Размахивающая битой Принцесса Томана~

Королева

Честно говоря, Санзу поначалу не понимал, почему все так одержимы Ханагаки Такемичи. Девушка держала в своих руках большую часть Томана, включая его короля. Но он всё ещё не понимал, почему все ею так увлечены. Ведь она была совершенно обычной. Самая большая плакса, которую он когда-либо встречал. К тому же, она была неуклюжей девчонкой. Как можно споткнуться о пустоту?! Но она не была полной неудачницей. У девушки были и свои плюсы, например, жестокие инстинкты. Она, может, и не умеет драться кулаками, но зато чертовски хорошо умеет размахивать битой. Даже холодное, безжизненное сердце Санзу ожило, когда он впервые увидел, как она летит и размахивает ею, словно дубиной. Крики! Кровь! Кровопролитие! Чертовски красиво! Но он не позволил себе быть очарованным. Санзу был верен только своему королю и ни за чтобы не приклонился кому-либо ещё. - Вау! Т-такой красивый! Санзу, ты похож на фею! В том инциденте маска Санзу спала, и Такемичи могла увидеть всю его красу. Санзу ожидал, что блондинка будет в ужасе от шрамов на его лице. Подождите! Она только что назвала его... феей?! - Извини! Вот твоя маска! Тебе, наверное, не нравится, что я пялюсь на тебя, как какой-то извращенец!- Такемичи почесала щеку и смущённо извинилась, протягивая ему маску Санзу. Парень думал, что сможет вырваться из лап грозной Ханагаки Такемичи, но она поймала его в свои объятия, отчего его сердце вот-вот, да выскочит из груди. Почему, чёрт возьми, Такемичи окружали цветы и сердечки, и когда она стала такой чертовски милой?! - спрашивал себя Санзу. Дрожащими руками Санзу потянулся за маской и закрыл лицо. Увидев нервно ерзающую блондинку, он открыл рот и спросил: - Почему ты меня не боишься? Мои шрамы уродливы и ужасны. Почему ты такая необычная? Последняя фраза была адресована скорее ему самому, чем голубоглазой блондинке. Такемичи всегда была чудачкой, и не только потому, что вращалась в компании буйных хулиганов. Несмотря на то, что она знала их недолго, она всегда рисковала ради других. Из тех, кто безрассудно демонстрирует свои чувства и проявляет доброту даже к идиотам, которые этого не заслуживают. Санзу говорил себе: она была слишком милой и слишком чистой, что ей же и навредило. - Твои шрамы не так уж и страшны. К тому же, разве мальчики не называют их знаками отличия? Хотя, я не знаю, как ты их получила. Но я знаю, что ты очень красивый, Санзу-сан! Не позволяй другим говорить тебе обратное!- Такемичи одарила его своими большими голубыми глазами, в которых видна была искренность. В её тоне не было лжи, только откровенная честность, от которой у парня перехватило дыхание. -Увидимся в следующий раз, Санзу-сан, и спасибо за помощь! Кудрявая блондинка помахала ему рукой и исчезла за углом. Тут Санзу вспомнил, что весь этот инцидент начался из-за идиотов, лежащих на земле в луже собственной крови. Они приставали к любимице Томана, когда Санзу проходил мимо. Он их не убил, но им определённо понадобятся недели, чтобы оправиться. -Королева, -пробормотал Санзу себе под нос, в его глазах читалось восхищение, когда он смотрел в удаляющуюся спину девушки. Когда Такемичи наконец добралась до дома, она не заметила пары завороженных голубых глаз, которые следили за ней. Как и многие мужчины до него, Санзу поддался обаянию Ханагаки Такемичи благодаря всего паре фраз. Но, как ни странно, его не смущало это положение. Он наслаждался им, наблюдая, как Такемичи идет по цветочной тропинке. Санзу дарил своей любимой Королеве лучшее, что мог предложить этот ужасный мир. Не поймите неправильно. Санзу все еще считал ее неуклюжей и слишком доверчивой к другим людям. Но вместо того, чтобы быть недостатком, это служило одним из ее очарований. Санзу всегда будет верен Майки. Он даже готов был умереть и убить за него. Но любой, кто знает истинные правила шахмат, помнит, что самой сильной фигурой всегда будет ферзь. И, будучи её рыцарем, Санзу без проблем расправлялся с отщепенцами, которые не заслуживали того, чтобы купаться в её небесном присутствии. --

