Wrong for love

Я верю, что наши потомки и его потомки

однажды найдут общий язык, Сане.

И станут настоящей семьей.

Мичикацу был и останется нашим

любимым старшим братом.

Я положу всю свою жизнь

чтобы вернуть его домой.

— Ериичи Цугикуни.

***

            Сунари открыла глаза, когда лица коснулись первые лучи солнца. Девушка осмотрела комнату и обнаружила Муичиро, который спал, облокотившись о стенку. Не смог оставить ее. Столп грома подползла к другу и коснулась его щеки. Тот приоткрыл глаза. — Прости, что разбудила, — Сунари прикусила свою губу, наблюдая за море глазами, похожими на море. — Я не спал, — ответил Муичиро, возвращая ей любопытный взгляд. — Ты меня назвал Кирихирай, что это значит? — спросила Сунари и села в позу лотоса. — Честно? И сам не понял. Это имя, или что, вырвалось само. Очень странное ощущение, — ответил Токито и выдохнул. — Чувство, будто что-то ускользает от меня. — Может, дядя знает, что это значит? Или книги, — начала размышлять Сунари. — Тебе важно узнать, что значит это имя? — Муичиро склонил голову, и своей ладонью коснулся ее руки, переплетая пальцы. — Оно мне снилось, — ответила Сунари и улыбнулась. — Мужчина с длинными красными волосами, самурай кажется, у него было такое же кимоно, как у меня. Он звал меня этим именем. — Вот как, — Токито кивнул и погрузился в свои мысли. — Господин! Госпожа! Прибыл столп ветра, Санеми Шинадзугава! — сообщил Аято и проскочил в комнату. — Мы сейчас придем, — Муичиро поднялся на ноги и помог встать подруге.

Сон Сунари.

            Столп воды шла по лесу, была ночь, недалеко текла вода в ручье. Послышался звук разрубленного дерева. Она коснулась своей катаны и стала озираться по сторонам. — Я не демон, — перед ней появился мужчина. Темные волосы кровавого цвета, он держал в руках меч. Самурай, на нем такое же красное кимоно и серьги, как у самой Сунари, на лбу шрам. — Ты так похожа на него, — прошептал мужчина и подошел ближе, касаясь ее щеки. — Кирихирай. Он живет в тебе. Я живу в тебе. Открой сердце солнцу и поймешь, что можешь намного больше. Прости меня.       Неизвестный мужчина коснулся своими губами ее лба, она опешила. Это чувство было ей знакомо, будто отец обнимает своего ребенка. Однако Сунари не знала своего отца. Знала лишь мать. — Открой глаза, ты не одна.

Наши дни.

            Сунари и Муичиро спустились к Санеми, когда привели себя в порядок после сна. Столп ветра смотрел на них, прищурившись. — Если б не знал, подумал бы, что пришел к какой-то дотошной женатой паре, — слова Шинадзугавы заставили хозяев резиденции замереть, они посмотрели на него с осуждением. — Не смотри на меня так, — поежился он от взгляда столпа тумана. — Как? — спросил Муичиро и спокойно сел за стол, пригубив чай.       Сунари села рядом с ним, положив на тарелку столпа тумана пирожное с розой и какао. Санеми выгнул бровь, наблюдая за ними. На столе стояли три тарелки, перед каждым столпом. Муичиро убрал тарелку Убуяшики и подвинул свою на середину, поближе к девушке. Покачав головой, Шинадзугава глубоко вдохнул. — Что-то случилось? — поинтересовалась Сунари. Она держала в руке ложечку, на которой покоился кусочек того самого пирожного с какао, Муичиро ел то с розой. — Меня сейчас стошнит, — ответил столп ветра. — Почему? Тебе не понравился чай или пирожные? — спросил Токито. — Да нет, — Санеми выдавил улыбку. — Неважно. Отправимся к Убуяшики вместе? — Конечно. Что произошло? — Сунари отпила чая. — Я нашел кое-какие записи в книге. Почему-то там упоминается моя фамилия. Это древо семьи. К слову, там есть какой-то Кинахита и ты, Токито. Если верить этой книжке, мы родственники, — усмехнулся Санеми и помотрел на друга. — Занятно, — только и ответил Муичиро. Посмотрев на свою напарницу, он улыбнулся. — Твои блюда как всегда на высоте. — Хватит! — крикнул столп ветра. — Меня стошнит от ваших нежностей! — Я знаю, — Токито усмехнулся. — Я специально. — Ты! — Санеми сжал свои кулаки. — Буду ждать на площадке!

