Отказ от судьбы

      Рыжий паренёк глядел на луну через окно старого общежития, вот-вот ему должно было исполниться семнадцать лет и тогда он узнает, кто предназначен ему судьбой. Настала полночь, долгожданное день рождения Сергея, на его мизинце левой руки начала образовываться красная тонкая нить, которая приведёт его к тому, с кем ему суждено быть до смерти. Разумовский посмотрел куда ведёт его судьба и с облегчением выдохнул, когда заметил, что это не его доставучие соседи по комнате. Нить вела куда-то за дверь, но было уже достаточно поздно, чтобы без цели бродить по коридорам, поэтому парень просто с облегчением решил лечь спать.       Собравшись утром на учёбу, рыжий взбудоражено вышел из комнаты, где уже ждал Волков, который завидев друга заулыбался и начал приветствовать его, но голубые глаза шокировано распахнулись, а рот прикрыла худая рука. Сергей заметил, что та самая нить вела к Олегу, но этого не может быть, они же друзья, как братья. Брюнет подметил странное выражение лица Разумовского и положив на его плечо руку, заглянул в испуганные очи и спросил: — Серый, с тобой всё хорошо? — Да, прости, я вспомнил, что не сделал реферат по физике, — прикосновение и вопрос Волкова вернули парня из состояния шока, заставляя быстро придумать отговорку. — Ты что, она ж через неделю тока, у тебя много времени, — посмеялся кареглазый, хлопнув друга по плечу. — Да, ты прав, но ты ж меня знаешь, я люблю делать всё заранее, чтобы быть уверенным в отсутствии ошибок.       Парни начали двигаться к выходу из здания, пока Олег рассказывал что-то про последний альбом его любимой группы, Сергей потупил взгляд в пол, он не хотел, чтобы это было правдой, хотелось разорвать эту чёртову нить, чтобы не рушить эти прекрасные дружеские взаимоотношения. В нос ударил свежий воздух, после осеннего дождя, приятное ощущение, которое в какой-то степени даже расслабляло. Брюнет резко встал на пути Разумовского и протянул маленькую коробочку: — Я знаю, что мы договаривались не дарить друг другу подарки, поскольку денег у нас мало, но я очень ценю нашу дружбу, поэтому вот, — смущённо проинформировал парень, который сейчас очень напоминал милого пёсика. — Ох, волче, ну и дурак ты, — улыбнулся рыжий, с трепетом принимая коробочку.       Олег гипнотизировал своими огромными тёмными глазами, пока Серёжа очень аккуратно открывал маленький подарок, в котором оказался браслет фиолетово-оранжевого цвета, который очевидно был чей-то ручной работой. Разумовский сразу надел на себя новый аксессуар и начал им любоваться. — Спасибо, это выглядит прелестно, ты сам его сделал? Кто научил? — голубые глаза снова поднялись на собеседника. — Ничего от тебя не скроешь. Это Нинка меня научила из параллельного класса, я как-то заметил, что она возле школы такие за один рубль продаёт, а я хотел сам тебе сделать, вот так, — с гордостью ответил брюнет.       Серёжа хихикнул от того, насколько его друг гордился этим маленьким достижением и приобняв его, он тихо прошептал ему на ухо: "вышло очень хорошо, волче". После парни продолжили свой путь к школе, которая находилась очень близко к общежитию. Шелест листвы под ногами, прыжки над лужами, утренние пение птиц, хотелось остаться на улице, слушая мелодию природы, а не идти в шумную и нудную школу. Рыжему хотелось провести сейчас побольше времени с Олегом, забыться в его улыбке и смотреть в его глаза, которые так напоминали эту осень. Но вот пара ног перешагнула порог злосчастного заведения и уже нельзя было убежать. Затем звонок, противный голос учителя, бесконечные записи на тетрадных листах. Пока брюнет сладко сопел на парте, закрывшись учебником химии, Серёжа тем временем игрался с ручкой, ожидая своих медлительных одноклассников, которые сейчас дописывали конспекты. И вновь взор голубых глаз зацепила эта яркая красная нить, которая сейчас была столь коротка, из-за того, что судьба буквально лежала в пару миллиметрах от парня. Ручка в ту же минуту стала пилой, Разумовский пытался распилить судьбу школьной канцелярией, конечно же это не сработало, от чего тот вздохнул и взглянул на закрытые очи своего соседа по парте.       