Госпожа

Помимо нахождения Такемичи в постели, Инуи нахмурился от беспокойства, глядя на выражение боли на лице блондинки. -Инуи, тебе не нужно постоянно держать меня за руку. Ты же понимаешь, правда? Такемичи лежала на кровати без сил и с болезненными спазмами в животе. Сегодня волосы блондинки были собраны в небрежный пучок, на ней были розовые шорты и белая футболка. -Но, госпожа, вам больно и вы нуждаетесь в поддержке, - обратился к ней Инуи, и Такемичи, которая тысячу раз умоляла его не называть её так, не смогла возразить и, на этот раз, проигнорировала фразу. -Инуи, я не умираю. Просто испытываю обычную женскую боль. -Черт возьми, Такемичи, ты можешь говорить "месячные"! Это нормальная функция организма для всех женщин. В этом нет ничего постыдного. В комнату Инуи ворвался Коко с полиэтиленовым пакетом в руках, который он бросил на кровать. -Коко!- Такемичи смутилась от резкого восклицания парня. -Вот! Шоколад, другие сладости и прокладки. Коко наблюдал, как девушка села и начала рыться в пакете. У неё навернулись слёзы, когда она увидела, свои любимые вещи. Но больше всего было прокладок, и Коко этого не стыдился. - Коко, не стоило! Я не знаю, как я тебе отплачу! Коко фыркнул, увидев заплаканный взгляд блондинки, и румянец залил его щёки, заставляя отвести голову от плаксы. - Перестань так много думать! Час спустя троица собралась в гостиной, и Такемичи, зажатая между ними, смотрела серии "Сейлор Мун". Коко не был большим поклонником и также знал, что Инуи почти не обращает внимания на экран. Однако видеть, как Такемичи, словно большой ребенок, загорается от восторга, когда на экране появляются важные сцены, где главная героиня сражается за своих друзей или за романтические отношения с возлюбленным, было невероятно мило. Не говоря уже о том, что они испытывали огромную гордость и удовлетворение, зная, что почти никто, кхм, из Томана, если не считать её друзей детства, таких как Хината и Мизо, не знал, что Такемичи была большим поклонником Сейлор Мун. Как и подозревал Коко, Инуи не обращал внимания на экран, но резко повернулся к Такемичи, положив голову ейна плечо. От этого поступка грудь Инуи затрепетала от счастья. С момента знакомства с Такемичи его сердце претерпело ряд изменений. А это говорило о многом, ведь единственным человеком, которым он когда-либо восхищался, был Шиничиро Сано. Это привело к желанию возродить былую славу Чёрного Дракона. Мечта, которая, к сожалению, не принесла плодов, и Такемичи Ханагаки сыграла свою роль в том, что бы он понял: Тайджу не тот человек, который должен был бы возглавить эту мечту. Когда он впервые встретил блондинку, Инуи не придал ей значения. Она была всего лишь второстепенным персонажем, тесно связанным с Майки, судя по слухам. Но в ту ночь, во время Рождественского конфликта, перед ним открылся новый мир. Он всегда знал, что Тайджу - мерзавец и что тот без проблем может ударить женщину, чёрт возьми, он избил собственную сестру. И всё же, сколько бы ударов ни получало хрупкое тело Такемичи, она поднималась. Она сердито смотрела на Тайджу, показала ему средний палец и высказала всё, что думает. Она была бесстрашна, вооружённая деревянной битой, которая, по крайней мере, один раз сбила Тайджу с ног. Бедная девушка была вся в синяках и крови. Несколько сломанных рёбер, разбитая губа и опухший глаз: картина не из приятных. Но каким-то образом эта сцена пленила сердце Инуи, и он не мог отвести глаз от кудрявой блондинки. Впервые в жизни Инуи испытал эмоции, которых никогда раньше не чувствовал, и назвал Такемичи своей любовницей. Казалось, он обрёл новый смысл жизни и хотел посвятить ей всё. Если Такемичи нужна была верная собака, он был бы верен только ей. Он сделал бы всё, чтобы девушка была счастлива. Но почему так много мужчин совали к ней свои мерзкие руки? Если что и не нравилось Инуи, так это чрезмерная близость его госпожи с некоторыми членами Томана. Особенно с Майки! Вспоминая ту снежную ночь, когда невидимый капитан Томана наконец-то появился, Инуи понял, что ему понадобился всего один удар ногой, чтобы победить Тайджу, но он даже не взглянул на него. Подойдя прямо к Такемичи, капитан Томана молча поднял её на руки. Инуи был в ярости, но тогда он не понимал, почему! Это чувство только усилилось после того, как он назначил себя её личным телохранителем и разозлился на то, как близко другие члены команды обнимали его госпожу или целовали её в щёку. Он ненавидел, как она осыпала их своей божественной любовью, как, например, этот ублюдок Чифую! Инуи ненавидел его больше, чем Майки, и знал, что блондин испытывает к нему похожие чувства. - Она уснула. Голос Коко вернул его в реальность. Инуи повернулся к Такемичи, и, как и ожидалось, она уснула у него на плече. Не говоря ни слова, Инуи как можно бережнее поднял её и отнёс в кровать, где и уложил. - Ты такой подкаблучник, - сказал Коко, наблюдая, как Инуи обращается с Такемичи, словно с хрупким фарфоровым изделием, поправляя её голову на подушке. Увидев, что ей удобно и она всё ещё спит, Инуи остался доволен. Глядя на спящую блондинку глубокими, нежными глазами, на его лице появилась лёгкая улыбка. - Да, но мне всё равно.