Bar Dak

      Боль в голове. Первое, что ощутил Чуя, проснувшись на своём диване. Он снова напился. И ничего не помнил. Но это будто даже было неважно. Ему было плохо. Очень сильно плохо.       Где-то у него были таблетки от похмелья. Где-то на столе. Может, за банкой пива, а может, под окурками. Порывшись рукой, он всё же достал упаковку.       — Да и так выпью, — проглотил Чуя таблетку, не запивая даже водой.       Он лежал неподвижно, но его кожу будто пронизывали невидимые волны. По спине пробежал холодок — точь-в-точь как от чьих-то пальцев, медленно скользящих вдоль позвоночника. Грудь внезапно сжалась, будто невидимая ладонь прижалась к рёбрам. На шее заныло — там, где обычно оставались следы от ударов, теперь ощущалась странная прохлада, будто кто-то аккуратно смазал синяки лечебной мазью.       Чуя замер, пытаясь осмыслить эти фантомные прикосновения. Его щёки вспыхнули жаром, словно кто-то только что провёл по ним большими пальцами, стирая следы усталости. Но вокруг никого не было — лишь пустая квартира и давящая тишина.       Он сглотнул ком в горле. Тело помнило то, чего не видели глаза.       — Это просто бред, — прошептал рыжий юноша, свернувшись в клубок. — Я сошёл с ума…       И вскоре снова заснул.

***

             Так прошла неделя, и Чуя даже не вспоминал о той визитке, лежащей в его рубашке. Он набрал подработок и приходил домой лишь бы поспать.       Каждый день с утра до самой ночи. Вечные претензии и недовольное начальство. Пять часов сна. И всё по кругу.       Пока вскоре не осталось ни одной чистой рубашки. Ему пришлось запустить стиральную машинку, лениво скидав туда всё, что нашёл. Когда же он уже вынимал оттуда влажную одежду, заметил, что что-то металлическое упало на пол.       Пальцы непроизвольно сжали карточку, будто это был последний спасательный круг в бушующем море. Холодный металл пластинки отдавал лёгкой дрожью в кончиках пальцев.       «Откуда у меня это?» — мысленно пробормотал Чуя, разглядывая загадочную визитку при тусклом свете. Надпись «Агент особых поручений» поблескивала загадочным серебристым тиснением. В памяти всплыли обрывки разговоров с Тачихарой… или это ему только кажется?       Но он набрал номер. После третьего гудка в трубке раздался мелодичный женский голос:       — Агентство особых поручений, слушаю вас.       — Зд-здравствуйте… — Чуя неожиданно запнулся, внезапно осознавая абсурдность своего звонка. — Я хотел бы узнать насчёт работы. Без опыта… принимаете?       Где-то на другом конце провода раздался мягкий смешок.       — Да, конечно. К сожалению, Дазай Осаму сейчас отсутствует. Я его ассистентка. Но могу ответить на ваши вопросы.       Чуя почувствовал, как ладони стали влажными. Он нервно провёл свободной рукой по лицу.       — А насчёт зарплаты? — выпалил он, тут же пожалев о своей прямолинейности.       — Всё зависит от конкретных заданий, — голос в трубке звучал профессионально-нейтральным, но с лёгкой ноткой теплоты. — Наши агенты получают процент от стоимости выполненного контракта. Минимальный гонорар за простое задание — около пятисот тысяч иен. Пожалуйста, скажите ваше имя?       Чуя резко сглотнул. В ушах зазвенело. Эта сумма покрывала два его месячных оклада в колл-центре. И три платежа по отцовским долгам.       — Чуя Накахара… Мне нужно подумать, — пробормотал он, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.       — Конечно, — ответил голос, и Чуя почувствовал, что на другом конце провода улыбаются. — Но позвольте дать вам совет… Если вы звоните нам, значит, думать уже поздно. Просто приходите завтра к десяти. Адрес на обратной стороне, отклейте наклейку.       Он посмотрел на карточку в руке. Адрес казался знакомым — тот самый подозрительный район, мимо которого он всегда проходил быстрым шагом…       — Да… — прошептал Чуя. — Я… Я приду.       Трубка замолчала. Он ещё долго стоял, сжимая в потной ладони металлическую пластинку, которая вдруг стала казаться невероятно тяжелой.

