сейчас, — еле слышно прошептала Соён. — Я чувствую, как ты возбуждена, — с лукавой улыбкой отозвалась младшая. — Юци… Здесь же девочки… — Не проблема, я же говорю, можем отойти, — не унималась та. — Что вы делаете? — внезапно прозвучал голос Миён, как гром среди ясного неба. Соён и Юци обернулись, в их глазах плескался испуг. Холодный пот прошиб кожу от мысли, сколько могли услышать остальные. — Ладно, Юци, я не буду это скрывать, — выпалила Чон, игнорируя предостерегающий взгляд Сон. — У нас вообще есть презервативы в доме? — Соён! — взвизгнула Сон, но было уже поздно. Соён закатила глаза. Воцарилась тишина, которую можно было резать ножом. Шокированные взгляды участниц группы говорили сами за себя. Все, мягко говоря, опешили. — Так есть или нет? — сгорая от нетерпения, поторопила их Соён, чувствуя, как каждая секунда промедления становится невыносимой пыткой. Она словно стояла на краю пропасти, готовая сорваться в пучину страсти и желания, но необходимость ждать лишь усиливала её муки. — Вроде где-то валялись, — неуверенно ответила Суджин, слегка нахмурив брови. — Но, пожалуйста, будьте осторожны! Ещё раз нам придётся выслушивать нотации от нашего менеджера, если узнает, что вы тут втихаря развлекаетесь. Компания нам устроит головомойку за такое поведение! — Вам ещё безумно повезло, что в прошлый раз всё обошлось, и Юци случайно не забеременела! — добавила Чо строгим тоном. — Прошу вас, будьте благоразумны и не повторяйте своих ошибок. — Хорошо, — пообещала Соён, чувствуя, как к щекам приливает краска смущения. Она не ожидала, что их откровенный разговор вызовет такую бурную реакцию у остальных участниц группы. Взяв Юци за руку, она направилась к дому, стараясь не смотреть никому в глаза. Поднимаясь по покосившейся деревянной лестнице, Юци не удержалась от саркастичного замечания: — Ну, на доме хоть куб не стал экономить… Хоть тут не пожадничал потратиться. — Ха-ха, это точно, — улыбнулась Соён, чувствуя, как напряжение постепенно отступает, уступая место предвкушению долгожданной близости. Она нежно поцеловала Юци в губы, стараясь выразить всю свою любовь и страсть в этом мимолетном прикосновении. Внутри дома царила атмосфера тепла и уюта. Приглушённый свет проникал сквозь плотные шторы, создавая интимную и уединённую обстановку. Большая двуспальная кровать с мягким покрывалом казалась невероятно притягательной. Это было всё, что нужно им обеим прямо сейчас, чтобы забыть обо всех проблемах и насладиться обществом друг друга. — Соён~и, я так хочу тебя! — прошептала Юци, обнимая её за шею и прижимаясь всем телом. Она чувствовала, как её сердце бешено колотится в груди от волнения и нетерпения. — Блин… — простонала Соён, чувствуя, как её тело охватывает дрожь желания. Даже сквозь плотную ткань широких штанов отчётливо вырисовывался возбужденный член Соён. — Я так скучаю по твоему члену, Соён~и! — зашептала Юци, вкладывая в каждое слово всю свою страсть и обожание. — Прошу, возьми меня прямо сейчас! Соён, не в силах больше сдерживать охватившее её желание, с жадностью впилась в её губы, отступая к краю кровати и медленно увлекая за собой Юци. Целуя её желанные губы, она медленно начала стягивать с неё одежду, осыпая нежными поцелуями каждый сантиметр обнажённого тела. В мгновение ока разбросанные вещи уже валялись на полу, а девушки продолжали истово целоваться, не в силах оторваться друг от друга. Разорвав поцелуй от нехватки воздуха, Юци, с горящими глазами, перевернула Соён на спину и устроилась между её раздвинутых ног. Она запустила трепетную руку в мягкие волосы Соён и начала жадно поглаживать её член, одновременно скользя языком по всей длине. Соён застонала от наслаждения, запрокинув голову назад. Это было так приятно — снова испытывать эти восхитительные ощущения, будто она заново открывала для себя мир чувственных удовольствий. Юци продолжала вылизывать её член, нежно стимулируя его рукой. Она словно опьянела от захлестнувшей её волны эротического наслаждения, не в силах остановиться и оторваться от этого сладостного занятия. Сейчас Юци выглядела особенно соблазнительно. Такая страстная, такая горячая и раскрепощённая! Соён почувствовала, как её переполняет необузданное возбуждение, и её тело сковала мучительная дрожь. Она достигла пика наслаждения и кончила прямо в рот Юци, одарив её щедрой порцией своей любви. — М-м-м… Какая же ты всё-таки… Восхи-и-итительная! — прохрипела Соён, тщетно пытаясь отдышаться. — Ахм… Да… — прошептала Юци, с трудом переводя дыхание и медленно облизывая губы, собирая остатки драгоценной