Такой милый и беззаботный, когда спит на уроке, от этого вида приятеля уголки губ сами поднимались. Казалось бы, из всех сплетений судеб, волче и серый самый наилучший вариант, они прошли вместе через многое, были всегда спина к спине, но будто так и должно продолжаться, не нужно вносить изменения и выходить на новый этап. Рыжий боялся перемен в, итак, комфортных отношениях, он не мог переступить грань, да и неправильно это всё, парень не должен быть предназначением для другого парня, а как же семья и дети, это определенно была ошибка и сбой, как в программирование забыть внести один символ в код, оно не будет работать, просто не будет. Сергей весь урок пробыл в мыслях о дальнейшем, что ему всё-таки следует сделать и как поступить. Но звонок оборвал все думы и пришло время обеда: — Волче, подъём, а то сейчас весь хлеб съедят, — хватило одной волшебной фразы из уст рыжика, как Олег уже вскочил из-за стола, скидывая всё в свой чёрный рюкзак.       Парни поспешили в столовую, где уже стояла километровая очередь в буфет, учителя сидели за своими отдельными столиками и, как всегда, обсуждали погоду, болезни и отстающих обучающихся, жадно чавкая едой. Разумовский поправил рубашку и с прямой спиной прошёлся мимо столов, ловко хватая ломтики хлеба из общих тарелок, которые предназначались для записанных на обед учащихся. После руки прятались за спину, и еда переходила в руки Волкова, который следовал за другом по столовой. Затем Серёжа подошёл к столику учителей: — Приятного вам аппетита, я хотел узнать, когда будет следующая контрольная, Ирина Владимировна, — уверенно проговорил голубоглазый, как по отработанному сценарию. — Ох, Серёжа, спасибо, она будет в следующий вторник, хорошо готовься, не порть свои оценки, хоть и десятый класс, но здесь стараться тоже нужно, — ответила женщина лет 50-ти. Парень поблагодарил за информацию, а после вернулся к Волкову, который ждал его в стороне: — Пошли на наше место, кстати тебя кажись придётся снова к контрольной готовить, да? — воодушевленно поинтересовался Сергей. — Ты даже в свой день рождения говоришь об учёбе, хоть мы и в школе, но давай поговорим о чем-то более оптимистичном, — брюнет закатил глаза на предложение своего друга.       Выйдя из столовой, парни сели под лестницу на четвёртом этаже и разделив шесть ломтиков хлеба, начали обедать. Разумовский задумался и немного поник, после ответа Олега и, конечно, это не осталось без внимания, Волков не знал, что именно тревожило рыжеволосого, а спрашивать он побоялся, поэтому просто начал говорить о всех вещах, которые только могли прийти ему в голову. Серёжа внимательно слушал собеседника, медленно жуя свой кусочек, он понимал, что брюнет хотел поддержать его, но просто не знал как. Рыжий ценил это, жаль только, что как бы его друг не старался, это не спасёт от тревоги, которая всё ближе подбиралась к самому сердцу, выедая всё изнутри.       И вновь этот звон, шум в коридорах стихал, парни отряхнули свои рубашки от хлебных крошек и неторопливо в тишине направились в класс. Оставшиеся уроки прошли незаметно и наконец можно было покинуть это шумное место. Но стоило друзьям немного отойти от школы, как к ним подошло трое парней, которые явно были настроены агрессивно: — Слышь, рыжая, ты совсем ахуел? Всем учителям сосёшь ради оценок, жопой тут вертишь и думаешь, что это тебе с рук сойдёт, — грубо начал один из хулиганов, который подошёл почти вплотную к Сергею. — Не понимаю твоей претензии, ты завидуешь, что я умнее таких обезьян, как вы или тебе просто давно не сосали? — с усмешкой проговорил голубоглазый.       Собеседника такой ответ очевидно не устроил, и он начал замахиваться, как вдруг кулак был остановлен тяжёлой рукой Волкова. — Отойди! Не мешай избавляться от грязных шлюх! — слюни так и летели из рта задиры. — Не отойду, вы не тронете его. Он и вправду умнее вас всех, а вам лишь бы доебаться до кого-то, — огрызнулся Олег, сжимая кулак обидчика.       Разумовского резко схватили два парня, заломав ему руки, он прошипел от боли. Брюнет сразу же среагировал, отпустив руку первого хулигана, он ударил его в живот и принялся освобождать своего друга. Завязалась драка, как вдруг из учебного заведения вышел охранник и хулиганы моментально скрылись из поля зрения. Олег был разукрашен по всему телу синяками, а из носа ручьем текла кровь, он сел на сырой асфальт, пытаясь рукой перекрыть красную жидкость. Серёжа присел рядом с другом, голубые глаза тревожно бегали по всем свежим травмам: — Ох, прости меня, давай я заглажу свою вину, пройдём в общежитие, у меня там есть аптечка, мы её всей комнатой собирали, помнишь? Я рассказывал про своего соседа параноика. — Да, помню, — хихикнул Волков, после чего зажмурился, ибо во рту появился неприятный вкус железа. — Аккуратнее, ты сейчас свою кровь пить начнёшь, а ты ещё не стал вампиром, — от фразы рыжего, парни снова начали смеяться.       