***

      Небоскрёб вздымался ввысь. Его зеркальные стены отражали хмурое небо, делая здание похожим на гигантскую глыбу льда. Чуя запрокинул голову, пытаясь разглядеть верхние этажи, но они будто терялись в низких облаках. От этого он почувствовал себя ещё более крошечным — словно муравей у подножия неприступной горы. Сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Он трижды закуривал и бросал сигарету, прежде чем набрался смелости сделать этот роковой шаг.       Автоматические двери бесшумно разошлись перед ним, словно приглашая в другой мир. Прохладный воздух кондиционеров обжег разгоряченную кожу. Внутри царила стерильная чистота — мраморный пол блестел до зеркального блеска, а просторный холл тонул в мягком свете дизайнерских светильников.       У стойки ресепшена сидела миниатюрная девушка. Её аккуратная стрижка обрамляла лицо с выразительными чертами, а небольшая родинка под левым глазом придавала облику особое очарование. Когда она улыбнулась, в уголках глаз собрались лучики мимических морщинок.       — Извините, — голос Чуи прозвучал хриплее, чем он ожидал. Он сглотнул и поправил воротник рубашки. — Не подскажете, куда пройти на собеседование?       Девушка взглянула на него с профессиональной теплотой, её пальцы быстро затанцевали по клавиатуре. На экране терминала мелькнули какие-то данные.       — Сорок шестой этаж, — её голос звучал мелодично, как колокольчик. Она прищурилась, изучая его лицо. — Вы ведь Чуя Накахара?       Он кивнул, удивлённый тем, что его уже ждут.       — Господин Осаму предупредил о вашем визите, — продолжила она, указывая изящной рукой вглубь холла. — Лифты прямо и налево. Он лично проведёт вам инструктаж.       Когда Чуя направился к лифтам, его охватило странное чувство — будто за ним наблюдают. Обернувшись, он поймал на себе пристальный взгляд девушки. В её глазах читалось не просто профессиональное внимание, а какой-то особый, почти провидческий интерес. Она быстро опустила глаза, когда заметила, что он смотрит в ответ, но это мгновение оставило в душе Чуи тревожный осадок.       Лифтовые двери с мягким шипением раздвинулись перед ним, словно пасть гигантского существа. Сделав глубокий вдох, он шагнул внутрь. Цифра «46» на панели загорелась кроваво-красным светом.       Лифт плавно остановился, и двери раздвинулись с тихим «ш-ш-ш». Чуя шагнул в длинный, освещенный холодным светом коридор. Пол здесь был таким глянцевым, что в нём отражались потолочные лампы. Он медленно шёл вперед, озираясь — двери, таблички, номера… Где же этот кабинет?       И вот она — матовая черная табличка с золотыми буквами:

«Генеральный директор. Осаму Дазай»