влаги. — Итак, продолжим наше прерванное занятие? — прошептала Соён, ласково глядя на неё своими бездонными глазами. Вместо ответа Юци снова припала к её губам, вкладывая в поцелуй всю свою страсть и нежность. Соён, приподнявшись на локте, небрежно вытащила из прикроватной тумбочки упаковку с презервативами и достала один из них. Ловким движением она надела его на свой возбуждённый член. Юци, не дожидаясь приглашения, уселась сверху, принимая твёрдый и горячий член Соён глубоко в себя. Невольный стон вырвался из её груди, смешанный с болью и невыразимым наслаждением. Она закрыла глаза и опустила голову вниз, стараясь унять дрожь, сотрясавшую её тело. — Немного есть… У тебя просто огромный член… Я уже успела от него отвыкнуть, — прошептала Юци, стараясь перевести дыхание. — Что, уже успела забыть о моих размерах? — усмехнулась Соён, нежно поглаживая её по спине. От её слов на щеках Юци расцвел лёгкий румянец, и она слегка улыбнулась в ответ. — Не дай мне никогда забыть этот день… — прошептала Юци, прижимаясь к ней ещё крепче и обнимая её за плечи. Затаив дыхание, Юци начала медленно двигаться вверх-вниз, изучая тело Соён, как неведомую землю. С каждым движением её бедра ощущали жар кожи и твёрдость мышц. С каждым разом она ускорялась, поддаваясь ритму, который рождался в их переплетённых телах. Стоны, сначала тихие и робкие, постепенно становились громче, перерастая в порывистые вздохи, вырывающиеся из глубины души. В этой маленькой комнате, наполненной запахом страсти и возбуждения, существовали только они двое, связанные воедино невидимыми нитями желания. Внезапно Соён слегка шлёпнула Юци по упругой ягодице, вызвав болезненный вскрик, смешанный с восторгом. Этот неожиданный, дерзкий жест словно подстегнул её, заставив двигаться ещё быстрее, ещё отчаяннее. Чон повторила этот шлепок ещё несколько раз, наслаждаясь тем, как тело Юци дёргается в ответ на каждое прикосновение, как она извивается, словно пойманная в сети. Её стоны, ещё недавно сдержанные и робкие, теперь звучали громко и откровенно, наполняя комнату первобытной страстью. Темп их безумного танца достиг своего пика. Тела двигались в унисон, не в силах остановиться, стремясь к единственной цели — полному, безграничному наслаждению. Всё остальное перестало существовать. Не было ни забот, ни проблем, ни окружающего мира. Только они, и этот жар, который горел между ними, пожирал их до основания. Каждое прикосновение, каждый стон, каждый вздох — всё сливалось в единый, всепоглощающий вихрь. — Мгх… Соён~и… Я кончаю… — прохрипела Юци, задыхаясь от нахлынувших ощущений. Она чувствовала, как её тело пронзает волна неистового удовольствия, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. — Я тоже… — простонала Соён в ответ, не в силах сдержать себя. Она чувствовала, как неумолимо приближается момент, когда все границы размоются, когда она полностью потеряет контроль над собой. Ещё пара глубоких, резких движений, и обе девушки взорвались, словно звезды, рассыпаясь на миллионы осколков удовольствия. Юци почувствовала, как её тело пронзает мощная волна оргазма, высасывающая из неё последние силы. Но в то же мгновение она ощутила что-то ещё — резкое, болезненное чувство наполнения изнутри. Лицо её исказилось от ужаса. Что-то пошло не так. — Блядь… Соён… — прошептала она, отстраняясь назад, чувствуя, как паника сковывает её дыхание. Осознание происходящего пришло мгновенно. Она увидела отчётливый след на теле Соён. Соён порвала презерватив. Её член был весь в сперме… Медленно, словно в замедленной съемке, Юци встала с члена Соён. И картина стала ясна, как день. На простыне, между ними, отчетливо виднелось белоснежное пятно — доказательство их беспечности. — Сука… — прорычала Соён сквозь зубы, отворачиваясь. Её глаза метали молнии. Она чувствовала себя преданной, обманутой, выставившей себя на посмешище. — Одевайся и пошли на улицу…

***

На улице царила атмосфера безмятежности и веселья. Девушки вовсю ели шашлыки, смеялись и болтали о всякой ерунде. Но стоило Соён и Юци выйти из дома с провинившимися лицами, как всё веселье вмиг улетучилось. — Блядь, мы же сказали быть аккуратней! — ломая голос, взревела Миён, не в силах сдержать гнев. Её лицо исказилось от злости, а глаза метали молнии. — Вы что, совсем не думаете головой?! — Ладно… Всё решим, не переживайте… — тихо ответила Суджин, стараясь успокоить Миён. В её голосе звучала усталость и обречённость. Казалось, она уже предвидела все последствия их опрометчивого поступка. — Главное, не паникуйте… Сейчас это ничем не поможет.