Дом Убуяшики.

            Трое столпов стояли перед Главой, он разглядывал каждого из них с привычной для него улыбкой. — Приветствую, дети мои. Поднимитесь же, — попросил Кагая, столпы сели перед ним. — Слушаю вас. — Мы оказались в затруднительной ситуации, — начал Муичиро, он оглядел своих товарищей и кивнул. — Санеми нашел книгу, там нарисовано древо семей. Токито, Шинадзугава и Кинахита как-то связаны? — Кто такие Кинахита? — продолжил Санеми. — И кем является мужчина с таким же кимоно как у меня, красные волосы, катана, он самурай, еще у него шрам на лбу. Кто он? Почему он мне снится и называет Кирихирай? Почему Муичиро назвал меня Кирихирай? — задала последние вопросы Сунари.       Кагая Убуяшики склонил свою голову и выдохнул. Мужчина хотел правильно сформулировать свои мысли. — Это долгая история, поэтому слушайте, — попросил Глава. — Во время Сэнгоку была семья, Цугикуни, они были аристократами. Шинро и Акио Цугикуни стали родителями двух близнецов и еще одного мальчика. Старший был Мичикацу, его близнец Ериичи и их младший брат Сане. Именно в те времена Мудзан уже был демоном, он мой дальний родственник. Мальчики выросли, Ериичи и Сане хотели отправить в храм, так как наследником был старший сын. Мичикацу любил их и уговорил отца не отсылать братьев. Он женился и у него появился сын, позже его жену убил демон. Именно это его сгубило. Мичикацу стал первой высшей луной Мудзана. Кокушибо, так теперь его зовут. Ериичи и Сане не смогли пережить боль, поэтому всю свою жизнь посвятили возвращению брата. Шинро оставил своих двух сыновей, Ериичи унаследовал все от отца. Именно Ериичи был создателем дыхания солнца, от которого произошли и остальные дыхания. Мичикацу был владельцем дыхания солнца, позже луны. Сане был владельцем дыхания солнца и ветра.

Сэнгоку.