      Чуя замер. Ну вот. Точка невозврата.       Он вдохнул полной грудью и постучал. Ответа не последовало. Тогда он толкнул дверь — она оказалась незапертой.       Кабинет был огромным, с панорамными окнами во всю стену. Город лежал внизу, как карта, а облака плыли так близко, что казалось, можно протянуть руку и коснуться их. Но Чуя не успел рассмотреть вид — его взгляд наткнулся на фигуру за столом.       И тут же сердце упало в пятки.       — Ты?!       Дазай сидел, развалившись в кресле, одной рукой подпирая подбородок, другой — листая какие-то бумаги. На нём был не потрепанный бежевый плащ, а идеально сидящий чёрный костюм, но бинты на шее и запястьях остались.       Услышав голос, он поднял глаза — и сразу же ожил.       — Чуя-сан! — Его лицо расплылось в довольной ухмылке. Он встал и, не дав опомниться, подошёл к нему, схватил за плечо и повёл к столу, будто боялся, что гость сбежит. — Наконец-то. Я начал думать, ты передумал.       Чуя стоял, словно парализованный. Мозг отказывался складывать картинку: тот самый странный тип из бара… и вот этот кабинет, этот пост…       — Ты… гендиректор? — выдавил он.       — Ага, — Дазай расслабленно плюхнулся в кресло напротив и жестом предложил сесть. — Ну что, понравилось моё агентство?       — Ты издеваешься? — Чуя сжал кулаки. — Ты знал, что я приду?!       — Конечно знал, — Дазай склонил голову. — Я же дал тебе визитку.       Пауза. Чуя чувствовал, как гнев и растерянность борются внутри него.       — Так… зачем ты меня позвал?       Дазай улыбнулся, как кот, нашедший идеальную игрушку.       — На работу. Телохранителем.       — …Что?       — Ты же умеешь драться, да? — Дазай потянулся к монитору и повернул его — на экране мелькнули кадры уличной драки, где Чуя с размаху бил кого-то в подворотне. — Видишь? Я проверил. Ты — крепкий. И главное… — он прищурился, — Ты умеешь сдерживаться, когда нужно.       Чуя онемел. За ним следили. Этот человек… Он слишком много знал о нём…       — Мне нужен именно такой человек, — продолжал Дазай, играя ручкой в пальцах. — Который не сломается под давлением. Который не побежит жаловаться, если работа будет… не совсем легальной.       — …Почему я? — Чуя сжал зубы. — Почему именно я?       Дазай засмеялся, откинувшись на спинку кресла.       — Потому что ты произвёл впечатление, Чуя-сан, — его голос стал более тихим, почти ласковым. — Ты не сдался. Не сбежал. Ты — закалённый пёс, который даже с перебитыми лапами будет рычать до конца.       — Значит, даже так, — прошептал Чуя, не зная радоваться ему или нет. — А про мои долги знаешь? Мне нужны деньги до следующей недели…       — Разберусь, — Дазай махнул рукой, будто речь шла о пустяке. — Всё до последней иены. И не переживай — это не кредит. Это аванс.       Он встал, обошёл стол и положил руку на плечо Чуи. Тот не отстранился.       — Ну что? — Дазай улыбнулся. — Готов стать моей правой рукой?       За окном проплыла тень облака. Чуя посмотрел вниз — с этой высоты люди казались муравьями.       Теперь и он мог перестать быть им.       — …Да, — он поднял глаза. — Но только на моих условиях.       Дазай рассмеялся, как будто услышал лучшую шутку в жизни.       — Отлично. Начинаем прямо сейчас. Подпиши вот эти бумаги.       Чуя взял протянутый контракт, листы слегка шуршали в его пальцах. Он пробежался взглядом по стандартным пунктам: зарплата, обязанности, конфиденциальность… Всё выглядело слишком чисто для организации, которая явно работала в серой зоне.       Но затем его взгляд зацепился за один из пунктов в середине документа:

«В случае смерти или недееспособности работодателя, все активы и обязательства переходят под контроль Чуи Накахары.»

      — Что за бред? — Чуя резко поднял голову, тыча пальцем в строку. — Это что, опечатка?       Дазай, до этого лениво наблюдавший за ним из-за стола, вдруг оживился. Его глаза блеснули странным огоньком.       — А-а, вот ты добрался до самого интересного, — он улыбнулся, как кот, поймавший мышь. — Нет, это не опечатка.       — Ты… ты хочешь сказать, что если с тобой что-то случится, я стану… — Чуя не мог подобрать слов.       — Новым директором? Именно так, — Дазай развёл руками. — Ну разве не забавно?       Чуя сжал бумагу так, что она смялась по краям.       — Ты совсем ёбнулся? Мы же только познакомились! И вообще… Я не гожусь на эту роль!       — А вот и нет, — Дазай встал и медленно обошёл стол, остановившись прямо перед ним. — Я знаю о тебе всё. Твою историю. Твои принципы. И то, что ты — единственный, кто не станет злоупотреблять этой властью.       Он наклонился ближе, и его голос стал тише, почти интимным:       — Ты ненавидишь несправедливость, Чуя. Даже когда она выгодна тебе. Вот почему я выбрал именно тебя.       Чуя чувствовал, как его дыхание участилось. Это было слишком. Слишком странно, слишком подозрительно…       — А если я откажусь?       — Тогда ты просто подпишешь стандартный контракт, — Дазай пожал плечами. — Но разве не скучно?       Они замерли в тишине. Где-то за окном пролетела птица, на мгновение отразившись в стекле.       Чуя глубоко вздохнул… И резко расправил смятый лист.       — Ладно, чёрт с тобой. Но если это какая-то поебень — я тебя прибью лично.       Дазай рассмеялся, довольный, и протянул ему ручку.       — Обещаю, это самая честная афера в твоей жизни. Добро пожаловать в семью, Чуя.       И когда шариковая ручка оставила на бумаге первый росчерк, Чуя почувствовал, будто только что продал душу. Но почему-то это не пугало его так сильно, как должно было.