Поцелуй ведьмы

Когда она впервые вышла из зеленого пламени, лижущего камень, он подумал, что само воплощение дьявола вернулось из ада. Ад — это Азкабан, который вполне мог быть настоящим адом, на котором основывались маггловские религии. Она улыбнулась, увидев его: он был один в гостиной, родителей нигде не было видно. Женщина всё ещё была одета в свою тюремную робу, когда вышла из камина, её чёрные волосы дико струились вокруг неё, дикие, как море. Беллатриса Лестрейндж — его тётя — присела так, чтобы оказаться на уровне его глаз. — Ты, должно быть, маленький дракон моей сестры, но ты не выглядишь очень свирепым, маленький дракончик. На самом деле, ты выглядишь окаменевшим. Он ничего не ответил, да и не мог, потому что она была права. Он был окаменевшим. Драко слышал рассказы о том, что она делала во время первой войны: о количестве её убийств, о том, как она любила мучить своих жертв при любой возможности, о её поразительной красоте. Беллатриса подняла руки и схватила его за горло: пальцы обвились по бокам, а большие прижались к дыхательным путям, перекрывая их. — О боже, похоже, мои руки соскользнули. Скажи мне, маленький дракон, на кого ты больше похож — на отца или на мать? Её хватка ослабла, и он вдохнул воздух, уставившись на нее. Какого ответа она ждала? Какой ответ заставит её отступить? Он не мог сказать, и никогда раньше не задумывался о том, на кого из родителей он больше похож. — Мать говорит, что я напоминаю ей отца. — О? Как мило. Её руки поднялись от его лица, и на секунду он почувствовал облегчение, пока её ладони не прижались к его щекам, и она наклонилась вперед, так что между ними осталось всего несколько дюймов. — Значит, если я тебя напугаю, ты будешь принадлежать мне, да? Дрожь пробежала по его позвоночнику, прежде чем она сократила расстояние между ними, прижавшись губами к его.