            Ериичи стоял рядом со своим младшим братом, во дворе дома бегало три мальчика. Они казались счастливыми. Мужчины не могли улыбнуться. — Они напоминают нас, — осторожно заговорил Сане. — Ты прав, — кивнул старший и посмотрел на небо. — Ериичи, я знаю, это больно. Пожалуйста, останься. Ты нужен мне, нужен им, — прошептал Сане и коснулся рукава брата. — Я отправлюсь на поиски Мичикацу, — Ериичи был непреклонен. — Отец и мать убиты. Ты останешься новым главой нашего дома. Сане, я доверяю тебе наше будущее. — Брат… — Не так давно я встретил одного паренька, торговец углями. Сумиеши Камадо. Я спас их от демонов и помог с родами его жены. Оставил им танец огня, — улыбнулся Ериичи. — Может, когда-нибудь один из его потомков сможет разгадать, что это за танец. Наши наследники будут рождаться с призрачным Миром и предрасположенностью к дыханию солнца. Мы одолеем Мудзана и вернем Мичикацу.             Когда трое мальчиков подросли, они смотрели на Сане и внимали всем его словам. Он рассказывал историю их семьи. — Дядя, мы приняли решение, что уедем. Прости, так будет лучше. Мы защитим нашу семью, будем обучать дыханию самураев. Новых истребителей. Твоя задача — сохранить это хрупкое равновесие и наш дом. Думаю, дядя Убуяшики тебе поможет, — Кинахита говорил с поднятой головой, но слезы текли по щекам. — Маму убили, как и моего братика или сестренку. Дядя, тетя тоже мертвы. Мы трое женились и, честно сказать, боимся. Эта война на века. Это наша война. Не наших жен или матерей, тем более детей. — Отец, отпусти нас, — просил Шинадзугава. — Демоны не знают наших настоящих имен, мы используем их как новые фамилии. Создадим свои кланы. Мы уйдем, но навсегда останемся семьей. Будем общаться. Хранить узы. — Дядя, не волнуйся, мы справимся. Отец не сможет убить нас, — улыбнулся Токито сквозь слезы и посмотрел на небо. — Я благодарен судьбе, что у меня есть братья, и что у отца они тоже были. Я буду молить богов, чтобы и мои дети испытали это счастье. — Я отпускаю, — прошептал Сане и склонился перед ними. — Простите меня и Ериичи. Простите, что не защитили ваших матерей. Простите, что заставили страдать. Простите, что заставили изучить дыхание солнца. Простите, что обрекли.             Трое сыновей семьи Цугикуни ушли и создали свои кланы, как и обещали. Спустя года Ериичи и Сане были убиты Мичикацу. И новое поколение, скрывающее свое происхождение, начало войну. Истребители, которых запомнил весь мир. Когда один пробуждает метку истребителя, это означает появление и остальных. Первым метку пробудил в прошлом Ериичи, следом Сане. Дети братьев Цугикуни тоже пробудили метки, Кинахита стал первым, следом пробудили Токито и Шинадзугава. Многие истребители, пробудившие метку, не доживали до двадцати пяти. Неизменным осталось одно: наследники Цугикуни, как и Ериичи с Сане, доживали до старости, даже пробуждая метки. — Меня зовут Рику Цугикуни, я младший сын Шинро Цугикуни, брат Кахару и Акено. Родной и единственный дядя Ериичи, Мичикацу и Сане. Я не смог пробудить дыхание, поэтому стал записывать все события в эту книгу. Мое время пришло. Я хочу увидеть сестру, брата и племянников. Семьей я не обзавелся, ее мне заменили племянники и двоюродные внуки. Рюсей, ты сын Токито. Ягура, ты сын Кинахиты. Кактару, ты сын Шинадзугавы. Ваши отцы пали в битве против Кокушибо и Мудзана. Вот их мечи и кимоно, теперь ваша очередь. Каждое поколение записывайте события и дополняйте семейное древо, — Рику был очень стар, он стал одним из долгожителей, проживший около ста пятидесяти лет. — Как скажешь, — ответили, поклонившись, новое поколение Цугикуни.

Наше время. Тайсё.