После разбавления ситуации, друзья встали и поплелись в общежитие. Зайдя в комнату Серёжи, Олег сел на его кровать, стараясь ничего не запачкать своей кровью, пока друг доставал аптечку с верхней полки шкафа. — Укол будем ставить, а то вдруг бешенство подхватил? — спросил рыжий, доставая запакованные шприцы. — Какого хуя?! Откуда у вас там шприцы?! — встрепенулся брюнет. — Какой-то период времени, одному из моих соседей приходилось ставить витамины, — голубоглазый повёл плечами, пока его друг всё ещё испуганно смотрел на него. Разговоры разговорами, а больного нужно было вылечить, поэтому Серёжа достал мазь от синяков, средство для обеззараживания и ватные диски: — Ну-с, снимаем верхнюю одежку и сидим смирно, — временный врач хитро улыбнулся, глядя в темные глаза.       Олег легко стянул то, что просил собеседник, отбрасывая вещи в сторону от себя. Улыбка быстро сползла с лица парня, он завороженно пялился на тело пострадавшего и не из-за ушибов, а из-за притяжения. Хотелось его обнять и никогда не отпускать, нежно целовать, красная нить горела, будто указывая на единственный верный путь. Рыжеволосый медленно подошёл к приятелю, начиная ватными дисками с обеззараживающим средством вытирать кровь с лица, его прикосновения были непривычно нежными. Руки слегка дрожали, Волков смотрел в небесные глаза, где читался неведомый ему страх. Олег не хотел ничего спрашивать, потому что знал, что ответа он не услышит. Затем Серёжа принялся мазать все синяки на крепком торсе, приятная прохлада разлилась по всему телу вместе с мурашками, от чего брюнет хмыкнул. — Всё, свободен, — рыжий закрывал мазь, пока Олег одевался. — Спасибо, серый, — лучезарная улыбка появилась на лице Волкова. Разумовский вновь поднял взор на лицо собеседника, это была последняя капля, резкое движение вперёд, будто кто-то потянул за эту проклятую нить, неловкий поцелуй в чужие сухие губы. И такое же резкое осознание произошедшего, оно как острая стрела пронзило тело, расползаясь ядом до всех конечностей. — Прости, мне пора делать домашку, пока, — сумбурные слова вырвались из уст голубоглазого, он быстро собрал всё обратно в аптечку и отошёл к окну, не смея больше смотреть на своего друга.       Олег успел только открыть рот, чтобы что-то сказать, но Разумовский резко вскрикнул, что тому уже пора уходить. Волков был в недоумении, но уважал желание рыжего побыть в одиночестве, поэтому тихо вышел из комнаты, прокручивая сотни мыслей о произошедшем, он не мог найти никакого объяснения сложившейся ситуации, но прекрасно понимал, что в таком состоянии ответа он опять же не добьётся.       На следующий день, брюнет, как верный Хатико прождал возле двери друга тридцать минут, он стучал, но ответа не было, телефон тоже никто не брал. Тяжело выдохнув по ощущениям весь воздух в лёгких, парень опустошенно поплёлся в школу, в его голове не пропадала надежда, что может из-за вчерашнего, Разумовский просто переволновался и решил встретиться там, а никак обычно. Но в учебном заведение его тоже не оказалось. Олег сидел один за партой, глядя в окно на падающие золотистые листья, он вспоминал те приятные ощущения на губах, его щёки покрывались румянцем, это было так странно.       Они были дружны, видели друг друга в разных ситуациях, прикасались к друг другу, но этот поцелуй, был как диковинный фрукт, который ты пробуешь впервые, надеясь, что он не ядовитые. Брюнет не понимал своих чувств, но это прикосновение уст не было чем-то противным, но и приятным это вроде не должно было быть. Сергей был искренним, но любил не договаривать, отвечал только на то, что ему казалось важным, это определённо сводило с ума их двоих.       