Звериный голод, который стоит держать в узде

Хрустальная ваза, чей-то символический подарок, красиво переливалась в лучах рассветного солнца. Бордовые розы с обрезанными шипами стояли в ней, восхищая взгляд своей красотой. Взяв вазу одной рукой, Рехобоам с лёгкостью переставил ее на подоконник. —Доброе утро,- пробормотал Джо, заходя на светлую кухню. Встрепанный, мягкий после сна, он до сих пор не мог полноценно ориентироваться в пространстве, бредя буквально на ощупь и по памяти. —Доброе, доброе,- аккуратно взяв младшего за локоть, Рех остановил его в секунде от впечатывания в раковину и держал до тех пор, пока Джо не соберётся с силами и наконец то не попьет. От Рехобоама веет спокойствием и уверенностью, как от постера с автомобилем экстра-класса. Им хочется обладать. От Рехобоама пахнет удовольствием и удовлетворением – если у этих состояний вообще есть запах – будто он только что покинул двухэтажный дом в частном секторе, украшенный двумя клумбами с фуксиями и резной верандой; дом из сосны кремового цвета, выбранный в результате пятимесячных раздумий его супруги, из окон которого виден небольшой кусок леса и перспективного будущего, где все счастливы, нет никаких долгов по банковских картам и бессмысленных ссор. Рехобоаму нравится заботиться, но чаще всего за этой заботой кроется желание контролировать. Он подошёл сзади и стал бережно переплетать растрепавшиеся за ночь волосы Джо. —Мне кажется, ты встаёшь слишком рано для того, кто ложится так поздно,- эти слова были сказаны с беззлобным упрёком и с блеском в глазах. —Говорит мне тот, кто встал сегодня в 6 утра,- фыркнув и перекинув через плечо получившуюся косу, Джо протиснулся между Рехом, столом и кухонным гарнитуром, чтобы налить себе кофе. Но, к собственному разочарованию, его снова хватают за многострадальный локоть и вжимают в красивый стол, накрытый прозрачной силиконовой скатертью. Рех утыкается носом под его ухо и касается сухими губами его шеи, надавливая языком на пульсирующую артерию. Джодах вздрагивает и порывисто выдыхает, чувствуя, как теплая ладонь приподнимает его майку. Рехобоам методичен и последователен, как хороший наставник: он медленно проводит пальцем по зубам темноглазого и едва касается кончика его языка. —Я не хочу играть в твои игры сейчас, пусти,- сказал Джо, упершить руками в грудь партнёра. Сейчас пределом его мечтаний была кружка кофе и булочка на завтрак и он не собирался останавливаться, даже если Рех решил поиграть в этакого "мажора", которому все дозволено. Но ему не дали уйти, не дали отстраниться. Просто и незамысловато Рехобоам приподнял Джо над полом и усадил на край столешницы. Ноги оказались широко разведены по бокам, а из-за сопротивления раннее младший просто не удержал равновесие, мягко повалившись на стол. Схватившись твердой рукой за бедра, Рех притянул оппонента к себе в плотную. Именно сейчас в движениях, хоть и плавных, и красивых, просматривалась какая-то животная жадность по чужому теплу. —Хер ли ты творишь с утра пораньше, а?- хоть слова были сказаны относительно спокойным тоном, было видно, что Джо начинает заметно нервничать из-за всей этой ситуации. Вторую руку Рех просунул под шею, заставляя приподняться и потянуться к себе. Впившись в губы острым поцелуем, он огладил бедро от внешней стороны до внутренней. Джодах вцепился длинными ногтями в плечи партнёра. Он понимал, что причиняет боль, но не мог ничего с этим поделать. —Думаю, тебе не стоит так цепляться и быть таким напряжённым, расслабься и получай удовольствие,- хитрая усмешка скользнула на губы Рехобоама, он наклонился к бьющейся жилке на шее темноглазого и с силой укусил мягкую кожу. —Блять, Рех..- на выдохе прошептал Джодах. Он чувствовал, как шею все ниже покрывают поцелуи и лёгкие укусы. Добравшись на груди, Рех лукаво посмотрел снизу-вверх и широким мазком облизал один из сосков, заставив Джо поперхнуться следующей фразой. Слушая вздохи-стоны сверху и чувствуя, как прогнулось тело под ним, он продолжил оставлять дорожку поцелуев все ниже, переместив руку с шеи на грудь, поочередно оглаживая соски. Хоть Рех и наслаждался всем этим, он не мог больше ждать. Поднявшись, он вновь приблизился к плечам младшего, останавливаясь близко-близко к коже, сделав влажный и горячий выдох. Почти не сдерживаясь, он впился зубами в мягкую плоть, оставалось совсем не много до того, как выступит кровь. Джодах, не готовый к такой резкой смене от, хоть и твердой, но ласки, к такому яростному и болезненному напору, выдохнул сквозь сжатые зубы. Остановившись на секунду, чтобы понаблюдать за выражением лица Джо, Рех продолжил, где-то сильнее, где-то слабее, искусывать поддатливое тело. Это было похоже на прекрасный белый холст, запачканный разными оттенками красного. Укусы уже наливались цветом, старший стоял и смотрел сверху-вниз как художник, закончивший свой лучший пейзаж. —Я.. это было жесть.. я на полном серьёзе чувствую себя использованным,- прикрыв лицо рукой, сказал Джо. —О, тебе не понравилось? Я очень старался,- губы, растянутые в плотоядной ухмылке, раскрасневшееся лицо. Все это было прекрасно, но по какой-то причине напоминало волчий оскал. Возможно из-за глаз, тщательно следившими за каждым движением жертвы. Оттолкнувшись от стола, Рех включил кофемашину, а после, как джентльмен, помог Джо принять вертикальное положение. Все ещё не отойдя от шока, Джодах был усажен за стол, на котором только что лежал, перед ним положили тарелку с яичницей, приборы и поставили кружку ароматного кофе. —Завтракай, у тебя предстоит тяжёлый день,- произнес старший, поцеловав младшего в макушку и отправившись собираться на работу, попутно поправляя свою сбившуюся рубашку.