            Столпы внимательно слушали мужчину, пытаясь все понять. Они не перебивали, понимая, что скоро все станет ясно. — Ериичи стал воспитывать сына старшего брата, того звали Токито. Сам Ериичи женился и обзавелся собственным ребенком, Кинахитой. Сане женился через год и у него появился сын, Шинадзугава. Все трое были наследниками Дыхания Солнца и семьи Цугикуни. Ериичи и Сане пытались вернуть брата, но безуспешно. Они оба обзавелись учениками. Когда пришло время старости, братья ждали Мичикацу и он пришел, убил их. Токито, Кинахита и Шинадзугава побоялись, что их семьям грозит опасность, поэтому они использовали свои имена как фамилии и скрылись, готовя план по уничтожению Мудзана. Много поколений пало в битве. Сейчас на земле живет тринадцатое поколение семьи Цугикуни. Шинадзугава Санеми, ты наследник Сане Цугикуни. Токито Муичиро, ты наследеник Мичикацу Цугикуни. Кинахита Кирихирай, наследница Ериичи Цугикуни и моя любимая племянница, — прошептал мужчина, смотря в глаза Сунари. — Прости, что скрыл твое имя. Скрыл происхождение. Это была воля Хокуто, твоего отца. Он был мечником, хаширой солнца и мужем моей сестры. Хокуто знал, что Мичикацу придет за ним, так и произошло. Твой отец желал тебе счастья и спокойного детства. — Ваши предки потеряли связь с друг другом, но не забывали, что где-то там есть семья. Последним, кто имел дыхание солнца, был Хокуто Кинахита, твой отец, Сунари. Последними, кто общался и записывал все события, были трое, Хитто Токито, Цукаса Кинахита и Корубе Шинадзугава. Они ваши дедушки, общались в молодости, но не имели дыханий. Они потеряли связь с друг другом и каждый пошел своим путем, — Убуяшики смотрел на столпов с сожалением. Они могли быть счастливой семьей и провести детство вместе, но каждый прошел жизненные трудности.       Столпы молчали. Каждому требовалось время осознать и принять свою суть. Они наследники, семья. И их предок в рядах демонов. Столько лет, столько поколений их семьи пытались избавится от демонов, они уже тринадцатое поколение. — Мы, выходит, родственники, — пробубнил Санеми себе под нос.       Муичиро сжал ладони в кулаки и посмотрел на Сунари, нет, на Кирихирай. Он затаил дыхание и прикусил губу. — Дядя, подожди. Получается, Шинро и Акио, они имели трех детей, двое из которых вступили в брак? — она смотрела на свои колени и не могла принять этот факт. — Да. Акено и Кахару были родными братом и сестрой, — кивнул Убуяшики, — Твой отец был столпом, который попросил уничтожить любое упоминание о нем. Он женился на моей сестре, которой было тринадцать. Они жили счастливо и любили друг друга. Ждали твоего рождения и не успели увидеть, как ты выросла. — Я прошу вас троих попытаться пробудить дыхание солнца, — Убуяшики поклонился. — Прошу, как потомок Мудзана, помочь мне в его истреблении.             Столпы покинули Кагая Убуяшики. Они находились в саду, каждый думал о своем. Требовалось время чтобы привыкнуть к новому статусу. — Они смогли защитить нас, — улыбнулся Муичиро. —Пожертвовали своим домом и связью с дядей. Они герои. — Герои, которые отдали жизни, — Санеми смотрел на дерево, пытаясь понять, что испытывает к предкам. — Они ведь не могли предположить, что их наследников перебьют демоны. Родителей и близких каждого из нас убили высшие луны. Мою мать, родителей Сунари, брата Муичиро… нашего брата. — Неужели ты проникся чувствами? — улыбнулась Кирихирай и вытерла слезы. — Наших братьев и сестер.       Столп грома подошла к Санеми и коснулась его плеча. Он явно вспоминал свою убитую семью. Муичиро присоединился к ним и кивнул. — Мы станем последними, — прошептал столп тумана. — Мы закончим это. Пробудим метки, отразим удар. Уничтожим Мичикацу и отомстим Мудзану. — Потребуется время, чтобы мы по-настоящему приняли своему кровь, но, думаю, мы уже на пути к принятию, — Кирихирай смотрела на темнеющее небо, ветер трепал длинные красные волосы. — Только живите, я, выходит самый старший, — улыбнулся Санеми, что было ему несвойственно. — Муичиро уже двадцать четыре. Тебе девятнадцать. А вот мне двадцать семь. — Пора бы тебе жениться, братик, —Кирихирай укрылась за спиной Муичиро, так что Шинадзугава не успел стукнуть её по затылку. — Когда придет время, — выдохнул он. — Сейчас важнее истребить демонов и спасти жизни. — А будет ли потом это время? — спросил Муичиро и посмотрел на Сунари, которая наблюдала за звездами.

Танджиро Камадо.