Время беспощадно шло, волче не прекращал ждать каждое утро у двери, когда он стучал, пару раз на него орали соседи Разумовского, не позволяя зайти внутрь или хотя бы увидеть, что происходит в той комнате. Спустя неделю, Олег не мог уже оставаться спокойным, преподаватели говорили, что Серёжа на больничном и с ним всё хорошо, но как может быть всё хорошо, если его друг не отвечает. Брюнет решил пойти на радикальные меры, конечно, не настолько радикальные, чтобы вынести дверь, но достаточно опасные, если его поймают. Волков решил залезть в окно, как в тупых сериалах про любовь, закосплеить Юджина из Рапунцель, жаль только рыжие локоны ему никто не сбросит.       Окно серого находилось как раз на 3 этаже, по соседству с Олегом, поэтому план был до ужаса прост. Волче открыл своё окно и осмотрелся по сторонам, подловив момент, когда на улице никого не было, парень вылез из проёма на половину туловища и начал бросать в стекло соседа маленькие камни, которые заранее были заготовлены. Спустя три минуты и около десяти камней, послышался щелчок. Волче сразу сел на свой подоконник приготовившись, уловив знакомый ворчливый голос, брюнет встал на свой внешний выступ, повернувшись лицом к кирпичной стене, он держался за углубление окна. Когда соседнее окно наконец было открыто и из него показалась рыжая макушка с очень недовольным выражением лица, Олег зацепился за выемку рукой, благо физическая подготовка позволяла, перешагнул на чужой выступ и моментально нырнул в комнату Разумовского. Но получилось это не так элегантно, как хотелось бы и парни сильно стукнулись головами, когда упали на твёрдый пол. — Блять, что происходит, — болезненно стонал Сергей под брюнетом. — Чёрт, прости, я не планировал такую жесткую посадку, — вторженец поторопился встать с друга и протянуть ему руку помощи. — Ещё бы ты это планировал, волче, я б тебя мигом из этого же окна выбросил, — голубые глаза с раздражением смотрели на собеседника, но помощь парень принял, — ну, зачем пожаловал? — поправляя свою задравшуюся футболку, спросил Сергей. — То есть тебя не смущает, что ты отсутствуешь на уроках уже неделю? Для тебя это перебор. Меня ещё твои дружки сюда не впускали и из комнаты ты будто вообще не выходишь, —объяснялся брюнет, ходя по комнате туда-сюда.       Глаза рыжего непроизвольно посмотрели на красную нить, которая одиноко лежала на полу, всё ещё тянувшись к другу. Олег посмотрел туда же, но для его глаз была скрыта истина и он пытался, что-то разглядеть на потертой с годами древесине. Вдруг в голове что-то щелкнуло, будто собрался пазл, вспоминая все слухи про любовную судьбу, Волков, резко поднял глаза и воскликнул: — Нить! Тебе же уже семнадцать, ты в тот день увидел свою судьбу! — Прости, я, — Разумовский испуганно дёрнулся, сжав руки в кулаки, его мысли скрутились в клубок, всё было ясно, как день, его товарищ догадался. — Кто это? Неужели она в нашем классе, поэтому ты перестал ходить? А тогда, ты просто перенервничал? — Что? — Серёжа распахнул глаза, неужели это было и вправду ошибкой, раз даже Олег, не смотря на все намёки и вообразить не мог, что парень может быть с парнем, — А, да, это девочка, она пока не знает, — ложь, от которой нить начинала будто тереть мизинец ещё больше, она так и рвалась к правде, но не то это время. — Ох, тебе наверно больно, может я помогу, что уж сразу тут закрываться, все задачи высшей математики решаешь, а тут заднюю дал? Не дело, страдаю то я от этого, — брюнет положил руку на плечо собеседника, искренне улыбаясь. — Спасибо, да, пожалуй, ты прав, завтра как обычно тогда? — ответил голубоглазый, ухмыльнувшись. — Конечно! — Олег радостно обнял друга, — буду ждать тебя, а теперь не буду мешать, а то скоро твои соседи вернуться.       Парни попрощались и Волков вернулся в свою комнату, угрюмо осев на кровать. Он был и вправду рад за друга, что тот вот-вот обретет любовь, а там недалеко и отношения. Про него же не забудут? Но эта мысль в голове была не самой главной, что-то гнетущее и ноющее в груди хотело вырваться на свободу, точно ли всё идёт по сценарию или у этого всего должен быть иной конец.       На следующий день, друзья вновь шагали вместе в учебное учреждение, по их изнеможённому виду, несложно было догадаться, что ночь прошла не гладко, они оба тронули в раздумьях. На уроке Олег оглядывал представительниц женского пола и вдруг карие глаза остановились на однокласснице Ире, у неё были русые волосы по плечи, темные глаза, она часто косилась на Разумовского, ей как раз было шестнадцать, неужели это оно? Волче пихнул Серёжу локтем, головой кивая в сторону находки. Рыжий перевёл свой взгляд на девушку, пока сердце рвало на части, ему оставалось только согласиться, лишь бы не выдать правду.       