Pink poetry

Первый день рождения должен пройти с семьей, второй — с друзьями. Кай, одетый в белые шорты и бежевую рубашку с короткими рукавами, весь праздничный, сбежал из дома и сбежал с полным стаканом пунша на задний двор, чтобы не возвращаться, пока он не опустеет. И дом, и стакан. Какой толк в этом восемнадцатилетии, если старше четырнадцати он себя не чувствует. В нем пробуждается внутренний конфликт, когда кто-то в автобусе или магазине зовет его «парень». Какой же он парень — недавно только звали мальчиком. Сегодня воскресенье. Рано утром в шесть утра отец подстриг траву механической газонокосилкой, здесь в переднем дворе и палисаднике, вместе с этим он попивал из своего стакана джин с соком, когда прерывался на это дело и поднимался по деревянным ступеньками на крыльце, на котором и стоял его стакан. Мама бегала на кухне, не отвлекаясь от готовки, иногда подзывая Кая к себе, чтобы он что-то попробовал. Такое ощущение, что всем нужен этот день рождения, кроме самого Кая. Чудовищное совершеннолетие, которое бросит его на обочину жизни и заставит поступать в колледж. Он не знает — может это озарение приходит только когда собирается вся семья и Кай чувствует себя страшно одиноким? Из прелестей взрослой жизни он может отметить только то, что он может без стороннего осуждения выпивать алкогольные напитки. Наверное их и пьют остальные, потому что слишком взрослые. Кай хотел бы в этот августовский день собраться с друзьями возле бассейна, пить пунш или ликер, приготовленный мамой, плавать на надувном круге и отворачиваться, когда кто-то из друзей захочет сделать бомбочку. Семейные праздники это всегда уныло — на них никогда не чувствуешь себя счастливым. Кай усаживается на беседку под навесом, на которой немного раскачивается, и отпивает из своего стакана. Он отводит взгляд в сторону, к цветам, лилиям, которые утром поливал фонтан. Кай опивает из стакана еще больше, чтобы набраться смелости послать того, кто сюда придет. Главное сделать это тактично, чтобы никто не оскорбился. Мама не потерпит, если он начнет хамить гостям из-за отсутствия настроения. Кай откидывается на спинку беседки, раздвигает ноги, как бы занимая место, чтобы никто не сел рядом. Кай не знает его. Даже понятия не имеет кто это может быть. Родственник родственника и еще какого-то родственника. Его походка ровная, но когда он приближается, Кай замечает его плавающий мыльный пьяный взгляд. Только этого ему здесь не хватало. Он не пробыл здесь даже пяти минут — всем вечно что-то надо. — Тебе уже можно пить? — спрашивает мужчина, отодвигая его за бедро и усаживаясь рядом. Либо он допился и ему хватит, либо он не знает сколько лет исполнилось Каю. В любом случает Кай не хочет никого видеть рядом с собой. Он специально выпивает больше половины из стакана. — Вы пришли ко мне на день рождения и не знаете сколько мне лет? — Не шестнадцать? — мужчина откидывается на спинку, копируя Кая. — Больше, — в его голосе сквозит недовольство и нежелание продолжать беседу. — Идите домой и ложитесь спать на втором этаже, если так хотите, — продолжает он, когда его собеседник запрокидывает голову назад и прикрывает глаза. «Только оставьте меня в покое», хочет добавить Кай, но решает промолчать. — И кто вы такой? — Субин, — отвечает мужчина. — Нет, кто вы для меня? — и тут до него доходит. — Субин? Когда Каю было семь, Субин, его двоюродный дядя, возил его на скачки и учил кататься на лошадях. У родителей даже где-то лежат те фотографии. Они не виделись как будто целую вечность. Кай кладет руку на подлокотник, садясь к Субину вполоборота. Почему он его не узнал? Почему Субин не знает сколько ему лет? Где он был все это время. Теперь Кай заинтересован. — Помните, вы возили меня на скачки? — напоминает Кай. Субин не открывает глаза, блаженно засыпая. Кай рад бы его разбудить, но специально немного отодвигается в сторону, насколько позволяет беседка, чтобы ему не мешать. Стакан опустел. Кай поднимается, оставляя Субина одного спать в тишине, и хочет наполнить стакан из черпака, чтобы потом вернуться обратно на задний двор, где до сих пор тихо и никто не мешает. Субин не будет мешать, если расскажет где он был все это время.