            Хашира стояли в саду, перед ними лежал мальчик, который искал свою сестру-демона. Кирихирай стояла подальше, вместе с Муичиро. Хашира выясняли, что будут делать. Санеми пытался вывести демона на эмоции. Вскоре прибыл Ояката-сама. Все хашира встали на колени перед ним. Одна из его дочерей зачитала письмо.       Кирихирай посмотрела на своего ученика, потом опустила глаза на свои руки. Гию вырос и сделал точно так, как поступил бы Сабито. Урокодаки писал ей про Танджиро. Девушка наблюдала за мальчиком и улыбнулась. Она бы тоже отдала все, чтобы Сабито был жив. Хотя бы так, хоть это эгоистично. — Я заступаюсь за них, как и сказал Саконджи Урокодаки, — кивнул Гию и посмотрел на Кагая.       Санеми пытался доказать всем, что демон набросится. Все тщетно, Незуко даже не посмотрел на него. — Что вы решили? — спросил Кагая и склонил голову на бок. — Пусть это будет ярко! — выкрикнул Тенген. — Раз уж так вышло, я не против, — кивнул Ренгоку и улыбнулся. — Мне все равно, — ответил Муичиро и посмотрел на небо. — Если все решено, прошу отпустить Танджиро в мое поместье, — Шинобу посмотрела на мальчика. — Я им не доверяю, — сказал Игруо и отвернулся. — Как вы скажете, глава! — Мицури сжала руки.              Гемей и Санеми промолчали. Кирихирай сжала руки в кулаки, она посмотрела на Гию, тот вздрогнул. — Я не защитила своего ученика. И знаете, я бы отдала все, чтобы даже демоном он был рядом. Этот мальчик пытается спасти единственного оставшегося родного человека, не нам его судить. Шинобу, уверена, ты бы сделала то же для Канаэ, рука бы не поднялась убить сестру. Гемей, а ты для тех детей. Санеми, а ты ради Геньи, или ты настолько бессердечен? Каждый мог оказаться в такой ситуации. Простите мне мою дерзость. Гию, раз ты взял за них ответственность, то борись. Защищай и сделай все, чтобы помочь. Мальчик ведь использует дыхание воды? Сделай из него мечника, заботься как о своем преемнике. Стань лучше меня, не дай умереть, — Кирихирай смотрел на своего дядю, отвернувшись от Гию. — Мы в ответе за тех, кого спасли, — добавил Муичиро и взял Кирихирай за руку. — Может, это первый шаг к победе?       Хашира слушали девушку, многие опустили головы, задумавшись. Томиока смотрел на своего учителя и сжал руки в кулаки, глаза расширились от удивления. Он ушел, когда стал столпом и основал свое поместье. Ему всегда казалось, что Сабито стал бы достойнее, что она жалеет. Ему казалось, будто Сунари взяла его в ученики только из вежливости. — Мне всегда казалось, что я был лишним и стал твоим учеником только из жалости, — выпалил Гию и привлек внимание всех. — Это не так. Я любила и люблю вас обоих одинаково. Я не намного старше вас, но вы стали мне младшими братьями, в каком-то смысле детьми. Гию, моя боль никогда не утихнет. Слишком глубока. Твоя, я уверена, тоже. Мне не пережить еще одну смерть своего ученика. Это не значит, что я тебя не люблю. Как мать учится отпускать дитя в свободный полет, так и я отпустила тебя, чтобы ты научился летать без моей помощи, — она смотрела на свои руки, там было два браслета, одинаковые. Один принадлежал Сабито, такой же есть у Гию. — Сопли распустили, — проворчал Санеми. — Тебе не понять их, потому что у тебя не было учеников, цугуко, — возразила Шинобу и уставилась перед собой. — Эта любовь слишком сильна. И самое страшное, когда ты хоронишь своего ученика. Самое ужасное, когда, пережив битвы с демонами, ты готовишь своего цугуко к этому.       Шинадзугава кивнул, удивив всех своим молчанием. Сейчас, казалось, многие хашира не заводят учеников из-за этого. Смерть ученика столпа воды оставила след на многих.       Танджиро помотрел на нее и нахмурился, не мог понять, кто это. Семью Камадо увели. Ояката-сама провел собрание. Когда все закончилось, хашира разбрелись по саду. Муичиро и Кирихирай отправились в сад, где похоронены истребители, рядом с ними шел молодой парень, которого ранее Камадо не видел. — Кто эта девушка? — спросил тихо Танджиро, оказавшийся рядом с Шинобу и Гию. — Она учитель Гию, — ответила Кочо и посмотрела вслед двум хашира. — Разве ваш учитель не Урокодаки? — спросил Камадо. — Он когда-то был. Кирихирай Кинахита, столп грома и наверное единственная ученица Урокодаки, бывшая хашира воды. Она была ученицей и Джигоро тоже, он учитель Зеницу. Кинахита — старшая соученица Агацумы. Я и Сабито должны были обучаться у Саконджи, но попали к ней. Наша наставница, — Гию смотрел ей вслед и прикрыл глаза. — Кирихирай стала для нас с Сабитой сестрой, мамой, наставницей. Миром и спасением.