И после началось представление, абсурдное и стыдливое до ужаса. Олег давал тупые советы по флирту и ухаживанию, а Разумовскому приходилось отыгрывать роль, слушая все напутствия. Нить горела всё то время, когда Серёжа пытался в романтичном плане общаться с Ирой, она не давала покоя. А Волков всё больше и больше задавался вопросами, почему помогая другу, он чувствует себя неправильно, а грудь режет. Это была бомба замедленного действия, которая всё же взорвалась, в день рождения Олега.       На этот раз Разумовский ждал у двери друга, его губы были искусаны в кровь, капилляры в глазах лопнули от бессонницы. Он осознавал, что продолжать это всё было невыносимо и сейчас тот самый день, когда ошибка в судьбе всплывет наружу.       Дверь открылась, сердце пропустило пару ударов, и кульминация этого спектакля настала: — Доброе утро, серый, — радостно проговорил волче, пока его взгляд не опустился на руки товарища, нить соединяла их мизинцы, она так красиво переливалась под тусклыми лампами коридора, что глаза заворожённо остановились на ней. — С днем рождения, волче, — устало, но с улыбкой проговорил Серёжа, осознавая, куда смотрит его собеседник, осознавая всё, что сейчас происходит, но не в силах сказать что-то кроме произнесенного. — Это нить, она ведёт к тебе, но разве такое возможно, — теперь карие глаза отображали тот ужас, что был и у рыжего в первый день, — но ты ж уже почти начал встречаться с той девушкой, у вас взаимная симпатия, это какая-то ошибка.       Последнее слово стало последней каплей, из голубых глаз пошли слёзы, как он и думал, кажется произошла ошибка, истощенный организм, не позволял разуму реагировать здраво и снова вместо разговора, Серёжа пустился в бега. Холодный воздух бил по лёгким, звонкий топот разносился по улице, а дополнением ко всему стали всхлипы. Рыжеволосый забежал за общежитие и облокотившись спиной на сырую кору дерева, скатился вниз, здесь была маленькая проходимость, тем более в такое раннее время. Руки судорожно стирали новообразующиеся слёзы на лице, он уже ничего не понимал и хотелось просто исчезнуть, прямо под этим одиноким деревом.       Спустя пару минут, послышались глухие шаги по земле, которые направляли явно в сторону парня, но у того уже не было сил встать или видеть что-то, из-за замыленных слезами глаз. Резко перед лицом возник букетик из трех цветов, определённо сорванных с клумбы, они уже собирались на покой, поскольку осень не щадит никого, но выглядели всё ещё красиво. — Даже если это ошибка, я не против провести с тобой всю жизнь и следовать данной нам судьбе. Я сомневался в том, что я чувствую, но теперь всё стало на местах. Я любил тебя, как друга, но после поцелуя, я задумался. Трепет был, как в дурацких романтических фильмах, а мои глаза всё чаще неосознанно опускались на твои губы. Кажется, что я люблю тебя очень сильно, нет, я в этом уверен, — запыхавшись говорил Олег, глядя на Серёжу.       Разумовский не смело поднял взгляд сначала на цветы, а после на лицо Волкова, после он начал смеяться, пока из глаз всё ещё текли слёзы: — Как же я тебя люблю, волче и твою несуразность, — даже не осознавая ответил голубоглазый, принимая цветы, затем он неспешно встал с земли и прильнул к губам собеседника, как по инерции.       Брюнет смутился, но неумело ответил на поцелуй, аккуратно обнимая свою истинную любовь. Тепло так и разливалось по телу, согревая в морозное утро. Еле как отлипнув друг от друга, приятели неловко улыбнулись. Серёжа запустил руку в карман своих брюк и протянул Волкову чёрный браслет с фазами луны: — Это тебе подарок, решил тоже попробовать себя в этом нелегком деле, кажется, что вышло очень даже, — хихикнул голубоглазый, внимательно наблюдая за реакцией именинника. — Вау, это очень здорово, серый! У тебя вышло даже лучше, чем у меня, — кареглазый радостно воскликнул, принимая подарок и сразу же надевая его на свою руку, — теперь мы связаны не только судьбой, но и браслетами, — Олег нежно прикоснулся лбом ко лбу.       Так они стояли ещё долго, позабыв о всех недопониманиях, наконец всё сложилось так, как и должно было сложиться с самого начала.