Несколько лет назад.

            Урокодаки смотрел на двух мальчишек, которые тренировались, оттачивая мастерство. Пришла Кирихирай, которая привлекла внимание мальчиков. — Это она?! — крикнул Сабито и выбежал вперёд. — Да, — кивнул Саконджи. — Вы хотите взять нас в ученики? — спросил подоспевший Гию. — Да, пойдете со мной? — поинтересовалась Кинахита и опустилась перед ними на колени. — Давайте станем семьей? — Семьей? — спросил Томиока и склонил голову. — У меня есть младший брат, его тоже примете в семью? — радовался Сабито. Он всегда был таким живым. — Конечно, Сабито, — кивнула столп воды. — Тогда я согласен! — Я тоже, — прошептал Гию.             Мальчики много тренировались. Кирихирай всегда готовила им что-то вкусное. Помогла со всем, с чем могла. — Прекрати говорить, что ты должен был умереть! — Сабито ударил Гию. — Чтобы я больше этого не слышал! Если скажешь снова, тут нашей дружбе придет конец! Твоя сестра отдала свою жизнь за твою, спасла тебя! Теперь ты обязан прожить эту жизнь за нее тоже! Ты не имеешь права умирать! Так что вставай, Гию! — кричал рыжеволосый, тогда прибежала Кирихирай. — Не деритесь, — она тогда впервые заплакала. — Наставница, — прошептал Гию. — Я знаю, Томиока, тебе больно. Но, Сабито прав. Цитако отдала за тебя жизнь, чтобы ты жил. Я обещаю, что научу вас всему, что знаю. Мы вместе будем спасать детей от такой участи. Я не заменю вам тех, кто умер, но позвольте стать для вас новой сестрой. И я защищу вас, договорились? — девушка обняла мальчиков, и их сердца дрогнули.

Танджиро Камадо и Гию Томиока.

— Она отдала нам всю себя, — прошептал Гию и посмотрел на небо. — Стала нам сестрой. Знаешь, она сдержала обещание и забрала брата Сабито. Как раз он сейчас идет с ними. Когда мы сдавали экзамен, за несколько дней до на деревню Сабито напал демон. Тогда она и Муичиро защитили жителей. Раньше Муичиро и Кирихирай не ладили, но уже несколько лет как объединили свои поместья. После смерти Сабито демонами были убиты его родители, тогда Аято забрала Кирихирай. — Она его любила, — Танджиро теперь другими глазами смотрел на эту девушку. — Кирихирай хотела сделать преемником Сабито, после его смерти она не могла держать меч, ушла из хашира и сделала столпом Гию за несколько месяцев. Через полгода вернулась как столп грома, — подтвердила Шинобу и проследила за взглядом мальчика.       Аято шел спиной вперед, сам же развернулся к двум хашира, он, жестикулируя, что-то рассказывал. Муичиро за плечи обнял Кирихирай, так они и шли. — Мы все пережили много горя от демонов, — сказала Кочо и ушла, оставляя Гию и Камадо одних. — Наставница в раннем детстве потеряла родителей, тех убили демоны. Она родная племянница главы, воспитывалась в этом доме, как и некоторые из нас, кто был сиротами. Всю жизнь она посвятила себя обучению, так и не познав детства. Друзей не имела. Пока не подружилась со столпом тумана, — Гию хлопнул Танджиро по плечу. — Многие столпы стали такими из-за испытаний, которые пережили. Не бери близко к сердцу.

Спустя месяц.

            Санеми, Муичиро и Кирихирай стали проводить время вместе, столп Ветра познакомил их с Геньей. Они сблизились за эти дни. Тренировались вместе.       Кагая объявил остальным хашира про семью Цугикуни. Истребители стали прорабатывать план по уничтожению демонов.